Серийный убийца и поджигатель рассказал: «все происходило случайно…»

Год назад Николай Бонарь, обвиненный в совершении четырех убийств с последующим сожжением тел своих жертв, признался в содеянных преступлениях. А недавно, когда в окружном суде Хайфы по предложению прокуратуры должна была состояться юридическая сделка относительно срока его наказания, отказался от своих показаний и заявил, что… никого не убивал! После того, как психиатрическая экспертиза дала заключение о вменяемости Николая Бонаря, решено было предъявить ему обвинение. Помимо четырех убийств, Бонарю инкриминируются ограбление, изнасилование и нанесение увечий при отягчающих обстоятельствах.

Судебная практика предполагает в таких случаях по одному пожизненному сроку за каждое убийство. В юридической сделке, предложенной прокуратурой, фигурировали все вышеперечисленные статьи из обвинительного заключения. Предполагалось, что компромиссная договоренность будет достигнута следующим образом: в случае признания Бонарем вины по всем пунктам сделки его приговорят к двум пожизненным заключениям вместо четырех. Когда перед началом судебного заседания Бонаря ознакомили с условиями сделки, он заявил, что не признает себя виновным.

После этого заявления судья Менахем Неэман пригласил представителя хайфской прокуратуры Анат Нешер и адвоката Офера Коэна на закрытое обсуждение сложившейся ситуации. Адвокат от имени своего подзащитного сообщил, что того не устраивают условия сделки, а в ходе судебного заседания Бонарь отказался от своих предыдущих показаний.

Выходец из Молдовы Николай Бонарь любил выпить. После смерти жены он уволился с работы, запил, ушел из дому и стал стремительно опускаться на дно жизни. Все четыре убийства, в которых он сознался сразу после ареста, были совершены им в состоянии алкогольного опьянения.

Сегодня мы расскажем, как полиция, разыскивая преступника, совершившего убийства, вышла на Николая Бонаря, а также процитируем признания, сделанные обвиняемым и зафиксированные в материалах дела. От этих признаний он сегодня отказывается.

Известно, что »почерк» серийных убийц в совершаемых ими преступлениях схож. За короткий промежуток времени, с февраля по май 2005 года, в неблагополучных районах Хайфы были обнаружены четыре обгоревших трупа со следами насильственной смерти. Следователям стало понятно, что действовал один и тот же человек.

Вечерами, когда рынок Тальпиот в Хайфе закрывается, на его территории появляется немало »ночных сторожей» — бездомных, обитающих в окрестных заброшенных домах. Выпивка, наркотики, разговоры по душам… Здесь все знакомы друг с другом.

После обнаружения третьего обгоревшего трупа полиция пришла к окончательному выводу: в микрорайоне орудует серийный убийца, и это один из тех, кто постоянно посещает сходки бездомных. Переодетый под бомжа полицейский был внедрен в компанию ночных обитателей рынка. Ему удалось узнать, что сюда нередко наведывается некий Николай (фамилии его никто не знал), который любит устраивать костры на месте сборищ.

Отпечатки пальцев, оставленные на одном из мест преступлений, имелись в картотеке полиции. Они вывели следствие на одного из бомжей, Сергея Блувштейна.

Блувштейн, перебивающийся случайными заработками, один из »ночных сторожей», опроверг предположения полиции о своей причастности к преступлениям и рассказал следующее…

13 мая, в день своего рождения, он встретил Николая, фамилия которого ему не известна, хотя они знакомы довольно давно. Приятели, решив отметить праздник, который бывает »только раз в году», направились в заброшенный детский сад, где прежде бывали не раз. »Мы прилично выпили, и вдруг Николай разозлился. Стал пинать меня ногами, кричать: »Меня все ненавидят, я никому не нужен!» Я пытался его успокоить: »Послушай, ведь не кого-то другого, а тебя я пригласил отметить свой день рождения». Но он не слушал. Вцепился в меня, стал душить. Я едва не задохнулся. С трудом вывернувшись, схватил что попалось под руку и огрел его по голове. Он обмяк, его пальцы разжались. Мне показалось, что я убил его. Но внезапно он снова, как ненормальный, набросился на меня. Я еле сбежал от него». Блувштейн, пролежавший несколько дней в больнице с переломами ребер, тогда еще не знал, что мог стать очередной жертвой убийцы.

К тому времени следствие получило информацию, что некий Николай Бонарь обращался в больницу в связи с травмой головы. Сопоставив данные, следствие пришло к выводу, что речь идет об одном и том же человеке. За Бонарем была установлена слежка.

29 мая 2005 года он был арестован и с момента задержания охотно сотрудничал со следствием. Даже видавшие виды следователи были потрясены его холодным и бесстрастным рассказом о беспричинных убийствах. Из этих показаний следовало, что одного плохого слова в адрес Бонаря было достаточно, чтобы его злоба вырвалась наружу. Во время допросов задержанный не только признал себя виновным в инкриминируемых ему преступлениях, но и воспроизвел детали всех четырех убийств на следственном эксперименте перед видеокамерой.

Вот рассказ Бонаря о том, как он убил свою первую жертву, 52-летнюю репатриантку Риту. 9 февраля женщина попросила его (они были знакомы) проводить ее домой, так как у нее »схватило поясницу».

»Было уже 12 ночи, — рассказывал он следователю, не выбирая выражений. — Я думал, удастся ее трахнуть, но она прикинулась девушкой. Я спросил: жалко тебе, что ли? Но она, сука, не захотела. Пришлось врезать ей пару раз, чтобы не выделывалась. Она все равно отказывалась. Я что, не мужик? Тогда дал ей пару раз по голове, дал по морде. Потом уже не помню — пьяный был. Я только избил ее, я не думал, что она умрет от этого. Я сделал свое дело, когда она уже была в крови и без сознания. У нее зрачки закатились, голова болталась. Перед уходом я поджег постель зажигалкой. Когда уходил, квартира уже пылала».

Очередное убийство Николай Бонарь совершил примерно через месяц. В тот день полицейских вызвали пожарные — в горящем заброшенном здании на улице Барзилай был обнаружен обгоревший труп. Это преступление, как установило следствие, было совершено после совместного распития водки убийцы с жертвой. Устроенный после убийства пожар был таким сильным, что убитого с трудом удалось идентифицировать.

Экспертиза показала, что Александр Левченко (36), по кличке Чечен, был избит до смерти, у него проломлен череп. Погибший был разведен, жил один.

Надо отметить, что за две недели до гибели Чечена, 28 февраля 2005 года, была убита его бывшая сожительница Ольга Левченко. Убийство совершил Игорь Зозуля, человек с уголовным прошлым. Зозуля, будучи пьяным, нанес 86 ножевых ударов 34-летней Ольге. Его признали виновным в непредумышленном убийстве.

Между двумя трагедиями нет прямой связи, однако обе они — наглядное свидетельство бедственного положения и цветущего пышным цветом на этом фоне насилия среди части населения, проживающего в хайфском районе Адар.

Вот бесстрастные признания Бонаря по убийству Александра Левченко: »Я пошел с Чеченом на рынок, взяли бутылку. Выпили и легли спать. У Алекса было такое приспособление, чтобы двери подпирать. Я попросил его, но он не захотел мне это приспособление давать. Когда я взял, он приказал положить его на место. »Тебе что, паршивой резинки жалко?» — спросил я и дал ему по голове. Потом стал бить ногами. Потом поджег его и ушел».

27 апреля на улице Гуш-Халав, в заброшенном здании детского сада, где обитали бездомные и наркоманы (сегодня окна и двери этого здания заколочены), был обнаружен полусожженный, со следами физического насилия, труп бомжа Валерия Сочнова (34). По признанию Бонаря, он и Сочнов развели небольшой костер и приступили к выпивке.

»Выпили много. Валера еще и травку курил. Я вспомнил, что меня никто не любит, и дал ему по голове. Ему это не понравилось, и он начал драться. В драке он упал, я продолжал бить его по голове. Я просто не понимал, что делаю: бил и бил его. А потом я ушел, а он загорелся».

— Ты убиваешь всех, кто тебе не нравится? — спросил следователь.

— Если бы я убивал всех, кто мне не нравится, в городе вообще людей не осталось бы, — ответил Бонарь.

Вечером 1 мая 2005 года хайфская пожарная команда была вызвана на улицу Певзнер, где в одной из квартир бушевал огонь. Справиться с ним пожарным удалось не сразу. Когда пожар был потушен, в квартире обнаружили обгоревший труп со следами насилия. На место прибыли полицейские. Теперь они уже не сомневались, что речь идет об умышленном поджоге. Убитым оказался 39-летний Александр Карась. С ним Бонарь познакомился за день до убийства.

»Я сказал: »Ты меня не знаешь, но уже не любишь. Меня никто не любит», — и стал душить его». Бонарь задушил нового знакомого кабелем. На теле погибшего обнаружены травмы и переломы, в том числе и костей черепа.

— Вы сожалеете о содеянном? — спросил следователь.

— Нет, — ответил Бонарь.

»Допрашиваемый плачет», — следующая строка протокола.

— Хотите что-нибудь добавить? — спрашивает следователь.

— А чего говорить? И так все ясно. Какая разница — четыре человека убил или десять. Они все дерьмо, бродяги…

— Что еще можете сказать?

— Не знаю. Я не нарочно. Так уж вышло.

Г.Маламант, Израиль , sem40

Читайте также: