Санаторий имени Семашко: «рейдерство» на изящных шпильках

Словосочетание «рейдерский захват» у добропорядочного гражданина непременно ассоциируется с группой крепких ребят с набитыми кулаками и затылками? как доски для пола. На самом деле портрет рейдеров может быть и совершенно иной. Рейдерство умеет рядиться в белые халаты, дорогие депутатские пиджаки и даже изящно передвигаться по министерским коридорам в модельных туфельках на шпильках.  

…Скандалы, связанные с рейдерскими захватами (или рейдерскими защитами — бывают и такие варианты) на Южном берегу Крыма в последнее время стали настолько обычны, что СМИ почти перестали уделять им внимание. Привыкли все, зрителю и читателю это уже стало не интересно. А, между тем, рейдерская жизнь продолжается, совершенствуется, и смерти ее не видно.

…В далеком 1965 году могучее в то время днепропетровское предприятие «Южмаш» построило на территории санатория им. Семашко в Симеизе два корпуса для отдыха и оздоровления своих работников. К лечебному профилю санатория – а он всегда был противотуберкулезный – эти корпуса отношения не имели.

После развала Союза «Южмаш» стал вместо ракет делать сковородки, быстро превратился в дряхлую развалину, а санаторные корпуса были переданы Днепропетровской облгосадминистрации. Позднее та выставила здания на торги, и в течение последующих лет у них сменилось несколько владельцев. Что, впрочем, вполне нормально для прогрессирующего капиталистического государства.

Сам же санаторий в период умирания «Южмаша» стал использовать эти корпуса, присвоив им номера 7 и 8, для размещения своих пациентов, что с точки зрения здравого смысла и, исходя из принципов гуманности медицины, было в тот момент вполне обоснованно. Однако затем каждому новому владельцу корпусов в связи с этим пришлось сталкиваться с некоторыми неудобствами.

Дело в том, что за более чем десять лет руководство санатория привыкло к мысли, что корпуса эти предназначены для больных, и отдавать их кому бы то ни было – кощунственно. Впрочем, с восьмым корпусом санаторий расстался почти безболезненно, а с седьмым вышла загвоздка. Вот о ней дальше речь и пойдет.

Последний (или, правильней говорить — крайний) собственник 7-го корпуса на протяжении восьми лет с 2001 года не может пользоваться зданием по своему усмотрению. В корпусе постоянно проживает непростой контингент — инвалиды и участники боевых действий и «чернобыльцы», которые к тому же больны туберкулезом или иными легочными заболеваниями. Ну, у кого же поднимется рука выгнать этих людей на улицу?

Санаторий им.Семашко

Когда-то нарком здравоохранения Советской России Николай Александрович Семашко сказал замечательные слова: «Хорошего врача прокормит народ, а плохие нам не нужны». Похоже, что для руководителей санатория его имени эти слова — не пустой звук. Они стараются быть хорошими.

…Мы беседуем с директором санатория Александром Степановичем Забудским в его просторном кабинете. Говорить на диктофон он отказывается, по-видимому, из скромности. Директор разговаривает тихим голосом, и весь его облик передает ту боль души, которую он испытывает, видя, как пытаются растащить здравницу злые люди. Он горько сетует, что по закону запрещено приватизировать противотуберкулезные санатории, правда, не может вспомнить, каким именно нормативно-правовым актом это предусмотрено.

Ему простительно, он не ведь не юрист-прощелыга, способный вывернуть наизнанку, а потом свернуть задом наперед любой правовой акт. Он и не ушлый экономист, умеющий быстрей любого калькулятора складывать и умножать дырки от бубликов. Он врач. Хотя врач, как бы так точнее сказать — чиновно-аппаратный. Бывают врачи и такой специальности.

А потому он должен знать (да, наверняка, и знает), что, действительно статьей 26 Закона Украины «О курортах» приватизация санаторно-курортных заведений, находящихся в государственной собственности, запрещена. Вот только 7-й корпус никогда не принадлежал государственному санаторию им. Семашко. Да и закон указанный был принят в октябре 2000 года, а корпус продан задолго до этого. А закон, как говорится, обратной силы не имеет.

Юридическим и вполне законным основанием пользования чужим зданием директор считает тот факт, что корпус «находится на балансе» санатория. Видно, был Александр Степанович врачом-аппаратчиком еще в те далекие социалистические времена, когда такой термин был в ходу. Сам же он объясняет магический смысл этого словосочетания тем, что бухгалтерский учет ведется бухгалтерией санатория.

Вот уж, воистину, простота хуже воровства! Следуя этой «юридический логике», любой может? «посадив» своего бухгалтера, скажем, в столичном концертном зале «Украина», дальше «балансировать» этот зал как душе угодно?

Александр Степанович жалуется, что бандиты забирают у санатория корпус. Но он (как будто) не задумывается о том, что бандиты эти какие-то странные. Неправильные бандиты. Купив корпус в 2001 году и регулярно уплачивая государству налог на землю под зданием, «бандиты» до 2009 года не могут «выкурить» из него непрошенных «хозяев». Лукавит Александр Степанович. Ему ли, жителю Крыма и матерому чиновнику, неизвестно, что настоящие бандиты на второй день после акта купли-продажи вынесли бы из корпуса все живое и неживое. А при желании и самого директора отнесли бы подальше в море. Привязав его для верности к служебному креслу.

Александр Степанович показывает мне ксерокопии каких-то документов, которые, по его мнению, свидетельствуют о несправедливой передаче корпуса в частные руки. Но даже беглого взгляда на эти бумаги достаточно, чтобы понять, что это полуграмотная «липа». Например, письмо днепропетровского прокурора о том, что Красногвардейской районной прокуратурой расследуется уголовное дело по ч. 3 ст. 365 УК Украины по факту злоупотребления служебным положением какого-то чиновника из облгосадминистрации при очередной продаже 7-го и 8-го корпусов санатория.

В принципе, на любом компьютере, а затем ксероксе можно «наделать» копии с чего угодно, хоть бы и с китайской грамоты. Даже гербовая печать, намалеванная простым карандашом и циркулем, на ксерокопии будет смотреться весьма убедительно. Судить не берусь. Но текст письма немного шокирует своей, мягко говоря, небрежностью. Дело в том, что уголовное дело как будто возбуждено по статье «нового» Уголовного кодекса, вступившего в действие 1 сентября 2001 года, а событие преступления, судя по тексту, произошло ранее, 18 августа того же года. Если вспомнить конституционную норму о том, что ни один закон не имеет обратного действия во времени, то это означает полный абсурд в тексте.

По видимому какой-то уставший прокурорский? будучи весь в раздумьях о своих тяжких откатах, не глядя подписал бумагу, которую ему подсунул кто-то из подрастающего прокурорского поколения. Такой же задумчивый. Но Александру Степановичу и такая бумажка дарит призрачную надежду: может? не все потеряно?..

В одном можно согласиться с директором безоговорочно: санаторий самостоятельно не предоставляет путевки, этим занимается Министерство труда и социальной политики Украины, которому непосредственно подчинена здравница, и территориальные управления этого министерства. Причем все путевки бесплатны, то есть все их оплачивает госбюджет. А значит, и рейдерское противодействие законному владельцу здания исходит из столицы, а Александр Степанович лишь номинальный руководитель.

…Местные правоохранители, с которыми мне довелось пообщаться, рассказали, что «война» за 7-й корпус – это на самом деле не война вовсе, а мелкий локальный конфликт. Настоящая война идет за весь санаторий и длится она с 2006 года в судах различных инстанций с переменным успехом. Последний (хочется надеяться, что, действительно, последний) результат судебных тяжб – Постановление Верховного Суда Украины от 2 апреля этого года, которым санаторий признается неприкосновенной собственностью государства. Ну, посмотрим…

Отстоял санаторий не Александр Степанович, а его предшественник Игорь Иоффе, который обвинил народных депутатов от «Блока Юлии Тимошенко», в частности Андрея Сенченко, в попытке приватизировать санаторий при содействии Министерства труда и социальной политики Украины. На защиту Сенченко тогда грудью встала Министр труда и соцполитики Людмила Денисова, которая всячески отвергала эти обвинения.

Игорю Иоффе это стоило потери должности и еще одной «маленькой» неприятности. В марте 2009 года Ялтинский городской суд удовлетворил иск Денисовой к Иоффе о защите чести, достоинства и деловой репутации. Очевидно, в комсомоле, откуда «родом» Людмила Леонтьевна, взращивались и лелеялись особо трепетные отношения к сохранению чести и достоинства. Ну, прям, как у самураев… Но это все, чего по данному объекту она смогла добиться.

Есть у «комсомольской братвы» в Крыму и противники. Это действующие и бывшие работники МВД и СБУ достаточно высокого руководящего уровня, которым, правда, никак не дают «работать» по возбужденным уголовным делам в отношении «комсомольцев»/ F также конкуренты – представили местных органов самоуправления, которые сами не прочь поживиться на благодатных крымских землях. Вот уж, действительно, добро торжествует, лишь когда одно зло пожирает другое!

В сложившейся полупроигранной ситуации вокруг санатория имени Семашко для Министерства труда и соцполитики, или, если говорить конкретнее, лично для министра и один седьмой корпус чего-то да значит. Мелочь, конечно, но все же. Впрочем, такая ли это мелочь? Я не экономист, и вполне допускаю, что последующие мои рассуждения будут отдавать дилетантщиной. Но, с другой стороны, статья предназначена не для «Экономических известий», и читать ее будут тоже не экономисты. Поэтому позволю себе немного порассуждать.

Корпус рассчитан на 76 мест, хотя по уверениям работников санатория, иногда численность отдыхающих в нем достигала и 90 человек. Но это разговоры, не более. Округлим это число до 75. Допустим, одна смена длится месяц, хотя на самом деле она несколько короче. Получается, за год в седьмом корпусе проживают 900 человек. Умножим эту цифру условно на 10 лет, в течение которых санаторий им. Семашко неправедно использует корпус. Получается 9000. Девять тысяч человек проживали в чужом доме!

Отвечать за все девять тысяч Людмила Леонтьевна, конечно же, не может, да и не должна, она ведь министром служит менее двух лет. Но и раньше она находилась не так уж далеко от санатория. Она занимала руководящие должности в Крымском республиканском управлении Пенсионного фонда Украины, была министром финансов АР Крым, начальником Управления Государственного казначейства Украины в автономии.

И уж, во всяком случае, за существующее положение, в том числе за противодействие законному собственнику здания, должна ответить именно она. Это только на первый взгляд путевки в санаторий бесплатны, а платит за них какой-то безликий госбюджет. Бюджет-то складывается не из манны небесной, а из налогов всех граждан, да и не только граждан Украины. Вот и получается, что за лечение больных в санатории им. Семашко платит весь украинский народ.

Отдать свою «копейку» на оздоровление людей, которые когда-то были ранены, контужены, шокированы, а теперь еще «подхватили» неизлечимую болезнь – туберкулез легких – для всякого порядочного человека дело благородное и богоугодное. Это не тема для обсуждения. Тема в другом. Вполне понятно, куда и кому пошли деньги на лечение «афганцев» и «чернобыльцев». Вполне понятно, куда пошли деньги на их питание. Но кому пошли деньги на их проживание? Жили то они фактически не в санатории. Напомню, девять тысяч человек!.. Кому?

Может быть, они пошли, как говорится, «мимо кассы»?.. А, может быть? в кассу, да не в ту, а в партийную?.. Того партийного блока, по квоте которого Людмила Денисова стала министром? Там ведь лишних денег никогда, а особенно сейчас, не бывает.

Злополучный, или если точнее, золотополучный, 7-й корпус санатория им. Семашко. Лакомый кусочек на берегу Черного моря.
Злополучный, или если точнее, золотополучный, 7-й корпус санатория им. Семашко. Лакомый кусочек на берегу Черного моря.

Невозможно понять, каким образом «сводит дебет с кредитом» бухгалтерия Министерства труда и соцполитики, если за питание и лечение больных платит народ, а за их проживание одновременно и народ, и какой-то дядя. «Бандит», как выражается директор санатория. А не ошибается ли он с точностью до наоборот в истинном местонахождении бандитов?.. Риторический вопрос…

В рамках журналистского расследования прояснить эту проблему не получится. Но зато вполне получается задать еще один вопрос. В нашем бедном государстве полно контролирующих органов. Все они под завязку заполнены штатом толстомордых бездельников. Им что, недосуг заниматься своей работой? Так может, надо еще увеличить количество контролирующих организаций, а заодно и количество толстомордых лентяев?

…И еще одно наблюдение. В седьмом корпусе и на территории санатория имени Семашко мне встретились разные люди. Их внешний вид тоже подтолкнул к некоторым расчетам. Итак, последний вооруженный конфликт, в котором участвовали граждане Украины – Афганистан – завершился в 1989 году. Ну, еще какая-то небольшая часть военнослужащих могла успеть повоевать в «горячих точках» в республиках Закавказья в 1990-91 годах. Все.

Украина в локальных военных конфликтах не участвовала. Кишка тонка. Если, конечно, не считать «мастерское» попадание украинской ракеты класса «земля-воздух» в гражданский российский самолет и падение украинского военного самолета на головы несчастных львовян. Украина ведь неспособна даже надавать по заднице сомалийским блатным!

Следовательно, самому «молодому» ветерану локальных войн уже примерно сорок лет. А, в основном, и больше: пятьдесят, шестьдесят… А в санатории имени Семашко мне встретились вполне здоровые на вид мужчины лет тридцати, не более. В самом конце последних войн они едва ли начали ходить в школу.

Глядя на них, невольно вспомнилось:
«- Новая партия старушек? – спросил Остап.
— Это сироты,- ответил Альхен, выжимая плечом инспектора из кухни и исподволь грозя сиротам кулаком.
— Дети Поволжья?
Альхен замялся.
— Тяжелое наследие царского режима?
Альхен развел руками, мол, ничего не поделаешь, раз такое наследие».
(И.Ильф, Е. Петров. Двенадцать стульев).

Любой может возразить мне, что подобные рассуждения, основанные на субъективных наблюдениях, не могут иметь никакой доказательной силы. Тоже мол, еще один специалист по дедуктивному методу. Согласен. Но вынужден повториться: а что, у нас мало толстомордых контролирующих бездельников, упорно не выполняющих свою работу? Вот пусть они и опровергнут меня. Если получится.

…Точку в этом скандальном деле ставить рано, ведь все его фигуранты находятся у власти, а, значит, обладают почти безграничными возможностями. Почти… Людмиле Денисовой однажды в мае 2000 года уже пришлось «попариться на нарах» по подозрению в злоупотреблении служебным положением, правда, совсем недолго, всего несколько часов. Потом этот неприятный вопрос как-то «порешали». Но и этот непродолжительный срок наедине с парашей ее впечатлил очень крепко. «Университеты», конечно, победнее, чем у ее непосредственной «шефини», но, все же это серьезный опыт. Даже семь часов за решеткой в полной неопределенности и отсутствии всякой информации многому учат!

Может, научили?..

Владимир АЖИППО, специально для «УК»

Читайте также: