«Ехал, постепенно плавясь»: как проходит этап из оккупированного Крыма в Россию. Монолог Наримана Мемедеминова

Нариман Мемедеминов Фото: Антон Наумлюк, Ґрати

Нариман Мемедеминов – крымскотатарский блогер и активист правозащитного объединения «Крымская Солидарность», задержанный в марте 2018 года по обвинению в публичных призывах к террористической деятельности, за видео 2013 года на странице ютуб. На видео он рассказывал о митингах исламской партии Хизб ут-Тахрир в Крыму, запрещенной в России и действующей открыто в Украине и большинстве европейских стран. А также о праздниках для детей и жизни мусульман на полуострове. Во время последнего судебного заседания гособвинитель запросил для Мемедеминова шесть лет лишения свободы.

Блогер и активист записал и передал проекту «Ґрати» через адвокатов рассказ о том, как проходил его этап из Крыма в Россию.

В два часа ночи к двери камеры подошел инспектор и кто-то из сокамерников стал с ним говорить. Я услышал: «Мемедеминов есть. На Краснодар, на утро? Услышал! Скажу ему». Он сказал, и я стал собираться, но не основательно, потому что ждал этапирование еще после окончания ознакомления с материалами «дела». Проверил сумку, добавил еды в дорогу, и ночь продолжилась в том же ритме, как и в другие дни. Утром заварили чай, поговорили с сокамерниками и за мной пришли в 7:30 забирать на этап. В камере попрощались, мне пожелали удачи и просили при возможности сообщить через адвоката, где я и все ли в порядке. А дальше как обычно: по этажу в «локалке».

«Локалка» – что-то вроде площадки на этаже, перед лестницей; здесь же решетчатые двери, через которые попадают на пролеты этажа. Собрали всех, кто на этап, и повели в «кишку», о которой писали уже многие и повторяться не стоит. Далее по два человека из «кишки» вызывали в комнату обыска, там проверяли вещи, бумаги, одежду, что была на мне, вплоть до трусов.

С комнаты обыска собирали всех этапируемых в боксах. Людей было человек шестьдесят, поэтому в машину меня завели к часу дня. Сначала удивился, когда в боксе остался я один, но потом вспомнил, что меня могут повезти в отдельном «стакане». Так и вышло. Размеры этого «стакана» в длину и ширину чуть больше локтя, то есть 60 сантиметров на 60. В общем, поехали. Жарко было не на шутку. Кое-как снял футболку, слишком уж узко было, и до Керчи — это первая остановка в ИК- 2, в бытность Украины ИК-126, для того, чтобы воды набрать и кому нужно в туалет сходить. Ехал, постепенно плавясь.

В машине было шумно, душно, жарко и тесно, и в итоге я уснул. В колонию Керчи приехали к часам пяти вечера. Машин было четыре, как сказали конвоиры, поэтому процедура туалета растянулась надолго. Воды набрать все равно не получилось, потому что ее вообще не оказалось. Выехали из керченской колонии часов в половине седьмого, конвоиры не отказывали, когда спрашивал время, а мне это нужно было для совершения намаза. Следующая остановка – Темрюк. В пути совершал намазы, сидя в машине, по-другому все равно невозможно было, а я «путешественник». В Темрюке то же самое: в туалет и покурить успели. Оттуда выехали к часам десяти вечера и направились в Краснодар. Здесь же, в дороге на Краснодар, совершил намазы, опять сидя, опять в машине.

В Краснодар приехали в час-час тридцать ночи. Обыскные мероприятия здесь проходят быстро: вещи на ленту, ну как в аэропорту… Написал это и вспомнил как в 2016 году совершал паломничество, дай Аллах еще раз удостоиться такой милости и благодати! Сканируют, а мы по одному заходим в большой сканер, типа рентгеновского аппарата, так что это, слава Богу, быстро, не так как в Симферополе. Всех распределили по боксам, в отличии от крымских оказавшимся маленькими.

После длительного ожидания повели нас, крымский этап, в «транзит». Было уже около семи утра 6 июня, а вывели меня из камеры симферопольского СИЗО 5 июня, когда семь утра проходило – уже сутки в пути. Двадцать две нары, одиннадцать двухярусных, большая, требующая ремонта камера, высокие потолки, вместе с нами в ней человек больше семидесяти — так выглядел «транзит» в Краснодаре. Здесь уже нормально перекусили, познакомились с разными людьми.

Рисунок: Вячеслав Юрченко, Ґрати

Про краснодарский «транзит» хочу рассказать один случай. Сидим пьем чай, разговариваем с крымскими.

Смотрю мужчина стоит курит, а у него нет обоих кистей рук. Я про себя подумал: «Прикинь, его по 105-й арестовали (статья 105 УК РФ «умышленное убийство» – ред.). Интересно как «доказывали»?». Мужчина подсел к нам, познакомились. И что вы думаете? Действительно статья 105 часть 1.

Он представился – Атажахов Азамат Махмудович, 1970 года рождения, Майкоп, селение Жиракай. Я ему сказал, что являюсь гражданским журналистом и по приезду в Ростов хочу описать этап и написать о нем, написанное «пойдет к журналистам, а соответственно и информация о вас», он с удовольствием согласился. Без обеих кистей этот человек уже более двадцати лет живет. Есть семья, дети. О подробностях уголовного дела расспрашивать не стал, однако он сам твердо и уверенно заявил, что вину не признает и все время по 51-й (51 статья Конституции РФ, позволяющая не свидетельствовать против себя и близких – ред.). Коллеги, представители СМИ, обращаю ваше внимание на этот случай. Займитесь поиском информации об этом человеке и кто знает, может поможете ему.

После обеда часть арестантов вывели, сказав: «Этап на Адыгею», и я увидел как Азамат агъа был среди тех, кто вышел на адыгейский этап. Он сам нес свою сумку. Без обеих кистей, а сумку нес сам. И вообще впечатление он произвел не только на меня, но и на других, с кем я сидел за столом! Вот такой случай, такая встреча.

Часам к семи вечера в огромном «транзите» осталось пять человек. Трое отдыхали, а мы с одним пареньком, турком месхетинцем, чай пьем. С ним тоже случай приятный связан: в районе обеда с одним арестантом решили совершить полуденный намаз. Стоим читаем, а вокруг шумно. Шум не мешает, привыкли уже, да и говорить «не разговаривайте», – не правильно, поскольку это дело каждого: кто-то отдыхает, кто-то разговаривает, кто-то молится. Вдруг слышу голос этого паренька: «Давайте потише, там намаз читают». Вот такой приятный поступок.

К девяти вечера пришли за мной и повели в камеру. Оказалось, что в Краснодаре сидеть я буду на «полуспецах», типа полуспецблок, без камеры наблюдения, но строгого содержания. Это камера меньше четырех квадратных метров на двух человек. Вообще я думаю, что раньше это были камеры на одного, но если эти «полуспецы» рассчитывали изначально на двоих, то тот, кто так рассчитывал и проектировал – просто больной человек! Вы представляете 2,5 на 1,5 метра на двоих и находиться в ней нужно 23,5 часа? В этой кладовке, по другому эту «камеру» назвать нельзя, маленький стол, стул, нары и … туалет. Теперь представили меньше четырех квадратных метров на двоих? В общем это жесть! Но человек такой, что привыкает и к таким жестким условиям.

За десятидневное пребывание в Краснодаре было разное, но еда не из свинины только два раза, это я про обед. А так – хлеб с песком. В прямом смысле, с хрустящим на зубах песком. И не соленая каша утром. Хвала Всевышнему, были и неожиданные сюрпризы. Один раз даже плов и пирожное, Господь никогда не оставляет никого без пропитания, Хвала Ему!

Неприятно было ночью, потому что под окнами камеры моего содержания была мусорка и был невероятно противный запах. А еще мне было неприятно в Краснодаре после истории, которую рассказал один из заключенных, неприятно от царившего аморального отношения к людям со стороны силовиков, судов, исполнителей и им подобных.

Заключенного вывели, чтобы повезти на суд и в этих боксах, про которые я упоминал, он встретил другого заключенного, которому вырезали аппендицит, потом зашили и привезли обратно в СИЗО.

Я был удивлен, представляю как было тем, кто это видел. Я понимаю, что к арестованным людям у сотрудников отношение предвзятое — мол, арестовали, значит есть за что, а так вы все здесь: «Я не виновен», но не до такой же степени! Человека порезали, зашили, перемотали.

Едем в СИЗО-1. По приезду все повторилось: ФИО, статья, – в боксы для ожидания. Только имейте ввиду что вот эти «шмон» – «автозак» – «столыпин» («столыпинский вагон» – вагон для перевозки заключенных, был сконструирован и используется в России с начала XX века — ред.) и наоборот, это очень долго и изрядно утомляет, потому что везут этапом определенное количество заключённых. В моем этапе например было человек 60.

Ну вот и Ростовский «централ», бокс ожидания, та часть, откуда увозят на этапы и куда привозят с этапов. В Симферополе это место называют «конверт» . Слава Богу здесь тоже обыск прошел быстро, для вещей и сумок есть лента-сканер, а самих нас проверяли ручным сканером. И снова ожидание. Потом по-фамильно назвали и с вещами повели по камерам.

Рисунок: Вячеслав Юрченко, Ґрати

Вот так закончился этап из Крыма в Ростов. Во время всех дней этой поездки я встретил достаточно много интересных людей и услышал много не менее интересных историй. Но это другая тема, и даст Всевышний Аллах в – другое время.

Все время пути, да и сейчас, я пытался понять все то, что увидел, услышал и то, что происходит с нами – эти лживые обвинения и остальное. Но, как говорит один уважаемый мною человек: «Эти законы, эту систему без «пол-литра» не понять. А тебе пить харам. Так что не пытайся».

Источник: Ґрати

Читайте также: