СКОРО УКРАИНА ПОЛУЧИТ ВТОРОГО СЕРИЙНОГО УБИЙЦУ?

Судебное слушание по делу бывшего оперуполномоченного уголовного розыска Приморского райотдела милиции города Мариуполя Сергея Довженко, должно начаться в среду 11-го декабря в его родном городе. По предварительной информации Сергей Довженко признался в убийстве 19 человек, в том числе четырех милиционеров и 12-летней девочки, но обвинение планирует доказать, что от руки Довженко погиб 21 человек. Как свидетельствуют материалы следствия, бывший мариупольский опер убивал на протяжении более трех лет. Имея опыт работы в уголовном розыске, на месте преступления он практически не оставлял следов.

Впрочем, это дело уже сейчас порождает немало вопросов к следствию, прокурорскому надзору, а также к системе украинского судопроизводства

Материалы дела и обвинительное заключение были переданы в Апелляционный суд Донецкой области еще 11 ноября. Судьей назначен Игорь Терещенко. По его словам, дело С. Довженко необычайно сложное. Десятки потерпевших и свидетелей, множество заключений экспертиз и эпизодов обвинения. Дело бывшего мариупольского оперуполномоченного занимает 23 тома.

Хотя Довженко совершал свои преступления крайне профессионально, четверо из его жертв все же выжили. Довженко был задержан в мае 2002 года возле своего дома в Мариуполе после того, как убил двух человек, один из которых был гражданином Югославии. Мариупольские оперативники считают, что главным мотивом убийств все-таки были корыстные побуждения. Построение линии защиты, как прогнозируют специалисты, будет основано на мести бывшего сотрудника милиции, который был несправедливо обвинен в убийстве охранника фирмы «Цитадель» в 1997 году. Тогда суд оправдал Довженко, приговорив его к 8 месяцам заключения за подделку документов. После освобождения он неоднократно пытался устроиться на работу, в том числе и в правоохранительные органы, однако ему в этом категорически отказывали. По мнению адвоката Игоря Надолько, как сообщает информационное агенство «Обозреватель», таким образом общественность спровоцировала превращение Сергея Довженко в убийцу. И он вступил в своеобразное соревнование с милицией — убивал невинных людей, таким образом доказывая недееспособность всей правоохранительной системы. Ранее сам Довженко сказал: «Почти все убийства были совершены с одной целью — наказать тех, кто надо мной издевался… Я хотел наказать старших».

В настоящее время Сергей Довженко коротает время в ожидании суда, в одиночной камере Мариупольского СИЗО. Смотрит телевизор и читает книги — в том числе Ницше.

Накануне процесса наш корреспондент встретился с родным братом Сергея Довженко Валерой и вот что он ему сказал:

— В прессе и на телевидении неоднократно рассказывали о моем брате как о серийном убийце. Я не знаю, действительно ли это так. Слишком уж велика тяжесть предъявленных ему обвинений, чтобы в это поверить. Кроме того, у меня на сегодняшний день достаточно оснований предполагать, что не все так, как о нем пишут и показывают. К сожалению на телевидение и в печать о моем брате поступает одностороння информация и в основном с обвинительным уклоном.

Однако в данном деле имеется и другая сторона, которую правоохранительные органы не афишируют. Говоря об этом я высказываю лично свое мнение и свое видение исходя из той информации которой владею.

В частности, я неоднократно заявлял устно и письменно в прокуратуру Донецкой области о моем допуске к участию в данном деле в качестве защитника своего брата. Однако, как будто нарочно, не обращая внимание на мои обращения, следователь областной прокуратуры допросил меня в качестве свидетеля, после чего отказал мне в допуске к участию в деле, сославшись на то, что поскольку я допрошен в качестве свидетеля, то не могу быть защитником. Действительно, уголовно-процессуальный кодекс запрещает участвовать в качестве защитника лицам, подлежащим допросу либо допрошенным в качестве свидетеля. Но в моем случае я не мог быть допрошен в качестве свидетеля, поскольку неоднократно участвовал по гражданским и уголовным делам в качестве представителя брата, а меня допрашивали об обстоятельствах, ставших мне известными при оказании юридической помощи. В настоящее время я безуспешно пытаюсь добиться допуска к участию в деле, начиная с мая 2002 года и по настоящее время. Я пытался нанять другого адвоката, если следствие так упорно не хочет меня допустить. Однако и этого адвоката к участию в деле не допустили по тем мотивам, что мой брат якобы от него отказался. Хотя для того, чтобы принять отказ от адвоката, его сначала необходимо допустить к участию в деле. Чего следственной группой сделано не было.

На мой взгляд все это указывает на то, что следственной группой грубо нарушаются права на защиту моего брата. Формально у него имеется адвокат по назначению (то есть бесплатный), который устраивает следствие тем, что в силу объективных причин не может противопоставить полный арсенал защитных мер. Думаю, не составляет секрета, что для полноценной защиты необходимо достаточное количество денежных средств, а государство, фактически бесплатных защитников денежными средствами не обеспечивает, хотя формально такая оплата задекларирована в законе. Кроме того, данные действия на мой взгляд являются вмешательством в деятельность защитника, за что уголовным кодексом предусмотрена ответственность. Я не стал с этим мириться и подал ряд жалоб и заявлений в прокуратуру Донецкой области и в Генеральную прокуратуру Украины. Однако мои заявления о совершении преступлений в отношении моего брата со стороны следственной группы прокуратуры Донецкой области в порядке статьи 97 УПК Украины прокуратурой не рассматриваются. Генеральная же прокуратура Украины отправляет жалобы и заявления обратно в прокуратуру Донецкой области- в эту же прокуратуру тем же лицам на которых я подавал жалобы и просил привлечь к ответственности. Таким образом круг замкнулся. Из этого я сделал вывод, что прокуратура Украины отстранилась от того, чтобы восстановить право моего брата на защиту. В связи с чем у меня возникли подозрения, что следственная группа не желает найти настоящего преступника.

Бездействие Генеральной прокуратуры Украины и прокуратуры Донецкой области я вынужден сейчас обжаловать в судебном порядке. Но и здесь не все просто. Сложность в том, что вопрос о возможности обжалования бездействия должностных лиц прокуратуры по рассмотрению жалоб и заявлений, трактуется судами неоднозначно. Нет по данным делам судебной практики, чтобы обобщить — как же должны рассматриваться данные категории дел. Например, Печерский райсуд г. Киева считает, что такие жалобы не могут рассматриваться судами в гражданско-процессуальном порядке, поскольку в них обжалуется бездействие прокуратуры в порядке уголовно-процессуального законодательства. Ворошиловский местный суд г. Донецка считает, что данная категория дел может рассматриваться в гражданско-процессуальном порядке, однако определять в каком порядке должны рассматриваться заявления и жалобы является правом прокуратуры. Если прокуратура считает, что в заявлении нет достаточных сведений о совершенном преступлении, то данное заявление должно рассматриваться не в порядке ст. 97 УПК Украины, а в соответствии с Законом Украины «Об обращении граждан». Жовтневый местный суд г. Мариуполя рассматривает данные жалобы по существу и удовлетворяет их.

Не удивителен такой разнобой толкований судами гражданско-процессуального закона. В государстве Украина не принято жаловаться на работников прокуратуры с таким пристрастием, когда видна реальная опасность ответственности за их бездеятельность. Поэтому и общей практики еще не существует. Думаю, это вопрос будущего. В настоящее же время все обстоит таким образом, что я лишен возможности защищать своего брата, а адвокатов, которым я доверяю и естественно неудобных для следствия, под различными предлогами не допускают к делу.

В августе 2002 года мне стало известно, что в июле 2002 года закончился двухмесячный срок избрания меры пресечения моему брату, однако постановление о его продлении поступило в СИЗО № 7 спустя полтора месяца. То есть полтора месяца Сергей содержался под стражей незаконно. Для того, чтобы проверить данные факты я, в соответствии с действующим законодательством, обратился с заявлением в прокуратуру г. Мариуполя. Однако, как и ранее, мое заявление в порядке ст. 97 УПК Украины не проверялось. Мне ответили, что нарушений не выявлено и оснований для проверки в порядке ст. 97 УПК Украины не имеется. Снова круг замкнулся, поскольку Генеральная прокуратура Украины отправила мою жалобу в Донецкую областную прокуратуру, которая дала мне аналогичный ответ. В настоящее время я обжалую бездействие должностных лиц прокуратуры в суд с тем же успехом, что и раньше.

В связи с этим мысль о неработоспособности правоохранительной и судебной систем в Украине напрашивается сама собой. Не удивительно, что в нашей стране появляются разочарованные люди, которые решаются силой оружия добиваться справедливости, ценой нашей с вами жизни. Мой брат не верит в существующую систему и не верит в правосудие и справедливость законов — отсюда его безразличие к тому, что о нем говорят и что с ним делают.

Остается только добавить, что исходя из предъявленных Довженко преступлений ему грозит высшая мера наказания, предусмотренная Уголовным кодексом — пожизненное заключение. Слово – за судом, которому решать: доказана вина Довженко или нет. Судебные слушания начинаются 11 декабря в Мариуполе. Если Сергея Довженко осудят, в истории независимой Украины он будет вторым серийным убийцей, понесшим наказание.

Юрий Стрелков, Мариуполь

Читайте также: