влажность:

давление:

ветер:

влажность:

давление:

ветер:

влажность:

давление:

ветер:


Письмо в УК

Фотогалерея

Что скрывает секретный бункер Горбачева в белорусских лесах

Что скрывает секретный бункер Горбачева в белорусских лесах

Голосование

Какая судьба ждет Саакашвили в Украине?

Его депортируют в Грузию
Ему вернут гражданство
Ничего ему не будет, дело замнут - Тимошенко снова посадят
Его выдворят из Украины через 90 дней

Реклама

...
Печать

Кто и зачем покупает себе дополнительное гражданство

21.11.2017 08:20

Предоставление гражданства или вида на жительства в обмен на финансовые вложения обычно освещается в СМИ в негативном ключе — из-за того, что эта схема помогает уйти от ответственности преступникам, но, как и в случае с офшорными финансами, этический спектр тут гораздо шире. Питер Винсент из  организации «агентов по границам», оценивает так: 1 % клиентов в этой отрасли — это нарушители прав человека, отмыватели денег и другие люди, пытающиеся избежать правосудия, а остальные 99 % — богатые путешественники и «готовящиеся к Судному дню» жители политически нестабильных стран или стран, которым грозит изменение климата.

 Джаляль — руководитель иракской телекоммуникационной компании с беглым английским и степенью Гарвардского университета. Его жена — хирург. Состоятельная пара всегда любила путешествовать, особую нежность они питают к озеру Комо в Италии. Однако иракское гражданство зачастую означает проблемы с получением визы.

Несколько лет назад Джаляль и его супруга подали на гражданство Антигуа. После десяти месяцев заполнения форм и «комплексной проверки» (проверка биографии и подобное) они вложили несколько сотен тысяч долларов в недвижимость и фонд развития на этом острове в Карибском море, а в обмен получили паспорта, которые позволяют им приезжать без виз в 130 стран, включая большинство государств Европы. Консультанту по гражданству, который помог им стать ирако-антигуанцами, они шлют открытку с озера Комо всякий раз, когда туда приезжают, — чтобы выразить свою признательность.

Франческо Коральо выступил на Карибах еще лучше — по другим совсем причинам. Разыскиваемый Интерполом итальянский бизнесмен купил себе дипломатический паспорт Доминики и попытался заявить о дипломатическом иммунитете на основании того, что является постоянным представителем острова в Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН. Сейчас он находится в заключении в Синт-Мартене — крошечной голландской территории в Карибском море, ему грозит экстрадиция по обвинению в уходе от уплаты налогов и даче взяток политикам.

Один — хороший управленец, стремившийся преодолеть территориальные барьеры, которые возводились с мыслью о менее достойных его согражданах, а другой — разыскиваемый преступник: оба стали покупателями в бизнесе «паспорта в обмен на наличные».

Предоставление гражданства или вида на жительства в обмен на финансовые вложения обычно освещается в СМИ в негативном ключе — из-за того, что эта схема помогает уйти от ответственности преступникам, но, как и в случае с офшорными финансами, этический спектр тут гораздо шире. Питер Винсент из Borderpol, организации «агентов по границам», оценивает так: 1 % клиентов в этой отрасли — это нарушители прав человека, отмыватели денег и другие люди, пытающиеся избежать правосудия, а остальные 99 % — богатые путешественники и «готовящиеся к Судному дню» жители политически нестабильных стран или стран, которым грозит изменение климата.

По оценкам Кристиана Келина, председателя консалтинговой фирмы Henley & Partners, несколько тысяч человек в год тратят в общей сложности 2 миллиарда долларов, добавляя в свою коллекцию новый паспорт или вид на жительство.

Крупнейшие источники клиентов — Китай, Россия и Ближний Восток.

Спрос быстро растет, добавляет Эрик Мэйджор, который стоял у истоков отрасли, когда работал в банке HSBC. Число клиентов из развивающихся стран, чье состояние варьируется от одного до ста миллионов долларов, растет на 15–20 % в год, говорит он; для них несколько сотен тысяч долларов — это выгодная сделка по покупке преимуществ, которые дает дополнительное гражданство.

Нестабильность стимулирует спрос: к примеру, новыми паспортами стали интересоваться больше южноафриканцев, потому что при правительстве Джейкоба Зумы число стран, куда они могут ездить без визы, сократилось. Аналогично с терроризмом: граждане некоторых богатых стран (в основном Америки) хотят иметь другой паспорт, когда путешествуют или работают за границей — чтобы не стать жертвой боевиков.

Для удовлетворения этого спроса выросло и предложение. У более 30 стран есть активные программы по предоставлению экономического гражданства или вида на жительство, говорит Келин, а у еще 60 есть для этого соответствующее законодательство. Некоторые требуют прямой передачи наличных средств, другие — инвестирования в государственные ценные бумаги или покупки недвижимости. У некоторых государств есть долгосрочная нацеленность на потенциальную экономическую выгоду и они предлагают паспорта предпринимателям, которые основывают местную компанию и создают рабочие места.

Требуемое вложение варьируется от 10 тысяч долларов (гражданство Таиланда, например) до более 10 миллионов (ускоренное получение вида на жительство в Великобритании). В некоторых странах через несколько лет изначальные инвестиции можно вернуть.

Особенно приветливы страны Карибского бассейна. Колониальное прошлое островов дает их гражданам широкий безвизовый доступ; их маленький размер подразумевает, что богатые страны не ощущают необходимости ограничивать доступ их гражданам из опасений массовой эмиграции; бедность этих государств означает, что им нужны деньги.

Первыми в бизнес пришли Сент-Китс и Невис более десяти лет назад, после того, как лишение европейских субсидий разрушило их сахарную отрасль. С тех пор федерация продала более 10 тысяч паспортов за 250 тысяч долларов штука — неплохой источник дохода для пары островов с населением 55 тысяч человек и ВВП 1 миллиард долларов.

Соседняя Доминика штампует паспорта в количестве порядка двух тысяч в год по цене 100 тысяч долларов. После того как в 2015 году остров пострадал от тропического шторма, посол Доминики в ООН Винс Хендерсон назвал схему «единственным спасением».

В 2017 году 148 миллионов долларов из 340-миллионного бюджета страны поступят из программы «гражданство в обмен на инвестиции».

Премьер-министр Антигуа заявил, что их программа «паспорт за наличные» помогла погасить государственный долг. В бизнес пришли и тихоокеанские острова в надежде поправить пострадавший от погоды бюджет. Вануату вместе с паспортами дает бонусы — типа бесплатной зарегистрированной компании-пустышки и банковского счета.

Качественный прорыв в индустрии произошел несколько лет назад, когда к игре присоединились страны ЕС, а именно Мальта и Кипр. Кипр рекламирует «гражданство Евросоюза, которое вы получите за несколько месяцев», со всеми ништяками, включая общеевропейское здравоохранение и отсутствие требования жить на острове или сдавать тесты на знание истории и языка. Налоговые преимущества также соблазнительны. Цена справедливо высокая: нужно вложить два миллиона евро в недвижимость или ценные бумаги. Программа объясняет, откуда на острове возникают виллы, принадлежащие россиянам и китайцам.

Мальта дешевле: как минимум 650 тысяч евро плюс еще 25 тысяч евро за супруга или ребенка. Но условия жестче. Процесс проверки занимает год или больше, и по сообщениям, около трети заявок отклоняют.

Взнос может превышать сумму, которую средний житель Мальты платит в качестве подоходного налога за всю свою жизнь. Правительство одобрило более 1400 заявок. Ограничение программы (в теории) — 1800 паспортов.

Примеру этих государств собираются последовать еще полдюжины стран. Недавно подобную программу перезапустила у себя Черногория, которая к 2022 году может присоединиться к ЕС. Сент-Люсия предлагает паспорт и безвизовые путешествия в обмен на различные варианты инвестирования.

Однако отрасль страдает от дурного имиджа. Иранские специалисты по обходу санкций были пойманы с паспортами Сент-Китса в карманах. По информации американских следователей, у малайзийского бизнесмена Джо Лоу, который замешан в крупном коррупционном скандале, также есть паспорт Сент-Китса. «Обработка более нескольких сотен заявок в год в таких маленьких и ограниченных в ресурсах странах, разумеется, приводит к тому, что кандидатов проверяют не слишком тщательно», — говорит консультант, знакомый с программой Доминики. Организация экономического сотрудничества и развития называет схемы по продаже паспортов лазейкой в борьбе против международного укрывания от налогов. Чиновники антикоррупционных ведомств беспокоятся, что это может вызвать расцвет коррупции, в особенности в микрогосударствах, где надзор за чиновниками, которые проводят эти схемы, обычно очень слабый. 

Сент-Китс пытается вернуть себе доверие. Под международным давлением правительство отозвало тысячи паспортов и выдало новые, более подробные, которые усложняют укрытие личности владельца. Эти действия были вызваны решением Канады отменить безвизовый въезд для граждан этой страны (потом она лишила привилегии и граждан Антигуа). В попытке доказать, что государство хочет измениться, Сент-Китс нанял международную фирму по управлению рисками для аудита своей программы.

В заголовках критических статей появляются не только карликовые государства. Богатые страны не продают паспорта напрямую, но часто дают инвесторам вид на жительство (в качестве первого шага к гражданству).

У крупнейшей из таких программ, американской EB-5, непростая история. Она дает нескольким тысячам иностранцев в год право жить и работать в стране, если они инвестируют один миллион долларов — или половину его в специальной зоне с высокой безработицей — и создадут как минимум десять рабочих мест. Некоторые проекты оказались мошенническими. Использование EB-5 Джаредом Кушнером, зятем президента Дональда Трампа, для привлечения китайских инвесторов в девелоперские проекты своей семьи также очернило репутацию программы. Некоторые сенаторы выступают за ее сворачивание.

Скоро конгресс решит, продлевать ее или нет. Богатые страны хотят провести резкую черту между собой и открытыми торговцами гражданством, но «отличие заключается лишь в масштабе», говорит Джейсон Шармен, профессор международных отношений в Кембриджском университете: после мирового финансового кризиса половина стран – членов Организации экономического сотрудничества и развития начали продавать визовые разрешения, вид на жительство или гражданство. В Великобритании так: чем больше инвестор вкладывает (до максимума в 10 миллионов фунтов), тем быстрее его получит.

Посреди послеобеденного интервью в отеле Grand Kempinski в Женеве Кристиан Келин останавливается, чтобы заказать бананы. Встречи идут одна за другой, поясняет он, и у его нет времени поесть. В Лондоне он большую часть времени сидит за одним и тем же столиком в темном углу ресторана роскошной гостиницы Claridges и принимает клиентов.

Индустрия продажи паспортов выросла и пришла в верхний сегмент рынка.

Раньше на рынке господствовали маленькие фирмы, которые размещали рекламу в разделах частных объявлений в бизнес-журналах, или девелоперы, продающие дома на пляже вместе с правом на ВНЖ. Сегодня это часть бизнеса, обслуживающего «физические лица с крупным частным капиталом».

Поставщики услуги варьируются от международных консалтинговых агентств типа Henley, компании Келина, до банков, работающих с большими объемами частного капитала, включая UBS и HSBC. Канадские банки также активны, первые шаги они делали у себя дома: Канада давно начала продавать вид на жительство, вдохновленная квебекской схемой, которая пользуется популярностью у азиатов и иранцев и помогла поднять экономику провинции в 1980-1990-е годы.

Самые свежие участники рынка — большие аудиторские фирмы типа KPMG и BDO, а также юридические фирмы. Mischcon de Reya, элитная лондонская юридическая фирма, предлагает набор VIP-брендированных услуг, включая «VIP-студента», и «комплексное обслуживание» тем, кто хочет действительно переехать, — «обеспечиваем идеальный переезд в Великобританию для вас и ваших детей». Сюда включена консьерж-служба для любых задач, начиная от покупки школьной формы и заканчивая отделкой новой недвижимости.

Келин начинал карьеру, продавая вид на жительство в различных кантонах Швейцарии и Канаде. Прорывом стало то, что он убедил Сент-Китс позволить Henley переписать их законы о гражданстве и разработать программу по получению паспортов. Примеру последовали еще ряд бедных карибских стран — включая Антигуа и Доминику. Henley зарабатывает, консультируя одновременно частных клиентов и правительства по разработке их программ.

По мере вхождения в верхний сегмент рынка индустрия стала работать над улучшением своего имиджа и репутацией. В 2014 году несколько крупных фирм создали торговую ассоциацию под названием Investment Migration Council (IMC). Организация настаивает, что функционирует не в бизнесе «паспортов на продажу», а в «отрасли предоставления гражданства за инвестиции» или, что звучит еще более легитимно, в «миграции инвесторов». Консультанты говорят об «усилении мобильности талантов».

В прошлом году IMC присоединилась к Transparency International, чтобы написать критический доклад о венгерской программе предоставления ВНЖ в обмен на деньги, доходы от которой, судя по всему, идут скорее посредникам, чем налогоплательщику. Келин говорит, что совет задает стандарты: «Это как с нефтью — мы хотим быть Норвегией или Нигерией?» Критики говорят, что он использует ассоциацию для продвижения стран, чьи программы помогла создать Henley, и разгрома тех, в создании программ которых компания участия не принимала.

Келин утверждает: представление о том, что формирует основу для гражданства, постоянно эволюционировали. Идея о том, что гражданство нужно давать только по ius soli («праву почвы», то есть тем, кто родился на территории) или по ius sanguinis («праву крови»), устарела.

Кристин Сурак, специалист по миграции из Лондонского университета, отмечает, что база гражданства Европейского Союза перечисляет 27 причин получения гражданства. Почему ius pecuniae («право денег») не должно быть среди них? Раньше было: в XVIII веке немецким и итальянским торговцам, которые вносили вклад в строительство империи, давалось британское гражданство.

Самый энергичный и красноречивый сторонник этой позиции — Дмитрий Коченов, эксперт по конституционному праву из Гронингенского университета, который тесно сотрудничает с фирмой Кtлина, в частности над Международным индексом качества гражданства.

Лохматый русский, известный своей находчивостью, галстуком-бабочкой и аляповатыми брюками, Коченов — «рок-звезда» мира гражданства за инвестиции, говорит его коллега по университету Стефани Лоле Шелу.

Пылкость Коченова, который председательствовал на открытии конференции IMC в Женеве, ни с чем не спутать. «Мы проделываем маленькие дырочки в заборах, возведенных национальными государствами, — провозгласил он. — Простая цель нашей отрасли — снова объединить мир, и мы должны гордиться, что извлекаем из этого выгоду… Мы помогаем людям пересекать границы и вкладываться в общество по своему выбору». Он беспокоится, что популизм и национализм возводят эти барьеры. «Брекзит» и запрет Дональда Трампа на приезд представителей некоторых мусульманских стран — проклятие в братстве продавцов паспортов.

Коченов не стал вдаваться в причины подъема национализма, но некоторые из них сидели в конференц-зале пятизвездночного отеля Grand Kempinski, аплодируя его речи. Эти одетые в дорогие костюмы поставщики паспортов плутократам олицетворяют — и поощряют — неограниченный глобализм, который внес свой вклад в откат к национализму. В глазах множества менее удачливых людей они позволяют мировой элите беспрепятственно перемещаться между странами, переезжая, когда ситуация усложняется, забирая все, что можно унести, и зачастую не принося с собой ничего, кроме денег.

Индустрия вынуждена бороться с широко распространенным мнением о том, что гражданство не является исключительно продуктом сделки, но имеет также важную культурную и эмоциональную составляющую. Представление о том, что его можно купить, не очень вяжется с убеждением о том, что ощущение принадлежности имеет значение. И хотя люди одобряют деньги иностранцев, когда они экономически помогают их стране, им не очень нравится то, что правительство продает гражданство, — так же, как их коробит, когда гражданство дают не имеющему связи со страной иностранному спортсмену, просто для того, чтобы увеличить количество медалей на Олимпийских играх.

С этой точки зрения, гражданство не просто паспорт: оно должно быть также обязательством — наделять не только правами, но и ответственностью. Типичный покупатель паспорта вряд ли поселится в новой стране, ему плевать на ее политику, и он не заинтересован в защите ее ценностей.

Если новое гражданство не американское — США особенно хороши в том, что касается сбора налогов со всех своих граждан — этот человек, вероятно, и налогов своему новому отечеству платить не будет.

Обычные способы получения гражданства предполагают наличие культурного компонента: обычно на натурализацию уходят годы, и для нее требуется, чтобы кандидат установил реальную связь с новой страной. Индустрия, главная цель которой — избежать этого ожидания, наличия культурного компонента не предполагает.

Паспортные брокеры парируют, что враждебность против торговли паспортами отражает национализм; некоторые люди просто не могут смириться с концепцией глобального гражданства. Покупка короткого пути к гражданству, утверждают они, ничем не отличается от трат на первый класс на самолете, и приносит больше пользы обществу, потому что переводит деньги бедным странам. Почему паспорт не может стать просто еще одним товаром, если ни выпускающее его правительство, ни те, у кого они уже есть, не имеют ничего против?

Эти сложные настроения вокруг гражданства ощущаются в ужесточении регулирования. Европейская комиссия заявляет, что внимательнее присмотрится к продаже паспортов. Она благословила схемы Мальты и Кипра, но с оговорками. Мальта получила одобрение после того, как обещала, что будет вынуждать кандидатов устанавливать «настоящую связь» с островом. Но это определение размыто.

Ужесточение регулирования ударило по спросу со стороны китайцев. Хотя Китай не разрешает своим гражданам иметь второй паспорт — купившие его должны вести себя осмотрительно, например хранить второй паспорт в банковской ячейке в Гонконге, китайцы — главные покупатели большинства схем.

На них приходится примерно 80 % американских разрешений EB-5. Однако есть признаки ослабления спроса, говорит Ларри Ванг из Well Trend, одного из крупнейших китайских официальных иммиграционных консалтинговых агентств (легальных их в стране порядка тысячи, а действующих без лицензии раз в десять больше). Объяснением может быть улучшение уровня жизни на родине, а также ужесточение валютного контроля.

И все же враждебность по отношению к отрасли не обязательно улучшает ситуацию для задействованных стран. Она может сокращать преимущества продавцов. Один из аргументов в пользу схем с инвестированием, а не прямым вливанием средств, заключается в том, что прямая продажа «выявляет, что это неприкрытая сделка», говорит специалист по миграции из Оксфордского университета Мадлен Сампшн. Но «паспорта в обмен на наличные» обычно лучше для страны, выдающей паспорта: в отличие от инвестирований в стиле EB-5 правительство может быть уверено в том, что деньги действительно есть и не будут выведены позднее.

Перспективы индустрии выглядят благоприятными. Коченов вдохновлен распространением в Европе, странах Залива и в других регионах «интер-гражданства» — это когда гражданство одной страны позволяет свободно передвигаться по странам широкого блока. Паспорт, дающий доступ к этому блоку, соответственно, более ценен: статус Мальты как члена ЕС, к примеру, усиливает привлекательность гражданства этой страны. Келин говорит: «Мы — часть большой тенденции». Вероятно, он прав. Пока в мире есть проблемы, будет спрос на дополнительные паспорта; пока есть трудности с государственными финансами, будет предложение. И того, и другого пока в избытке.

 

Авторы: Мэтью ВАЛЕНСИА и Дина МИНГАЛИЕВА; НОЖ

 

Нашли орфографическую ошибку? Выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter   
Редакция «УК» поможет отстоять ваши права и восстановить справедливость!
Пишите нам по адресу help@cripo.com.ua

Новости ТВ
Загрузка...
МетаНовости
Загрузка...