Москва «чёрная»… Москва «белая»…

«Русская семья снимет однокомнатную квартиру…» прочитал я сегодня в одном из многочисленных объявлений об аренде жилой площади, что в обилии наклеены на автобусных остановках столицы. Что же такого необычного в столь, казалось бы, обыденной вещи, как объявление? А необычны там как раз первые слова – «русская семья». Раньше такого не встречалось. Ныне же люди считают важным подчеркнуть, кто намеревается поселиться на вожделенных московских квадратных метрах, русский или так называемый «гость столицы», с которым русского человека уже мало кто отождествляет.

Наверное, сегодня никто уже и не вспомнит, когда началось перенасыщение Москвы чужаками. Нерусское население уже давным-давно окопалось в столице, и как его только не называют: «чурки», «чурбаны», «ЛКН» (= лица кавказской национальности), «хачи», «ары», «черномазые»… Но никогда раньше оно не было в нашем городе столь многочисленным. Что же произошло в один совсем не прекрасный для столицы день, когда на её улицах чуть ли не толпами стали появляться бывшие соотечественники по Советскому Союзу с небелым цветом кожи?

На штурм столицы

Позволим себе сделать легкий экскурс в прошлое. Еще лет так двадцать назад чуть ли не любой представитель одной из южных республик, будь то с Кавказа или из Средней Азии, да даже из куда более северных Татарской или Башкирской республик (тогда еще АССР), был на земле московской почти что экзотикой. Многие встречали впервые узбеков и казахов, киргизов и азербайджанцев, чеченцев и грузин, армян и башкиров, туркменов и татар лишь в командировках в дальние уголки нашей необъятной страны, кто-то познакомился с таковыми в ходе службы в рядах армии. Постепенно стали складываться и стереотипы. О грузинах и армянах, например, обычно говорили, что они богатые и хитрые, но умеют красиво ухаживать за женщинами, так, как обычному русскому Ваньку и во сне не приснится.

Но время шло своим чередом, развалился Советский Союз, а с ним распались и казавшиеся незыблемыми экономические и культурные связи между столь разными народами, населявшими Страну Советов. Хозяйство, и ранее не претендовавшее на высокие результаты, начало стремительно рушиться во всех бывших советских республиках сразу. Все активно кричали о независимости, но оказалось, что никто сам по себе существовать не может.

Именно тогда огромное количество безработных, низкооплачиваемых и просто бездомных людей ринулось в одно единственное место, где можно было заработать деньги – а именно в Москву.

За всё уплачено

В лихие постсоветские годы началась борьба за передел территорий и сфер влияния, проще говоря, разгорелись бандитские войны. Надо было успеть взять свой куш там, куда пускали власти, занятые в тот момент природными ресурсами и оружием, да бывшей советской недвижимостью на Западе. Мы можем только предполагать, как проходил «новый совет в Филях», но все самые доходные сферы были распределены: наркотики, алкоголь, табак, проституция, продовольственные рынки. Естественно, всё это шло на фоне всё нарастающего сращивания криминального мира с государственной властью, иначе бы никаких переделов и не произошло.

В результате в столице осели усилившиеся национальные диаспоры: грузинская, армянская, азербайджанская и другие. Так как семейные связи в таких кланах очень сильны, ничего нет странного в том, что из обедневших и разоренных войнами регионов в Москву потянулись бывшие жители аулов и кишлаков, а также люди из окончательно обнищавших сёл и деревень. С московских рынков исчезли бабульки с дешевыми овощами и приветливые украинцы, оказавшиеся теперь живущими в другой стране. Места заняли ЛКН и нанятые ими продавцы из более бедных семей и бывших автономных республик, установившие высокие цены для «богатеньких» москвичей, которым всё равно деваться-то некуда. Впрочем, полно их и на местах, совершенно для продажи подобных товаров не предназначенных. Или вы думаете, что плохо говорящие по-русски темнокожие мужички имеют на руках разрешение на торговлю, например, в переходах метро? Да и не нужны им никакие разрешения, всё давно уже схвачено и проплачено и местной милиции, и местным чиновникам. Регистрация для проживания в столице продается и покупается, как любой другой товар, а если какая вдруг возникает проблема, то всё решается на месте «по-хорошему».

Экономия на себе

Южные жители никогда не жаловались на плохую демографическую ситуацию. И в смешанных браках горячая южная кровь, как правило, превалирует. Поэтому мы и видим всё больше и больше детей, у которых, по крайней мере, один родитель ничего общего, по сути, с Москвой не имеет. Не говоря уже о тысячах китайцев, корейцев и вьетнамцев, также делающих свой бизнес в столице России, но те всё-таки держатся обособленно, так что о них пока речь мы вести не будем.

Но что происходит сегодня? Мы покупаем овощи и фрукты на рынках, а также различные товары в многочисленных палатках и ларьках всё у тех «чурок», «черномазых» и «хачиков». Не идем в другой магазин, где у прилавка стоит русский. Не отворачиваемся от нотариуса с фамилией, заканчивающейся на «ян». Не брезгуем воспользоваться услугами страхового агента по имени Тахир. А кто из вас делал дома ремонт силами исключительно русских (про московских я вообще молчу) рабочих? Признаться, у вашего покорного слуги как раз троица русских ремонт и начинала. А после того, как они по пьяной лавочке положили криво кирпичную перегородку, пришлось мне с ними расстаться. А татары и башкиры – народ трудолюбивый, непьющий, работу не прогуливающий, аккуратный, да и стоят много дешевле – какая мне разница, настоящая у них регистрация или нет? Да и к таджикам в оранжевой униформе, убирающим улицы и красящим многочисленные московские заборчики, мы уже давно привыкли. Про огромную экономию средств (и, соответственно, возможность неплохо пополнить свой собственный карман) у нанимающих таких вот работяг контор можно даже не упоминать…

Страх спустился с гор

Что же не устраивает в создавшейся «национальной» ситуации жителей города? Наверное, всё дело в страхе. Страхе, что скоро не останется в Москве русских. Страхе, что наши дети будут изгоями уже в школах и детских садах, где темнокожее братство займет лидирующие позиции. Страхе, что не будет им мест и в вузах, а с послеинститутского конвейера будут сходить плохо говорящие на русском языке потомки вчерашних чабанов. Страхе, что на вашу жену или дочь нападет в подворотне группа таких вот джигитов (а поодиночке они, как правило, не ходят). Страхе, что придется умасливать не привычного Василия Петровича, а чернобрового и длинноносого выходца с Кавказа. Страхе, что преступность, согласно милицейским сводкам, растет из месяца в месяц, и именно за счет приезжих мошенников, насильников и убийц. Страхе (и неприязни), что ЛКНы ведут себя как хозяева жизни, являясь-то, по сути, гостями. А вы так попробуйте повести себя где-нибудь у них: часа не пройдет, как окажетесь на городской свалке с ножом в спине.

Как с этим бороться (и нужно ли), пока никто не придумал. Скинхеды и разные националистические и неофашистские организации привыкли решать все вопросы насилием, что в цивилизованном обществе совершенно неприемлемо. К тому же насилие рождает ответное насилие, и на каждого убитого «чёрного» потом придется десяток погибших «белых». Нужны ли нам еще и эти войны, где воюющие, не подозревая об этом, являются лишь пешками в очередной сложной и дорогостоящей игре кругов правящих?

Алексей Федоров, Наше время

Читайте также: