Без чувства долга

Прораб небольшой строительной компании 33-летний Владимир дал себе зарок больше никогда не занимать у банка. Год назад он получил кредит в 50 000 рублей на дорогущий холодильник, но уехал в командировку на полгода. А по возвращении обнаружил письмо с требованием не только вернуть кредит, но и выплатить штраф за просрочку платежей. Наказание было фантастическим — 150 000 рублей. «Конечно, виноват, не спорю. Но выставлять штраф, в три раза превышающий сумму основного долга, в моем понимании — грабеж!» — возмущается строитель. На протяжении последних двух лет выбивать долги с таких заемщиков, как Владимир, банкам помогают коллекторские агентства. Об их методах работы уже многие знают не понаслышке: звонки с требованием оплатить сочетаются с угрозами начать судебное разбирательство и наложить арест на имущество. Но с недавних пор у коллекторов появились антиподы — антиколлекторы. Пока заявили о себе две организации — юридическое бюро АСПРО и Первое антиколлекторское агентство. Охрану своим клиентам они, конечно, не предлагают, да и «стрелок» с коллекторами не забивают. Но берутся договориться — полюбовно или по суду — о минимизации претензий к должнику. Пока бизнес их скромен и незаметен — ни банки, ни коллекторы их в упор не замечают. Но антиколлекторам есть на кого равняться: в США их коллеги ворочают миллиардами долларов, избавляя миллионы клиентов от непосильного долгового бремени.

Через юридическое бюро АСПРО за первые полгода работы прошло всего лишь 30 человек с долгом, как правило, не более 500 000 руб. Но отечественные антиколлекторы не отчаиваются: рынок потребкредитования стремительно растет, а значит, и потенциальных клиентов становится все больше. «Только в этом году объем выдаваемых кредитов увеличился на 18% и превысил 1,3 трлн рублей, — констатирует аналитик “Русрейтинга” Виктория Белозерова. — А объем просроченной задолженности вырос на 40% и составил 33 млрд рублей».

Не такой антиколлекторский рай, конечно, как в Америке, где общая сумма выданных населению кредитов — $2,1 трлн, где кредитками пользуются 96% граждан, у каждого в среднем по 4 карты, а среднемесячный долг по ним — $5800. Но и с нашим объемом рынка антиколлекторы могли бы вести себя поактивнее.

Однако кричать о себе во весь голос доморощенные защитники должников не решаются: шумная реклама может испортить их отношения с банками. Пока что силы неравны, а никакой цивилизованной системы взаимоотношений нет и в помине. «Вот и приходится ограничиваться выполнением благородной миссии, — вздыхает один из руководителей АСПРО Михаил Романовский. — Реальный бизнес на антиколлекторстве сейчас сделать сложно».

Но и «благородные миссии» позволяют антиколлекторам сводить концы с концами, получая выручку в 300 000 руб. в месяц. Попавший на штраф строитель Владимир за помощь юристов АСПРО заплатил 30 000 руб. Про существование бюро он узнал от своего знакомого. Уже после первой консультации и беглого изучения договора выяснилось, что банк не вписал в этот базовый документ размер штрафа. В кредитном договоре такое условие прописывают далеко не все банки, а претензии предъявляют, основываясь на внутренних инструкциях.

По совету антиколлектора Владимир написал ответ о своем несогласии с претензиями банка. Банк на компромисс не пошел, и Владимир вместе с юристом АСПРО отправился в суд. И выиграл дело. Прораб выплатил только фактическую сумму долга и набежавшие по нему обычные проценты — 6000 руб. Дело оказалось несложным. «Есть такая замечательная 333-я статья Гражданского кодекса — “уменьшение неустойки”, — говорит антиколлектор Романовский. — Если обратить внимание “нормального судьи” на неадекватность штрафа, сократить претензии можно и в несколько раз».

Но в АСПРО делают все, чтобы избежать обвинений банков в неблаговидной деятельности. По словам Романовского, «отморозки, подделавшие документы при получении кредита, или те, кто просто отказываются его выплачивать», отсеиваются сразу.

Newsweek решил проверить правдивость этого утверждения. В разгар рабочего дня в АСПРО трубку долго не брали. Беседа с директором антиколлекторского направления Виктором Червяковым состоялась лишь через час. В начале разговора он явно осторожничал. Когда же речь зашла о полном невозврате кредита, якобы взятого на покупку ноутбука, Червяков, слегка замявшись, сообщил, что «скорее всего помочь не сможет». «Мы, конечно, знаем про все ухищрения, но их не используем, а действуем только по закону», — сообщил он. Впрочем, в конце все же добавил: «Вы все-таки пришлете кредитный договор, а мы на него посмотрим и тогда уже подумаем, что можно будет сделать». Связаться с юристами агентства так и не удалось, поэтому трудно сказать, придерживаются ли таких же моральных норм конкуренты из Первого антиколлекторского агентства. Но на сайте среди вполне легальных услуг предлагается «устная консультация по невозврату кредита». Как следует из прайса, общение с юристом на эту скользкую тему обойдется в 1000 руб. Есть и другие расценки: комплект документов, позволяющих отсрочить выплату, стоит 500 руб., письменный анализ кредитного договора — 3000 руб. Рядом на сайте стоит некий антирейтинг банков, составленный якобы по итогам голосования клиентов. Первое место в нем занимает Ситибанк, второе — «Русский стандарт», а третье — Сбербанк. Какие критерии учитывались при составлении списка, не поясняется.

У АСПРО расценки ненамного ниже, но предварительные консультации вовсе не главная статья дохода антиколлекторов. «Проще оценить наш доход, когда мы работаем с клиентом “по полной программе”. Наша премия — примерно 20% от сэкономленного», — объясняет основы своего бизнеса Романовский. — Скажем, если мы отсуживаем штраф в 200 000 рублей, то себе оставляем 40 000». Отстаивание интересов клиента занимает месяца три, в редких случаях — год.

Банки сознательно затягивают дела тех, кто попался на так называемые скрытые проценты: реальные процентные ставки от номинальных могут отличаться кардинальным образом. «Например, в рекламе указывается 20%, а на деле в конце года получается 50 или 60, — говорит Белозерова из “Русрейтинга”. — И в этом смысле особенно поднаторел банк “Русский стандарт” — один из лидеров по числу выдаваемых кредитов».

Ныне безработный Александр занял два года назад у того же «Русского стандарта» 80 000 руб. на покупку автомобиля. Досрочно погасив кредит уже через полгода, он с удивлением обнаружил, что только за ведение ссудного счета банк взял с него дополнительно около 30 000 руб. Теперь жалеет, что отдал деньги: «Надо было посудиться самому или, например, антиколлекторов привлечь».

При решении проблем со скрытыми процентами, как сообщают в АСПРО, договориться удается в половине случаев. Когда банки понимают, что заемщик не лыком шит, быстро идут на компромисс, рассказывает Романовский. «Вот, например, с банком “Ренессанс Капитал” договариваться легко», — говорит антиколлектор. Альтернатива полюбовной сделки у банков небольшая — продать свои проблемные долги за 10% от их стоимости, как это собирается, например, сделать Хоум Кредит энд Финанс Банк. Ведь взыскать деньги с заемщиков крайне тяжело.

Если у должника нет денег, значит, надо арестовывать имущество. Основной совет антиколлектора — некоторое время просто не появляться дома. Больше двух раз пристав все равно приходить не будет. «Тогда коллектор посылает в банк акт о невозможности взыскания, а тот вынужден списать задолженность или перепродать ее кому-нибудь», — говорит Романовский.

По статистике коллекторского агентства — Центра юридического сопровождения бизнеса (ЮСБ), примерно половина шифрующихся должников уходит от возмездия. Да и арестовать имущество заемщика, даже если удалось отыскать его самого, не так просто. Закон запрещает взыскание «предметов домашнего обихода», а что это такое, не определяет. Легко уйти и от конфискации автомобиля. Схема, когда в суд прибегает знакомый должника и рассказывает, тыча пальцем в договор, что якобы купил этот автомобиль за день до наложения ареста, работает безотказно. Еще проще с недвижимым имуществом. «Накладывать арест на квартиру за какой-нибудь мизерный долг по потребительскому кредиту ни один пристав не возьмется, это скандал», — утверждает Романовский.

Но при всем этом работу антиколлекторов в банках всерьез не воспринимают. «Наш банк действительно берет комиссию за выдачу кредита в 1–3%, но это никакие не скрытые проценты, — спокойно говорит вице-президент Ситибанка Наталья Николаева. — И вообще, зачем подписывать договор, если вас изначально не устраивают условия, не понимаю. А давать советы, как не платить долги, на мой взгляд, занятие просто некрасивое».

В «Русском стандарте» заочно полемизировать с «недоразвитыми антиколлекторами» вообще считают ниже своего достоинства. «Все равно что моська против слона», — говорит один из сотрудников банка, пожелавший остаться неназванным. Брезгливое отношение к антиколлекторам, роль которых выполняют и обычные юристы, у банкиров появилось давно. Им сложно понять, как может быть этичным, например, совет антиколлектора должнику «дистанцироваться от кредита, переписав его на родственника задним числом», говорит коллектор Дмитрий Жданухин из ЮСБ. Сам он считает, что функцию антиколлекторов с успехом могли бы выполнять и коллекторы. Например, сегодня они выбивают долги по поручению банка, а завтра, зная его слабые места, помогут должнику. «Но сейчас быть на стороне банка все равно выгоднее: должников-то у него много, — говорит Жданухин. — А вот помогать заемщику накладно — большие операционные расходы».

Схема, предложенная Жданухиным, успешно реализована в США. Там коллектор по сути является и антиколлектором — официально он называется «кредитный советник». Он действует по поручению должника, а платит ему банк за сбор долгов. Все совершенно легально. И никто не жалуется. «Мы составляем сетку погашения кредита в соответствии с возможностямидолжника, считаем его уровень дохода в месяц, количество прочих кредитов и пишем письма всем кредиторам с просьбой существенно снизить процент», — объясняет кредитный советник Джанет Харрисон из Money Management Intеrnational.

«Кредиторы платят нам fair share payment — обычно в районе 6% от суммы всего долга. При этом они почти ничего не теряют и в течение 3–5 лет получают первоначальную сумму обратно. А потребитель нам ничего не должен», — делится передовым антиколлекторским опытом с Newsweek президент ассоциации независимых агентств кредитных советников (AICCCA)Дэйв Джонс. Его ассоциация — самая крупная в Америке — ежегодно получает от банков около $8 млрд. Всего же в США эти услуги предлагают свыше 600 юридических фирм, объединенных в три крупных профсоюза, а их общая выручка приближается к $11–12 млрд в год. За помощью к ним ежегодно обращаются около 5,5 млн человек.

России пока далеко до такой идиллии. Отношения кредиторов и должников можно описать, как «любовь–ненависть». Журналист-фрилансер Алексей Ковалев потребительские кредиты в «Русском стандарте» брал трижды. Почти всегда задерживал выплаты, подвергался нападкам коллекторов и, как сам признается, «погорел на скрытых процентах». Ругает банки на чем свет стоит: «Это же ростовщичество! Еще 300 лет назад давать деньги в рост грехом считалось!» Но недавно Алексей Ковалев снова отправился в «Русский стандарт». «Компьютер нужен позарез. А денег, блин, свободных нет», — говорит он.

Игорь Прокопьев, Андрей Ковалевский, NEWSWEEK

Читайте также: