Милиция Днепровского района: «пошлем» любого!

Если вознамеритесь совершить какое-либо преступление, советуем избрать для этого «новаторский» Днепровский район города Киева. Если кого и «заловят», допустим, на квартирной краже, то достаточно просто сказать, что это – «не дело милиции». И вас тут же отпустят. Более того: Днепровское райуправление милиции г. Киева выступит в роли вашего импровизированного адвоката перед прокуратурой, если та заинтересуется вашим делом. Практика наработана, пользуйтесь… Сегодня только избранные могут добиться защиты своих интересов в правоохранительных органах. Да и то не на принципах права и законности, а при помощи личных связей и влияния, обеспеченного занимаемой должностью.

Потому-то мечта всех простых украинских граждан – исхитриться попасть на прием к «какому-нибудь» министру или губернатору, так как личное влияние и указания последнего – верный способ решить проблему. Которая в принципе должна решаться визитом к участковому милиционеру либо в ЖЕК.

Сегодня предлагаем Вашему вниманию обыденную жизненную ситуацию, которая наглядно демонстрирует истинное состояние вещей с правовой культурой в нашем государстве.

Районным судом в качестве обеспечительных мер по иску стороны, потерпевшей вследствие ДТП, был наложен арест на автомобиль, находящийся в собственности семейной пары — семьи Шевченко.

Потерпевшая сторона (истец), располагая сведениями о том, что автомобиль, вопреки наложенному аресту, распродается по деталям, обратилась в Прокуратуру Днепровского района города Киева (по месту регистрации автомобиля и проживания ответчиков) с заявлением о совершаемом преступлении.

Прокуратура, руководствуясь ст. 97 УПК Украины, учитывая то, что дело о фактической краже деталей и разукомплектации автомобиля подследственно органам милиции, отправило это заявление в райуправление Днепровского района Киева. Указав необходимые действия по проверке заявления.

Однако Днепровское райуправление милиции, получив заявление о преступлении, отреагировало весьма своеобразно:

Как видим, милиция просто «послала» куда подальше районную прокуратуру, даже не удосужившись совершить (либо имитировать) необходимые оперативно-розыскные действия в процессе проверки заявления о преступлении.

Прокуратура – контролирующий орган, в компетенцию которой входит контроль за деятельностью милиции, в том числе и в сфере расследования преступлений. И если милиция позволяет себе в открытую «посылать» прокуратуру, а последняя – равнодушно воспринимать данное проявление неуважения к себе – это тревожный сигнал. Если так дальше пойдет, то прокурорских работников вообще перестанут пускать на порог райотдела. Более того – их под надуманным предлогом начнут «усмирять» «демократизаторами» и запирать в «обезьянник» вместе с бомжами. С воспитательно-профилактической целью: чтобы неповадно было беспокоить милицию глупыми указаниями.

Так что в Украине уже не только прокуроры «посылают» друг друга, но и милиция тоже в совершенстве овладела этой нехитрой наукой! Зачем тогда вообще нужна прокуратура, как правоохранительный орган?

Более того: передовая практика Днепровского райуправления милиции Киева позволяет уже сегодня ставить вопрос еще глубже: если милиции позволено «посылать» прокуратуру, то зачем отказывать в этом правонарушителям, «посылающим» милицию?

Еще раз внимательно вчитаемся в публикуемые документы. Перед милицией стоит задача проверить наличие и состояния арестованного имущества. Если автомобиль в наличии имеется (до сих пор не продан, не разукомплектован, хранится в условиях, исключающих его порчу), тогда в возбуждении уголовного дела следует отказать — в виду отсутствия события преступления: п. 1 ст. 6, ст. 97 УПК Украины.

Мы же сталкиваемся с пикантной ситуацией: автомобиль не выявлен, а вялые хождения милиции по месту проживания потенциальных правонарушителей – семьи Шевченко — заканчиваются все тем же открытым «посыланием» милиционеров со стороны разыскиваемых лиц.

Милиция, создавая видимость проведения оперативно-разыскных действий, считает достаточными для ответа «прокурорским» некие переговоры по телефону с неустановленным лицом, которые якобы имели место.

Основной фигурант дела – гражданка Шевченко — в милицию прибыть отказалась, автомобиль представить – тем более (по причине его физического отсутствия?). Зато ей удается словесно убедить правоохранителей, что это — не дело милиции. И все на этом закончилось.

Венцом творения доблестных милиционеров, смело «посылающих» прокуратуру, но доверчиво верящих на слово подозреваемым, является приложенный «высновок» (заключение). Потрясающий по форме и содержанию документ, вынесения которого не предусмотрено ни одной нормой отечественного законодательства. Мол, факт отсутствия автомобиля установлен, но уголовное дело по факту кражи (разукомплектации) автомобиля никто возбуждать и не думает — это, дескать, не нашего ума дело…

Вспоминается старый анекдот времен «застоя». Идет показ художественного фильма, произведенного в Чукотском АО СССР о Великой Отечественной Войне, снятого силами местных актеров. На переднем плане интерьер чум. Внутри сидит чукча-партизан. С внешней стороны слышен скрип шагов по снегу и голоса:

«Тук-тук, это гестапо. Чукча дома?»

Чукча (пугаясь и меняя голос): «Его нету, дома только жена…»

Снаружи (строго): «А где чукча?»

Чукча: «Он пошел в тундру листовки расклеивать…»

Снаружи: «Передай ему, что приходили из гестапо, очень ругались…»

Смеяться можно сколько угодно, однако описанная нами ситуация — один в один — соответствует анекдотичной: ни прибавить, ни отнять…

И еще о «высновках». Знающие люди утверждают, что подобных творений гениев сыска Днепровского района в архивах более чем достаточно. Иногда, рассказывают, дело доходит до полных курьезов. Например, возвратившийся домой хозяин видит, что дверь в квартиру взломана, а в жилище кто-то похозяйничал. Доблестные опера Днепровского райотдела, прибыв на место происшествия, отказались возбуждать уголовное дело, мотивировав отказ (естественно в наработанной форме все того же знаменитого «высновка»), что хотя и факт взлома налицо, но в связи с отсутствием лиц, проникших в жилище и невозможности их опросить, невозможно установить цель их проникновения, то есть неустановлен умысел совершить кражу.

В доступном изложении это звучит просто: следственные органы допускают (!), что дверь в квартиру и проникновение в жилище неизвестными лицами было совершено не с целью кражи, а допустим, погреться, отдохнуть, посмотреть телевизор, принять душ (фантазия следователей остается загадкой).

Поскольку непонятен мотив посещения жилища – то и нету оснований возбуждать уголовное дело, а тот момент, что из квартиры пропали некоторые ценные вещи кулуарно объясняется еще проще, даже подтверждает предыдущую версию: если в квартиру проникали, чтобы украсть, так украли бы все (включая мебель и бытовую технику), а поскольку пропала часть вещей, то скорее всего либо же их изначально не было (хозяин то никак не может доказать, что у него, допустим, пропала золотая цепочка, кто ее видел ?) либо же их взяли по ошибке, случайно, перепутав со своими…

Подобных примеров, как нам заметили знающие люди, в Днепровском райуправлении масса…

Но Днепровский райуправление милиции в определенных кругах знаменито не только тем, что плодит подобные «высновки о списании» направо и налево, независимо от фактической стороны дела.

На личном примере, как адвокат, расскажу о подоплеке одного интригующего дела № 04-12981, возбужденного и расследуемого доблестными милиционерами из Днепровского района столицы. Исключительно из соображений этики воздержусь от указания имен участников и детализации фактов, однако главное – фабула и методы следствия.

В 2004 году некое предприятие «К» подало в хозяйственный суд города Киева заявление о признании банкротом самого себя. Такую возможность закон допускает в случае, когда менеджмент предприятия по тем или иным причинам видит, что не может погасить задолженности перед всеми кредиторами, и надеется на цивилизованных засадах осуществить реструктуризацию долга, мировое соглашение, в том числе и с помощью арбитражного управляющего, который является независимым внешним менеджером.

Суд заявление принял, ликвидация была проведена, все требования закона были соблюдены. Никто из сторон не обжаловал ни одного процессуального действия суда, включая действия по оценке обстоятельств возникшей неплатежеспособности и отсутствии умысла руководства на доведения предприятия до состояния неплатежеспособности.

Однако, руководство ликвидированного предприятия с удивлением узнает о возбуждении уголовного дела сразу по двум статьям Уголовного кодекса Украины: 218 и 221.

Уже в этом один из самых пикантных моментов, ведь ст. 218 Уголовного кодекса Украины называется «фиктивное банкротство» а по описанию диспозиции, согласно данной статье наказываются заведомо неправдивое заявление руководства предприятия о финансовой несостоятельности. То есть, по данной статье ставится под сомнение сама процедура банкротства, как недопустимая и недействительная.

Вторая статья, по которой возбуждено уголовное дело – ст. 221 называется «незаконные действия в случае банкротства», и предусматривает наказание за совершение тех или иных действий по разбазариванию имущества должника в процедуре банкротства и его утаиванию. Применение данной статьи невозможно вне процедуры банкротства.

То есть, две статьи, по которым одновременно возбуждено данное уголовное дело, не вдаваясь в подробности, являются несовместимыми по отношению к одним и тем же лицам в одной и той же ситуации.

Либо же следует признать, что банкротство имеет реальное экономическое наполнение и является истинным, а потому, ни о какой фиктивности в принципе речь идти не может.

Либо же, следует согласится с мыслью, что заявление о банкротстве является фиктивным, и сама процедура банкротства тоже. В таком случае нелепым выглядит обвинение в совершении незаконных действий в случае такого, с позволения сказать, банкротства…

Согласитесь, логики в действиях следователей нету никакой, кроме наглядной реализации восстановления в действии забытого еще во времена глубокого застоя принципа: «была бы статья, а человек найдется», становящегося, как видим, удобным для следователей Днепровского райотдела…

Ситуация напоминает старый анекдот, где в судебном заседании подсудимый, обвиняемый в убийстве родителей, просит суд о снисхождении на том основании, что он … сирота…

Это не единственные бредовые действия следственных органов Днепровского райуправления на примере одного достаточно рядового дела, и мы в силу этических принципов и соображений тактики не будем распространяться о других нарушениях, вообще несовместимых с процедурой следствия.

Если подобное имеет место в одном из ведущих райуправлений столицы, то можно только допускать, что же творится на периферии…

Причиной как всем описанным и оставшимся вне нашего внимания беззаконным действиям милиционеров является либо круговая порука местного и центрального милицейского начальства с прокурорскими работниками, либо же обыкновенная, ставшая органической неспособность органов прокуратуры осуществлять контроль за проведением следствия органами милиции, что порождает очередную волну беспредела…

Очень надеемся, что порядок будет наведен изначально хотя бы на уровне Днепровского райуправления милиции города Киева, который должен стать первым в очереди на исправление и на пути приведения методов и способов работы в законные рамки.

Господа правонарушители! Если вознамеритесь совершить какое-либо преступление, то настоятельно советуем избрать для этого «новаторский» Днепровский район города Киева. Если кого и «заловят», допустим, на квартирной краже, то достаточно просто сказать, что это – «не дело милиции». И вас тут же отпустят. Более того: Днепровское райуправление милиции выступит в роли вашего импровизированного адвоката перед прокуратурой, если та заинтересуется вашим делом. Практика наработана, пользуйтесь…

Если милиция столь развязанно ведет себя в Киеве, то какие «вольности» она позволяет себе в провинции? И кто после этого возьмется утверждать, что правовая система в Украине вообще существует?

Алексей Святогор, адвокат, специально для «УК»

Читайте также: