влажность:

давление:

ветер:

влажность:

давление:

ветер:

влажность:

давление:

ветер:


Письмо в УК

Фотогалерея

Исправительная колония «Волчьи норы»: как живут осужденные за наркотики в Беларуси

Исправительная колония «Волчьи норы»: как живут осужденные за наркотики в Беларуси

Голосование

Какая судьба ждет Саакашвили в Украине?

Его депортируют в Грузию
Ему вернут гражданство
Ничего ему не будет, дело замнут - Тимошенко снова посадят
Его выдворят из Украины через 90 дней

Реклама

...
Печать

Коррупция в новой полиции Украины

26.04.2017 09:35

Оценивая результаты противодействия коррупции в Украине в 2016 году можно констатировать – несмотря на понимание как властью, так и гражданским обществом всех рисков, которые несет в себе это негативное явление, коренных изменений к лучшему в стране не произошло. Ни Президент, ни правительство, ни парламент не изменили своей проверенной временем тактике –совмещать публичные пиар-акции по популяризации отдельных антикоррупционных новаций со скрытым саботажем процесса их практического внедрения.

Если 2014-2015 годы стали периодом неоправданно длительной разработки и принятия концептуальных нормативно-правовых актов в сфере борьбы с коррупцией (законы Украины «О национальном антикоррупционном бюро», «О Государственном бюро расследований», «О прокуратуре», «Об обеспечении права на справедливый суд»), то 2016 год характеризуется не менее затянутым процессом их апробации и непрекращающимися попыткам чиновников адаптировать пакет прогрессивных законодательных нововведений в старую коррупционную систему.

Государственный бюрократический механизм на всех уровнях оказывал отчаянное сопротивление любым изменениям, а потому без жесткой и последовательной политической воли первых лиц страны достичь успеха в продвижении антикоррупционных инициатив было априори невозможно. Однако, по мнению многочисленных отечественных и зарубежных экспертов, руководство Украины показало свою не готовность к решительным и бескомпромиссным действиям в этом направлении, а принятые им меры имели скорее демонстрационно-декоративный нежели прикладной характер.

Политическая коррупция в Украине всегда была фундаментом для всех других ее проявлений и даже минимального прогресса в преодолении подобного «патроната» в 2016 году не достигнуто. Партийные интриги и парламентские игры (вплоть до проведения молниеносных изменений в законодательстве) вокруг назначения Генерального прокурора, проволочки с предоставления НАБУ полномочий, связанных с реализацией негласных мероприятий, скандал с коррупционным душком в НАПК, постоянные попытки депутатов нивелировать сущность электронного декларирования и многое другое – наглядное тому подтверждение.

Осенью 2016 украинцев, без преувеличения, шокировали обнародованные электронные декларации депутатов и чиновников, показавшие колоссальные по меркам Украины состояния как провластных, так и оппозиционных политиков. Показательно, что результаты э-декларирования, подорвав народное доверие к реформаторским лозунгам правительства и развеяв остававшиеся иллюзии относительно его намерений искоренить коррупцию в государстве, в тоже время не привели к акциям протеста или гражданского неповиновения, что свидетельствует о спаде общественной активности и наличии синдрома усталости социума в антикоррупционном противостоянии с властью.

Подобная «протестная инертность» вызвана рядом причин, в том числе временной переориентацией усилий радикально настроенных групп общества (а именно они зачастую являются катализатором процесса принуждения власти к изменениям, поскольку выступают в роли своеобразного «взрывателя» для перехода общественного недовольства в активную фазу) на противодействие вооруженной агрессии на Востоке страны.

Многие активисты нашли себя на военной службе или в волонтерстве, считая для себя приоритетной задачей борьбу с внешним, а не внутренним врагом. В свою очередь власть умело использовала войну для оправдания своего бездействия и, прибегая к милитаристической риторике «сначала победа, все остальное потом», пыталась представить общественную критику очевидных провалов в борьбе с коррупцией, как недостаток патриотизма, «раскачивания лодки» или «пособничество агрессору».

Фактически, имеющиеся в стране антикоррупционные барьеры были поставлены благодаря усилиям международных доноров в лице США и Евросоюза, что, впрочем, вполне понятно – свой профит от вложений в развитие Украины в будущем спонсоры могут исключительно из госбюджета, а потому безвозвратное пополнение бездонных карманов украинских чиновников их просто не устраивает. Именно финансовая зависимость от зарубежных коллег с их постоянными напоминаниями о том, что помощь Украине будет предоставляться лишь при развитии антикоррупционных начинаний, понуждала власть хоть как-то действовать.

Полное фиаско идеи проредить ряды коррупционеров с помощью люстрации и аттестации; ситуативные и откровенно политизированные кадровые назначения; волокита в переустройстве судебной системы; асинхронность процессов реформирования разных правоохранительных структур; разгром команды реформаторов в ГПУ; «война за полномочия» между НАБУ и прокуратурой – эти и других факторы в 2016 году также существенно снизили эффективность деятельности антикоррупционных органов и практически не оставляли им шансов достичь положительной динамики в противодействии коррупции.

Отсутствие реальных успехов вуалировалось активным пиаром с распространением в СМИ фактов о задержании мелких коррупционеров, что должно было создать впечатление активизации борьбы с коррупционерами в Украине. Но, результаты социологических исследований показали – такая информационная политика значительного успеха в обществе не имела. Украинцы ожидали более значимых достижений, которые бы повлияли на их повседневную жизнь: с одной стороны, снизили коррупционное давление чиновников на малый бизнес и социально-бытовую сферу, с другой стороны, за счет ликвидации коррупционных утечек из бюджета, дали бы возможность правительству не прибегать к резкому повышению цен в стране

По результатам общенационального социологического исследования «Граждане Украины о безопасности: личной, национальной и ее составляющих» (проводилось Центром Разумкова), именно коррупцию украинцы признали самой значительной внутренней угрозой для национальной безопасности. Коррупция опередила в рейтинге возможных угроз даже экономический кризис, рост преступности, деятельность незаконных вооруженных формирований, существование олигархических групп.

76,6% опрошенных сообщили, что чувствуют себя абсолютно незащищенными от вымогательства денег чиновниками и коррупции, а 77,3% в действиях украинской власти видят угрозу лично для себя. По мнению граждан, суды являются едва ли не самыми коррумпированными органами, а 79% опрошенных считают распространенной коррупцию в прокуратуре, 70,6% – в правоохранительных структурах. Доверие граждан к судам и прокуратуре крайне низкое, им не доверяют 83,5% и 80,2%, соответственно. Даже к вновь созданному, а потому еще не успевшему себя скомпрометировать Национальному антикоррупционному бюро Украины, общество относится насторожено – НАБУ доверяют лишь 14,5% и не доверяют 59,3% при максимальном сегменте тех, кому трудно ответить (26,1%).

Только 11,1% граждан считают антикоррупционные реформы в Украине успешными, а 54,7% – не заметили никаких успехов вообще.

Украинцы тратят на взятки 10 – 20% своего дохода.

Около 85% граждан считает, что в Украине нет активной борьбы с коррупцией, и только 21% от общего числа опрошенных надеется, что коррупцию преодолеют через 5-10 лет.

Впрочем, на отсутствие подвижек в борьбе с коррупцией указывают не только эксперты и социологические исследования. Официальная статистика также свидетельствует – на протяжении трех последних лет правоохранительным органам не удалось достичь принципиально нового уровня противодействия коррупции, а результаты их деятельности, в сравнении с «дореволюционным» уровнем, по отдельным позициям даже ухудшились.

Очевидно и то, что провозглашенный властью принцип «нулевой толерантности» к коррупции тоже является мифом. Напротив, статистика указывает на более снисходительное отношение системы, в том числе и судебной, к коррупционерам. При этом значительное увеличение количества оправдательных приговоров и прекращенных уголовных производств свидетельствует еще и о низком профессиональном уровне работы правоохранителей.

Понятно, что такое применение принципа «неотвратимости наказания» скорее не отпугивает, а подталкивает чиновника к вымогательству и коррупционным сделкам.

Таким образом, в 2016 году власть так и не решилась начать обещанную обществу «тотальную войну» с коррупцией и приступить к масштабному, полноценному антикоррупционному реформированию государственного аппарата.

Коррупция в Национальной полиции Украины

С подачи первых лиц государства, активно анонсировавших курс на кардинальное обновление правоохранительных органов, а также учитывая беспрецедентную финансовую поддержку реформы МВД из-за рубежа и привлечение общественности к разработке концепции перестройки ведомства, именно реформа Национальной полиции оказалась в фокусе внимания экспертов и общества. По сути, реформа стала своеобразным экспериментом: «А возможно ли за короткий срок изменить к лучшему отдельный государственный орган при условии создания для этого максимально благоприятных условий?». 

Полиция сохранила присущий для прежней милиции отрицательный баланс доверия/недоверия населения (доверяет 40,7%; не доверяет 41,9%, опрошенных граждан).

Ни один из предыдущих руководителей МВД не раздавал столько обнадеживающих обещаний реорганизовать ведомство, как Арсен Аваков, который позаимствовал для украинских полицейских девиз их американских коллег и провозгласил целью реформы достижения принципа «Служить и защищать, вместо карать и крышевать». Однако его подчиненные продолжали не только «крышевать», но и закрывать за деньги дела уголовного и административного производства, строить коррупционные схемы, «кошмарить» бизнес и прочими способами использовать служебное положение для личного обогащения.

В 2016 году в полиции продолжали существовать все традиционные составляющие разветвленного незаконного полицейского бизнеса, среди которых целесообразно указать на самые распространенные.

Оплачиваемое освобождение правонарушителя от ответственности.

Даже поверхностный анализ обнародованных фактов коррупционных поступков сотрудников полиции свидетельствует – в Национальной полиции Украины право является не только объектом охраны, но и торговли.

Было бы ошибочным считать, что оплачиваемое избавление преступника от заслуженного наказания является прерогативой исключительно работников следствия. Диапазон контролирующих и карательных функций полиции достаточно широк и каждая служба давно нашла и обустроила свою нишу в этом противоправном бизнесе. Специфика структурного построения полиции, совмещенность задач, выполняемых разными службами, наделение должностных лиц на всех уровнях полицейской иерархии правом самостоятельного принятия решения дают возможность освободить правонарушителя от ответственности достаточно большому кругу полицейских. Анализ публикаций в СМИ указывает, что именно «купля-продажа» дел уголовного и административного производства является едва ли не самым значительным элементом полицейской коррупции.

«Заместителя начальника отдела защиты экономики полиции требовал 30 тысяч долларов у фермера за непривлечение его к уголовной ответственности за пользование услугами «конвертационного» центра ».

«Задержан один из руководителей управления по борьбе с торговлей людьми, который получил от гражданина неправомерную выгоду в сумме 10 тысяч долларов за закрытие уголовного производства и возвращении изъятого при обыске имущества».

Искусственное создание условий для получения незаконного вознаграждения.

Изъяны уголовного, процессуального и административного законодательства, наряду с царящей в судах и прокуратуре атмосферой игнорирования прав подозреваемых, дают полицейским возможность подталкивать задержанных к даче взятки.

Уголовный кодекс содержит достаточно много сходных видов преступлений и, в отдельных случаях, полицейские умышленно начинают уголовное производство с искусственно «завышенной» квалификацией правонарушения, что бы в дальнейшем иметь возможность за вознаграждение переквалифицировать преступление на более мягкую в плане ответственности статью. По этой же схеме сотрудники принимают решение о взятии подозреваемого под стражу с целью создания ситуации, в которой он будет вынужден предложить взятку за применение меры пресечения, не связанной с лишением свободы.

«СБУ разоблачила на взятке двух руководителей районного отдела полиции. «Оборотни» требовали 3 тысячи долларов за изменение квалификации действий подозреваемого в хулиганстве на менее тяжкую статью».

Нередки случаи, когда правоохранители, обосновывая свое решение сомнительными правовыми аргументами, изымают у граждан вещи и документы исключительно с целью создания условий для их возвращения за вознаграждение.

«Прокуратурой города Киева задержан следователь полиции, который требовал от гражданина неправомерную выгоду за возвращение ему ранее изъятой документации и компьютерной техники. Вымогателя задержали после получения им взятки в сумме 8 тысяч 500 евро».

Для провоцирования взятки сотрудники полиции могут прибегать и к прямой фальсификации материалов уголовного или административного производства, мошенничеству и другим откровенно незаконным действиям.

«Оперуполномоченные полиции требовали деньги за непривлечение к уголовной ответственности гражданина, предварительно надуманно обвинив его в растлении несовершеннолетних. Полицейских задержали во время получения части взятки в размере 3 тысяч долларов».

Получение незаконного вознаграждения за надлежащее исполнение своих обязанностей.

В ситуации, когда право является объектом торга, граждане часто не в состоянии добиться от полиции защиты своих прав и интересов без дополнительного материального стимулирования сотрудников к добросовестному выполнению ними своих обязанностей.

Под различными предлогами (перегруженность иной работой, плохая материальная обеспеченность подразделения, нехватка времени и т.п.) полицейские намекают или без обиняков требуют от граждан дополнительной «благодарности», намекая, что в противном случае не смогут качественно выполнить свою работу. «Помогай мне тебе помогать» – подобный бартер является обычным для правоохранительных органов явлением, чему способствуют как действительное неудовлетворительное обеспечение полиции, так и слабый контроль руководства за действиями подчиненных, отсутствие эффективного механизма обжалования действий полицейских, бюрократия и равнодушие к проблемам человека в правоохранительных органах.

Используя возможности процессуального и административного законодательства, а иногда открыто пренебрегая своими должностными обязанностями, полицейские умышленно некачественно проводят оперативно-розыскные мероприятия и следственные действия, тормозят процесс возмещении нанесенных пострадавшему убытков и возврат вещественных доказательств, чем подталкивают граждан к выплатам вознаграждения за ускорение или повышение результативности своей работы.

«СБУ задержала на взятке оперуполномоченного, который за полное и объективное расследование ограбления частного дома требовал от потерпевшего 5000 гривен и 200 долларов».

Получение незаконного вознаграждения при выполнении разрешительных и сервисных функций.

Организация и развертывание деятельности сервисных центров МВД преподносится руководством ведомства, как образец выполнения обещаний повысить качество исполнения полицией сервисных функций. Действительно, представленная нам модель сети сервисных центров, при условии надлежащей организации их работы, существенно уменьшает коррупционные риски, в первую очередь посредством снижения уровня участия посторонних лиц в процедуре получения гражданином административных услуг от полиции. Однако, даже непродолжительный опыт работы центров показал, что техническая модернизация оборудования, новые технологии и повышение прозрачности действий обслуживающего персонала, сами по себе не являются гарантией избавления от посредничества и коррупции. Услуги полиции стали для граждан более доступными, но это не избавило их от необходимости платить из своего кармана дополнительные деньги.

«За систематическое вымогательство взяток задержан начальник территориального сервисного центра МВД Украины – зафиксировано более 40 фактов получения им неправомерной выгоды. Деньги требовались по предварительному сговору с двумя подчиненными. Чиновники получали взятки за ускорение выдачи гражданам документов государственной регистрации транспортных средств, выдачу и обмен водительского удостоверения. Во время обыска в служебном кабинете начальника центра изъято более 3 тысяч долларов и 20 тысяч гривен».

Признавая отдельные достижения МВД в сфере обслуживания население, в тоже время следует констатировать – «полицейский сервис» по-прежнему не соответствует ожиданиям общества, прежде всего из-за наличия коррупционной составляющей. Таково мнение самих граждан, возмущенно комментирующих работу центров на различных Интернет-площадках.

«Мой муж делал перерегистрацию авто – промурыжили весь день. То программа зависла, то еще что-то «висло и падало». Предлагали прийти то завтра, то на следующей неделе. А когда парень, который стоял впереди, всунул в документы деньги и мой муж увидел, как они рассыпались на столе у сотрудника, то все испугались, засуетились и все оформили. И дерут ведь не копейки, а тысячи за официальное оформление».

«В нашей области никакой реформы не было, только изменение названия и увеличение штата работников. Зайдите посмотреть на эти изменения: тарифы на водительские права только выросли, номеров и бланков нет, а вот за 500 гривен сразу все находят. «Крутые» номера от 2000 гривен и до 1000 долларов, экспертный осмотр снова стал обязательным и только за подход эксперта к машине нужно платить 200 гривен. Если денег не сунул, никто к машине не подойдет полдня. Сотрудники и «решалы» – все на Лексусах и Ауди. Никто ничего не боится, ежемесячный план для начальства выполнил и коси дальше «бабло» уже для себя».

Даже сами работники сервисных центров указывают на процветание коррупции в своих учреждениях и обращаются к общественности в попытке привлечь внимание руководства МВД к главной проблеме – привлечение к работе центров руководителей бывших подразделений МРЭО, которые успешно наловчились сочетать технические новации с уже привычными старыми схемами и сутяжническими методами работы.

«Реформирование МРЭО в настоящие сервисные центры может провалиться, а виноватыми будем мы, сотрудники. Простите, но не можем назвать себя, потому что боимся расправы, возможно даже и физической. От нас требуют деньги и никого не волнует, где ты их возьмешь. Собирают даже на уборщиц и охрану, хотя в штате центра предусмотрены эти должности. На словах идет борьба с «решалами », а на самом деле процветают свои «решалы», которые ходят от шефа. Бейджи к электронным дверям в регистрационные залы получили посторонние люди, такой себе дополнительный штат «волонтеров». Процветает бизнес на престижных номерных знаках, на запросах в другие регионы и на ответах по Интерполу (здесь работает отдельный неприкосновенный человек).

Сдать экзамен по ПДД стоит 600-700 гривен и это «для своих». «Решалы» или преподаватели автошкол требуют на порядок большие суммы. Носит документы на подпись по экзаменам такой себе парень – Мирон (тоже псевдоволонтер). Он-то денежки собирает и передает куда следует. Запросто можно «купить» права за две недели, цена вопроса – 600 долларов. Спросите как? Опять таки, через свои автошколы – они задним числом выписывают документ о прохождении курсов, а затем подменяют списки группы и всё. Эксперту «откат» по квитанциям за экспертизу 50 гривен.

Собрали с нас по 1200 гривен на ремонт в кабинетах для работников регионального центра, а с них самих собрали вообще по 4000.

Все эти факты проверяются элементарно – видеокамери наблюдения, где все фиксируется, есть во всех помещениях. Помогите остановить этот беспредел! Люди, придите и убедитесь, что среди нас есть нормальные работники, которые хотят работать для государства и могут научить этому новичков!

Сознательные работники сервисного центра»

Можно упомянуть и повальное взяточничество, которое наблюдается при оформлении других административных услуг, в частности разрешительной системы.

«В Херсоне полицейский систематически требовал деньги за оформление разрешительных документов на травматическое оружие. Взяточника задержали в служебном автомобиле во время получения им неправомерной выгоды в размере 550 долларов».

«Зачем вообще наделять орган обеспечения правопорядка и борьбы с преступностью цивильной функцией по предоставлению населению столь обширного диапазона административных услуг?» Этот вопрос всегда был поводом для непримиримых дискуссий, в которых общественность и МВД традиционно занимали полярные позиции.

Общественные эксперты справедливо указывают, что предоставление полиции полномочий оказывать платные услуги населению само по себе создает благоприятную почву для процветания коррупции, которая в дальнейшем неизбежно переносится и на другую, правоохранительную сферу деятельности полиции. В свою очередь, руководство МВД, под приятным для слуха лозунгом об изменении приоритетов деятельности полиции на «сервис и служение», настаивает на сохранении широкого диапазона платных услуг, отвлекая на них персонал, который мог бы быть задействован для борьбы с преступностью.

Понятно, что такая позиция МВД вызвана не только «шкурническими» интересами руководителей. Хроническое недофинансирование правоохранительного ведомства государством привело к тому, что полиция достаточно давно и плотно подсело на иглу дополнительных денежных инъекций в виде прибыли от предоставления услуг, создания фондов, споснсорства со стороны бизнесменов и прочее. Недаром

Возможность получения средств, помимо бюджетных, закреплена в новом Законе «О Национальной полиции». В результате в 2016 году Министерство внутренних дел всеми способами продолжало поддерживать и развивать деятельность собственных коммерческих структур – государственных предприятий МВД, которых часто работают на грани закона и морали, что всегда вызывало негодование у граждан. Нередко эти правоохранительные субъекты предпринимательской деятельности оказывались втянутыми в финансовые махинации и коррупционные аферах с государственными средствами.

«Директор государственного предприятия МВД «Спецсервис» по предварительному сговору с группой лиц, в том числе и с должностными лицами МВД, незаконно завладел речным песком, который принадлежит сельсовету и был передан государственному предприятию МВД на хранение. Общий объем похищенного государственного песка достиг 160 000 тонн на сумму более 5 миллионов гривен».

«В Николаеве «правоохранительные» фирмы устроили бизнес на трупах. Городской бюджет выделял миллионы на вывоз тел умерших. Если раньше этим занималось коммунальное предприятие «Николаевская ритуальная служба», то с 2013-го всё изменилось – деньги стали отдавать милицейским фирмам, хотя у них нет ни собственного транспорта, ни соответствующего штата. Сначала предприятие МВД «Информ-ресурсы» в 2014-2015 годах получило из городского бюджета почти три с половиной миллиона гривен. Затем эстафету приняла другая правоохранительная фирма “Спецсервис” – с ней департамент ЖКХ заключил договор еще на миллион шестьсот тысяч гривен. Государственное предприятие МВД “Спецсервис”, которое получает из городского бюджета средства на погребение умерших граждан, не имеет никакого имущества и даже собственного офиса. По указанному в тендерной документации адресу расположен бассейн. В полиции так же ничего не прояснили: «Я вообще не могу представить, чем они занимаются. Они у нас не присутствуют на совещаниях, вообще слышу о них первый раз», – оправдывается начальник управления коммуникаций областной полиции».

Одним из основных направлений деятельности предприятий Министерства внутренних дел является посредничество с элементами мошенничества – они давно и успешно выступают в роли абсолютно ненужного, но оплачиваемого гражданами промежуточного звена между МВД и получателями административных услуг.

«В помещении полиции в центре Винницы открыто зарабатывают деньги на доверчивых украинцах, не предупреждая людей, что справка о несудимости выдается бесплатно. На сайте полиции указано, что прием заявлений для оформления справки осуществляется в кабинете № 28. Однако, уже на входе людей встречает объявление о том, что прием документов проводится в другом кабинете – № 27 с вывеской «Государственное предприятие «Винница-Информ-ресурсы». У него под видом бланка заявления об оформлении справки о несудимости замаскирован договор гражданско-правовой сделки, и эта фирма МВД продает гражданам за деньги услугу, которую полиция должна предоставлять бесплатно. От людей просто скрывают их право получить справку о несудимости бесплатно, подсовывая им вместо заявлений договор о согласии заплатить. В дальнейшем работники «Информ-ресурсов» просто отдают полученный от человека договор полиции (ведь только она имеет доступ к базе данных), получая за эту нехитрую операцию от 50 до 210 гривен с человека.

К схеме «выкачивания» из карманов граждан побочных средств подключились многочисленные частные «фирмы-прилипалы», окончательно превратив простую процедуру получения населением административных услуг от государственного органа в источник наживы сомнительных коммерческих фирм. Интернете переполнен их рекламой, сулящей помощь в получении справок о несудимости, водительских удостоверений, разрешений на оружие, загранпаспортов и прочих востребованных «товаров» от МВД. Рекламируя свои услуги, фирмы не без наглости указывают, что полицейский сервис – это лишние затраты времени и грубость персонала, а вот они гарантируют получение услуги в приемлемый для заказчика срок, в обход общей очереди а, в случае необходимости, и без предусмотренной законодательством процедуры.

«Помощь в получении категорий и водительских удостоверений! Цена на услугу уже включает в себя все официальные платежи. Документы на 100% подлинны и внесены в реестры. Экономия Вашего времени и нервов. Забудьте об очередях и хамстве госслужащих, мы берем их на себя! Наша компания найдет решение любой проблемы быстро и при этом полностью легально. Мы освободим Вас от необходимости ждать своей очереди под кабинетами, улыбаться и кланяться чиновникам. Условия доставки документов и оплаты обсуждаются в индивидуальном порядке»

Понятно, что организация и деятельность таких частных бизнес-проектов невозможна без тесного сотрудничества с МВД, поскольку именно это ведомство является единственным владельцем необходимых для предоставления услуги информации, бланков и технических ресурсов.

Об уровне полицейской коррупции, связанной с предоставлением административных услуг, свидетельствует и то, что в Интернете, наряду с фальшивыми дипломами, аттестатами и свидетельствами, можно за 250 долларов приобрести фиктивную, но оформленную на настоящем бланке МВД справку о несудимости.

Тем не менее, будет неправильным обвинять исключительно МВД в построении бизнеса на предоставлении административных услугах. В Украине это является общепринятой и привычной для граждан практикой – 80 % украинцев сообщили, что платили за услуги, которые имели право получить бесплатно. Наше государство извратило даже смысловую нагрузку слова «услуга», под которым следует понимать «служение с добрыми намерениями» с целью решения проблем посетителя наиболее удобным и необременительным для него способом, а вовсе не пополнении казны и чиновничьего кармана. Впрочем, для украинцев в настоящее время подобная доктрина остаётся весьма далёким идеалом.

Получение незаконного вознаграждения за невмешательство в работу субъектов предпринимательской деятельности.

В арсенале власти всегда найдется достаточно инструментов для давления на бизнес и, по утверждению самих предпринимателей, «любая «белая» бизнес-операция при желании может быть расценена правоохранительными органами, как незаконная. При этом последствиями такой трактовки будет внесение сведений в ЕРДР по удобной для правоохранителей статье с дальнейшим осуществлением процессуальных действий – доступ к документам, допросы, обыски, арест имущества, назначение проверок, ревизий, письма «счастья» контрагентам и т.д.»

В Украине отсутствует благоприятная атмосфера для развития малого и среднего бизнеса – чрезмерная фискальная и административная нагрузка, множество контролирующих органов, необходимость получения большого числа разрешительных документов, а значит и связанные с этим процессом бюрократические процедуры, запутанные формы финансовой отчетности и декларирования доходов.

Эти и другие факторы загоняют бизнес в «тень», формируя у многих предпринимателей неверие в возможность достижения успеха законным путем и прививая привычку работать полулегально, комбинируя свою законную деятельность с сомнительными коммерческими схемами. В свою очередь полицейские, понимая и принимая правила этой игры, видят во всех представителях малого и среднего бизнеса потенциальных нарушителей законодательства в сфере экономики, но за плату готовы избавить их от придирчивых проверок и притеснений. «Давление на бизнес со стороны силовых структур никуда не исчезло, оно существует», – подытожил ситуацию 2016 года на встрече по обсуждению системных нарушений прав субъектов хозяйствования бизнес-омбудсмен Альгидрас Шемета.

«На взятке разоблачен работник одного из райотделов полиции – вымогатель требовал сразу у нескольких директоров частных компаний заплатить ему 75 тысяч гривен. За это «оборотень» обещал прекратить проведение надуманных им проверок коммерческой деятельности бизнесменов».

Предоставление защиты представителям криминального мира за вознаграждение.

Так называемое «крышевание» криминалитета продолжает оставаться прибыльным, а значит распространенным вариантом незаконного обогащения сотрудников правоохранительных органов. Сотрудники полиции выявляют и в течение определенного времени отслеживают факты совершения правонарушений, при этом умышленно не принимая мер по их пресечению. В дальнейшем, когда нарушения приобретают признаки системности, полицейские требуют у организаторов и участников преступных схем «откупных» за не привлечение к ответственности, а иногда и сами возглавляют или обеспечивают организационную деятельность таких преступных групп.

«Руководитель отделения полиции прикрывал действия уголовников, которые разворовывали дизтопливо на железной дороге. За такую свою «заботу» полицейский получал «благодарность» в виде 50 тысяч гривен ежемесячно. При передаче майору полиции очередной суммы, задержали его и посредника, который принес ему деньги».

«Капитан полиции, расследуя случаи краж личного имущества граждан, установил воров, но вместо привлечения их к уголовной ответственности, потребовал определенный процент с получаемого ворами дохода. При условии передачи ему трети уголовного заработка, он позволял преступникам и дальше совершать кражи. Оперуполномоченного задержали во время получения им очередных 15 тысяч гривен».

Получение незаконного вознаграждения за разглашение служебной информации.

Существование подобного вида коррупционных правонарушений обусловлено наличием в МВД объемных баз данных с конфиденциальной и компрометирующей информацией, к которым получают доступ достаточно широкий круг сотрудников полиции. Сфера формирования и хранения служебной информации в правоохранительных структурах всегда интересовала политиков, коррумпированных чиновников и уголовников, и, в силу такой востребованности, служебная информация легко превращалась из важной составляющей борьбы з преступностью в объект коррупции.

В связи со спецификой службы, полицейский располагает не только информацией о методах и формах борьбы с преступностью, а без особого труда может ознакомиться с установочными и конфиденциальными данными конкретного человека, компрометирующими фактами его биографии, сведениями о работе, наличии автотранспорта, оружия и прочее. Не следует забывать, что сотрудник полиции имеет возможность не только «продать» постороннему лицу служебную информацию, но и откорректировать её в чьих-то интересах либо вообще удалить из базы данных.

«СБУ разоблачила преступную деятельность оперативника уголовного розыска. Имея доступ к автоматизированной информационной системе МВД, полицейский систематически продавал информацию о наличии судимостей и разрешениях на оружие у граждан. Преступника задержали на остановке общественного транспорта после получения 3 тысячи гривен от очередного клиента».

Внутриведомственная «вертикальная» коррупция

Одной из причин, способствующих распространению коррупции в полиции, является извращенная система отношений между начальниками и подчиненными, когда последние должны платить руководству за непредвзятое к себе отношение или создание надлежащих условий для прохождения службы. Это давнишнее и распространенное в МВД явление можно условно назвать «внутриведомственной вертикальной коррупцией».

Существование этой модели взаимоотношений «начальник-подчиненный» вызвано особенностями организационно-управленческой конструкции полиции, которая является военизированным формированием, что предусматривает безусловное и безоговорочное исполнение нижестоящими распоряжений вышестоящих, а также жесткое наказание за нарушение исполнительской дисциплины. Провозглашенный Арсеном Аваковым принцип «Сначала подчинись, потом обжалуй» действовал в МВД всегда, и, как правило, безуспешно в части «обжалуй».

«Начальник всегда прав», а потому в полиции дискуссия о преступности того или иного приказа граничит с обвинением в «нарушении дисциплины и невыполнение служебного долга», тем более, если такой приказ носит неконкретный характер. Руководитель всегда имеет возможность влиять на карьерный рост подчиненного, улучшать или ухудшать режим несения службы, регулировать размер денежного обеспечения, решать вопросы с предоставлением жилья, направления на учебу, предоставления отпуска в летний период и прочее. Попадая в такую зависимость, молодой сотрудник старается избегать конфликтов с руководством, постепенно превращаясь из «подчиненного» в «подданного», вплоть до готовности платить руководителю за продвижение по службе или просто за нетребовательность при оценивании результатов своей работы.

«В Донецкой области разоблачена группа работников Г лавного управления полиции, которые систематически требовали деньги от своих подчиненных. За лояльное отношение к своей работе и не привлечение к дисциплинарной ответственности 30 сотрудников были вынуждены давать взятки руководству».

Необходимость осуществления регулярных «денежных пожертвований» своему начальнику беспощадно калечит мораль сотрудников, наглядно демонстрируя безнаказанность взяточничества и прививая осознание возможности нарушения закона человеком в форме. Полицейский, получив от правонарушителя деньги за избавление от предусмотренного законом преследования, передает часть полученной преступной прибыли своему начальнику, который за это не реагирует на сокрытие преступления своим подчиненным.

В результате вместо одного должным образом наказанного правонарушителя, общество получает трех ненаказанных преступников – самого правонарушителя, а также полицейского и его руководителя, совершивших должностное преступление. Кроме этого, необходимость платить дань руководству, вынуждает полицейского требовать взятки от гражданских лиц в качестве своеобразной компенсации затрат на «умасливание» начальства.

Принимая, благодаря своему руководителю, как должное существование в МВД двойных стандартов морали и поведения, в дальнейшем молодой сотрудник уже легко снимает внутренние нравственные ограничения, успокаивая себя тезисом «Начальник берет, а я чем хуже?». И уже не считает себя преступником, расценивая коррупцию, как не афишируемую для посторонних составляющую полицейской службы, а взятки от граждан – как компенсацию за небольшую зарплату.

Основные причины существования коррупции в полиции

Коррупция – давняя, а потому достаточно изученная социальная проблема с которой, без преувеличения, сталкивается каждое государство. В зависимости от национальных «антикоррупционных устоев» и уровня толерантности общества, каждая отдельная страна пытается решить эту проблему своими, иногда кардинально разными способами – от применения к коррупционерам смертной казни до легализации отдельных коррупционных проявлений. Общеизвестно и то, что ни одно государство не смогло полностью и бесповоротно избавиться от коррупции, хотя отдельным странам удалось минимизировать её влияние на экономику и общество в настолько сжатые сроки, что это действительно впечатляет.

Среди многих причин, приводящих к значительной масштабности и вариативности коррупции в украинских правоохранительных органах, можно выделить основные:

– экономические – низкий уровень экономического развития Украины приводит к недостаточному финансированию государством правоохранительных структур, а значит к ограничению зарплат сотрудников и уменьшению объема предоставляемой им социальной помощи. В свою очередь, это неизбежно провоцирует полицейских на поиск дополнительных и часто незаконных источников дохода;

– социальные – социальное неравенство и имущественное расслоение украинского социума, размежевание граждан на откровенно бедных и неприкрыто богатых привело к тому, что последние, имея значительные доходы, без лишних сомнений прибегают к подкупу судей, политиков, полицейских и другого рода «инвестирования» в коррупцию. Именно имущие мира сего развратили всю национальную систему обеспечения права, которая перенесла модель «справедливость измеряется в деньгах» и на более бедные слои населения;

– политические – распространенность политической коррупции в Украине является фактом общеизвестным. Подкуп избирателей, сращивание предпринимательских и политических элит, продажа или распределение чиновнических кресел с учетом партийной принадлежности, лоббирование личных интересов в ущерб национальным – все это традиционные для нашей страны явления. Фактически, при помощи коррупции управляют государством и в таких условиях борьба с ней невозможна, поскольку превращается в борьбу с существующей властью, чего государственный правоохранительный орган позволить себе не может.

– профессиональные – наряду с охраной правопорядка и борьбой с преступностью, полиция выполняет достаточно много сервисных и разрешительных функций, фактически монополизировав право предоставления гражданам ряда жизненно важных услуг, а любое оформление разрешительных документов само по себе несет коррупционные риски, создавая предпосылки для злоупотребления служебными полномочиями;

– организационно-управленческие – к ним можно отнести вызванные просчетами руководства МВД неэффективную работу службы внутренней безопасности, не организованный должным образом отбор и проверку персонала, отсутствие ведомственного мониторинга за соответствием уровня жизни полицейских их официальным доходам, отказ от привлечения общественности к участию в антикоррупционных мероприятиях и т.д.;

– нормативно-правовые – отсутствие в МВД ведомственных директивных документов, которые бы конкретизировали и адаптировали прописанные в законодательстве формы методы борьбы с коррупцией к специфике деятельности полиции;

– идейные – отсутствие в МВД комплексных мер по системному изменению нравственных ориентиров полицейских и целенаправленному формированию в коллективах нулевого уровня терпимости не только ко взяточничеству, но и к любому нарушению закона. Масштабная, но поверхностная и лубочная имидж-кампания «Служить и защищать вместо карать и крышевать» была нацелена на приток в полицию «свежей крови» и не более. Значительное число быстро разочаровавшихся и уволившихся со службы молодых сотрудников – лучшее тому подтверждение.

Коррупция в правоохранительных органах, как и любая коррупция, имеет свой фундамент, три известные всем первопричины – корысть, аморальность и безнаказанность, находящиеся между собой в тесной взаимосвязи. Воздействуя хотя бы на один из указанных факторов, можно достичь определенного прогресса в снижении коррупции в целом. Однако сложившаяся в Украине ситуация не только не дает возможности разрушить этот фундамент в совокупности всех его составляющих, но даже сколь либо существенно повлиять на одну их них.

Корысть. Мотивом коррупционного поведения полицейских, как правило, является желание улучшить свое благосостояние, получить личную выгоду от своего служебного положения. А из-за отсутствия возможности достичь этой цели и обеспечить приемлемый материальный уровень жизни легальным путем, они прибегали, прибегают и будут прибегать к нарушениям закона. Именно устранение или, по крайней мере, снижение корыстной мотивации является решающим фактором в преодолении коррупции, но в условиях глубокого и не прекращающегося экономического кризиса в Украине, власть без ущерба своих интересов просто не в силах существенно увеличить денежное обеспечение сотрудников.

Проведенное в 2016 году увеличение заработной платы полицейским может повлечь незначительное снижение количества проявлений коррупции среди сотрудников низшего звена, однако к окончательному решению проблемы не приведет. С учетом инфляционных процессов официальный доход полицейских все равно остается недостаточным и не избавит их от соблазна получать дополнительный «коррупционный бонус », тем более в профессиональной среде, где это считается нормой.

Аморальность. Коррупционные преступления часто совершают достаточно обеспеченные сотрудники полиции, для которых получаемый незаконный доход является не средством выживания, а способом наживы и накопления состояния. В короткий срок добиться пересмотра в полицейской среде давно сформировавшихся ложных моральных ценностей чрезвычайно сложно, прежде всего из-за откровенной безнравственности власть имущих – насаждаемый ими принцип неравномерного распределения ресурсов и благ между членами общества очевиден для каждого полицейского.

«Привилегированная» коррупция на высоких ступенях табеля о рангах в украинской правоохранительной системе является не просто копированием модели коррупционного поведения политической и чиновничьей верхушки Украины, но и ее неотъемлемым сегментом, поскольку карьера и обогащение полицейских чинов зачастую обеспечивается именно непринятием мер к высокопоставленным коррупционерам. Украинская элита постоянно демонстрировала обществу тот факт, что финансового благополучия можно достичь благодаря коррупции и урок был усвоен – значительная часть персонала полиции видит в коррупции своеобразный скоростной социальный лифт, а не разрушительное для страны явление.

Обновленная полиция унаследовала от прежней милиции старый негласный кодекс поведения сотрудника в коллективе, предусматривающий замалчивание фактов коррупции со стороны коллег и сослуживцев, пионерскую «всегдаготовность» к безоговорочному исполнению любых приказов, приоритет интересов ведомства над правами граждан, абсолютную корпоративность и лояльное отношение даже к коллегам-правонарушителям, пренебрежение к неукоснительному соблюдению требований закона. Случаи коррупции среди персонала, как и раньше, не поддаются всеобщему осуждению и не воспринимаются полицейскими, как искривление человеческой морали, грубейшее нарушение норм профессиональной этики и позорное для всего коллектива явление. Напротив, коррупционные преступления полицейские часто совершают в составе группы или под руководством своих начальников .

«При получении взятки задержаны заместитель начальника сектора уголовного розыска и три его подчиненных. Установлено, что сотрудники полиции заставляли гражданина распространять наркотики с целью последующего задержания употребляющих их лиц и вымогательства у них денежных средств за непривлечение к уголовной ответственности“

«Начальник подразделения полиции, совместно с оперуполномоченным, требовали у гражданина, который украл канализационные люки, 7 тысяч гривен. За это они обещали ему «закрыть глаза» на преступление. В СБУ организовали прослушивание разговоров начальника со своим подчиненным. Оперативник о каждом ходе вымогательства им денег докладывал своему руководителю и следовал его советам».

В 2016 году стало окончательно ясно, что попытка очистить ряды полиции от коррупционеров с помощью аттестации личного состава завершилась полной неудачей – около 92% бывших милиционеров остались на службе на тех или иных должностях. Что неудивительно – аттестация и не могла быть успешной при столь скоропалительной и непродуманной организации. Отсутствовали не только логистика и четкие критерии, но даже понимание конечной цели процесса. Кроме этого, в аттестационных комиссиях представители от общественности и от полиции зачастую ставили перед собою разные задачи – первые нередко мстили невиновным, вторые защищали уж явно непотребных.

Финальную точку в фарсе аттестации поставили суды – из-за отсутствия предметной и однозначно трактуемой нормативной базы, не слишком ленивый «зааттестованный» сотрудник мог без особого труда опротестовать свое увольнение буквально в одном судебном заседании. «Нынешняя аттестация не отличается по своим финальным показателям от бюрократически-кулуарных аттестаций, которые регулярно проводились в милиции на протяжении всех лет независимости. Руководители полиции не реагировали на критику и до конца процедуры не признали тех ошибок, которые допустили. А главное, своевременно не внесли необходимые изменения в процесс проведения аттестации, а, следовательно, саботировали её»- к такому неутешительному выводу пришли эксперты группы «Полиция под контролем».

Безнаказанность. В Украине известный тезис «безнаказанность порождает беззаконие» можно дополнить не менее справедливым «беззаконие порождает безнаказанность». Анализ результатов судебных решений свидетельствует о растущем уровне лояльного отношения судей к коррупционерам в погонах. Так, если в 2013 году к реальному лишению свободы было приговорено 19,6% взяточников из ОВД (от общего числа обвиненных в получении незаконной выгоды), то в 2015 году – только 5%. При такой статистике украинские суды можно рассматривать скорее как шефский орган содействия, а не искоренения коррупции в правоохранительных органах.

В 2016 году не оправдало надежд и Национальное антикоррупционное бюро с его более чем скромными результатами в противодействии полицейской коррупции – лишь около 3% активных уголовных производств, которые расследовались НАБУ, имели отношение к начальствующему составу правоохранительных органов.

Выявлением и документированием коррупционных преступлений в полиции, как и раньше, занималась преимущественно Служба безопасности Украины, традиционно ориентированная на полицейских коррупционеров низшего и среднего звена.

В свою очередь подразделения Департамента внутренней безопасности в силу многих причин, прежде всего из-за отсутствия возможности самостоятельно начинать уголовные производства и проводить досудебное расследование, на уровень коррумпированности персонала МВД существенного влияния не имела и в существующем формате иметь не может. В определенной степени показательно, что сотрудники внутренней безопасности – ведомственного органа противодействия коррупции, сами оказывались в центре коррупционных скандалов.

«Один из руководителей управления внутренней безопасности был задержан на взятке. Полковник полиции, при посредничестве своего заместителя и адвоката, требовал 11 тысяч долларов за переквалификацию уголовного производства из «получение неправомерной выгоды» на «злоупотребление влиянием». 5000 долларов планировалось передать в прокуратуру, а остальные деньги взяточники хотели распределить между собой».

«За систематическое вымогательство взяток был задержан начальник одного из отделов Управления внутренней безопасности. Для получения незаконного вознаграждения 40-летний подполковник оказывал давление на полицейских с целью заставить их отказаться от проведения проверки деятельности предприятия».

Коррумпированность судов и прокуратуры окончательно нивелировала любые всплески активности в борьбе с коррупцией в полиции. Прокуроры, работники СБУ и суда нередко сами охотно приобщались к традиционным для полиции схемам вымогательства, образуя своеобразные межведомственные правоохранительные коррупционные группы.

«Подполковник СБУ и майор полиции требовали деньги от чиновника, который организовал контрабандный канал переправки подакцизных товаров. «Прикрытие» нелегального бизнеса офицеры оценили в 22 тысячи гривен ежемесячно».

«В СБУ обратился гражданин с информацией о том, что сотрудники правоохранительных органов требуют у него взятку в сумме 2,5 тысячи долларов. В дальнейшем при получении этой неправомерной выгоды были задержаны местный прокурор и старший следователь полиции».

В значительной степени чувство безнаказанности воспитывается у сотрудников общенациональным отношением граждан к коррупции. Взяточничество со стороны чиновников украинцами осуждается, но, в то же время, общество демонстрируют поразительное равнодушие к своему участию в борьбе с коррупцией. По данным социологического исследования Центра Разумкова, почти половина опрошенных респондентов продемонстрировали пассивную позицию – в случае выявления фактов коррупции 14,4% не знают, как будут действовать, а 35% опрошенных сообщили, что вообще не намерены информировать о них соответствующие органы.

Выводы и рекомендации

В 2016 году в Украине отсутствовал весь комплекс предпосылок, необходимых для минимизации уровня коррупции в полиции. Власть не смогла сдержать экономический спад и преодолеть политический и финансовый кризис в стране. Обещания свернуть военные действия, ограничить олигархию, «располитизировать» силовые структуры, обеспечить независимость правосудия, добиться верховенства приоритетов государственных интересов над интересами бизнес-кланов так и остались лишь декларациями.

Принудительная смена политической элиты в 2014 году не изменила мировоззрение власти и не привела к исповедованию нею бескомпромиссной антикоррупционной идеологии. Обновленная правящая верхушка страны, равно как и предшествующая, попыталась совместить противодействие коррупции с защитой собственных материальных и политических интересов, что привело к крушению всех значимых антикоррупционных инициатив.

Объектами внимания антикоррупционных структур в 2016 году были, в основном, чиновники низшего и среднего звена. В результате, по заключению авторитетной международной организации Transparency International, Украина является не только самой коррумпированной страной Европы и Центральной Азии, но и наименее активной в преодолении проблем коррупции. Что вполне естественно, поскольку коррумпированная власть по определению может существовать только в коррумпированной стране, а значит в истреблении коррупции она просто не заинтересована. Показательно и то, что большинство антикоррупционных инициатив внедрялись лишь после активного давления со стороны общественности и ультимативных требований международных финансовых доноров.

Коррупция в Украине стала настолько разветвленным, многоуровневым и разносторонним явлением, что ее преодоление в отдельно взятой государственной структуре, которой является Национальная полиция, невозможно в принципе, даже при создании для этого самых благоприятных условий. Провал антикоррупционных начинаний подтвердила и бывшая глава этого ведомства Хатия Деканоидзе, которая, подав в отставку, откровенно заявила: «Я буду честной и скажу, что нам не удалось искоренить коррупцию. Очищение от неё самого большого правоохранительного органа в страны требует жесткой политической воли».

Обещания минимизировать коррупцию в полиции при помощи обновления законодательства изначально являлись очередной утопией. Совершенные и суровые законы сами по себе не могут стать панацеей от коррупции, поскольку действенность правовых норм напрямую зависит от существующей правоприменительной практики.

Вновь созданные антикоррупционных структуы в 2016 году в части искоренения коррупции в МВД работали вяло и неэффективно. Деятельность НАБУ и специальной прокуратуры скорее создавала гражданам определенный психологический комфорт, нежели защищала их от полицейского коррупционного произвола на практике.

Три года безуспешных попыток избавить полицию от коррупции наглядно показали – любые антикоррупционные программы, прогрессивные технологии и финансовые вливания не решат проблему, если коррупция сохраняется в правительстве, парламенте, администрации президента. МВД просто не имело шансов снизить уровень полицейской коррупции. Для этого, прежде всего, необходимо устранить питательную среду, в которой она существует – коррумпированную власть.

Подытоживая можно утверждать, что в настоящее время украинская полиция продолжает оставаться составляющей крайне коррумпированного, политизированного и инерционного государственного аппарата, а потому должна рассматриваться не только как субъект, но и как первоочередной объект проведения антикоррупционных мероприятий.

Ответственность за поражение в «священной войне» с коррупцией как в полиции, так и по стране в целом, прежде всего несут Президент, правительство и парламент. Именно благодаря им война не стала священной, да, собственно, и войны никакой не было.

Вместе с этим следует понимать, что даже при таких неблагоприятных условиях, Министрество внутренних дел всё же имело возможность добиться снижения уровня коррумпированности персонала, прежде всего среди сотрудников младшего и среднего начальствующего состава. Однако, руководство МВД умышленно или неумышленно, но допустило фатальную ошибку, не начав реформирование полиции с масштабных, стремительных и решительных действий по купированию и превенции коррупции в подразделениях. Во многом именно это и свело реформирование МВД к внедрению несомненно полезных, но фрагментарных структурных и управленческих преобразований.

Еще в 2014 году Экспертный совет при МВД предложил Арсену Авакову комплекс конкретных мер по наступательному противодействию коррупции в системе ОВД, реализация которых не требовала значительного финансирования, однако в корне меняла стратегию внутриведомственной борьбы с нарушениями законности личным составом, в том числе и фактами коррупции. Предложения приняты не были, что позволило устоявшейся милицейской бюрократии в очередной раз адаптироваться, выдавить из себя сторонников реформ и успешно формализовать процесс своего реформирования, направив его в русло привычной идеологии. «Первыми моё увольнение «празднуют» люди «системы», которые считают, что полиция работает на них и уверены, что полиция не может иметь человеческое лицо»,- объявила экс-глава Национальной полиции Хатия Деканоидзе на пресс-конференции по случаю своей отставки. Само существование в полиции «людей системы» после трехлетнего ее реформирования можно считать красноречивым подведением итогов.

В настоящее время обществу навязывается мнение о грядущем очередном этапе наступления на коррупцию в МВД при участии новых игроков – специальных судов и Государственного бюро расследований. Однако, оснований для даже сдержанных оптимистических прогнозов на 2017 год пока нет. Практика прошлых лет показала, что создание, комплектование персоналом и отладка работы правоохранительных структур в Украине – процесс сложный, длительный и с непредсказуемым результатом.

В связи с этим, Министрество внутренних дел может и должно прибегнуть к реализации собственных антикоррупционных инициатив и мероприятий, которые возможно провести в сегодняшних реалиях.

В частности:

1.Кардинально пересмотреть стратегию и приоритеты деятельности службы внутренней безопасности, которая должна исповедовать концепцию «раннего антикоррупционного вмешательства». Очищение полиции должно обеспечиваться не столько привлечением к ответственности сотрудников, уже совершивших коррупционный проступок, сколько путём превентивного увольнения полицейских, потенциально предрасположенных и морально готовых к их совершению.

Поставленной задачи можно добиться путем внедрения практики реализации специальных оперативных проверок полицейских на неподкупность, в ходе которых сотрудники внутренней безопасности искусственно моделируют благоприятные условия для получения сотрудником взятки. Проще говоря, задействованные агенты-провокаторы предлагают полицейскому неправомерную выгоду, а оперативники из службы внутренней безопасности наблюдают и фиксируют реакцию сотрудника на такую провокацию. Если во время такого оперативного тестирования полицейский поддался соблазну и взял предложенную ему взятку, его не преследуют за это в уголовном порядке, а просто увольняют из полиции по специально предусмотренной для этого статье.

Подобный метод является не только эффективным и самодостаточным (органы суда и прокуратуры не имеют возможности влиять на процесс очищения полиции, что часто происходит в рамках уголовного производства), но и более гуманным – склонный к мздоимству сотрудник не оказывается за решеткой, что всегда является трагедией для его семьи. Процедура прохождения негласного тестирования на неподкупность в общих чертах определена Законом Украины «Об основах государственной антикоррупционной политики в Украине (Антикоррупционная стратегия) на 2014-2017 годы» и должна стать в полиции такой же обыденностью, как ежегодное проведение медицинского обследования или сдача зачетов по служебной и физической подготовке.

2.Ввести в Закон Украины «О Национальной полиции» норму, согласно которой каждый полицейский обязан рапортом докладывать об известных ему фактах коррупции в коллективе своему руководителю и официально уведомлять о них орган досудебного следствия, уполномоченный на расследование должностных преступлений, совершаемых полицейскими.

3.Создать при каждом областном управлении полиции постоянно действующие независимые комиссии для изучения обоснованности обвинений сотрудника в коррупции, а также для проведения мониторинга соответствия материального благосостояния семьи сотрудника официальным доходам. К участию в работе таких комиссий привлечь представителей общественности и СМИ.

4. Изменить процедуру рассмотрения жалоб граждан на коррупционные действия полицейских. С этой целью внести в « Инструкцию о порядке проведения служебных расследований в органах внутренних дел Украины» изменения, которые уравняют в правах при проведении расследования полицейского и гражданское лицо, оспаривающее его действия. В том числе предоставить заявителю право самостоятельно собирать и приобщать к материалам расследования доказательства вины полицейского; прибегать к помощи специалистов в области права; использовать выводы независимых экспертиз и исследований; привлекать к участию в расследовании правозащитников и представителей масс-медиа.

5.Ведомственным нормативным актом предусмотреть обязательность инспекторской проверки служебной деятельности органа полиции, сотрудник которого обвиняется в коррупции.

6.С воспитательной целью ввести практику присутствия личного состава органа полиции на судебных процессах над их бывшими коллегами-взяточниками.

Автор: Владимир Батчаев, “Антидот”

 

Нашли орфографическую ошибку? Выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter   
Редакция «УК» поможет отстоять ваши права и восстановить справедливость!
Пишите нам по адресу help@cripo.com.ua

Новости ТВ
Загрузка...
МетаНовости
Загрузка...