Адвокат Дмитрий Поизд: «Нужно срочно менять УПК!»

Адвокат Дмитрий Поизд, 52 года, утверждает, что милицию при желании можно поставить на место. А судья, прокурор и следователь не будут злоупотреблять лишь тогда, когда будут обеспечены стабильность и справедливый характер закона. Потому что иногда даже судьи прямо на суде узнают, что та или иная норма закона уже изменилась.— С чего нужно начинать реформу судебной системы?

— С нового Уголовно-процессуального кодекса. Без этого качество судебного процесса не вырастет. Нынешний УПК абсолютно не отвечает нашим реалиям и демократическим принципам. А им пользуются все — адвокаты, судьи, следователи, прокуроры. 48 норм настоящего документа до сих пор регулируются указами президиума Верховной Рады УССР — это же нонсенс!

— Насколько нынешнее правосудие является справедливым относительно рядовых граждан?

— Такой пример. Судья может единолично налагать штрафы за разные административные нарушения — от десяти до ста необлагаемых налогом минимумов и больше. Сто минимумов — это 1700 гривен. Некоторые даже такой зарплаты не получают, имеют всего по 400–500. А по тем же европейским стандартам максимальный размер штрафа не может превышать трети заработной платы.

Или другое: у нас человека можно задержать аж на трое суток без какого-либо постановления. В Европе и Америке — лишь на одни сутки. Потому что сутки человек может не есть и не пить. Его за это время очень тяжело заставить сознаться в том, что он не совершал. А когда человек больше суток сидит в ”каталажке”, то накорми его селедкой и не дай воды — и бить не нужно: во всем, что нужно, сознается.

— Очень часто в СИЗО людей держат месяцами…

— Нынешний УПК не ограничивает срок рассмотрения уголовного дела судом первой инстанции. В России он есть — максимум три месяца. Наши адвокаты об этом везде кричат: и на телевидении, и на радио — всем ”по барабану”. Что — не знает этого президент, министр внутренних дел, председатель Верховного суда?

Нужно срочно установить срок рассмотрения дела не больше трех месяцев. Недавно встречался с человеком, который уже пятый год сидит без приговора суда. И таких у нас сотни, если не тысячи.

— Можно ли человеку, который безосновательно отсидел в СИЗО или иначе пострадал от следственных органов, добиться какого-то возмещения?

— Норма о возмещении нанесенного органами досудебного следствия и судом ущерба есть. Берете решение соответствующего органа об освобождении или изменении меры пресечения. Подаете в суд, где указываете сумму морального ущерба. Может, вы из-за этого потеряли работу или подорвали здоровье. С профессиональным адвокатом такое дело можно выиграть. Главное — не бояться отстаивать свои права.

— Вы известны заявлениями о коррумпированности правоохранительных органов…

— В милиции такая ситуация: хотят тебя сегодня ”съесть”, потому что ты не вошел в их систему — натравят на тебя внутреннюю безопасность или инспекцию по личному составу. Потом еще скажут, что ты «оборотень в погонах», и посадят. А когда ты с ними в одной упряжке, то пусть бы и совершил преступление, никакая внутренняя безопасность тебя не зацепит. Потому что где-то наверху делу против тебя не дадут хода. В выводах служебного расследования напишут: действовал в пределах закона. И вместо того, чтобы тебя наказать, переведут на другую работу. А может, и на повышение направят — и такое я видел.

Министерство внутренних дел должен возглавлять в первую очередь специалист. У нас его сейчас возглавляет неспециалист.

— Существование прокурорского надзора соответствует европейским стандартам?

— Нет, так же, как и УПК. Прокурорский надзор нужно упразднить. Есть соответствующие выводы Венецианской комиссии, которые утверждают: только суд может осуществлять надзор за соблюдением законов. Прокурорский надзор вредит демократическому правосудию.

— Давно говорят о необходимости внедрения института судов присяжных. Они действительно нужны?

— Да, позволят преодолеть коррупцию в судебной системе. Есть специальная процедура выбора присяжных — обвиняемый делает это сам. Например, в США из нескольких десятков кандидатов избирается 16 присяжных. И не судья судит преступника — он лишь руководит процессом. А судит общество. Оно решает, виновен или нет. Судья же устанавливает сроки осуждения в соответствии с законом.

Суд присяжных — это реальное свершение правосудия народом. Везде в мире считается, что если в государстве нет института судей присяжных, то такая страна является недемократической.

У нас, в соответствии с переходными положениями Конституции, закон о суде присяжных должны были принять еще до 2001-го. Понятно, такие суды невыгодны власти — ведь так нельзя влиять на судей, пользоваться телефонным правом. Невыгодны олигархам, которые за деньги имеют возможность завести себе карманного судью.

— Легко в наше время заниматься адвокатской деятельностью?

— Это очень тяжелый труд. Приходится видеть, какое несовершенное законодательство. Как могут злоупотреблять непорядочные следователи, прокуроры и судьи.

Главное, что нужно сделать сегодня, — это обеспечить стабильность законодательства. Тогда и судья, и прокурор, и следователь будут ограничены в возможностях злоупотреблять. А так мы не успеваем за теми сотнями изменений. Бывало, прямо на суде, от адвокатов, судьи узнавали, что вчера изменилась та или иная норма закона.

С нетерпением ожидаем закона об адвокатуре. Сейчас хотят сделать из нее что-то вроде второго Министерства юстиции, но адвокаты на это не пойдут. Мы хотим быть независимыми. Скорее всего, объединимся в мощную ассоциацию.

— Адвокаты вместе со следователями или судьями злоупотребляют?

— Я таких не знаю. Профессиональные адвокаты в этом не заинтересованы. Потому что если ты где-то злоупотреблял и это станет известно, — твоей карьере конец. Адвокат заинтересован в том, чтобы права клиента были защищены как можно лучше. Злоупотреблять могут следователь, судья, должностное лицо. Адвокат — нет. Вообще, это наилучшая сегодня профессия. И самая безопасная.

— Тогда зачем вам дома оружие?

— Может, кто-то захочет ограбить квартиру. Но как адвокат я не чувствую никакой опасности. Я уже 15 лет работаю, и мне никто никогда не угрожал. Вряд ли кто-то осмелится убить адвоката за его профессиональную деятельность.

Павел Булгак, Сергей Кузин, Газета по-украински

Читайте также: