Ментовские байки: живой труп

…Скажете, не все преступления так банальны? Да именно, что – все… Возьмём, к примеру, мокруху. Вроде бы, куда «серьёзней»! А начнёшь расследовать, копаться в подробностях — одна тошниловка… Вот лишь несколько взятых наугад примеров из практики последних недель. Нашли труп в частном секторе — лежал в отдыхающей позе за кустиками на пустыре. Версий выдвигалось немало. В том числе и оригинальные (скажем, покойный в прошлом служил лётчиком во время войны в Афганистане, и было предположение: моджахеды спустя годы нашли его и отомстили за что-то!), а оказалась — чухня… Пошёл к соседу через улицу занять на бутылку, тот — отказал. Этот врезал соседу в глаз, чтоб не жмотничал и не грубил ветерану Военно-воздушных сил. Но сосед тоже был не лыком шит, из отставных капитанов третьего ранга — сбегал домой за пистолетом (с флота привёз, «ТТ», с оружейного склада некогда уворованный и, понятно, нигде не зарегистрированный), несётся обратно, и на бегу предупреждает: «Сейчас я тебя укокошу!» «Сам козёл!» — видимо, не расслышав, ответил бывший авиатор, и в следующую же секунду получил свинцовую примочку в лобешник. Ухлопал его соседушка, оттащил подальше на пустырь, чтобы у честного люда под ногами не валялся, а сам вернулся на огород — огурцы окучивать… Фигня это, а не серьёзное убийство! Да и другие…

Бабка зарубила топором родного сына, когда он спал. Бухал сынок, издевался над старушкой по-всякому, отнимал и пропивал её нищенскую пенсию. Вот однажды её терпение и лопнуло… Даже в СИЗО не сажали бабулю, на воле суда ждёт… Наверняка отделается «условным». Но как потом ей доживать, зная, что с сыном своим сотворила?

Около бывшего кинотеатра «Пламенный» (ныне здесь – мебельный салон «Французкая кухня»; одна табуретка стоит дороже моего годового заработка) цыгана зарезали. Не повезло хитровану. Обычно цыгане из любой передряги выкарабкиваются, а тут – наткнулся на прыткого… Уже знаем, с кем бухал он перед смертью. Поставили на адресе подозреваемого засаду, отлавливаем его; как отловим – будем разбираться…

Задушили девку-бомжиху. Нашли её в сарае в частном секторе. Кто постарался – неизвестно. Если такой же бомжатник, как и она – ищи ветра в поле. Но, возможно, что и кто-то из живущих по соседству малолеток набезобразничал. Тогда есть шанс нащупать концы…

В лесопосадке нашли мужика: горло — порезано, рядом нож валяется со множеством отпечатков пальцев на рукоятке – явно не киллер м о к р у х у на заказ сработал. Отработали связи покойного, вышли на его последнюю полюбовницу, Машку Тушкову; санитаркой в больнице работает. Проверили отпечатки пальцев — её ручонка за рукоятку держалась… Долго не запиралась, сразу выложила: «Пил, бил, деньги взаймы брал и не возвращал, ревновал по-чёрному, а сам – к каждой встречной под юбку лез…» С таким набором недостатков с любимой женщиной в ближайшую лесопосадку без свидетелей лучше не ходить!..

Ещё из семейных «разборок». Муж квасил с женой; оба нажрались, как тузики. Из-за чего заспорили – выяснить потом так и не удалось. Но только она набросилась на мужа с кухонным ножом. Он отнял нож и надавал ей по шеям. Тогда она, выбежав на балкон, развопилась: «Помогите! Убивают! Насилуют!..» Ну полный бред… Мужику стало обидно, что родная и в чём-то всё ещё любимая жена искажает факты. Он тоже выскочил на балкон и, ухватив развопившуюся жену за ноги, сбросил её вниз. 9-й этаж, а крыльев у неё не оказалось… Кровищи из неё натекло — ужас!..

Иногда, впрочем, удаётся и повеселиться… Приехали как-то сантехники на вызов, чинить канализацию, залезли в подвал. А там, в дальнем углу – старый, практически полностью скелетезированный труп. Как и положено, вызвали следственно-оперативную группу. Приехали мы, с серьёзным видом столпились у дверей в подвал. Словно и впрямь что-то важное случилось, подлежащее немедленному и тщательнейшему расследованию, а не какой-то давно сгнивший безродный бродяга выискался. Из подвала воняло, лезть туда никому не хотелось. Находившийся там покойник (скорее всего – из бомжей) и при жизни никому не был надобен, а тем более — теперь, после кончины и полного разложения. Но держава лицемерно обязывала нас оказать ему последние почести. Сделать вид, что-де пытались мы установить причины смерти и поискать убийцу (в случае, если имело место именно насильственная, а не естественная смерть). И следователь, и два эксперта (по криминальной и по судебной экспертизам), и опера, и участковый – никто лезть в подвал и вытаскивать оттуда развалившийся труп не хотел. Ещё хватнёшь заразы, ну его; лекарства сейчас — дорогие…

А с нами был стажёр, курсантик из школы милиции. Вот все и решили: кому ж и соваться головой в дерьмо, как не будущей ментовской смене? Старший опер кивнул ему: «Давай, Шура, лезь за жмуриком, а мы тебя тут подождём…» Сунулся было юноша в подвал, но очень быстро выскочил обратно: «Не могу, там жутко воняет! Задохнуться можно… Нужен противогаз!» Такое сказанул… Может, ему ещё и переносной кондиционер подавай?! Но так или иначе, а поняли все: таки нельзя стажёра пускать — ещё задохнётся в подвале желторотик, а отвечать — старшим товарищам придётся. Мол, «Как вы могли отпускать его без надёжной страховки?!» Лучше уж самим лезть, но – не хочется… ароматы-с!

Тогда использовали старинный и очень излюбленный милицией именно в подобных ситуациях метод: опера быстро обегали окрестности и притащили прикорнувшего было по соседству на скамейке ещё одного, пока ещё живого бомжа. Поставили перед ним боевую задачу: забраться в подвал, сложить разложившиеся куски тела на врученное ему найденное тут же на помойке истлевшее одеяло и вытащить всё это наружу.

«Я что, стахановец?» — поразился небрито-обрюзгший мутноглазый мужичонка в мятом пиджачишке. Но участковый, успевший сбегать к живущей по соседству торговке самогоном, показал ему вместо аргумента литровую банку с искомой влагой. Бомжара сразу же уловил исходившие из неё волнительные запахи, и глазки его сверкнули, как два сто — каратных алмаза: «Ну, это ж совсем другой разговор!..» Он выхватил из рук участкового банку и в несколько глотков осушил половину, смачно крякнув, занюхал своим рукавом, облизнулся. Покосился на брезгливо сощурившегося в его сторону щеголеватого следователя, предложил щедро: «А вы не желаете глотнуть разок?..» И, получив отрицательный ответ, молодецки расправил плечи, поставил банку на землю, взял из рук опера одеяло и полез в подвал. Стоя у распахнутых дверей, мы слышали его шаги, потом, после паузы, раздались характерные звуки отдираемых от бетонного пола кусков засохшей плоти, вонь резко усилилась. «Ты смотри, сколько опарышей… И чёрный весь. А голова – отвалилась… Я её отдельно положу, хорошо?» — донеслось из подвала бодренькое. Курсантика аж замутило, да и остальные чувствовали себя не намного лучше. С шутками-прибаутками и чуть ли не с песенками из мультиков бомж вытащил останки наружу. В кармане истлевшего пальто жмурика к своему удивлению мы нашли его паспорт и свидетельство о рождении — всё своё он носил с собою. Для бомжей вообще-то это не характерно: наличие документов лишь усложняет их существование, и они стараются их при себе не иметь. Но этот бедолага, видать, ещё не расстался с надеждой вернуться к нормальному человеческому существованию, и документы были как бы зацепкой к тому, что это пусть и не скоро, но – сбудется…

Позднее мы узнали, что жил этот человек в нашем же районе, два года назад продал квартиру и хотел купить другую. Но наткнулся на аферистов, и его «кинули», оставив без денег и без жилья… Поскитался он по ставшей ему постылой земле, не покидая известный сызмальства микрорайон, ютясь по тёмным чердакам и подвалам. И однажды в одном из таких подвалов и кончилась его тяжкая, никчёмная и никому не нужная жизнь… Судьба!

…Кончив все формальности, следственно-оперативная группа уехала. Остался только я, ожидающий труповозки. Да ещё бомж околачивался поблизости, надеясь, что при переносе тела его услуги опять понадобятся и будут соответственно стимулированы… А день выдался, как проклятый — сто раз перезванивал в морг, но то в одном районе единственная на весь город труповозка ошивалась, то в другом. «Ждите, скоро будем!» Ждал…

Но это всё ж таки, считаю, ещё не из самых нудных дежурств выдалось… А обычно — ну такая скукотища!

ЖИВОЙ ТРУП

Как-то в лесопосадке нашли трёхдневной давности трупешник. Девка, пять ножевых, ещё и лицом о дерево шуганули. Наши сотрудники опознали её как Альку Хрунову — полубомжиха, некогда жила с родителями, училась в ПТУ. Но потом, когда родители в одночасье умерли от болячек, связалась с бухарями. Села на год за хулиганку. Пока сидела,родная сестра, выписав её из квартиры, продала жильё и укатила куда-то. Вышла Алька на свободу — ни ума, ни денег, ни профессии, ни, самое главное, жилья. Стала жить то у одного хахаля-«синяка», то у другого. Короче — непутёвая!

По нашим сведениям, в последние недели мелькала она с каким-то чувырлом. Особая примета — двух пальцев на левой руке не хватает. Начали искать его. По всему выходило, что это он: поссорился с девахой и зарезал её сгоряча; среди подобных хануриков такое — в порядке вещей. Осталось только найти его и добиться чистосердечных…

Прошло какое-то время, и вот аккурат накануне майских праздников топаем мы с напарником по окраинной улице — алкаша одного надо было срочно навестить и немножко побить для профилактики. Когда смотрим — навстречу нам катит мужик тележку с металлическим ломом (сейчас на металле многие имеют, кто – миллиарды, а кто – и гроши, но и грош — сумма, если она позволяет некоторое время не умереть с голода). Рядом с мужиком какая-то девка толкалась. Но не она нас заинтересовала, а то, что на левой руке мужика с тележкой не хватало двух пальцев. Нас озарило: неужто Алькин сожитель?! А при нас — ни оружия, ни даже наручников. Убийцы же при задержании — далеко не самый приятный люд. Знают же прекрасно, что терять им нечего, и порой оказывают бешенное сопротивление. Окажись у такого при себе финкарь — в потасовке запросто может нас обоих положить. Ещё и девка при нём… И кругом — ни души, улица – длинная, частный сектор, все по домам попрятались… Решили схитрить, не показывать мужику, по какому поводу он нас интересует. Пусть думает – пустячок какой-нибудь; побазарим с ним немножко и отпустим. Подошли гуляющей походкой: «О, братан, ты с металлом?! Слышь, мы — с пункта приёма металлолома, у нас недавно уволокли ночью центнера два, случайно не твоя работа?..» Он, понятно, сразу забожился, что не крал нашего металла, а этот, на тележке — его собственный, час назад честно украденный с недалёких дач. Но мы гнули прежнюю линию: лом по кондициям похож на наш, надо разобраться. И, главное, чтоб солидней в его глазах смотреться, гнали ему, что пункт наш — из тех, что находятся под крышей известного в нашем районе бандита Юры-«Большого». (Дожились: менты для своей безопасности должны прикрываться «почётным» званием членов бандитской группировки!) Так или иначе, магия солидного имени подействовала: беспалый в сопровождении истрёпанной спутницы безропотно проследовал с нами до конца улицы. По дороге пытаясь втолковать, что ничего не клямзил с объекта столь уважаемого авторитета, и что мы только зря тратим на него своё драгоценное бандитское время.

Когда частный сектор сменился более людными улицами микрорайона, мы начали цепляться к беспалому, обвиняя его в том, что он-де пытается от нас сбежать, тогда как нам надо обязательно свести его к «самому Юре» на разборку. И для большей надёжности связали ему руки за спиною шнурками из его собственных ботинок. (В таких случаях связывают обычно за большие пальцы рук — это очень надёжный способ).

Шедшая сзади девка скулила, что зря мы к её парню цепляемся. Пробовали отогнать её, но она не отставала; в конце концов просто перестали обращать на неё внимание, убедившись в её неопасности. В общем, доставили беспалого до райотдела.

Только перед самым зданием РОВД узнал он, что менты мы. Сразу же заволновался, начал вырываться, кричал, что это чистой воды провокация. Что со столь подлой ментовской подставой он лично сталкивается впервые в жизни, и будет жаловаться на нас Юре-«Большому»!.. «Сукой буду, если всех вас завтра же не порежут на лоскутки!» — орал наш клиент. Мы его даже бить не стали — понимали, что надо человеку выкричаться, он – в своём праве… Наоборот, купили ему за свои бокал пива из бочки на углу. Влил он в себя свеженького и немножко успокоился, оттаял душою… Заводим уже усмирённого клиента в РОВД, сопровождаемые всё тою же его подружкой. Тележку оставляем у дежурного, двигаем с беспалым на 4-й этаж, где наш угрозыск находится, заводим в кабинет. И, не обращая внимания на присевшую в уголку девку, начинаем беседу с лобового вопроса: «Ты за что, пацан, Аллу Хрунову замочил? Признавайся по-хорошему, пока мы с тобою как добрые люди разговариваем! Ежели расколешься на сознанку — тебе это зачтётся, самое большее — шестерик влепят, ну – до восьми, в худшем случае. Это ж фигня! Пролетят годки соколом, не успеешь и оглянуться, как — обратно, на волю…» Вслушался он в то, что мы втолковывали – и как начал ржать! Не привычные мы, чтобы в нашем кабинетике всякая уголовная шушера открыто смеялась в адрес правоохранительных органов. Мой напарник дубинку в руки взял, а я любимым увесистым томом Уголовно-процессуального кодекса с комментариями вооружился… «Стоп, хлопцы, подождите!» — заметив наши грозные приготовления, сразу же растерял смешливость беспалый. Уточнил: «Так вы обвиняете меня в убийстве Алки Хруновой?..» — «Ну!» — «Так вот же она!» — заорал он, и тычет обрубком ладони в сторону той девахи, что вместе с ним притопала. Мы машинально уставились на то, на что он указывал. Ёлы — палы… К тёлке его мы особо не присматривались, ввиду её малозначимости в данной ситуации. Но сейчас, вглядевшись, аж ахнули — так это ж и впрямь она, упокоённая и давно похороненная за державный счёт гражданочка Хрунова! Трупешник-то слегка изуродованный был, а эти ханыжницы схожи одна с другой как две капли, вот мы и обознались… Похоронили под видом Хруновой совсем другую, и теперь ищём хрена беспалого в качестве её убийцы. Хотя она – живёхонька, и преспокойно продолжает с ним же сожительствовать и совместно бухать на вырученные от продажи краденного лома бабки… Комедия!

Повели обоих к начальнику. Он в кабинете вместе со своим замом сидел; по случаю скорых праздников оба были уже слегка буховые, и теперь решали, где на 1-е и 2-е мая можно капитально «загрузиться»… А тут мы вваливаемся с новостью: «Задержали такого-то!» Начальник угрозыска обрадовался: «О, убийцу Хруновой нашли! Красота, будет всем подарок на праздник…» И тут, сделав театральную паузу, мы совсем уж насмешили: «Так ведь и Хрунова тоже – нашлась… живая. Вот она!» Оба наших шефа так гляделки и вытаращили… Потом, конечно, когда вникли – расхохотались.

И так прикол этот всем понравился, что решили наши начальники его повторить. Вызывали в свой кабинет то одного, то другого из оперативников. Вначале кивали на понурившегося беспалого: «Смотри, это убийца Хруновой!». А потом, когда опер лыбился, довольный раскрытием очередного «глухаря», указывали на девку: «А это — сама Хрунова!..» Аншлаг был полнейший! Хотя, если вдуматься, смешного было мало. Налицо — вопиющий прокол, где-то мы недоработали, недотянули, опознание трупа провели на троечку с минусом, не ту сочли убитой, ну и, разумеется, не того и не там убийцу ищем! Сообразив это, начальник угро решил настроение своим коллегам из горУВД не портить и пока что не сообщать им о произошедшем кульбите. Беспалого временно кинули в «обезьянник» (если помните, он сам сознался в краже металла), воскресшую Аллу выгнали из райотдела в три шеи. А потом всем угрозыском как начали конкретно пить в тот же вечер, так трое суток и не просыхали, до самого конца праздников… Ну а после майских в городском угро пронюхали про наши заморочки, и для начала нашему начугрозыска влепили «строгача» за несвоевременное сообщение об обнаружении гражданки Хруновой и разыскиваемого по подозрению в её убийстве гражданина такого-то… Но на самом деле, разумеется, выговор был не за «несвоевременность», а за лопоухость: трупешники надо качественнее опознавать!

Беспалого через трое суток отпустили, решив дело против него не возбуждать — за незначительностью его прегрешений перед законом, а также чтоб он на следствии и суде случайно лишнего не ляпнул. И засожительствовал он дальше со своей Хруновой. Получившей редкую возможность в поминальные дни посещать на кладбище собственную могилку и горько рыдать над нею о собственной доле…

Что касается той, которую в действительности убили в лесопосадке, то ни её личности, ни личности её убийцы установить впоследствии так и не удалось.

ПЕРЕД ВЫБОРАМИ

Президентские выборы для милиции — нагрузка двойная, если не тройная. Отношение у нас к ним — сдержано-отрицательное: «Хрен собачий, опять выборы на носу!», «Как, ещё один тур?! Во дают, блин…», «Гондоны, опять за порядком на выборных пунктах следить…», и так далее.

С точки зрения сотрудника угрозыска, любые выборы — это сплошная заморока, пропащее попусту время… Тебя отрывают от живого дела, от раскрытия преступления и поимки преступников. И кидают на обеспечение порядка среди выбирающих и выбираемых, на охрану избирательных пунктов и урн, туды их в гайдалку, на ещё какую-то бесполезную для народа и маловажнецкую для меня, но чертовски важную (якобы!) для державы фигню… Сволочи!

Чтоб не перенапрягать скромные силы перед выборами, начальство негласно велит нам как можно меньше цепляться к обычной клиентуре – наркоманам, ворам, грабителям и насильникам. Убийц, так и быть, можно обезвреживать по-прежнему, но их ведь в общей массе преступников не так уж и много… Устанавливаются неафишируемые привселюдно, а доводимые до твоего сведения наедине лимиты числа задержанных или арестованных, помещённых в райотделовский «обезьянник», ИВС или СИЗО лиц: «не больше такого-то количества», чтоб возни с ними было поменьше…

И вот, допустим, агентура настучала на мелкого воришку «Карамаза», отбомбил-де он две хаты и теперь третью собирается ломануть… Послать бы парочку оперов на «территорию», чтобы нашли болезного, доставили в РОВД и покололи на кражонки. Но все оперуполномоченные брошены на святое – охрану членов районных и городской избирательных комиссий. Где ж тут время на какого-то домушника найти? Никто «Карамазом» до выборов и не займётся; не то что третью — он и 23-ю квартиру за это время успеет очистить… И так — по всем прочим делам и направлениям.

…Выбрать Президента – это не жену себе подобрать, тут — дело серьёзное. Наше начальство знает о нас, что олухи мы и бездари. И потому наш собственный выбор не пускает на самотёк, напористо подсказывая, за кого конкретно мы должны голосовать, если хотим, чтобы солнце завтра – встало, реки — продолжали течь, жизнь — непрерывно улучшалась, а водка – дешевела… Понятно, что для этого мы должны все, как один, поголовно проголосовать за НЕГО, за кандидата ныне действующей власти… Весь личный состав горУВД, равно как и весь списочный состав содержащихся в ИВС и СИЗО — е д и н о д у ш н о сольётся в экстазе, отдавая свои голоса ЕМУ, боговдохновенному. Причём такое поразительное единство мнений ментов и бандитов никого, похоже, не смущает. Ежу понятно: коль сидишь в камере – то голосовать будешь так же, как и те, кто тебя в этой камере содержит! А что, есть варианты?

Конечно, свою предвыборную агитацию среди подчинённых начальнички ведут осторожно, не в лоб, с оглядкой… Начинают толковать нам про всех прочих кандидатов на высшую должность в державе, и по всему выходит, что тот – сволочь, этот – бездарь, у тех – ни опыта, ни авторитета, ни поддержки широких масс электората. И кто ж в итоге остаётся? Правильно – только ОН, который и праведник, и гигант мысли, и опытен, и авторитетен, как Всевышний (лишь чуток уступает). И народ за него – горой! Отсюда сам собою предлагается вывод: вот за кого голосовать надо, господа офицеры!

А у господ офицеров есть и собственное мнение… Зарплата – мизер, и ту выплачивают с задержкой. Из года в год урезаются штаты, а объём требований — многократно растёт. Тут уж думаешь не о том, как бы эти требования выполнять сполна, а о том, как бы на бумаге нарисовать хотя бы частичное их исполнение… И химичим до бесконечности — по этой части у нас все доки, не то что по оперативному мастерству…

Но и мы понимаем при этом, что голосовать надо всё равно — за НЕГО. Почему?.. Да потому, что все прочие, возможно, ещё хуже… То же дерьмо, но пожиже и повонючее…

…В день выборов офицеры угрозыска дежурили на избирательных участках — по двое, с оружием. Днём следили, чтобы на участках не было кипежа, а ночью охраняли урны с бюллетенями. Подразумевалось, что враги демократии с кинжалами и пулемётами наперевес будут покушаться на бюллетеневое богатство нашей Родины. Но враги всю ночь спокойно проспали, так что зря мы старались и сжимали рукоятки своих пистолетов, напряженно всматриваясь в окружающую тьму… Шучу. Лично я сразу же залёг на двух сдвинутых вместе столах и задал храповецкого. Хотя и был риск, что заявится проверяльщик и, увидев меня дрыхнущим, потом настучит руководству, и меня — вздрючат. Но лучше уж быть в 1001-й раз вздрюченным, чем в очередной раз — недоспавшим!

Спрашиваете, кто же победил на тех выборах? Да кто надо – тот и победил… Чем выборы закончатся для рядовых граждан — ещё до самих выборов простому люду было ясно…

Владимир Куземко, специально для «УК»

P.S. Републикация материалов Владимира Куземко, возможна только с разрешения автора!

Читайте также: