Судьба президента. За что Альберто Фухимори дали срок

22 сентября 2007 года, по прошествии 7 лет с момента позорного бегства, Альберто Фухимори вернулся на родину. Но не свободным гражданином, а в наручниках -чилийская Фемида выдала его перуанской юстиции. И вот на днях, по окончании скрупулезного процесса, включавшего 161 заседания, Верховный суд обнародовал вердикт. По совокупности преступлений бывший глава государства, длительное время находившийся у кормила власти, приговорен к 25 годам заключения за нарушение прав человека.

Ему инкриминируется интеллектуальное авторство и ответственность за убийства 25 граждан в столичных районах Barrios Altos и La Cantuta в 1991 и 1992 годах, а также похищение предпринимателя и журналиста. Эти акции проводились военным эскадроном с ведома государства, вооруженных сил и специальных служб. Особо акцентировался тот факт, что правительство пыталось всячески скрыть злоупотребления, совершенные в период своей деятельности.

Реакция в стране на решение судебной инстанции оказалась неоднозначной. Так, Гизела Ортис, представительница организации членов семей — жертв геноцида заявила, что «впервые судебная власть прислушалась к возгласам жертв». Ее коллега Эдуардо Бертони отметил тот факт, что суд квалифицировал дело как преступление против человечности. Это не всегда случается в международных инстанциях. Бывший перуанский президент Алехандро Толедо подчеркнул, что осуждение – это урок для мира и особенно — для политического класса страны.

Сторонники Альберто Фухимори, включая адвокатов, не скрывали своего возмущения вердиктом Верховного суда. Его дочь – Кейко, депутат парламента, намеревающаяся выдвинуться кандидатом в президенты на выборах 2011 года, — заявила, что это фарс, а не юридическое решение, и обещала вывести на улицы многочисленных манифестантов с требованиями пересмотра вердикта. Столь же решительно настроены и остальные 12 законодателей, составляющих фракцию фухимористов, которая наверняка использует это в грядущих электоральных сражениях. Конгрессмен Карлос Фернандо Раффо, избранный от Лимы, выразился об этом так: «Приговор это плод ненависти и мести, политической конфронтации разделенной страны, в которой побежденные осудили победителя и приговорили его к тюремному заключению»

В то же время мировая и особенно латиноамериканская общественность отреагировала на судебное решение весьма позитивно, назвав его историческим. Большинство экспертов сошлись во мнении, что это поистине беспрецедентный случай для континента, «ибо впервые бывший конституционный президент осужден в собственной стране за преступления против человечности».

Представитель Amnistia Internacional Хавьер Суньига, присутствовавший на процессе в качестве наблюдателя, заметил, что этот приговор – один из важнейших за последнее время, имея в виду «ответственность главы государства за преступления, совершенные структурами, которыми он руководил либо которые помогал создавать». Речь идет об образцовом для всего мира приговоре с точки зрения подхода к доказательной базе.

Это способно оказать глубокое воздействие на рассмотрение других случаев попрания прав человека. Мариа Мак Фарланд, наблюдатель от Human Rights Watch, заявила, что приговор «послал позитивный сигнал миру, который означает, что национальная судебная инстанция способна рассматривать дела, касающиеся нарушений прав человека. Этим вердиктом и своим образцовым поведением на протяжении всего процесса перуанский суд продемонстрировал миру, что даже бывшие главы государств не могут оставаться безнаказанными за совершенные тяжкие преступления.

Луис Пуиг, видный профсоюзный деятель Уругвая, назвал решение суда победой прав человека в Америке и во всем мире. Перуанское государство подтвердило свою безусловную приверженность международному праву и тот факт, что преступления против человечности не имеют срока давности.

Председатель Постоянной ассамблеи прав человека Боливии Роландо Вильена заявил испанскому информационному агентству, что речь идет о решении, показывающим всем остальным, как действовать в ситуациях злоупотребления властью.

Приветствуя решение суда, Хебе де Бонафини, председатель аргентинской правозащитной организации «Матери с площади Мая», объединяющей родственников жертв репрессий диктаторского режима, заявила: «наказание заслуженное». При этом добавила, что дали мало, но главное, что наказали.

Так завершился очередной акт эпопеи Альберто Фухимори, которая начиналась весьма благостно. В 1990 году 49-летний инженер-агроном, скромный, мало кому известный ректор столичного сельскохозяйственного университета «Ла Молина», этнический японец, не принадлежащий к местной элите, неожиданно для многих оказался на вершине пирамиды власти. Предложив понятную большинству электората программу выхода из тяжелой экономической и политической ситуации, обещав покончить с разгулом терроризма и засильем наркобизнеса, он во втором туре выборов одолел считавшегося фаворитом всемирно известного писателя Марио Варгаса Льосу.

Вступив в должность, президент решительно и энергично, без раскачки, взялся за вывод страны из острейшего социально-экономического коллапса и сумел добиться впечатляющих успехов. Запущенные механизмы неолиберальной модели, хотя и не без пробуксовки, стали давать ощутимые результаты. Удалось справиться с гиперинфляцией, заметно улучшить показатели роста ВВП и значительно увеличить объем иностранных инвестиций, осуществить масштабную приватизацию неэффективных предприятий государственного сектора. Эти меры помогли смягчить социальные проблемы: снизилась безработица, повысились минимальные зарплаты и пенсии.

На этой волне А.Фухимори в 1995 году легко взял верх над основным соперником, бывшим Генеральным секретарем ООН Хавьером Пересом де Куэльяром и, заручившись поддержкой 64,4% электората, вновь стал президентом. Даже мировой финансовый кризис 1998 года, серьезно подорвавший ресурсы государства, не поколебал макроэкономической устойчивости в стране. Во всех уголках планеты заговорили о перуанском экономическом чуде и ее архитекторе

Между тем, на политическом небосклоне было отнюдь не столь безоблачно. Реформы осуществлялись жесткими методами. Фухимори с самого начала натолкнулся на отчаянное сопротивление части правящей элиты и их представителей в парламенте. В этих условиях он пошел на чрезвычайную меру — распустил Национальный конгресс, совершив 5 апреля 1992 года «институциональный переворот». Так началось скольжение к авторитаризму.

Вехами на этом пути стали выборы в Демократический учредительный конгресс, легитимизировавшие разгон парламента. Референдум 1993 года одобрил новую Конституцию, предоставлявшую президенту широкие полномочия — вплоть до роспуска парламента и судебных органов, а также право на повторное избрание непосредственно по завершении предыдущего мандата. Потом был конфликт 1997 года с Конституционным судом по вопросу трактовки статьи 112 Основного закона. Он завершился отставкой 4 из 7 членов суда, отказавших Фухимори в праве выдвигаться в 2000 году. Наконец, принятие закона о «подлинной интерпретации Конституции», установившего, что первым сроком пребывания Фухимори на высшем посту следует считать не 1990-1995, а 1995-2000 годы.

Упоение экономическими достижениями вскружило голову Фухимори, позволило уверовать в «мессианское предназначение». И он, закусив удила, ринулся напролом, выставился на третий срок. Очередной победы, которую можно назвать пирровой, Фухимори добился преимущественно за счет административного ресурса, манипуляции бюллетенями, подлогов, подтасовки итогов голосования.

Переход кризиса в горячую фазу был связан с показом по телевидению 14 сентября 2000 года видеопленки с записью эпизода дачи взятки его правой рукой – Виктором Монтесиносом — в размере 15 тыс. долларов депутату парламента Альберто Коури за переход в проправительственную фракцию. Разразился громкий скандал. Он послужил детонатором, вызвавшим эффект разорвавшейся бомбы

На перуанцев, еще не успевших оправиться от шока, спустя два дня обрушилось заявление Фухимори о сокращении периода президентства до года и о намерении провести досрочные выборы. Но не прошло и пары месяцев, как глава государства совершает головокружительный кульбит. Поехав в ноябре на саммит АТЭС, он вел себя ниже травы, тише воды, избегал общения с мировыми лидерами, а на обратном пути завернул на историческую родину и попросил политического убежища. Затем по факсу прислал заявление об отставке. Возмущению парламентариев не было предела. Подавляющим большинством голосов было принято решение сместить Фухимори с поста президента с формулировкой: из-за «моральной неспособности руководить государством». Он пожизненно лишался права занимать выборные должности.

Перу долго добивалась экстрадиции беглеца. Япония отказывалась делать это, ссылаясь на отсутствие соответствующего соглашения. Экс-президент даже намеревался вновь выдвинуться на высший пост в 2006 году. Ради этого он переместился поближе к Перу, в соседнюю Чили. Но там оказался под домашним арестом в ожидании вердикта судебной инстанции. И вот теперь Фухимори добился нового срока, существенно более длинного, чем прежде, – но уже не в президентском дворце.

Эмиль Дабагян, Polit.ru

Читайте также: