Отцеубийство: месть по-взрослому за детские обиды

Как утверждают психологи, практически каждый преступник — это сильно обиженный в детстве ребенок. Ведь самые серьезные изменения психика претерпевает именно в детстве. Повзрослев, обиженные дети жестоко мстят всему миру, а иногда и собственным родителям. Загнанный в угол

На скамье подсудимых 22-летний житель одного из крымских сел Дмитрий Г-ров выглядел полным отморозком. Сидел, не шевелясь, с равнодушным взглядом, когда предоставляли слово, отказывался от него. И судье, и правоохранителям, да и всем присутствующим казалось, что этому человеку совершенно все равно, что происходит вокруг него. Правда, когда читали приговор, Дмитрий немного оживился и вроде как попытался прислушаться. Ему дали 11 лет лишения свободы за убийство… матери. И только после этого отморозок… заплакал.

В изоляторе временного содержания Дима вспоминал свое раннее детство — это было единственное приятное воспоминание в его жизни. Жил он тогда с отцом, матерью и младшим братом Ромкой. Родители были очень любящими и заботливыми, но идиллия продолжалась недолго. Когда Димка пошел в школу, отец стал сильно выпивать: сначала немного, а потом с каждым днем все больше и больше. В семье начались ссоры и скандалы. Мать поначалу боролась с вредной привычкой мужа, но потом и сама стала выпивать. Вот тогда-то и начался самый настоящий кошмар. Родители уходили в недельные запои, и маленьким детям приходилось самим ходить в школу, готовить себе еду, убирать квартиру после пьяных застолий. Бывало, что без денег сидели месяцами. Благо помогали соседи — подкармливали Диму с Ромой и пытались вразумить отца с матерью, но те никого не слушали. Когда отца уволили с работы, родители продали двухкомнатную квартиру и переехали в однокомнатную. Вырученные деньги, понятное дело, быстро пропили. Вскоре сократили и мать, стало еще труднее. Димке тогда было 11 лет, и к соседям ходить попрошайничать было стыдно. В такие тяжелые дни двум братьям приходилось есть один хлеб, макая его в растительное масло.

Однажды зимой мать вернулась очень поздно. Дмитрий поинтересовался, где отец. Но она была настолько пьяна, что даже не смогла ответить. Обычно, как бы сильно они ни напивались, возвращались всегда вместе, а тут… Тогда ребята оделись и пошли искать папу. На улице был сильный снегопад с порывистым ледяным ветром, ничего не было видно. Братья вернулись домой ни с чем, понадеявшись, что отец заночевал у друзей.

Однако утро принесло в дом Г-ровых страшную весть: пришли соседи и сказали, что отца обнаружили замерзшим недалеко от дома. Похороны отца ни Дима, ни Рома почти не помнили. Сердобольные соседи на это время взяли их к себе, только на кладбище дети ездили вместе со всеми. Напившаяся мать ревела в голос, бросалась на гроб, просила у покойника прощения за то, что не смогла довести его до дома.

После смерти отца мать вроде образумилась, перестала так сильно пить. Но продолжалось это недолго. Очень скоро у нее появился гражданский муж, и все началось заново: гулянки, пьяные драки, постоянный бардак в доме и отсутствие денег.

Через несколько месяцев соседям надоело смотреть на мытарства детей. Они обратились куда надо, приехала комиссия, и мать лишили родительских прав. Братьев определили в интернат.

В первый день Диму и Рому представили остальным обитателям интерната. Их окружили подростки и стали внимательно разглядывать. Это были взрослые глаза детей, которые давно уяснили, что в этой жизни никто и ничего им так просто не даст, все блага нужно выгрызать зубами, забирать у других. Годы, проведенные в интернате, были нелегкими. Робкий и застенчивый Дима сразу стал объектом насмешек. Его постоянно били и отнимали еду. Когда брата Ромку зачем-то перевели в другой интернат, жить и вовсе стало невыносимо. Он писал оттуда Дмитрию письма, жаловался, что обижают. Мать не пришла навестить сыновей ни разу.

После окончания школы Димку забрали в армию. Вернувшись домой, он первым делом нашел младшего брата. Тот жил в общежитии, и Дмитрий на время поселился у него. Поначалу работу было найти трудно, и братья начали коротать время за бутылкой водки, вспоминая детские обиды. Они то и дело повторяли: как мать могла их отдать в интернат? Это она виновата, что судьба так поломала их. Соседи сказали, что мать куда-то переехала из квартиры, куда — неизвестно.

Однажды во время очередного застолья Ромка сообщил брату, что узнал, где их мать. Оказалось, что женщина все-таки сумела справиться с алкоголизмом и вышла замуж. «А нас даже искать не стала?» — удивился Дима. Его возмущению и обиде не было предела. Он решил пойти к ней и все высказать прямо в глаза. Брат Ромка поддержал его в этом решении.

На следующий день Дима отправился по адресу, который дал ему Рома. Долго звонил в дверь, но никто не открывал. Он уже собирался уходить, но тут замок щелкнул, из-за двери выглянуло заспанное лицо. «Мама!» — сердце Димки радостно заколотилось.

«Кого тебе нужно, алкаш?» — вдруг спросила мать. И тогда Дмитрия переполнили негодование и злоба. Он толкнул дверь и вошел в квартиру. От удара мать упала на пол и лежала, почему-то заискивающе улыбаясь. Дмитрий подхватил мать и ударил головой о железную дверь. На двери осталось пятно крови. Женщина упала и застонала. Дмитрий услышал хрип матери, но ушел, даже не оглянувшись.

О своем поступке он потом ни разу не пожалел. На суде плакал лишь оттого, что младший брат Ромка сопьется и пропадет без него. А еще было немного жаль себя…

Смерть тирана

В 1997 году в одно из феодосийских отделений милиции поступило заявление о самоубийстве. Прибывшая на место группа правоохранителей увидела следующую картину: в спальне лежал мужчина с резаной раной груди. Было даже бессмысленным предполагать, что ножевое ранение он нанес себе сам. Получалось, что пивший на кухне отец семейства вдруг схватил нож, ткнул себя в грудь и, проковыляв несколько шагов в сторону спальни, пал там замертво.

Когда работники милиции начали опрашивать соседей, поняли, что в семье Ш-вых не все было благополучно. Глава семейства безбожно пил и терроризировал жену и детей. Только одних заявлений в отношении него по фактам истязания домашних в милиции лежало не меньше двадцати. Соседи рассказали, что особенно издевался отец над дочерью, постоянно оскорблял ее и 15-летнюю Вику часто видели с синяками на лице. Кстати, в тот день в квартире ее не оказалось, что вызвало у правоохранителей подозрения. Мать девочки и младший брат ничего не знали о произошедшем, так как были в гостях у родственницы. Говорили, что в тот день дочь должна была прийти из школы, проверить, не пьян ли отец, не открыта ли дверь в квартире, и потом тоже прийти к родственнице. Однако Вику они так и не дождались. Когда мать с сыном вернулась домой и увидела страшную картину, сразу же заявила в милицию о самоубийстве мужа. А что еще она могла подумать? Кому нужно было его убивать? Женщина рассказала, что пьяным муж был очень агрессивен и не раз кричал, что убьет всех, а потом себя. Да и приступы белой горячки у покойного наблюдались частенько.

Однако была здесь нестыковка: нож, который отец якобы всадил себе в грудь, впоследствии был вымыт и положен в сушилку. Правоохранители начали разыскивать дочь убитого. Вскоре Вику обнаружили у подруги. Она была очень напугана и сразу во всем созналась. В тот день девочка действительно вернулась из школы домой, чтобы по просьбе матери проверить, пьян ли отец и стоит ли им всем возвращаться домой. Отец сидел на кухне и пил водку. Под столом стояли две бутылки. Вика хотела прошмыгнуть незаметно в комнату и забрать свои вещи, однако пьяный тиран заметил девочку, схватил ее за руку и затащил в кухню. Там он начал обзывать ее и хотел, как всегда, замахнуться, но тут Вика увидела лежащий на столе нож, не раздумывая, взяла его и со всей силой ударила отца в грудь. Потом она побежала в комнату, а он, еще живой, поплелся за ней. В комнате отец упал и умер. Тогда Вика вынула из его груди нож, вымыла и положила как ни в чем не бывало в сушилку. Она и сама не знала, почему сделала именно так. Очевидно, 15-летняя девочка понимала, что ей грозит тюрьма, и пыталась скрыть следы преступления.

В отношении Вики Ш-вой было возбуждено уголовное дело за убийство отца. Судьи учли те заявления, которые писала мать в милицию по фактам истязания домашних, и девушка получила всего лишь несколько лет заключения. Однако несмотря на смягченный приговор, репутация отцеубийцы будет преследовать ее всю жизнь. А ведь она просто хотела, чтобы отец ее больше не бил.

Юлия Исрафилова, Крым, Первая Крымская

Читайте также: