Милицейская мзда: причины, традиции, следствия. Часть 3

…Либо жалкие копейки мне совали жаждущие «отмазки», либо суют так, что принять от них деньги становится совершенно невозможно, потому я и имею «левыми» сущие гроши… За прошлый год все мои «левые» доходы в среднем составили аж… 25 долларов в месяц. Круто? Два с половиной доллара в день — вот так живут нынче «милицейские коррупционеры и взяточники» моего ранга! Пусть некоторые бичующие коррупцию в МВД сравнят свои доходы с моими и устыдятся… Насчёт устыжения — сомневаюсь, но скажу так: имей я достойный доход — тоже жил бы честно!..

Расскажу один эпизод. В принципе, «хранение оружия и боеприпасов» — самая распространённейшая статья в случаях, когда надо срочно посадить человека (например – известного всему городу криминального п а х а н а), а придраться к нему в данный момент не за что, аккуратно себя ведёт — ни улик против него, ни вещдоков, ни свидетельских… Вот тогда и применяют такой приём, как внезапный обыск (под удобным предлогом): сперва – личный, потом — машины, квартиры, гаража, дачи… Почти всегда при этом находят незарегистрированное оружие — ну какой уважающий себя криминал найдёт в себе силы не иметь незарегистрированный в ментуре с т в о л — пистолет, карабин, автомат Калашникова или «узи». Много реже при подобных обысках находятся наркотики или ещё что-либо другое из запрещённого к хранению… Вот за одно это, за найденное при обыске оружие или наркоту наших доморощенных гангстеров чаще всего и сажают — у нас это так же распространено, как на Западе — сажать бандитов за неуплату налогов.

И вот в соседнем районе был такой случай. Поступил заказ тамошним операм из «города»: навесить «делюгу» лет на пять на проживающего на их «территории» криминального лидера средней руки Жорика Толмачёва по кличке «Шмайсер». Давным – давно, чуть ли не семь лет назад (для быстро живущих и стремительно сгорающих «авторитетов» это — срок громадный), во время одной из «тёрок» с конкурентами Толмачёв явился на «стрелку» с немецким автоматом времён Второй мировой войны, и быстро установил полный консенсус, открыв беглый огонь чуть выше голов «быков» от конкурирующей стороны. С тех его «братэллы» только «Шмайсером» и называли. Никто не знал, сохранился ли у Жорика тот немецкий автомат или уже соржавел давно, но боялись уже самого призрака фашистской «игрушки».

И вот Толмачёва было предписано «закрыть». Для начала поставили за ним наружку, отследили его маршруты, установили график передвижений и контактов, а потом — обыск!.. Первым делом, разумеется, искали тот самый «шмайсер» (всем очень хотелось на него посмотреть), но — увы, его так и не нашли, всё ж таки успел избавиться Толмачёв от слишком приметного «сувенира»… Зато два пистолета (ТТ и «Стечкина») вместе с патронами в тайнике под нужником на его летней даче ребята раскопали, и стали готовить дело для передачи в суд. А потом — осечка…Экспертиза показала: боёк у обоих пистолетов сточен, патроны же вообще без пороха оказались, чуть ли не учёбные муляжи, не боеприпасы, а так — школьное пособие… И больше — никакой компры на «Шмайсера» при обыске обнаружено не было.

Мужики из «города» вначале не врубились, намекают райотделовским коллегам: «Пацаны, вы что – отупели?! Да подмените спиленные бойки неспиленными, вот и весь коленкор!..» Но обычно такие сообразительные опера в этот раз проявили себя несмышлёнышами, и бормотали наивно: «Как это — подменить? Нам такое даже слушать непонятно…» Почесали «городские» озадаченно затылки, потом, «расшифровав» ситуацию, досадливо сплюнули, и пришлось отпускать «Шмайсера» на все четыре стороны. По слухам, обошлась такая «непонятливость» районных ментов Жорику в шесть тысяч долларов: по «штуке» каждому из участвовавших в обыске и задержании оперов, две «штуки» получил следак, и ещё «штуку» — эксперт. Последнему дали на лапу вовсе не за то, чтоб спиливал бойки (это сделали опера), а за то лишь, чтобы под нажимом из горУВД не сменил тайно повреждённые бойки в ТТ и «стечкине» на нормальные… В общем, ввиду исключительности ситуации мои тамошние коллеги получили тогда по двойной ставке… Повезло пацанам!

…Зарабатывать на кусок хлеба со сливочным маслом опер-труженик может, разумеется, не только развалом уголовных дел и «отмазкой» граждан – бандитов от правосудия, но и множеством других полузаконных, незаконных и даже совершенно уж преступных способов. Чтобы все перечислить — жизни не хватит… Самое прибыльное — собрать побольше компромата на солидную коммерческую фирму и «наехать» на них до упора, затем либо взяв одноразово крупные «отступные», либо стать их постоянной «крышей» и исправно получать регулярный доход… Да только слишком уж обременительна эта комбинация, все свои силы на её разработку кинуть надо, а когда преступников ловить?.. Не разорваться же на тысячу кусочков… Да и не мелкому районному оперёнку такие дела проворачивать, на том уровне всё уже давно «схвачено» и проглочено хищниками посильней, с куда большим количеством звёзд на погонах, чем у тебя. Скорее уж тебе там рога пообломают, чем ты…

Можно наладить контакты с теми же наркоторговцами, по схеме: ты не слишком усердно пресекаешь их преступный бизнес, а они тебе за это каждый месяц что–то «отстёгивают». Но здесь слишком риск велик: прижмёт их когда–нибудь опер из горУВД, из отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотиков, и они, себя выгораживая, запросто тебя, подельщика наркоторговцев, с потрохами и сдадут…

Ещё вариант: присмотревшись, как работают налётчики, самому (в одиночку или на пару с надёжным коллегой) грабануть «карася» пожирнее. Но даже если пренебречь укорами совести, возможных минусов здесь – миллион! Например, коллега, каким бы надёжным ни смотрелся, но то ж — в нормальных милицейских делах, а как поведёт он себя во время и, главное, после осуществлённой бандитской операции — не знает никто. Аж бегом может впоследствии тебя «заложить», себя выгораживая… В одиночку же «гопничать» — тогда риск попасться именно во время проведения операции многократно возрастает, и ни малейшей гарантии, что впоследствии тебя не найдут… Дело в том, что для хищения достаточно крупной суммы денег неизбежно перед этим придётся собирать информацию о тех, у кого на руках такая сумма купюр может оказаться, и о том, где и когда именно ты можешь её у них нахально «экспроприировать». Но когда «экс» состоится — ищущие тебя люди (а чем больше сумма, тем дольше и интенсивнее тебя потом будут искать) в своём расследовании пойдут от обратного: вначале вычислят, какой информацией должен был обладать сумевший провернуть такое дело преступник, затем — от кого и каким образом он мог получить эту информацию, а уж там до тебя самого — рукой подать… Слишком хорошо знаю я своё розыскное ремесло, чтобы решиться сменить роль сыщика на профессию бандита… Стрёмно!

Как ещё на службе может подзаработать опер? При осмотре «отбомблённой» ворьём квартиры можно тихонечко присвоить что-либо ценное, например… Но это — только в определённых случаях. Если у человека выпотрошили хату, но он помнит, что перед приездом следственно–оперативной группы среди выброшенных домушниками из шкафа на пол шмоток лежала и кожаная куртка, а после отъезда товарищей из уголовного розыска оказалось, что куртка бесследно испарилась, то это значит лишь, что в состав СОГ входили окончательные дебилы — ну нельзя же так, хлопцы, надо – аккуратнее. Или такой расклад: воры всё ценное забрали, а тайник с брильянтами в стене кухни над плитою не заметили, ты же при обыске сумел его обнаружить незаметно для хозяев — позволительно ли тебе, оперу, оприходовать эти камешки в свой доход? Ответ отрицательный: сам владелец о своём тайнике наверняка помнит и ещё перед вызовом милиции на место преступления обязательно проверял — на месте ли содержимое. Если же после твоего отбытия тайник окажется пустым, то заявление в прокуратуру на тебя, вороватого, последует незамедлительно. А если побоится «светить» наличие у себя драгоценностей, то он тебя самостоятельно вычислит, найдёт и… оно тебе надо? Конечно, может быть и такое, что владельца обворовали в его отсутствие, и он точно не будет знать, «домушник» ли добрался до его тайника или кто–то из проводивших обыск ментов, тогда можно и взять, но — тщательно подумав перед этим, ситуация чревата осложнениями, вдруг вора потом поймают, и он сможет доказать, что драгоценностей на «отбомблённой» хате не находил, — и у следователя, и у т е р п и л ы к проводившим обыск оперативникам возникнут весьма неприятные вопросы.

…В последние полгода – год приток «левых» в мой карман сильно сократился. И не только в мой, я ж не слепой — вижу общую тенденцию… У моих коллег-оперов побочных доходов тоже стало намного меньше. Почему? За других расписываться не буду, скажу только о себе.

Самое главное: не хочу я тех «левых» копеечных привесков к зарплате: там не столько выгоды, сколько риска, да и ронять свой авторитет — неприятно… Всех денег всё равно не заработаешь, да и покой в душе тоже чего-то да стоит… Записали?..

Пожалуй, основное: меньше стало возможностей «брать» и «хватать». Сегодня все доходные места давно поделены и переподелены, на всех их стало не хватать, в борьбе конкурентов победили сильнейшие (в данном случае — те, кто обладал большими званиями, должностями, возможностями и связями). Что раньше имели сто лейтенантов – капитанов, сейчас получают десятки майоров – полковников, но и их вытесняют генеральские «крыши»… В такой ситуации что остается мне, районному оперу?

Конкретный пример: ещё пару лет назад «наехал» практически на любого из базарных ларёшников — и, если не «зарываться» и не наглеть, гребёшь оттуда себе на завтрак с обедом, а сейчас «бесхозных» киосков на моей «земле» вообще нет. Но есть группа хозяев, владеющих по несколько киосков каждый, и у каждого из хозяев — своя «крыша» уровнем не ниже зампредседателя райадминистрации, начальника отдела горУВД и так далее. Заявись я туда со своими финансовыми претензиями — не поймут, пошлют на три буквы и «крыше» пожалуются… Понятно, что и тут можно изловчиться — накопить компры побольше на коммерсанта, к стенке его прижать, и деться ему будет некуда, ведь далеко не от каждой неприятности в силах уберечь тебя даже и крутая «крыша»… Она – далеко, а ты рядом — злой, оголодавший и отчаявшийся. Воевать с тобою зачастую — невыгодно, от той войны коммерции будут одни убытки, дешевле — откупиться… Но, как уже говорилось, серьёзный компромат собирать у меня, районного опера, просто нет ни сил, ни времени.

Да и потом, когда своё кровное люди отдают мне не добром, а под нажимом — не уважают они меня тогда, и друг дружке про меня рассказывают, что сволочь-де я и «беспредельщик»… Не поднять мне тогда вовек себе авторитет на своей «земле». А жизнь — штука хитрая, появись завтра у обиженных мною фирмачей хоть малейшая возможность кинуть мне подлянку — сомнут ведь они меня в два счёта! Так что на «беспредел» ни я, ни мне подобные никогда не пойдут.

«По-правильному» зашибить деньгу уже не удаётся, кончилась прежняя лафа. На смену «дикому капитализму» приходит постепенно «цивилизованное буржуинство», и моя функция в нём — сопеть в две дырочки и горбатиться на нищенскую зарплату.

И последнее. Раньше я шёл на определённый риск с верой, что в случае чего товарищи меня подстрахуют и вытащат из неприятностей, хотя бы из корпоративных соображений: «Сегодня – ты, а завтра – я; «отмажем» тебя сегодня — завтра и ты нас «отмажешь»!» Короче, мент менту был тогда друг, товарищ и подельник. Нынче — не то. Мои коллеги запуганы бесконечными междусобойчиками «все против всех»; заступись они за меня — и сами попадут «под пресс», оно им надо?!. Теперь лозунги дня: «Каждый сам за себя!» и «Ты влип — ты и выпутывайся!» В милиции сегодня, как и в любой стае, больных, раненых и ослабевших — добивают!

Что касается начальства, то больше всего боится оно быть уличённым в собственных неблаговидных делишках, практически у каждого — рыльце в пушку и куча врагов, желающих тебя «скушать» и отнять твой сегмент «кормушки». Отсюда две задачи: как можно лучше замаскировать собственные неправедные доходы (обычно это — соучредительство в ряде прибыльных фирм и частных предприятий), и как можно быстрее откреститься от своих попавшихся на мелком жульничестве подчинённых. Заступись начальство за них — могло б и само быть утянутым ко дну, а так, беспощадно расправившись со «взяточниками и коррупционными перерожденцами», наше руководство как бы доказывает, что уж само–то оно — ни-ни, сплошные честнюги, ангелы в погонах.

Так что «залететь» сейчас за мздоимство на моём уровне — что грипп в общественном транспорте подхватить. Я иногда даже удивляюсь, почему у нас ещё не всё оперативники угрозыска уволены и брошены за решётку, — материал – то на каждого сыщется… Но это, наверно, начальники просто побаиваются: посади они нас всех — кто же тогда работать будет и обеспечивать показатели? Вот поэтому только основная часть личного состава и на свободе до сих пор…

Доходит до маразма. И деньги мне позарез нужны (у жены скоро именины, очередные проверяльщики из центра приезжают с бурчащими от желания выпить и пожрать на халяву желудками, в СИЗО два нуждающихся в «подогреве» бандита сидят), а – не беру, строю из себя херувима, и всё только потому, что — боюсь!

Нет, без балды — это ж такая трагедия в душе, что никакими словами не передать!

Владимир Куземко, специально для «УК»

Читайте также: