Хозяева большой дороги

Работники ГИБДД и милиции завели совместный с уголовниками кровавый бизнес. А суд усмотрел только «неразборчивость в знакомствах» Миша Дадалян — не старый еще мужчина; он седой — как будто его голову опалило огнем и черные волосы выгорели. Глаза, тоже выгоревшие, выцветшие, и глухой голос немного оживают, только когда Миша вспоминает о старшем сыне.

Два года назад 29-летний Варужан ушел из дома, и его не стало. Миша продолжает в одиночку выполнять работу следствия. И он все еще борется за свое святое право — даже когда официальное следствие завершено, приговор вынесен, и все, что осталось от сына, — это семь пыльных томов уголовного дела. А хоронить нечего.

10 июля 2006 года в 9 часов вечера Варужан вышел из дома. Он собирался заехать в кафе неподалеку и на автомойку. Машина Варужана — «БМВ 525», новая, дорогая (54 тысячи долларов) — была его гордостью. Обещал быть дома к полуночи. Поздно ночью обеспокоенные родственники начали звонить Варужану на мобильный. Звонки проходили — в трубке слышались гудки, но телефон не отвечал.

Миша говорит:

— Я сразу понял: что-то случилось. Ни разу не было, чтобы он без предупреждения не ночевал дома. Ни разу не было, чтобы он не взял трубку, когда я ему звоню.

В ОВД «Марьина Роща» очень неохотно возбудили уголовное дело. Оно обещало стать «висяком». Нераскрытых дел о пропавших людях в Москве — множество.

Мише удалось получить распечатку входящих и исходящих звонков на телефон сына. Все телефонные номера семье были знакомы. И только несколько звонков после 9 вечера Варужану поступили с незнакомого номера. Узнали, чей телефон, поехали по адресу. Женщина, на которую был зарегистрирован номер, сказала, что подарила симку подруге — Старуновой Ирине. Назвала ее адрес и сотовый телефон.

Миша бежал в милицию со всех ног:

— Вот — подозреваемая, вот ее адрес, вот телефон. Проверьте! Мой сын, может быть, еще жив!

Старунову оперативники задержали только 14-го. (И опоздали — Варужан уже был убит, тело расчленено и спрятано.) С женщины взяли объяснение и… отпустили.

Как рассказывает Миша, в УВД Северо-Восточного округа ему сказали даже сочувственно: горе горем, а сына не вернешь. А там такие люди замешаны, отец, что ты бы лучше молчал…

Миша стал узнавать, что за люди. И узнал.

Ирина Старунова — парикмахерша. При¬ехала в 2003 году из Ростовской области и стригла клиентов в салоне красоты. Впрочем, по свидетельству ее знакомых и бывших соседей, деньги Ирина зарабатывала другим, более древним способом. Сначала снимала квартиру с двумя девушками и принимала гостей там, затем переехала на Нахимовский проспект. Там и произошло убийство.

У нее был любимый — Владимир Бабурин, который объявлялся в федеральный розыск за разбой. Ирина забрала бабушку Бабурина из дома престарелых в свою квартиру. Бабурин часто оставался у нее ночевать — в ночь убийства тоже.

Еще у нее был друг — Валера. По версии оперативников, это криминальный авторитет, в свое время отсидевший за убийство.

И Бабурин, и Валера нигде не работали, но пользовались уважением в криминальном мире и жили вполне обеспеченно. У Валеры был даже личный водитель — Дмитрий Тихонов.

А вот что показала подъездная камера, записи с которой Миша с боем заставил оперативников снять. Жуткое черно-белое кино.

10 июля — в день убий¬ства — в 20.50 в подъезд Старуновой заходит Валера. В 21.19 — его водитель Дмитрий Тихонов. В 22.35 Старунова выходит из дома — встретить Варужана. Они заходят в подъезд. В 23 часа выходят Ирина и Дмитрий Тихонов (чтобы отогнать машину Варужана — признаются они в показаниях). Через десять минут Ирина возвращается и, пробыв полчаса, снова уходит. В 00.51 заходит Бабурин. В 01.52 возвращается Старунова. Бабурин и Валера уходят только в восемь утра. Варужан не выходит…

В ночь с 11 на 12 июля Ирина приходит в полночь. В 01.31 перед камерой появляется новое лицо — эвакуаторщик Николай Чупров, проводит в квартире Ирины час. В это же время в квартире Ирины находится Бабурин. По мнению оперативников, именно в это время Чупров и Бабурин расчленяют и упаковывают труп. Дальше начинается вынос останков. С 03.32 до 08.42 Старунова, погасив свет у подъезда, выносит пакеты, коробку, сумку.

Распечатка звонков Ирины дает гораздо более интересные сведения. И в день убийства, и после Ирина очень часто (до 70 раз в день) созванивается с начальником контрольно-профилактического отдела (службы собственной безопасности) ГАИ по Московской области Александром Балякиным и старшим инспектором областного же ГАИ Егором Игнатовым. 11 июля в 18.05 Игнатов даже умудрился засветиться на камере наблюдения — он стоит у подъезда и (что подтверждает распечатка) разговаривает по телефону со Старуновой. Сразу же после того, как Варужан заходит в квартиру Ирины, она звонит Алексею Баландину — замначальника ОВД «Ясенево». Дмитрий Тихонов, в свою очередь, созванивался с Дмитрием Бозиным, инспектором 1-го батальона ДПС УВД ЦАО — по признанию самого Тихонова, просил помочь перегнать машину.

Уже потом, в ходе оперативного и судебного следствия было установлено, что машину Варужана перегоняли (внимание!) Виталий Голубков — майор ОВД «Ясенево» и Татьяна Захарова — милиционер ППС при УВД по ЮЗАО. Милиционеры оставили машину на парковочной площадке магазина «Байк-ленд» на трассе М-1 в Одинцовском районе Московской области. Дальше след машины теряется.

Пока Миша Дадалян добывает факты для милиции и прокуратуры, следствие бездействует. Допросы не проводятся: Ирина Старунова скрылась — хотя Миша знает, что она живет на квартире у Егора Игнатова. 2 октября Миша пишет начальнику УВД СВАО Трутневу. В заявлении он через запятую перечисляет предполагаемых убийц — имена и должности. Видимо, Трутнев отреагировал, и 7 октября Ирину задерживают. 10-го задерживают и Дмитрия Тихонова — и предъявляют обвинение в убийстве. Тихонов признает свою вину и даже рисует карту местности, где он якобы спрятал тело. Тело там, правда, не нашли. Да и по показаниям подъездной камеры Тихонов находился в одной квартире с Варужаном лишь 20 минут. За это время, согласно версии следствия, он успел убить незнакомого человека, расчленить и упаковать труп…

Сразу оговорюсь, что мнения следователей прокуратуры и оперативников, сопровождавших дело, здорово расходились. Но следователи на то и следователи, что выводы делают они. Мне удалось встретиться с несколькими оперативниками. Спустя два года они отчетливо помнят это дело. Цитирую: « Среди множества версий мы не исключали и ту, что это сработавшаяся группировка бандитов, гаишников и милиционеров. По этой версии выходило, что бандиты — и Бабурин, и тот самый Валера, на них — убийство и расчленение. Гаишники — Игнатов и Балякин. Они — руководители ОПГ, продавали машину. Милиционеры — Голубков и Захарова — перегоняли машину, Баландин, Бозин — на подхвате».

«Это, конечно, был не первый эпизод, — считают оперативники. — Обычно такие группировки не создаются для одного убийства. Сразу после задержания Старуновой все гаишники и сама Ирина мгновенно продали свои машины. Мы успели только выяснить про «Ягуар» Старуновой. У «Ягуара» — восстановленный якобы после потери паспорт транспортного средства, а это — признак криминального прошлого машины. Мы бы, конечно, смогли отследить историю остальных машин, установить их предыдущих владельцев. Но как только Старунова начала называть фамилии Игнатова и Балякина, дело немедленно передали в суд. Возможно, за такую поспешность немало заплачено… Да дело не только в деньгах. Отец Александра Балякина — ныне покойный генерал-майор Станислав Балякин — занимал должность заместителя главы ГАИ России. Именно после его визита в УВД СВАО Старунову, задержанную практически сразу после убийства, отпустили, позволили скрыться».

Объективности ради скажу, что не все оперативники называют версию ОПГ «криминал — гаишники — менты», организованную для продажи машин, основной. По их мнению, у убитого и убийц мог быть общий бизнес, о котором не знали ни семья, ни друзья Варужана. Из-за бизнеса, думают некоторые оперативники, могло и произойти убийство. Но все оперативники, с которыми мне удалось поговорить, уверены в причастности к преступлению сотрудников ГАИ и милиции. И признают, что «тут нужно копать и копать».

На суде Старунова продолжает говорить важные вещи: «Автомобиль привезли туда (на парковку у «Байк-ленда». — Е.К.) для Егора (Игнатова. — Е.К.). В прокуратуре, как объяснили оперативные сотрудники, отвечать за все будем мы с Тихоновым. <…> Мераб (Сордия Мераб — замначальника «убойного» отдела УВД СВАО. — Е.К.) мне постоянно твердил, что, когда меня арестовали, не фиксировался факт ареста, и они решали, отдать меня родственникам (убитого. — Е.К). или отвести в прокуратуру. <…> Мераб заставлял меня молчать по поводу Игнатова. <…> (судья спрашивает, кого Ирина боится. — Е.К.) Игнатова и Балякина. Я их боялась и боюсь сейчас. <…> Балякин и Игнатов занимаются крадеными автомобилями по направлению области Одинцово-Калужское».

Удивительно, но ни судью, ни прокурора не заинтересовали эти ее слова. «И суд, и прокуратура заявили, что ее показания — попытка оправдаться, — вспоминают оперативники. — А она ведь основной своей вины — в укрывательстве убийства — даже не отрицала. Ментов с гаишниками топить очень небезопасно. А она решилась. Видимо, ей пообещали, что ее отмажут, а обещания не сдержали. И если бы не усилия Миши, так бы и случилось».

Дело разваливалось на глазах. Показания Старуновой и Тихонова, ненайденная машина, ненайденное тело, неустановленные время и способ убийства… Но дело на доследование не направили.

Интересно, что судья вместе с приговором Старуновой и Тихонову вынесла частное определение относительно сотрудников органов, чьи имена так часто мелькали в деле. Суд «усомнился» в профессиональных качествах Голубкова и Захаровой, перегонявших автомашину, «признал недостоверными» показания Бозина, «забывшего» про звонок Тихонова, а также — внимание! — попенял Балякину и Игнатову за «неразборчивость в знакомствах». Было отмечено, что Игнатов и Балякин, не имея «должного отношения к своим поступкам вне исполнения служебных обязанностей и должного понимания значимости своих действий», подружились с плохими людьми, дав им возможность себя оговорить. В качестве наказания судья постановила довести частное определение до сведения министра внутренних дел Нургалиева. Впрочем, насколько нам известно, даже выговора никто не получил.

ИТОГИ

Тихонов, как убийца, получил 14 лет. Старунова – 11 с половиной. В последнем слове Старунова, особо ни к кому не обращаясь, сказала только: «Надеюсь, что виновные будут наказаны». А Тихонов, когда его выводили из зала, крикнул судье: «Не тех сажаете!».

Все сотрудники милиции и ГАИ, упомянутые в статье, продолжают свою службу в органах.

Две недели назад этот приговор отменен Президиумом Мосгорсуда – за недоказанностью (что случается очень редко). В постановлении об отмене приговора перечислены и 20 минут, отведенные следствием на убийство и расчленение, и другие факты, проигнорированные прокуратурой. Суд пишет, что из семи томов уголовного дела в основу обвинения фактически положены только первоначальные показания Старуновой, от которых она потом отказалась и после дачи которых тюремные медики зафиксировали следы побоев. Суд состоится вновь, и новые судьи, возможно, прислушаются к показаниям Старуновой и Тихонова.

А Мише Дадаляну до сих пор нечего хоронить.

Елена Костюченко, Новая газета

Читайте также: