Убитого порезали на части…

В Верховном суде Украины находится необычное дело: киевлянин Юрий Слюсар попросил возбудить против себя и своих родственников… два уголовных дела!

Первое — по ст. 383 Уголовного кодекса (заведомо ложные сообщения). Он сообщил, что в ВСУ из уголовноного дела №6-3976 КС/05 украли 230 (!) страниц. Если это неправда, говорит Юрий Борисович, судите! Второе дело он просит возбудить против себя по той же самой статье: за то, что лично обвинил судью Печерского суда в должностных преступлениях.

Тело покойного ищут пять лет

На первый взгляд кажется странным, что Юрий Борисович мог пойти на такой странный шаг? Нет, с головой у него все в порядке. Он работает в учреждении, куда психам путь заказан — в государственной инспекции промышленной безопасности и охраны труда. Более того, оба заявления — коллективные: они подписаны шестью и четырьмя родственниками соответственно. Сойти с ума одновременно эти десятеро вряд ли могли.

Согласно ст. 97 Уголовно-процессуального кодекса (УПК), заявления о преступлении должны рассматриваться в течение трех суток. Однако в Генеральной и столичной прокуратурах их рассматривают почти год! Во время встречи в редакции «СН» Юрий Слюсар обьяснил, что оба заявления прошли все этапы.

Печерский суд отказался их рассматривать, сославшись на то, что заявления о преступлениях «должны рассматриваться согласно закону «Об обращениях граждан». Точно так же поступил и Апелляционный суд Киева, принявший постановление о том, что заявления о преступлениях должны рассматриваться «на основании статьи 2 КАС Украины в порядке административного судопроизводства» (дело №11-а-241/08 от 28 февраля 2008 года). В результате Слюсар был вынужден обратиться с касационной жалобой в Верховный cуд.

Еще одна любопытная деталь: Слюсар утверждает, что после того, как он пережил более 40 неправомерных решений Печерского райсуда, ему наконец-то улыбнулась удача. Судья того же Печерского суда Финагеев неожиданно для истца отменил постановление Печерской прокуратуры об отказе в возбуждении уголовного дела о пропаже документов из Верховного суда (дело №4-122/08 от 4 июня 2008 года, Печерский суд). Но у самого Слюсаря надежды на расследование нет: по его мнению, речь идет о длинной цепи должностных преступлений на высоких уровнях.

Пытаясь доказать свою правоту, Юрий Борисович выучил четыре кодекса: Уголовный, Уголовно-процессуальный, Гражданский и Гражданско-процессуальный.

Какие же обстоятельства вынудили 50-летнего инженера-строителя переквалифицироваться в правоведа? Во время нашего разговора Юрий Борисович рассказал, что свой путь в юристы он начал после страшной трагедии: 16 апреля 2003 года его брат-близнец Сергей был убит в своей квартире.

Убийство произошло не мгновенно, а с погоней по всем комнатам: убийца преследовал жертву и жестоко ее добивал, а потом порезал на части. К сожалению, тела убитого до сих пор не нашли (оно исчезло вместе с окровавленным паласом), а убийцы разгуливают на свободе.

Об этом загадочном убийстве мы писали в статье: «На допрос вызвали… покойника?!» («СН» №17 от 15 мая 2007 года). К сожалению, с тех пор Фемида продолжает умывать руки. После пятилетних рассмотрений в судах и прокуратурах Слюсар решил судиться… с Украиной. Он обратился в Европейский суд после того, как из Верховного суда пропал 91 документ (230 страниц) из дела об убийстве брата. Еще около десятка документов «ошиблись номером»: их «случайно» положили совсем в другое дело! То, что пережил Юрий Борисович, стоило бы описать в детективном романе. Но, оказывается, оно уже описано Шевченковским райсудом Киева в деле №2-6992…

События, происходившие в реальной жизни, поражают не только страшной жестокостью, но и очевидной невероятностью: опасаясь за свою жизнь, брокер Сергей Слюсар завещал личное имущество брату-близнецу Юрию. В тот же вечер завещателя изрезали на куски и вынесли из квартиры, в которой он проживал вместе со взрослым сыном Дмитрием и бывшей супругой Ириной. Спустя три с половиной года после этого убийства Ирина подала иск на наследника — Юрия Слюсаря, а в качестве третьего лица (ответчика) привлекла… самого покойника!

Нет тела, не будет и дела?

Почему же бывшая супруга Сергея Слюсаря решила судиться с мертвецом? Или она забыла о том, как следствие возбудило уголовное дела об этом убийстве? Оказывается, проблема кроется не в убитом, а в его квартире. Той самой, которая (согласно завещанию от 15 апреля 2003 года) принадлежит брату покойного Юрию Слюсарю.

По идее (и по закону), получив от Сергея Слюсаря копию завещания на оспариваемую «двухкомнатку», Шевченковский райсуд должен был это дело сразу же закрыть. Но слушание дела затянулось на долгих семь месяцев. После чего судья Притула приняла решение: «В удовлетворении исковых требований Гаценко Ирины Дмитриевны… отказать». Но за «кадром» остался главный вопрос: а убийца-то кто?

Возможно, пролить дополнительный свет на квартирно-криминальную историю могли бы представители Шевченковского райуправления милиции. Но они направили в суд заявление с просьбой «слушать дело без их участия». В течение пяти лет дело, занимающее 22 тома, пытались раскрыть почти полтора десятка следователей из четырех различных прокуратур при надзоре со стороны Генеральной прокуратуры.

Родственники погибшего утверждают, что бывший прокурор Соломенского района Дичаковский, к которому они обращались, вначале выставил их за дверь. После обращения в Верховную Раду уголовное дело открыли, но не по факту убийства, а по удержанию покойного в заложниках. Так что делом занимался не «убойный», а розыскной отдел.

На этом основании брат-близнец обвинял прокурора в нарушении ст. 22 Уголовно-процессуального кодекса (о полном, всестороннем и объективном исследовании). Со временем прокурор Дичаковский переквалифицировал дело на «умышленное убийство», но не в отношении конкретных лиц, а по факту. В этом случае следствие может длиться сколь угодно долго, а не два месяца, как того требует ст. 120 УПК.

Что же случилось в ту роковую ночь 16 апреля 2003 года? Как утверждают соседи Сергея, из его квартиры доносился очень громкий шум. По их рассказам Юрий Борисович и составил картину преступления: «Убийство произошло не мгновенно, а с предварительной длительной беготней убийцы за жертвой по всей квартире. Злости убийце добавил порез на левой руке, полученный в ходе поножовщины. После убийства еще не остывшее тело расчленили, унесли с места преступления, а на всех площадках разбили лампочки. Всю ночь преступники (их было двое) замывали следы преступления: отдраивали не только стены и полы квартиры, но и почти всю лестничную клетку. Покойника уничтожили так надежно, что его до сих пор не могут найти».

Не имея доказательства (тела), следствие фактически зашло в тупик. Брат погибшего неоднократно обращался во всевозможные инстанции с жалобами на прокурора Дичаковского, требуя отстранить его от расследования, и, наконец, дело передали в Киевскую прокуратуру. Но именно в тот самый день туда на должность первого зама перешел г-н Дичаковский. С тех пор Юрий Слюсар считает, что его брата убили из-за денег: Сергей зарабатывал на покупке и продаже квартир.

Чтобы сэкономить на посреднических процентах, все документы он оформлял на бывшую супругу. Об этом свидетельствует копия выписки из киевского Бюро технической инвентаризации: в документе, подписанном начальником БТИ Сенчуком, фигурируют шесть квартир, ранее оформленных на имя бывшей супруги убитого. То, что их куплей-продажей занимался именно Сергей Слюсар, подтверждает его удостоверение, выданное директором брокерской конторы (оно до сих пор хранится у Юрия).

Тайна завещания

Изучив материалы этого дела, корреспондент «СН» задался вопросом: почему Сергей Слюсар сделал своим наследником не своего сына, а брата? На тот момент Сергею Борисовичу было лишь 46 лет, он был полон сил и энергии, на здоровье не жаловался. Что заставило его так рано задуматься о смерти и завещать брату Юрию квартиру в доме по улице Гончара?

Пока что известно лишь одно: свое завещание Сергей подписал 15 апреля 2003 года, а 16-го — исчез при весьма загадочных обстоятельствах. Последними, кто видел его живым, были его бывшая жена и сын Дмитрий. К ним он пришел после того, как играл в футбол с детьми кумовьев Берегунов.

Перед смертью Сергей еще около получаса разговаривал по телефону с Юрием. Братья договорились о встрече, но она так и не состоялась… Когда утром Юрий позвонил брату, в ответ услышал длинные гудки. Заподозрив неладное, он попросил супругов Берегунов зайти к Сергею. Подойдя к подъезду его дома, они обратил внимание на разбитые лампочки, а в самой квартире увидели многочисленные следы крови.

Подозрения об убийстве усилились после сообщений соседей о том, что кто-то в три часа ночи драил стены. Пенсионерка Лидия Бойко сообщила, что проснулась в начале четвертого утра от странного шума, доносившегося из соседней квартиры. За стеной было слышно, как «на пол и стены распрыскивали воду, а потом растирали тряпкой». Эти слова Юрий Борисович записал на свой диктофон.

В ответ на жалобы Юрия Слюсаря начальник следственного отдела прокуратуры Киева Игорь Демидов сообщил: «Слюсар С. Б. проживал в квартире №36 по ул. Героев Севастополя… в городе Киеве вместе со своей бывшей женой Гаценко И. Д. и сыном Слюсарем Д. С. У Слюсаря С. Б. начали возникать конфликты с Гаценко И. Д. и Слюсарем Д. С. Во время осмотра жилья Слюсаря С. Б. были обнаружены следы бурого цвета на обоях, дверях в комнату и батарее.

Согласно выводов судебно-цитологических экспертиз при исследовании изъятых из квартиры Слюсаря С. Б. следов была найдена кровь человека. 9 июля 2003 года прокуратурой Соломенского района города Киева было возбуждено уголовное дело против Слюсаря Дмитрия Сергеевича и Гаценко Ирины Дмитриевны, которое объединили в одно производство с материалами уголовного дела №59-0558…».

Но до судебного приговора дело не дошло: подозреваемых выпустили на свободу, и 21 июля 2003 года уголовное дело против Гаценко и Слюсаря-младшего было закрыто. Квартира, где был убит Сергей Борисович, до сих пор не арестована. Вместо нее под арестом оказалась квартира потерпевшей стороны — брата-близнеца Юрия Слюсаря. Такое решение вынесла судья Печерского райсуда Елена Умнова. Или это случайность? Может, правоохранительные органы просто перепутали адреса?

Возмущенный Юрий Слюсарь потребовал возбудить дело в отношении судьи Умновой. И 5 декабря 2007 года Апелляционный суд Киева решил эту жалобу удовлетворить: материалы направлены «для дополнительной проверки в Печерскую райпрокутуру». Однако через пять месяцев прокурор повторно вынес постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Копию постановления Слюсар получил только спустя 20 дней, и, таким образом, обжаловать постановление в 7-дневный срок (согласно ст 99 УПК) оказалось невозможным. Тогда брат убитого и обратился в Европейский суд.

С тех пор прошло более двух лет. В Страсбурге жалоб из Украины гораздо больше, чем времени на их скорое рассмотрение.

Валентин Ковальский, СН

Читайте также: