За что вас могут посадить или убить в России?

Оказаться за решеткой по причине инакомыслия в современной России становится все легче. В єтой стране всего лишь за пост в соцсети можно легко поулчить срок. «охота за шпионами» в России также стала приобретать характер эпидемии. Убийства журналистов и бывшего депутата Государственной думы в Украине, покушение на Аркадия Бабченко, появление так и не подтвержденного до конца «списка 47» ставит новые вопросы: кто и по какому принципу выбирает новых жертв, кто находится в группе особого риска – как в России, так и за рубежом?

 Ксения Кириллова – журналист, бывший корреспондент "Новой газеты" (Екатеринбург), в пытается выделить виды деятельности, за которые в современной России грозят репрессии, уголовные дела, а то и смерть.

За что вас могут посадить в РФ?

Постараюсь назвать основные причины, по которым человека могут преследовать за убеждения. Моя классификация в значительной степени условна, но позволяет хоть в какой-то мере понять логику репрессивных действий.

Возможными причинами репрессий могут быть следующие:

1. По "статусным мотивам". Представители высшей власти и силовых структур не прощают ни малейшего урона их статусу и авторитету. Вспомним знаменитое дело Pussy Riot. Столь суровый приговор в отношении участниц панк-группы был невыгоден властям с практической точки зрения, поскольку стал причиной поддержки осужденных девушек даже со стороны тех, кто изначально не одобрял их поступка. Однако власть не прощает открытого вызова, да еще сделанного в вызывающей форме. То же самое касается и поджога двери ФСБ художником Петром Павленским.

В такого рода репрессиях присутствует, безусловно, мотив мести, но основная цель обвинителей – дать урок на будущее, чтобы другим "неповадно было" проявлять дерзость по отношению к властям и силовым структурам, а также к Русской православной церкви, все больше превращающейся в орудие государственной пропаганды. При этом пресекаться может даже деятельность, которая не наносит реального ущерба действующей власти – не раскрывает ее преступлений, не мешает стратегии, не поднимает революций. Важен сам факт посягательства на "основы основ".

2. Наказание за "переход на другую сторону". Под этот пункт подпадают не только бывшие военные или правоохранители, перешедшие на другую сторону, ведь, в строгом смысле слова, дезертирство солдат и офицеров формально считается преступлением в любой, а не только в тоталитарной стране. Не ограничивается эта категория и теми гражданскими лицами, которые отправились воевать в Донбасс на стороне украинских военных. Я имею в виду любую деятельность на благо другой страны, которая определяется российским государством как "враждебная". И вот в этом случае речь идет уже именно о репрессиях.

Вспомним, какой шквал негативных эмоций вызвало решение Марии Гайдар работать в Одесской администрации. Можно предположить, что сами по себе ее заявления против агрессии России в Украине мало кого могли бы задеть, если бы они делались "со стороны России". Однако явный факт "перехода на другую сторону", осуждение России уже "со стороны Украины", от человека, ставшего чиновником "вражеского государства", в глазах ура-патриотов выглядит откровенным предательством.

Такая позиция абсурдна, тем более если Россия настаивает на том, что не находится в состоянии войны с Украиной: специалисты из одной европейской страны вполне могут по контракту поработать в другой, а жить в третьей и, если их работа не связана с допуском к государственной тайне, никому не придет в голову обвинить их в госизмене. Но для нынешнего российского режима ситуация очевидна: если силовики еще готовы, скрепя сердце, терпеть антивоенных активистов, выходящих на протестные акции внутри страны, то тех, кто действует "со стороны врага", они не прощают.

Вспомним показательный пример российского в прошлом, а ныне украинского информагентства "Новый Регион". Его основателю Александру Щетинину, а также его коллегам, имеющим российское гражданство, пригрозили, что в случае возвращения в отечество их ждет возбуждение дела по 275-й статье Уголовного кодекса. Явный отказ от своей страны и перевод крупного информационного ресурса "в стан противника" в ФСБ действительно воспринимают не иначе, как "измену родине", тем более в случае, если такие действия сочетаются с эмиграцией и любым взаимодействием с организациями за рубежом (притом не обязательно государственными).

Примерно такое же отношение органы проявляют и к россиянам, продолжающим проживать в своей стране, но сотрудничающим с иностранцами. Правда, в данном случае репрессии могут варьироваться от обычной травли до тюрьмы – в зависимости от степени известности человека, так называемой "защищенности публичностью", эффективности его работы и наличия хотя бы ничтожных оснований для возбуждения уголовного дела.

3. "Красные тряпки". Помимо прямых контактов с иностранцами, можно назвать еще несколько "красных тряпок", на которые могут среагировать репрессивные органы. Сюда относятся получение иностранных грантов, поддержка Украины (даже "от имени России"), уличные протесты, активное участие в политической деятельности, раскрытие отдельных чувствительных коррупционных схем (не по заказу конкурента, а спонтанное), ярко прозападная позиция, призывы к федерализации и тому подобное.

Варианты репрессий здесь тоже разнятся, во многом имеют случайный характер. Скорее всего, именно в эту категорию попадают случаи, когда самых обычных людей наказывают за посты в соцсетях или за участие в митингах – эти граждане просто надавили на чувствительные для власти кнопки и "попали под раздачу", одновременно послужив примером для устрашения остальных.

4. "По не связанным обстоятельствам". Человек действует формально "от имени своей страны", то есть не сотрудничает открыто с частными или государственными зарубежными организациями, но при этом его работа против преступлений властей действительно эффективна. Как правило, именно эти люди находятся в наибольшей опасности. Профессионал чаще всего работает так, что его действия трудно подогнать под критерии "экстремизма". Обвинить обычного человека в государственной измене даже при нынешнем "резиновом" законодательстве тоже не так-то легко, особенно если этот смутьян достаточно известен в России и на Западе. Результатом может стать возбуждение уголовных дел по иным, формально не связанным с его деятельностью основаниям (чаще всего, экономическим), или банальное убийство, как это было в случаях Анны Политковской или Бориса Немцова.

Вот примерный и неполный перечень оснований для репрессий. Действительно: система борьбы с инакомыслием в современной России выстроена далеко не так последовательно и всеохватно, как это было в советское время, поэтому в каждой из перечисленных категорий встречается немало исключений. Однако вектор происходящего показывает: преследование инакомыслящих ужесточается с каждым месяцем, и люди, попадающие в перечисленные категории, находятся в нешуточной опасности, если продолжают жить в России.

За что вас могут убить в России?

В тексте  "За что вас могут посадить?", я пытаясь выделить виды деятельности, за которые в современной России грозят репрессии и уголовные дела. С тех пор ситуация существенно изменилась, причем не в лучшую сторону. Убийства журналистов и бывшего депутата Государственной думы в Украине, покушение на Аркадия Бабченко, появление так и не подтвержденного до конца "списка 47" ставит новые вопросы: кто и по какому принципу выбирает новых жертв, кто находится в группе особого риска – как в России, так и за рубежом?

С одной стороны, понять логику убийц довольно сложно – эти убийства могут осуществлять на разных уровнях, в зависимости от "уровня" цели. С этой точкой зрения согласен и бывший российский парламентарий Илья Пономарев. Поэтому, учитывая множество акторов и хаотический характер репрессий, любая классификация имеет условный характер и неспособна учесть все возможные риски. Попробую выделить самые яркие группы тех, кто находится в опасности, и спрогнозировать, какого рода люди могут желать их смерти.

1. Вы – "перебежчик", притом не только бывший сотрудник спецслужб, но и человек, работавший какое-то время в государственной системе, в системе пропаганды или вращавшийся в сфере бизнеса и финансов на высоком уровне, словом, человек, способный обладать опасной для Кремля информацией. Здесь, как говорится, комментарии излишни. Можно добавить лишь, что вам даже не обязательно заниматься активной деятельностью по критике Кремля – одного подозрения российских спецслужб, что вы собираетесь перейти на другую сторону, может быть достаточно. Если же факт вашего "дезертирства" уже известен, убийцы всячески пытаются показать, что их месть способна настичь "предателя" даже спустя годы.

2. Вы – известный журналист, блогер или общественный активист, жестко критикующий внешнюю политику России и лично Владимира Путина. В этом случае риск того, что вас решат устранить, достаточно высок и прямо пропорционален двум обстоятельствам: уровню вашей популярности и категоричности ваших формулировок. При этом на вероятность и способ такой расправы могут влиять несколько дополнительных факторов:

  •  Те, кто принимает решение о расправе над вами, скорее всего, будут решать и сопутствующие задачи. Скорее всего, это будет устрашение остальных, которое становится наиболее вероятным в разгар народного недовольства, протестных акций или вскрытия каких-то серьезных компрометирующих материалов. Сюда же относится цель дестабилизации страны в целом – разумеется, если вы живете не в России, а, к примеру, в Украине. Просчитать все эти причины практически невозможно.

  •  На степень риска существенно влияет место жительства. Если вы находитесь в Европе или в США, риски существенно снижаются, тогда как в Украине единственной надеждой остается лишь профессионализм местных спецслужб. Если вы находитесь в России, существует вероятность, что заказчики расправы могут "ограничиться" избиением, представив покушение в виде нападения обычных бандитов, и в этом случае существует хотя бы небольшой шанс остаться в живых. Однако слишком уповать на него не стоит, и лучше все же заранее подумать о мерах безопасности.

В том случае, если вы – публичная личность, чье имя уже подвергалось публичной травле в российских СМИ, внесению в списки "нацпредателей" и "пятой колонны", не стоит исключать возможность и спонтанного нападения радикалов, вдохновленных насаждаемой пропагандой ненавистью. Риск избиения здесь несколько выше, чем убийства, однако это также не повод не воспринимать угрозу серьезно.

3. Вы – серьезный журналист-расследователь, который занимается разоблачением связей российских или зарубежных политиков с русской мафией, сбором доказательств международных преступлений России, выявлением офшорных счетов и так далее. Даже если вы не оказываете существенного влияния на общественное мнение, не так популярны и не слишком резки в формулировках, вы также находитесь в зоне повышенного риска, который прямо пропорционален тому, какое влияние оказывает ваша работа на объекты ваших расследований. 

Детальная работа по "международной" тематике также относится к разделу опасных, поскольку в большинстве международных провокаций России, будь то наличие российских военных на территории суверенного государства или хакерские атаки против иностранного правительства, невозможно обвинить вороватого губернатора или нерадивого чиновника. Подобного рода вещи могут происходить только по приказу или с ведома самого Владимира Путина, а значит, ваши расследования угрожают лично ему.

Подчеркну: перечисленное вовсе не означает, что вам следует прекратить заниматься вашей деятельностью. Более того, ее продолжение может быть порой единственным нравственно верным выбором. Однако такой выбор должен быть осознанным, и, если вы проживаете в цивилизованной стране, возможно, следует оповестить власти этой страны о вашей ситуации.

4. Вы – борец с коррупцией более низкого уровня, затрагивающего в основном интересы региональных и местных властей или отдельных правительственных чиновников. Парадоксально, но даже на фоне растущих репрессий у этой категории людей появился шанс не только остаться в безопасности, но даже успешно продолжать свою деятельность. В последние годы власть, несмотря на собственную коррумпированность, смогла использовать тему борьбы с коррупцией для укрепления своего авторитета, и даже многие организации и отдельные лица, действующие по прямому указанию или при поддержке Кремля, поднимают подчас антикоррупционные вопросы.

Кремлю выгодно держать в страхе чиновников и губернаторов, ради чего периодически проводятся "чистки" или делается информационный вброс о возможности таковых – и именно с использованием антикоррупционной тематики. Таким образом, вы неожиданно можете даже "попасть в струю". Однако сильно обнадеживаться здесь не стоит: если вы действительно честный и непредвзятый расследователь, и не выполняете заказы одной из "башен" Кремля против другой "башни", все равно сохраняется риск того, что вы можете перейти кому-то дорогу настолько сильно, что эти люди захотят свести с вами счеты.

Можно сделать один вывод: быть оппозиционером или просто честным журналистом в России опасно, и порой эта опасность может настигнуть людей даже за пределами страны.

Автор: Ксения Кириллова, журналист,  Радио Свобода

Читайте также: