Объединенная нищенская группировка

Первые профессиональные нищие в Украине появились в начале 90-х. С каждым годом армия «лишних людей» настолько стремительно разрасталась, что сейчас от «христарадников» просто рябит в глазах. И рука невольно тянется, чтобы бросить несчастному пару копеек. Но знайте: эти деньги достанутся совершенно другим людям, которые богаче вас в сотни и тысячи раз. Попрошайничество во всех городах Украины – не что иное, как хорошо организованный и весьма прибыльный вид подпольного бизнеса, приносящий его хозяевам огромные доходы. Причем нищенство – лишь вершина айсберга, в огромной подводной части которого и торговля людьми, и транспортировка наркотиков, и воровство, и перепродажа краденого. Вся территория мегаполисов давно поделена между организованными нищенскими группировками. В каждой из таких группировок состоят «на службе» по несколько тысяч «сотрудников» низшего звена. А точнее рабов, полностью принадлежащих своему хозяину – ведь нищий не может ни поменять место своей «работы», ни уйти с нее «по собственному желанию».

Справка «УК». 85% нищих Украины трудятся в составе особых профсиндикатов. Существует весьма разветвленная специализация промысла. Некоторые из его секторов и «специальностей»: костыли, надомники, сидельцы, ходоки, киоскеры, культяпки, метрохи (от «метро»), песельники, фершалы, слепцы, мамки (кликуши), колясочники, цыганские посольства, погорельцы со справками, паломники, «хватаевы», трясуны. Мастера «рукопротяжного цеха» постоянно совершенствуют ремесло, расширяют и углубляют специализацию и настырность. В каждой группе – четкая иерархия, до 8 ступеней. От 30 до 70% поступлений «нижестоящий» передает «вышестоящему». Те в свою очередь обеспечивают исполнителей фронтом работ, безопасностью, инвентарем, а также постоянно повышают их квалификацию (проводятся как теоретические, так и практические занятия).

Нищая наружка

Все, кто занимается этим бизнесом, находятся в тесном контакте и постоянно обменивают и продают свой живой товар. Кроме того, долго «работать» на одной точке нищие не могут еще потому, что обыватель их запоминает и перестает подавать. Поэтому попрошаек в организованном порядке постоянно перемещают с места на место.

Каждому такому «сотруднику» хозяин определяет размеры дневной выручки, и рассчитывается она так, чтобы нищему после «инкассации» оставалось только на «паленую» водку да какие-нибудь простенькие пирожки. Если раб не выполнит дневной план, его жестоко накажут. Но никогда не забьют до смерти – собственность все-таки. А вот покалечить очень даже могут, тем более, что от этого стоимость попрошайки только возрастает – калекам подают больше!

Обмануть хозяина, утаив часть выручки, практически невозможно – на то он и нанял крепких ребят, которые занимаются не только тем, что развозят своих подопечных на «точки», да гоняют пришлых попрошаек, покусившихся на «прикормленное» место. Есть в «службе нищенской безопасности» и люди, которых специально нанимают для негласного контроля над нищими. С виду обычные обыватели, такие сотрудники нищенской «наружки» подают намеченному к контролю «объекту» какую-нибудь помеченную купюру, и если в конце дня при сдаче выручки ее не оказывается, следует жестокое наказание. Практикуется в нищенских корпорациях и так называемая система перекрестного доноса – ведь и сами попрошайки в надежде на поощрение в виде водки или снижения нормы дневной выручки всегда готовы настучать на собрата по профессии.

Кстати, что касается дневного плана выручки – самый большой оброк назначают детям в возрасте от 5 до 12 лет. Как ни странно это прозвучит, но эти дети почти не убегают от своих владельцев, ибо милиции и спецприемников они боятся еще больше. Шустрый и смекалистый малолетка, если он «работает» в «хлебном» месте, способен принести хозяину в конце рабочего дня от 500 до 700 гривен! А если он к тому же окажется и с музыкальным талантом, то сумма выручки может достигать и тысячи гривен.

«Мадонна» с пьяным младенцем

Взрослым попрошайкам такие суммы и не снились. Даже самые прибыльные из них, так называемые «мадонны с младенцем», могут собрать в день не более 400 гривен. Далее идут «собачники», просящие подаяние «на прокорм несчастным животным». Выходя на «точку», попрошайки последних двух разрядов пичкают своих партнеров по бизнесу – как грудных детишек, так и кошечек-собачек транквилизаторами. Поэтому те, как правило, всегда спят «на работе». Детям медицинские препараты заменяют иногда на одну-другую столовую ложку водки – ведь «мадонны», как правило, не являются настоящими матерями младенцев, хозяева выдают им их для работы. И «приемную мать» вряд ли заботит перспектива превращения грудничков в самых настоящих алкоголиков.

Бомжи-«интернационалисты»

Следом за «мадоннами» по уровню выручки идут, так называемые «афганцы» – калеки в камуфляжном обмундировании в инвалидных колясках или на костылях, которых можно видеть в метро или на проезжей части улиц, поближе к светофорам. Они способны заработать для своего хозяина до 300 гривен в день.

Никакого отношения к войне в Афганистане эти люди, разумеется, не имеют. Это в свое время подтверждал и председатель Украинского союза ветеранов Афганистана Сергей Червонопиский. В одном из интервью он рассказал, что их организация строго следит за тем, чтобы бывшие воины-интернационалисты «не опускались» и не занимались попрошайничеством. В УСВА есть даже специальный отдел, который борется с бомжами, косящими под «афганцев». Поэтому на улицах городов Украины количество закамуфлированных нищих очень мало, по сравнению с той же Россией, где кроме «афганцев», можно встретить и «чеченцев».

Кстати, очень часто украинских калек из домов инвалидов покупают специальные российские вербовщики. Бизнес такого вербовщика весьма выгоден: каждый «убогий» обходится работорговцу приблизительно в 500 долларов США. А в Питере или Москве он сможет продать украинского «афганца» уже за $1000!

Детей тоже либо покупают, либо берут напрокат в семьях алкоголиков. Такая покупка в среднем обходится в 1500-2000 американских долларов, прокат – $200 в месяц.

«Попы»

Относительно здоровые мужчины иногда сами нанимаются к работоторговцу, нередко за кусок хлеба и стакан водки. Впрочем, на большее им и так рассчитывать трудно – таким подают неохотнее всего и их дневная выручка не превышает 100-120 гривен.

Почти совсем перестали котироваться в этом виде бизнеса так называемые «попы» – ряженые в монашеские одежды женщины и мужчины. Еще несколько лет назад их дневной заработок приближался к уровню сбора «афганцев». Однако, затем в православной церкви запретили церковнослужителям собирать милостыню. И «попам» подавать почти перестали.

Золотая стеклотара

Охотники за бутылками – это слово уже прочно укоренилось в сознании жителей Киева и других больших городов Украины. Одни собирают бутылки в тусовочных местах (Майдан Независимости, Контрактовая площадь и т.д.), другие на вокзалах и в электричках, третьи – по месту жительства.

По дешевизне стеклотары наша страна остается вне конкуренции: в других цивилизованных странах стоимость одной сданной бутылки составляет почти треть от стоимости полной. Поэтому ремесло «баттл-хантера» там неизвестно и по сей день. Наши «евробомжи» любят с восторгом рассказывать, как можно просуществовать, например, в той же Чехии, на собранные от сданных бутылок деньги.

Правда, охотники-одиночки за пустой тарой (в основном, алкоголики или пожилые люди) много на своем ремесле не зарабатывают. Два часа работы, мозоли на руках, отваливающиеся плечи и всего около десяти гривен прибыли…

Но поистине огромную прибыль на стеклотарном бизнесе получают приемные пункты. Их хозяева собранное вторсырье переправляют на пивокомбинаты и ликероводочные заводы, где цена одной бутылки уже выше копеек на 10-15. Короче говоря, для «оптовиков» это сверхдоходное дело, тем более что бизнес такой считается твердым. Стеклотара понадобится всегда, а производство одной новенькой бутылочки стоит сейчас около 30 копеек, и это, как говорится, не предел.

Генералы стеклянных карьеров

Приемщики пустых бутылок – люди весьма недалекие. Но, как бы пренебрежительно ни относились к ним окружающие, психологических проблем с чувством собственного достоинства у них не возникает. В своем кругу они очень уважаемые и нужные люди, примерно такие же, как мясники во время дефицита.

За месяц работы «управляющие» приемным пунктом могут обеспечить себя и свою семью всем необходимым, всегда есть что выпить и закусить. Обязательный атрибут – сотовая связь.

Как правило, приемные пункты стеклотары всегда расположены во дворах и вблизи магазинов. Выбор таких мест вполне оправдан. Зачастую винтовые бутылки идут на разлив фальсификата и стоимость стеклотары увеличивается в несколько раз. Кроме того, предприниматели не указывают в документах действительное число точек, меняют их расположение и не платят налогов. Ежегодно целая армия таких собирателей и приемщиков только в Киеве пропускает через свои мозолистые руки брошенных бутылок где-то на пару миллионов долларов!

Среди владельцев бутылочных пунктов есть даже свои «олигархи», владеющие целой сетью приемных точек. На них работает пару десятков нищих, которым платиться зарплата. Естественно, в обход налоговой и пенсионного фонда. Один из таких бутылочных «баронов» недавно купил под Киевом дом с участком. Построил там что-то вроде фермы, где выращивают свиней. Сам «фермер» живет в столице, дальше занимается стеклянным бизнесом. За хозяйством присматривают несколько бомжей-алкоголиков, работающих за выпивку, еду и бесплатную ночлежку. Хозяин фермы лишь изредка наведывается в имение, присмотреть за порядком. Недавно он купил себе машину. Не новую – чтобы не привлекать лишнего внимания, но и не развалюху. Сколько же он зарабатывает за год – не знает никто.

Впрочем, о тайнах нищенского бизнеса работающим в нем людям много говорить опасно. Ведь доходы «королей нищих» позволяют им иметь настолько надежную систему информационной безопасности, что через ее сито зачастую не прорваться даже сотрудникам спецслужб. В мире богатых нищих за излишнюю разговорчивость и язык могут отрезать!

Олег Шестов, специально для «УК»

Читайте также: