Почему Украина проигрывает в борьбе с наркотиками

Украина становится одним из крупнейших в Европе рынков сбыта синтетических наркотиков. Учитывая низкую покупательную способность украинского населения, наркодилеры продают здесь самые дешевые и, соответственно, самые убийственные препараты.

Текст: Александр Сибирцев, ВЕСТИ.РЕПОРТЕР

За последние десятилетия наркотики стали главной угрозой человечеству. Этот вирус страшнее СПИДа, он еще быстрее видоизменяется и мимикрирует. Химические лаборатории по всему миру каждый день производят новые препараты, обходя запреты и снижая цены. Для выращивания наркотических культур применяются самые современные агротехнологии. Извлекая громадные, несопоставимые ни с каким другим бизнесом прибыли, наркомафии легко коррумпируют представителей властей и вовлекают в свою орбиту молодежь.

По общему мнению наших источников из МВД и СБУ, внутреннее потребление в нашей стране «импортных» наркотиков — кокаина и героина — не превышает 10 кг и 20 кг соответственно. Для сравнения, в Европе покупают каждый год по несколько десятков тонн этих наркотиков. Часть из них — до 1–2 тонн кокаина из Латинской Америки и 3–5 тонн героина из Афганистана — ежегодно нелегально провозят в Европу через Украину.

Дороговизна заморского зелья — от $250 за грамм кокаина и $120–140 за грамм героина — определяет слабый спрос на украинском черном рынке. Между тем количество наркозависимых в нашем государстве неуклонно растет. Например, в 2012 году, по подсчетам Минздрава, в стране было около 387 тысяч инъекционных наркоманов. Замену дорогостоящим героину и кокаину украинские любители наркотического кайфа нашли легко: это самые дешевые и самые вредоносные синтетические препараты, которые рекламируются под видом безобидных удобрений, лекарств или аксессуаров для ванны.

Часть ассортимента этих наркотиков производится в подпольных украинских лабораториях и притонах. Однако не отстают и иностранные наркодельцы — из Китая к нам везут «легальные» химические наркотики, а из Польши — «модные» метамфетамины и экстези.

Издание «Репортер» представляет свое исследование проблемы.

Фоторепортаж Ивана Черничкина, сделанный им в Одессе. Дети-беспризорники живут в своем мире, со своими устоями и социальной иерархией, отличными от мира нормальных людей. Наркотики и алкоголь в этой параллельной реальности — и досуг, и средство выживания, и дорога на кладбище

Личный опыт: морфин, коньяк, спорт

– Опа! Сейчас все пройдет! — пожилая медсестра медленно вводит мне дозу морфина в «подключичку» — трубочку, выведенную из артерии. Через несколько минут боль уйдет и мир окрасится в радужные тона. А я — изможденный полутруп, напоминающий мумию и одновременно спрута из-за множества бинтов и трубочек, подсоединенных ко мне, еще минуту назад стонавший от боли, — буду задорно излагать перспективы и планы дальнейшей счастливой жизни пришедшему меня проведать другу.

Я попал в госпиталь с тремя ножевыми и одним огнестрельным ранением, а также вытекающим из этого перитонитом. В ходе той эпопеи меня прооперировали более 25 раз за год. Альфой и омегой моего тогдашнего существования стала дикая и запредельная боль. А единственными радужными окошками жизни стали промежутки между уколами обезболивающих — морфина, промедола и омнопона. Наркотики кололи по три раза в день, другого выхода не было. Через два месяца боли немного утихли, но нетерпеливое ожидание очередного укола осталось. И для получения «дозы» я начал откровенно симулировать.

От судьбы наркомана меня спас лечащий врач. Остановившись у койки, опытный военный хирург произнес: «Ну что, давай забывать про наркотики. Покололи и хватит. Отныне ты пьешь коньяк вместо омнопона». Так я стал первым и единственным лежачим больным, которому официально разрешалось пить в госпитале спиртное. Это вызвало немалую зависть у соседей по палате — офицеров-отставников и ветеранов войны, однако угощать их мне было категорически запрещено.

Заменивший наркотики коньяк, в свою очередь, сразу после выписки из больницы мне удалось сменить на более привычный с юности спорт. Для этого пришлось стиснуть зубы и напрячь волю. Однако память о морфийных «просветлениях» моей больничной жизни осталась навсегда. Теперь я знаю, как трудно «спрыгивать» с радужной наркотической эйфории и что движет наркозависимыми людьми, которые пускаются во все тяжкие в погоне за очередной дозой зелья.

Притон: сам варю, сам колю

Слой пыли на полу, оконных стеклах и подоконниках напоминает поверхность Луны. Гигантское количество окурков, раскиданных где попало, кучи тряпья, брошенного в качестве подстилок на пол. Буквально с порога в нос бьет тошнотворный смрад, в котором перемешаны запахи уксуса и ацетона, аптеки и рвоты. Кухня с закопченными стенами и черным потолком, плита в коричневых потеках и засохших крапинках от каких-то химикатов, хрустнувший под ногами «баян» — одноразовый шприц. Это типичная «варка» — притон на окраине Одессы, где изготавливают ширку — опийный раствор из маковой соломки.

С хозяином притона Виталием С. я знаком более 15 лет. За небольшое вознаграждение он иногда сообщает некоторые подробности криминальных новостей, о которых не говорится в пресс-релизах МВД. Источник заработка Виталия — продажа ширки для нескольких десятков наркоманов. Свое зелье он употребляет и сам — плотно подсев на иглу, пришел к выводу, что иметь свой маленький наркобизнес безопаснее и выгоднее, чем быть обычным наркоманом и воровать все, что плохо лежит, для покупки нескольких «кубиков» заветного зелья.

Местные участковые ликвидировать «варочную хату» не торопятся — Виталий заносит старшему инспектору от $150 до $200 в месяц. Прибыль от изготовления и продажи готового раствора — до $700 в месяц. Знакомый в хорошем настроении и очень разговорчив — с утра уже укололся.

– «Солому» по 300 грн за стакан для изготовления ширки покупаю у цыган на Палермо (поселки Корсунцы и Шевченко под Одессой. — Авт.). Иногда они продают готовый раствор или «мазь» — опий-сырец. Но это для меня это дорого, грамм «ханки» — опия-сырца — стоит $30! А из стакана «соломы» я изготавливаю почти 12 «кубов» готового раствора — ширева (миллиграмм раствора уксусного ангидрида с опием. — Авт.) и продаю по 40 грн за куб. Навар — 180 грн! — хвастается Виталий.

На мое замечание, что торговлю наркотиками в Палермо ликвидировали в конце 1990-х, знакомый с усмешкой возражает:

– Не верь газетам. Цыгане с Палермо просто стали осторожнее и продают наркоту оптом. Все наркокланы сохранились и действуют. Сбывают «солому», готовый раствор опия и «варенье» (марихуану. — Авт.) только проверенным оптовикам вроде меня. Кстати, недавно в ассортименте цыган появились и модные наркотики — амфетамины, эфедрин и даже настоящий афганский героин, именуемый в народе Герычем. Вот чего у них отродясь не было, это кокса (кокаина. — Авт.).

Кстати, цыгане уже освоили новые точки сбыта — например, все пункты по сдаче бутылок возле Привоза торгуют ширевом. Технология такая: наркоманы сдают для отвода глаз пустые бутылки и незаметно передают деньги на дозу приемщику. Тот, в свою очередь, отдает обратно якобы треснувшую бутылку. Она уже заряжена, закрыта пробкой и на дне ее плещется пара кубов готовой ширки.

Рассказ прерывает приход компании клиентов — двое парней и беременная девушка. У Виталия — широкий ассортимент услуг: набор одноразовых шприцов, вата и йод для не попавших иглой в «дорогу» (вену. — Авт.) с первого раза. В виде бесплатного бонуса он разрешает прилечь на один из матрасов после укола.

Каждому «системному» наркоману приходится время от времени увеличивать дозу — старая уже не доставляет прежнего кайфа. Наркоманны постоянно эксперементируют с составом и количеством раствора, пробуют новые наркотики

– Первый толчок после укола — это самый большой кайф! Чувствуешь, как по телу идет тепло, а каждая клеточка организма радуется. Лучше всего «приход» прочувствовать лежа, — поясняет хозяин притона. Почти вся его клиентура — старые знакомые.

– Конечно, время от времени кто-то уходит, умирает. Все-таки «ширяться по дорогам» очень вредно и опасно, — неожиданно признается еще минуту назад восторгавшийся эффектом от наркотиков Виталий. — Самое тяжкое для организма — постоянные кожные воспаления и фурункулы. Вторая беда — с зубами.

После нескольких месяцев сидения на системе о голливудской улыбке можешь забыть. А через год-другой смело покупай себе вставную челюсть — даже коронку некуда будет надеть. Ну и от передоза всегда можно склеить ласты. Каждому «системному» наркоману приходится время от времени увеличивать дозу, так как старая уже не доставляет прежнего кайфа. Поэтому наркоманы все время экспериментируют с составом и количеством раствора, пробуют новые наркотики. А самое страшное — это когда заканчиваются деньги и негде своровать.

Такие ребята быстро опускаются и начинают ширяться самой дешевой наркотой — «крокодилом» (дезоморфином. — Авт.) и болтушкой (раствором аптечных кодеинсодержащих препаратов. — Авт.). Уже через месяц-два некоторые крокодильщики становятся на цыпочки. Это когда невозможно стать на полную ступню — ноги сводит постоянная судорога. Наркоман начинает ходить на цыпочках, как балерина. А через полгода-год умирает.

На прощание Виталий, вздохнув, обещает:

– Ну-у-у, ты не думай, что я навсегда в системе. Я скоро обязательно спрыгну! Буду жить как нормальный человек.

Это вряд ли.

Мажоры: кокс, фен и радуга

После полуночи веселье в модном ночном клубе в центре Киева в самом разгаре. К этому времени тусовщики уже достигают нужного градуса — как алкогольного, так и наркотического. Самые ходовые товары здесь следующие: «фен» — метамфетамин, «тазик» — экстази, «снежок» — кокаин. Дилеры не таясь раскладывают товар на подоконниках в туалетах — правоохранители в клуб никогда не заглядывают, разве что потусоваться. Фирменная таблеточка экстази с оттиском слоника или цветочка стоит от $25, грамм кокаина, который можно растянуть на три-четыре приема, — $250, а грамм метамфетамина — $100.

– Те, кто сюда приходит, могут себе позволить купить столько кокса, что им можно обсыпаться, как пудрой! — перекрикивает оглушительную музыку Андрей Н., менеджер крупного совместного предприятия. — Посчитай сам. Входной билет сюда стоит 200 грн. Бутылка шампанского — от 500 грн, а порция виски в баре — 150 грн. Здесь тусят только детки олигархов, элитные проститутки и «папики» — богачи да чиновники, которые ищут себе секса и приключений с малолетками. Короче, денег хватает у каждого. Клуб — под надежной крышей, поэтому сюда не лезут ни менты, ни эсбэушники.

Есть и такие, которые отчаянно стремятся попасть в элиту и тратят здесь последние деньги.

– За счет знакомств в этом клубе я устроился на хорошую работу. Вот только среди продвинутых коллег-тусовщиков тоже царит культ кокса и «фена». Поэтому ползарплаты уходит на поддержание имиджа — покупку брендовой одежды, мобилок-планшетов и… кокса. Но это же не наркотики, а просто допинг! Наркотики это то, что колят в вены. Внутривенно ширяются бомжи и преступники. А «закинуться» таблеткой для поддержания сил — это даже спортсмены делают, — убеждает меня мой новый знакомый, бывший студент Киевского университета имени Шевченко Макс. Он свято верит, что для карьеры нужно быть рядом с мажорами и делать все то же самое, что и они.

На амфетаминах Макс сидит уже более полугода, а недавно начал колоться — приобрел некое вещество (назовем его, чтобы не рекламировать, «кристом») по интернету.

– «Приход» от него мощный — энергия появляется, как у Супермена! — добавляет Макс.

Тусовщик еще не знает, что «крист» создан китайскими химиками как легальный заменитель кокаина. Те заменили всего лишь одну-две молекулы. И пока не будут внесены очередные изменения в реестр наркотических веществ, его можно продавать в Украине легально. Но как только состав «легального» наркотика попадет в список запрещенных препаратов, изобретательные химики вновь поменяют пару молекул в составе. И так до бесконечности.

«Крист» и другие «дизайнерские» наркотики вполне легально продаются в Украине. Например, только в Одессе действует 12 магазинов по продаже синтетических аналогов наркотиков, в Ильичевске еще один, в Киеве — 14. Есть магазины с «легальным кайфом» в Днепропетровске, Донецке, Симферополе и Львове. Официально они рекламируются как нюхательные соли, удобрения и соли для ванн.

– Эти «соли» на самом деле вводят в вены, — поясняет руководитель всеукраинского реабилитационного проекта для наркозависимых «Возрождение жизни» Сергей Тамми. — Воздействие легальных наркотиков такое же, а вот привыкание наступает гораздо раньше и зависимость сильнее. Их употребление наносит здоровью человека вред в десятки раз больший, чем введение растительных наркотиков. Поэтому разговоры о том, что это всего лишь допинг или безобидные курительные смеси, — заведомая ложь наркодельцов. Продажа таких наркотиков — очень прибыльное дело. За это ничего не грозит. Ни один милиционер не сможет что-либо предъявить ни продавцам, ни покупателям.

Поставщики: бочки с кокаином и вопрос крыши

Мой собеседник — бывший «звеньевой» банды, которая занималась наркотранзитом. Он похож на школьного учителя. Грамотно говорит и даже иногда цитирует классиков. Однако некоторые специфические обороты выдают правду: за плечами у этого человека — богатый криминальный опыт и три отбытых срока. Последний он получил за причастность к наркобизнесу.

Иностранные полицейские подразделения по борьбе с наркотрафиком наотрез отказываются делиться информацией с украинскими правоохранителями. Причина — тотальная коррупция в органах

– Однажды нам удалось подгрести под себя наркодилера, который имел хорошие связи в Европе и сеть в Одессе и Киеве по сбыту амфетаминов и экстези. Он попросил защиты от другой бригады. Мы начали охранять его бизнес и вскоре поняли, насколько все там круто. Каждые сутки приносили до тысячи долларов. Сколько он зарабатывал, мы узнали позже, когда сами решили заняться сбытом наркоты, — от $3 до $5 тысяч в день. Через этого дилера мы в конце 1990-х вышли на поляков, начали возить из Венгрии «синтетику», а из Польши — экстези, голландскую марихуану и элитные семена конопли.

Для перевозки использовали студентов и «муравьев» — жителей приграничных с Польшей и Венгрией районов. У них было право свободного посещения этих стран. Товар малыми партиями перетаскивали через границу в строго определенное время дня или ночи — когда заступали прикормленные смены пограничников и таможенников. За пронос небольших посылок доверенные челноки получали от $100 до $200. Затем товар перевозили на личных машинах в Умань и Измаил — из Умани он шел для продажи в Киев, а из Измаила — в Одессу.

– В начале 2000-х наши польские партнеры во время встречи в Варшаве предложили начать новый бизнес — транзит кокаина из Эквадора и Венесуэлы в Румынию через Приднестровье. Я лично выезжал в Варшаву и вел переговоры с представителем наших польских партнеров — Франчиком.

Прибыль от транзита кокаина была фантастической — с одного килограмма порошка мы зарабатывали по $10 тысяч! Уже тогда все переговоры шли по интернету, в разговорах по мобильным телефонам мы никогда не упоминали запретных слов — «наркотики», «кокаин», «белый порошок» и т. д., заменяя их нейтральными, например «огурцы», «помидоры». Поляки оплачивали наше участие в транзите как деньгами, так и товаром, который мы продавали у нас через свою сеть. Это было очень выгодно, потому что грамм кокаина тогда стоил по оптовой цене от $120 до $150.

– С начала 2000-го по 2002-й мы перебросили через Украину в Молдавию почти полтонны кокса! Оттуда он шел в Румынию и дальше — в Евросоюз. Как правило, кокаин шел через Одесский и Ильичевский порты партиями по 0,5–3 кг. Каждый раз — по новому каналу и через разных людей. Всякий раз он был замаскирован по-другому. Иногда пару-тройку килограммов прятали в огромной партии апельсинов или бананов, иногда в вентиляционных трубах и среди судового оборудования. Мы сами нигде не светились — товар получали и расплачивались сотрудники нескольких фирм, которые нам пришлось открыть для вида. Сами сотрудники также работали на нас втемную и не догадывались, что за посылки они получают.

Чтобы обойти пограничный досмотр в украинских портах, с судов поблизости от дельты Дуная под покровом ночи сбрасывали герметически закупоренные пустые металлические бочки с пакетом кокаина внутри. Подбирать их должны были местные браконьеры на лодках. Однако канал оказался плох — из трех сброшенных бочек удалось подобрать всего две, третью унесло неведомо куда. Кстати, такой способ контрабанды до сих пор существует, только теперь кокаин запечатывают в бутылки и бросают за борт в заранее условленном месте.

Местные рыбаки прекрасно знают течения и дежурят неподалеку от мест выброски. Бутылки вылавливают и доставляют по назначению. Наибольшее развитие «бутылочный» способ переправки наркоты через границу получил на Дунае и в его дельте. Из Румынии к нам таким способом переправляют экстези и амфетамины, а из Украины в Румынию — кокаин. Рыбаки ничем не рискуют, при приближении пограничного катера бутылка выбрасывается за борт. Если задержат на берегу, всегда можно объяснить, что бутылка выловлена случайно, а что содержится в ней — неизвестно.

– Перекидывали и марихуану: из западных районов Одесской области в Киев и Одессу. Из Голландии привозили контрабандой семена элитной конопли. Потом эти семена сбывали «ботаникам» — содержателям подпольных оранжерей, которые выращивают марихуану под специальными лампами и продают своим клиентам.

– Информация о нас давно поступала в милицию. Однажды меня и нашего «папу» (главаря ОПГ. — Авт.) вызвали на разговор в БНОН. Они предложили нам свою крышу за 60% от прибыли в месяц. Мы отказались. Через месяц нашего «папу» просто грохнули. А меня вскоре остановили на дороге гаишники с «Беркутом» и угрозыском. В карман подбросили героин, хотя я не наркоман, и героин — не наш товар! Мы им никогда не торговали. Уже в следственном изоляторе мне стало известно, что нас предали свои же. Они предпочли слить руководство нашей бригады и работать под крышей ментов. Однако долго не проработали — через полгода и ментов, и тех иуд, что слили меня, прихватила СБУ — все сели по наркостатьям на разные сроки.

Силовики: что охраняем, то имеем

О том, как работают украинские силовые структуры в этом направлении, нам рассказали несколько сотрудников главных управлений по борьбе с незаконным оборотом наркотиков МВД и СБУ.

По мнению высокопоставленного сотрудника главка СБУ Евгения С., борьба с наркотиками в Украине в последние годы сворачивается. А рекордные задержания кокаина, которые были осуществлены спецслужбами в 2010 году, не повод для гордости. Напомним, что тогда в Одесском порту было изъято почти 1 200 кг кокаина. Наркотики были забетонированы в стенках плавильных печей. До этого в порту были задержаны еще две партии кокаина — 582 кг из Боливии и 152 кг из Чили.

– О том, что к нам идет гигантская партия кокаина, сообщили из агентства по борьбе с наркотиками США. Эту информацию Украина получила в обмен на условие провести «контролируемую поставку». Это когда по пути следования контейнер тайно оборудуется аппаратурой слежения — спутниковыми радиомаячками, видео- и аудиокамерами. Задача правоохранителей — наладить четкое сотрудничество с иностранными коллегами и доставить груз адресату, отследить и зафиксировать документально всех причастных к транспортировке и сбыту наркотиков. Конечная цель такой операции — задержание сразу всей цепочки наркоторговцев, начиная от поставщиков, посредников и заканчивая конечными покупателями.

Но после прихода груза в Одессу начался цирк: вместо того чтобы скрытно просверлить аккуратные дырочки и убедиться в наличии груза, при громадном стечении народа печи были разбиты молотками. Кокаин достали, взвесили и заменили пакетами с песком. О том, что среди сотрудников и рабочих в порту могли быть агенты наркокартеля, никто не подумал. Лишь после изъятия кокаина правоохранители начали искать тех, кто отвечал за получение груза в Украине. К слову, печи с кокаином предназначались к продаже в Румынии. Однако это наших совсем не заботило — конечные покупатели их вовсе не интересовали.

В итоге были задержаны 5 человек в Ивано-Франковске. Лидер группировки — болгарин Петр С. получил 11 лет лишения свободы за контрабанду наркотиков. Причастность к транспортировке наркотиков остальных членов группировки доказать не удалось. Их осудили к мелким срокам лишения свободы — от 2 до 4 лет за… фиктивное предпринимательство и незаконное перемещение через границу людей (они помогали своему главарю пересекать границу по поддельным паспортам. — Авт.). Начальство получило ордена, чины и грамоты. Ни покупатели, ни продавцы, ни организаторы гигантской поставки кокаина выявлены не были и продолжают действовать.

По словам сотрудника столичного УБНОН Сергея И., многие иностранные полицейские подразделения наотрез отказываются сотрудничать и делиться информацией по транзиту наркотиков с нашими силовиками.

– У нас давно на Западе имидж коррупционного болота. Любую информацию и подачу со стороны Запада о действующих лицах наркотрафика мы умудряемся продать заинтересованным лицам. Не доверяют нам абсолютно правильно — СБУ и БНОНы превратились в коммерческие структуры, обложившие поборами мелких дилеров. А крупные наркоторговцы нам не по зубам. Если удается задержать крупную «рыбу» с грузом кокаина или героина от полукилограмма и больше, то все равно их отпустят по решению суда или еще до этого — по звонку начальства. А конфискованные наркотики продадут и снова пустят в оборот.

– Однажды один из моих коллег задержал крупного дилера и конфисковал у него полтора килограмма кокаина. Уже через 15 минут его телефон буквально раскалился — звонили знакомые и коллеги. Все спрашивали: «Почем продаешь?» Никто так и не поверил в то, что кокаин был уничтожен!

Между тем ни один из наших источников в силовых структурах не верит в то, что внутренний сбыт и производство зелья, а также транзит наркотиков возглавляет кто-либо из правительства.

– Наркотики для украинских крупных чиновников и политиков — табу! Почти все они имеют счета в европейских банках. Любая информация о причастности к наркотикам сразу станет основанием для блокировки их счетов, — говорит Сергей И.

Сотрудник СБУ Евгений С. указывает на еще один источник наркотической опасности:

– Кодеинсодержащие препараты в Украине выпускаются в гигантских объемах, в десятки раз превышающих необходимое количество на лечение. Излишек уходит на черный рынок. Это миллионы гривен.

В свою очередь, в МВД Украины сообщают, что наша страна с каждым годом становится все более привлекательной для организаторов международного транзита наркотиков. «Через Украину наркотики направляются в Европу, где спрос на них постоянно увеличивается. Из Средней Азии через Украину в страны Западной Европы идет поток наркотиков растительного происхождения — опий, героин, марихуана, гашиш. Часть из этого транзита оседает и на нашей территории. Украина тоже рассматривается наркогруппировками как выгодный рынок сбыта — к нам везут синтетические наркотики и психотропные препараты. Например, из Польши на внутренний рынок Украины поступают амфетамин, метамфетамин, метадон и экстези», — пояснил глава пресс-службы МВД Украины Сергей Бурлаков

Европеремены для наркоманов

Одним из условий подписания Соглашения об ассоциации с ЕС является изменение концепции и законодательства в сфере борьбы с наркотиками. Украинское правительство намерено, в частности, отказаться от практики лишения свободы наркоманов. Их будут не сажать, а лечить, если нужно — принудительно. Наказания для наркоторговцев, наоборот, будут ужесточены. Особое внимание правительство обратит на борьбу с транзитом тяжелых наркотиков в Европу через территорию Украины, облегчение доступа к наркотикам тяжелых больных и обустройство новых центров для лечения и реабилитации наркоманов.

В соответствии с недавно утвержденной правительством Государственной стратегией в отношении наркотиков до 2020 года, будут внедрены обязательные тесты на употребление наркотиков для водителей, чиновников, сотрудников правоохранительных органов и даже школьников и студентов, которые совершили мелкие правонарушения.

Возможно, эти меры помогут ослабить напор наркотиков, но для слома губительной тенденции нужны гораздо более решительные и системные меры — в первую очередь, глубокая реформа правоохранительных органов.

Читайте также: