Миф о качественных белорусских продуктах

Возможно, это история самой успешной PR-акции на постсоветском пространстве. Киев и другие города Украины изобилуют небольшими магазинчиками под вывесками «Білоруські продукти». Такие торговые точки популярны и в России, где продукты из Беларуси до сих пор вне конкуренции. Хотя пресловутое качество этих продуктов – давно уже миф. Но, наверное, самый живучий миф на территории стран бывшего СССР.

Рождение легенды: почти правда

В 1996-1997 годах Александр Лукашенко очень хотел стать президентом России. Сделать это через прямые выборы он не мог, и потому готовился попасть в Кремль через механизм объединения Беларуси и России в Союзное государство. А пока в Москве и Минске готовились соответствующие договоры, сам Лукашенко колесил по российским регионам. В реальности он вел предвыборную агитацию, но формально – «налаживал прямые экономические связи».

В этих поездках у Лукашенко было огромное количество публичных выступлений – и он с блеском в глазах рассказывал, как хорошо жить в Беларуси под его руководством. Как работают заводы, колосятся поля (колхозы и совхозы Лукашенко бережно сохранил), а люди обеспечены всем необходимым. Измотанная «лихими 90-ми» провинциальная Россия слушала это как сказку.

Фото: belaruspartisan.org

И тут совпало несколько важных моментов. К тому времени собственная российская пищевая промышленность, еще советского образца, почти перестала работать – и на рынок хлынуло огромное количество импортных продуктов. Но бизнесмены 90-х действовали по принципу «купи подешевле, продай подороже». За качеством особо никто не следил, и магазины оказались наполнены красиво выглядящим, но совершенно несъедобным шлаком: колбасой из суррогатов и сои, сырами из пальмового масла и т.д.

Белорусский президент, будучи от природы гениальным пиарщиком, это все моментально уловил. После чего начал рассказывать, что в Беларуси все производимые продукты абсолютно натуральные, так как вырабатываются только из местного, собственного, сырья, да и к тому же по советским еще ГОСТам – то есть их можно есть!

В тот момент это было действительно так, только о причинах Лукашенко молчал. В 90-х у Республики Беларусь просто не было денег на покупку импортных продуктов – потому и приходилось есть свое. Придя к власти в 1994-м, Лукашенко остановил приватизацию и сильно ужесточил условия для частного бизнеса. Зато сохранил колхозы и совхозы. В результате все 90-е в республике продолжали работать еще старые, советские предприятия со старым оборудованием – на новые линии просто не было денег, а чтобы строить новые фабрики – не было частного бизнеса. При этом с сырьем проблем не было: его в рамках госзакупок исправно поставляли сохраненные совхозы и колхозы.

Александр Лукашенко с сыном Николаем собирает урожай картофеля на территории резиденции «Дрозды», 16 августа 2015.

Александр Лукашенко с сыном Николаем собирает урожай картофеля на территории резиденции «Дрозды», 16 августа 2015. Фото: president.gov.by

Понятно, что во всей этой технологической цепочке сохранялись и советские ГОСТы: во-первых, не было поводов их менять, а во-вторых – сказывалась знаменитая белорусская добросовестность. В тот момент (середина и конец 90-х) белорусские продукты действительно активно продавались в России – и охотно покупались россиянами, успевшими истосковаться по качественной еде. К тому же благодаря огромным госсубсидиям для АПК и очень низким доходам белорусских сельчан продукты Made in Belarus получались весьма дешевыми. Хорошее сочетание цена/качество способствовало тому, что легенды о «белорусских продуктах» распространялись очень быстро.

Мода на белорусские продукты распространилась также на Украину и даже Казахстан. Вот только далеко не всегда в магазинах «Белорусские продукты» была на самом деле продукция белорусских фабрик…

Как все поменялось

Перелом наступил в начале нулевых. У белорусского правительства появились деньги, которые оно вложило в техническое перевооружение предприятий пищевой отрасли. В России и Украине происходило примерно то же самое, только там техническое перевооружение взяли на себя бизнесмены. Принципиальной разницы не было – в том смысле, что все закупали примерно одни и те же производственные линии, обычно французские или немецкие.П

о сути, уже после этого нельзя было говорить о каком-то «особом качестве» белорусских продуктов. Если они и выигрывали в 2000-х, то только за счет более качественного первичного сырья. Но вскоре и с этим не заладилось. С одной стороны, Александр Лукашенко, увидев, что белорусские продукты стали хорошим источником валютных поступлений в страну, стал всячески стимулировать их производство и экспорт. Но с другой стороны сказалась особенность белорусской экономической модели – жесткий государственный контроль за ценами.

А особенность белорусского рубля – его склонность к девальвации. Сложилась ситуация, когда правительство запрещало производителям поднимать цены, но те должны были закупать не только отечественное, но и импортное сырье. А из-за обесценивания рубля расходы на него росли. Тогда стали экономить на качестве. Например, активнее добавлять в сыры, молоко, другую «молочку» пальмовое масло, в колбасу – сою и крахмал.

Магазин белорусской кондитерской фабрики «Коммунарка», Минск, 14 декабря 2017.

Магазин белорусской кондитерской фабрики «Коммунарка», Минск, 14 декабря 2017. Фото: EPA/UPG

Примерно то же время исчезли «советские ГОСТы»: Беларусь перешла на собственную систему стандартов (СТБ), которая имела не так много общего с советской предшественницей. Да и в любом случае, стандарты для производственников всегда были понятием довольно общим. На конкретных фабриках всегда руководствовались не ими, а так называемыми «техническими условиями» (ТУ) – как раз они и указаны на этикетках белорусских продуктов. Но конкретные ТУ позволяется варьировать в достаточно широких пределах, чем в Беларуси охотно пользуются.

Во второй половине 2000-х пришла новая беда: цены внутри Беларуси, несмотря на госрегулирование, приблизились к уровню московских, и в страну хлынули недорогие, но куда более качественные продукты из Польши и Литвы. Поначалу их люди возили частным образом, благо, граница близко (автобус «Минск-Вильнюс» сами минчане в шутку называют пригородным, он ходит каждые 20 минут). А затем европейские продукты пошли и в белорусские магазины (пусть и по довольно высоким ценам).

В ответ белорусские производители запросили у правительства «меры по поддержке экспорта» (читай: освобождение от налогов) и стали еще энергичнее эксплуатировать на постсоветском пространстве мифы о «советском» качестве белорусской колбасы, молочной продукции или конфет. Что позволяло сохранять и спрос, и довольно высокий ценник.

День сегодняшний

Буквально на днях в Киеве в одном из магазинов на полке я увидел рядом сгущенку в пакетах – из Беларуси и собственную украинскую. Совершенно одинаковые пакеты, одинаковая жирность и состав, вот только цена отличается ровно в два раза. Специально купил попробовать украинскую – и не нашел ни малейших отличий от привычной белорусской. Но дело даже не в этом. Вся продающаяся в Украине белорусская сгущенка сделана в Рогачеве (Гомельская область). Прошелся до ближайшего магазинчика «Білоруські продукти», там та же картина: рогачевское молоко, гомельские сыры. В России картина та же. Может сложиться впечатление, что в Беларуси Гомельская область – абсолютный лидер по производству «молочки».

Фото: people.onliner.by

Но это не так. Просто сами белорусы продукты из Гомельской области стараются не покупать. Потому что после катастрофы на ЧАЭС большинство радиоактивных осадков выпало именно там. Но развивать сельское хозяйство надо – и именно гомельские продукты активно экспортируются. Более того, последние несколько лет по распоряжению Лукашенко вновь начинают использоваться для сельского хозяйства земли, которые были выведены из сельхозоборота в конце 1980-х из-за высокой плотности загрязнения – более 40 Кюри на кв. км.

Сейчас благодаря естественному распаду измерения фиксируют 26-27 Кюри на кв. км. По белорусскому законодательству эти земли стали пригодны для ограниченного использования в сельском хозяйстве.

 

Белорусские чиновники не любят об этом говорить, но на практике молоко и мясо из загрязненных радиацией районов смешивается с чистым сырьем, чтобы «разбавить» уровень радиации до приемлемого уровня. А далее это сырье идет на переработку для экспорта. Многие ли в России или Украине станут искать на карте тот Рогачев?… Сегодня Беларусь находится на третьем месте в мире по экспорту сухой сыворотки, на третьем месте – по экспорту масла, на четвертом – по сыру. Страна экспортирует на треть больше мяса и в два раза больше молока и молочных продуктов, чем во времена СССР.

При этом, однако, более 90% белорусского продуктового экспорта идет в Россию, а заметная доля оставшегося – в Украину. Европейцы же белорусские продукты не покупают. Лукашенко любит говорить, что «нас не пускают, чтобы мы конкуренцию не создавали, это политическое решение». На самом же деле в Европе белорусские продукты обычно просто не проходят проверку по уровню качества. А вот, например, морская рыба и другие морепродукты от брестского предприятия «Санта Бремор» экспортируются в Европу «на ура»: там с качеством все в порядке.

Производство на заводе 'Санта Бремор'

Производство на заводе ‘Санта Бремор’. Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY

Напоследок еще несколько тезисов, разрушающих, к сожалению, миф об особо высоком качестве белорусских продуктов:

 

  • В них много ГМО. Генно-модифицированные организмы распространены в Беларуси ничуть не меньше, чем в любой европейской или азиатской стране. Более того, их создание целенаправленно финансируется из бюджета Союзного государства России и Беларуси (программа «Союзный геном»). Плохого в этом на самом деле ничего нет, но, как говорится, «врать не надо».

  • У белорусских продуктов есть много экологических проблем. «Беларусь сохранила колхозы и в целом советскую структуру сельского хозяйства – а вместе с ними и все недостатки советских сельхозтехнологий, – говорит научный сотрудник одного из аграрных институтов Академии наук РБ Владимир Конюшкин. – Это бесконтрольное применение антибиотиков и пестицидов, чрезмерное использование минеральных удобрений. Беларусь – один из мировых лидеров по добыче хлористого калия, который своим хозяйствам распределяется по весьма низким ценам».

  • Белорусские продукты активно подделывают. Не могу говорить за Украину, но вот в России регулярно ловят местные предприятия на том, что они клеят этикетки с несуществующими адресами предприятий в Беларуси, либо продают свою продукцию под маркой «белорусской» на развес.

  • В Минске очень трудно купить местный качественный твердый сыр – со сроком вызревания хотя бы полгода (для сравнения: большинство литовских твердых сыров зреет от года до трех лет). 99% сыров в Беларуси готовятся по ускоренной технологии, с созреванием за 2-4 месяца, чтобы их можно было быстрее отправить на экспорт.

  • Мировыми нормами установлен расход 10-12 литров молока для получения 1 кг зрелого сыра. Но в Беларуси расходуется в среднем 7-8 литров на килограмм. Только «пищевики» очень не любят обсуждать эту тему. Как и то, что в 2013 году африканская чума свиней выкосила 2/3 белорусского поголовья хрюшек. И до сих пор вирус АЧС регулярно обнаруживается в белорусском мясе.

 

Автор: Денис Лавникевич , журналист из Беларуси, LB.ua

Читайте также: