Бегемоты Эскобара: наследству наркобарона отрезают головы

От военных, журналистов и озверевших экологов спасается мать с грудным детенышем. Их приказано найти и уничтожить…

Наркобарон Пабло Эскобар не сильно любил людей, а наркоманов вообще презирал. Зато любил он деньги, дорогие машины, роскошную жизнь и животных. Так в его гасиенде «Наполес» (Неаполь) появился сафари-зоопарк, в который он привез бегемотов, жирафов, слонов, антилоп и тысячи разных других зверей со всего мира. 

сафари-зоопарк

Потом приключилась война Эскобара с колумбийским правительством и правительством США — за ним долго охотились всем миром. Шестнадцать лет назад Пабло Эскобара выследили и убили [*]. Напоследок охотники сфотографировались около трофея — трупа Эскобара.

Колумбия ликовала, колумбийские бедняки — не очень. Если сегодня в трущобах Медельина задать вопрос о том, кем был Пабло Эскобар, ни один из опрашиваемых людей не скажет о легендарном наркобароне дурного слова. Буквально все отзываются о нём, как о положительном герое. Выходец из бедной семьи, он, убивая сотнями своих конкурентов, взрывая дома и самолеты, не забывал строить для бедняков целые кварталы домов и школы.

После смерти Эскобара его имения и имущество национализировали. Самое большое владение Эскобара — гасиенда «Неаполь», была разграблено.

Самое большое владение Эскобара - гасиенда «Неаполь»

Тысячи экзотических животных остались жить и дичать в опустевшей и разграбленной мародерами гасиенде. Правительство не знало, что делать с таким «инаследством» наркобарона и постепенно сбывало животных в разные зоопарки мира. А вот бегемотов не удалось пристроить ни в колумбийские зоопарки, ни в зоопарки других стран. И они остались жить в заброшенном и разграбленном имении. Три бегемота и старая зебра — ее тоже не взял ни один зоопарк.

Через некоторое время к ним присоединились люди — беженцы из районов, контролируемых повстанцами. Бедняки заняли шикарные покои одного из богатейших людей в мире, которые на тот момент больше напоминали графские развалины.

Дети беженцев росли, играя в остатках грандиозного парка Эскобара, с гигантскими макетами динозавров. Динозавры, во времена расцвета имения, приводились в движение электроприводом и даже могли издавать страшный рев, как чудовища из голливудских фильмов.

Люди, динозавры и бегемоты привыкли к соседству друг друга, и жили мирно. Стадо бегемотов быстро росло и через несколько лет в развалинах «Неаполя» уже жили 22 бегемота, а старая забытая зебра тихо умерла.

Люди, динозавры и бегемоты

Без охраны и надзора они одичали, вот бегемот Пепе с подругой и ушли из поместья в сельву — что нанесло непоправимый ущерб экологии Колумбии. Бегемоты — они большие, и они какают — прямо в джунгли — и вот именно это, как объясняют экологи, нарушает экосистему и может привести к катастрофическим последствиям!

Вслед за влюбленной парой бегемотов ушли из поместья и семьи беженцев — правительство решило восстановить имение и сделать его туристической зоной, беженцев выселили.

А в это время экологи били тревогу — по их мнению, бегемоты Эскобара представляют большую опасность для окружающей среды и людей. Так как не являются жителями этого континента и не имеют естественных врагов, то быстрое размножение и увеличение стада, повлечет за собой большие экологические проблемы.

Этим летом колумбийский журналист Хулиан Линерос опубликовал статью «История потерянного гиппопотама» и фотографию семейства бегемотов. После публикации, в которой указывалось точное местонахождение беглых бегемотов, найти и убить их стало просто делом техники. Отряд военных охотников быстро нашел самца. Его убили семью выстрелами в голову. Затем эту голову отрезали. Отрезали лапы и отправили все это в Боготу. Само тело бегемота закопали там, где застрелили. Но как же не похвастаться таким трофеем — бегемотом Пабло Эскобара? И охотники перед тем как расчленить животное, конечно же, сфотографировались на фоне огромной туши. Причем очень похоже на фотографию с трупом самого наркобарона.

очень похоже на фотографию с трупом самого наркобарона

Фото показали по телевидению, и страна закипела.

В прессе появились сообщения, что детеныша и подругу Пепе еще не нашли — ищут. Найдут — тоже убъют и сфотографируются. Именно фотография самки была в той злополучной статье, которая вывела охотников на след беглой семьи бегемотов. Это только усилило сопротивление готовящемуся убийству.

А простым колумбийцам это все не очень нравится, колумбийцы протестуют. Правительство выписало экологов из-за рубежа, чтобы они исследовали ситуацию и придумали, что надо сделать — по науке. Но и по науке, скорее всего, надо будет сделать тоже самое — убить инородцев, которые своим навозом нарушают экосистему. И сфотографироваться у туши, естественно.

Статья и фотография с которой началась эта история:

Охота на Пепе (Хулиан Линерос)

Гиппопотам — одинокий призрак, мы его чувствуем, но не видим. Мы устали от длинного многочасового перехода, мы шли с самого рассвета до сумерек. За все это время — ни одного следа животного. Нам кажется, что мы ищем иголку в стоге сена. Двухтонную иглу в стоге безграничной сельвы. Это — наша четвертая ночь в лагере у Сан-Хуан. У меня распухли ноги и руки и я с трудом сгибаю их.
— Потерпи — наш проводник с жалостью смотрит на меня и закуривает, запах табака отпугивает зверей.

Светлячки блестят как иней, рассыпанный по земле, черные облака в небе несут грозу. Мы чувствуем беспокойство. Мы спустились на много километров вниз по руслу Магдалены и у нас нет больше сил. Жареная рыба и другие запасы нашей еды — полна муравьев.
— Что случилось? — кричу я.

Коровы табунщика начинают метаться из стороны в сторону и их мычанье кажется криками страха.
— Гиппопотам за коровами! — говорит один из наших проводников.

Я бегу, сломя голову, и залезаю на ближайшее дерево. Дождь перемешивается с грязью, и пропитывает мою одежду, полную муравьев. В метре от лагеря мы слышим тяжелый хрип. Я гашу фонарик, чтобы не привлекать внимания животного и сворачиваюсь на дереве клубочком, как маленький ребенок. Я хочу, чтобы закончилась эта ночь. Я не хочу чтобы через сто часов поисков появилась двухтонная громада и пропорола нас своими клыками в пятьдесят сантиметров, от которых ежегодно в Африке погибает больше людей, чем от львов, гиен или крокодилов.

Вечером предыдущего дня, пройдя пять километров вдоль русла Сан-Хуан до ее устья в реке Бартоло мы садимся у воды в ожидании гиппопотама.

Бегемот, за которым мы охотимся, два года назад убежал из заброшенного имения самого известного наркоборона Пабло Эскабара «Неаполь». Именно в «Неаполе» Эскобар в восьмидесятые годы скрывался и от колумбийской полиции, и от врагов из картеля Кали. Согласно журналу Forbes, Пабло Эскобар был одним из десяти самых богатых мужчин планеты, с капиталом более четыре миллиарда долларов.

В 1981 Эскобар, которому тогда было тридцать два года, приказал на русских самолетах АНТ перевезти в свое мение тысячу девятьсот экзотических видов животных: слонов из Индии, буйволов из Соединенных Штатов, кенгуру из Австралии, антилоп, оленей, носорогов, жирафов и девять африканских гиппопотамов. После смерти Эскобара в декабре 1993 года животные остались беспризорными. Годового бюджета Министерства окружающей среды хватило бы всего на один месяц содержания зоопарка наркобарона. Носорогов, зебр, слонов и трех гиппопотамов отправили в зоопарки Матеканья де Перейра и Санта-Фе в Медельине. Остальные животные остались в «Неаполе». Среди них и шесть гиппопотамов, которые вскоре превратились в новых хозяев огромного брошенного поместья в 3000 гектаров. Они быстро размножались и теперь их количество достигло 22 особей.

В ноябре 2006 двое гиппопотамов оставили стадо и ушли вверх по реке. Они шли, валя ограды и пожирая посевы, которые попадались им по пути. Они прошли более 150 километров. Через восемь месяцев после бегства самка родила пятидесятикилограммового бегемотика.

Пара гиппопотамов с детенышем вынуждены были все время убегать от пуль рыбаков, которые разрывали их кожу, и удаляться все дальше от поместья «Неаполь». Люди стали для них самой большой угрозой. Гиппопотамы плыли в поисках места удаленного от людей по течению Магдалины в направлении Барранкабермеха (Barrancabermeja), но река была такой широкой и такой глубокой, что млекопитающим пришлось остановиться. Самка с грудным детенышем оставили самца и направились к болоту, у которого мы и разбили лагерь. Покинутый самец еще какое-то время пытался продолжить путь вниз по реке, но потом передумал и отправился искать свое семейство. Именно тогда он и оказался у местечка Бодегас (Bodegas).

Бодегас — деревушка из семидесяти деревянных домов, окруженных сельвой и рекой. Босые ребятишка гоняют по острым горячим камням спущенный футбольный мяч. Их худые тела напоминают маленькие скелетики, обтянутые кожей. Женщины сидят в креслах-качалках у дверей своих домов в ожидании мужей, ушедших мыть золото, в надежде на удачу и находку большого самородка. А солдаты из небольшого гарнизона беспробудно пьют, считая дни до окончания службы.

Мы приехали в Бодегас, за неделю до той ночи, с которой я начал рассказ. Солдаты попросили нас показать документы, и узнав о цели нашей поездки посоветовали по говорить с рыбаком Карлосом Мендесом, который больше всех знал о самце гиппопотама. Мы нашли его у моста.
— Мы ищем гиппопотама, вы знаете где он? — спросил я у него.
— Пепе?
— Пепе? Кто это Пепе?
— Так мы назвали его, вашего гиппопотама. Но его уже нет.
— Как нет? А где он? Его убили?
— Так говорят… Раньше Пепе, каждый день появлялся у деревни в шесть часов вечера. Он вылезал из воды и стоял вон там — на тропинке, как видение гигантской свиньи… А уже несколько дней его нет, не приходит.

К нам подходили люди и, услышав наш разговор, наперебой стали рассказывать о Пепе, как они всей деревней собирались на него посмотреть. А однажды приехал человек из Медельина, и предлагал три миллиона за голову гиппопотама, чтобы повесить ее как трофей или чтобы продать торговцам за двадцать миллионов. Солдаты, играя между собой, стреляли в бегемота, и гиппопотам, уходя от выстрелов, нырял в воду.

После торговли наркотиками, оружием и женщинами, торговля редкими видами животных самая доходная. В Конго численность бегемотов за последние десять лет сократилась на 95% из-за беспощадного истребления и охоты. В Африке убивают гиппопотамов, чтобы продать их клыки. Сейчас на всем африканском континенте осталось всего 160 тысяч гиппопотамов. В Колумбии у нас есть двадцать два. Район реки Магдалины Медио по температуре, влажности и болотам очень похож на районы центральной Африки.

Экстремист-эколог Вильсон утверждает, что одичавшие гиппопотамы Пабло Эскабара могут вызывать неустойчивость в экосистеме. Разрушая ее большим количеством своих фекалий, которые уничтожают почву, и большим количеством необходимой им еды. Также есть риск, что через фекальные массы они передают болезни, незнакомые эндемическим видам страны…

Я сижу на дереве, трясясь от холода, достаю из кармана влажную сигарету и закуриваю, пытаясь побороть голод. Быстро светает. Мои спутники потихоньку слезают с деревьев, мы все перепачканы грязью и страшно продрогли. В полдень надо возвращаться в Бодегас, где нас ждет лодка.

Сейчас пять тридцать утра.

Рядом с палаткой мы видим продолговатое пятно свежего навоза. Испражнение более жидкое, чем испражнение коров и зеленоватого цвета. Чуть дальше мы видим следы — большие и маленькие. Нет сомнения — самка с ребенком были здесь, и недавно. С бьющимся сердцем, помня о панике, которую я почувствовал ночью, мы идем по следу, но через несколько метров он теряется в мокрой траве. Я останавливаюсь перед небольшим розоватым валуном.

— Что ты там застрял? — торопит меня проводник.
— Смотри…- шепчу я.

Из-за валуна появляется голова малыша гиппопотама. А за ней и голова самки. Я достаю фотоаппарат и быстро делаю несколько снимков. Я хочу бежать. Гиппопотам может бегать со скоростью сорок километров в час, что вполне достаточно, чтобы догнать меня за три секунды и сжевать, как резинку. Самка, смотрит на меня спокойно и тяжело.

Гиппопотамы

Равно как мы, она не спала всю ночь, ища растения для еды. Вдруг она направляется в мою сторону. Я каменею от страха и сквозь пелену испуга вижу, как мимо меня проплывает огромная морда, как двигаются на ней челюстные мускулы и большой шрам возле носа.

Гиппопотам идет очень медлено, тяжело ступая своими короткими толстыми ногами. Но это не гигантская свинья, нет — согласно последним исследованиям, гиппопотам — животное, самое близкое к киту и дельфинам в эволюционной цепи. И возможно равен им по уму.

Пройдя мимо меня самка скрывается в воде. Она — странная самка в странной земле. Гигантская, испуганная, одинокая, она возможно мечтает вернуться в Африку, но вынуждена жить в чужой стороне мира, как отшельница, и растить своего детеныша, оберегая его от охотников.

Она беженка в стране беженцев. Она — еще одна жертва Пабло Эскобара.

Справка
Эскобар владел 34 поместьями, 500 тысячами гектарами земли, 40 раритетными автомобилями «Роллс-Ройс».
В поместье Эскобара было вырыто 20 искусственных озёр, шесть бассейнов и даже построен небольшой аэропорт.
В пределах своего поместья Пабло Эскобар приказал построить зоопарк-сафари, в котором было 120 антилоп, 30 буйволов, 6 бегемотов, 3 слона и 2 носорога.
В скрытой от посторонних глаз части своего поместья любил устраивать дикие сексуальные оргии, для которых приглашались юные девочки.
Эскобар практически не употреблял кокаин и с презрением относился к наркоманам, считая их недочеловеками.

СВОБОДНАЯ ПРЕССА

Читайте также: