Скандальный эксперимент: «Майн кампф» и изнасилование собак

Трио ученых, англичанка Хелен Плакроуз и американцы Питер Богоссян и Джеймс Линдси

Трио ученых, англичанка Хелен Плакроуз и американцы Питер Богоссян и Джеймс Линдси, поставили издевательский и этически не вполне однозначный эксперимент, объектом которого стала сама современная наука. На протяжении года они писали намеренно лишенные смысла статьи, касающиеся гендера, расовых вопросов и других острых и популярных в последние годы тем социологических исследований.

Из 20 подготовленных работ 7 были опубликованы в уважаемых реферируемых научных журналах, еще 7 к моменту окончания эксперимента находились на стадии рецензирования, и только 6 были отклонены. Целью эксперимента было доказать, что в современном академическом мире существует предвзятость, из-за которой исследованиям, связанным с определенным набором социальных тем, отдается предпочтение вне зависимости от их научной ценности. Эти темы экспериментаторы окрестили “grievance studies” – “наука о жалобах” или “наука об обидах”.

И сам эксперимент, и его результаты вызвали полярные реакции в академическом сообществе и за его пределами.Во всех статьях авторы применили один и тот же метод: они брали какой-нибудь из вопросов борьбы с социальной несправедливостью – с гендерной, расовой, сексуальной дискриминацией, но в его “исследовании” нарочито доходили до абсурда. Содержание работы было абсолютной софистикой, хотя и со ссылками на научные источники. Например, в одной из статей обсуждалось, что мужчина, мастурбирующий, представляя себе в фантазиях женщину без ее согласия, осуществляет таким образом акт сексуального насилия по отношению к ней.

В другой авторы утверждали, что главная опасность будущего искусственного интеллекта – его имманентная маскулинность и империализм. В третьей было предложено рассматривать набор лишнего веса как “жирободибилдинг” – и считать его новым видом спорта. Астрология считается лженаукой, но не следует ли признать “феминистскую астрологию” легитимным разделом “сексистской” астрономии?

Не стоит ли заставлять белых студентов слушать лекции сидя на полу закованными в цепи, чтобы они могли поставить себя на место темнокожих рабов прошлого? Одна из статей под названием “Наша борьба – моя борьба” о феминизме была принята к публикации в журнал Affilia: рецензенты и редакторы не заметили, что это лишь немного отредактированная первая глава книги Адольфа Гитлера Mein Kampf.

Возможно, самый дикий текст, стоящий особняком даже на этом фоне, назывался “Человеческие реакции на культуру изнасилования и квир-проявления на городских собачьих площадках в Портленде, штат Орегон”. Вот его краткое изложение: “Собачьи площадки – пространство попустительского отношения к изнасилованию, место проявления культуры собачьего изнасилования в ее наиболее агрессивной форме и место систематического угнетения “угнетенной собаки”, через которое может быть измерено отношение человека к обеим проблемам. Это наблюдение может стать основой для подхода к дрессировке мужчин, склонных к сексуальному насилию и сексуальной озабоченности”. Остается добавить, что авторы настаивали, что собственноручно ощупали гениталии почти 10 000 животных, параллельно опрашивая владельцев об их сексуальной ориентации.

Отозванная статья из журнала Gender, Place, and Culture

Этот труд не только опубликовали в уважаемом периодическом издании, посвященном вопросам феминистской географии, Gender, Place, and Culture (“Гендер, место и культура”), но и был признан одной из 12 лучших работ по феминистской географии в выпуске, посвященном 25-летию журнала (сейчас статья из журнала отозвана). Впрочем, публикация этой работы и поставила преждевременную точку в эксперименте: нелепая статья обратила на себя внимание, ее стали обсуждать в социальных сетях, и журналист The Wall Street Journal решил связаться с автором, вымышленной Хелен Уилсон, по ее номеру телефона ответил Джеймс Уилсон.

Интервью ученого под хлестким названием “Фейк-ньюс добрались до академического сообщества” вышло одновременно с открытым письмом, в котором участники эксперимента объяснили свои интенции. Они не только упомянули проблемы предвзятости и оппортунизма в научной периодике, но и обрушились с критикой на весь корпус академической литературы по “наукам о жалобах” – так экспериментаторы одним скопом обозначили социологические и гуманитарные исследования, фокусирующиеся на вопросах социальной несправедливости. “Эти области исследования не продолжают важную и благородную либеральную деятельность движений за права человека; они извращают ее, одновременно наживаясь на их славных именах, чтобы и дальше втирать “змеиное масло” (нарицательное для лекарства с сомнительной или несуществующей пользой. – РС) в общество, которое болеет все сильнее”, – говорится в открытом письме.

* * * *

Проблема неоднородного качества статей даже в лучших научных журналах, причем как в области гуманитарных, так и естественных наук, далеко не нова. Основные причины две: во-первых, рецензенты, работа которых обычно не оплачивается (тогда как индустрия научных реферируемых журналов имеет миллиардные обороты – регулярный повод для критики), иногда относятся к своим обязанностям не слишком внимательно. Во-вторых, работы по популярным, “модным” темам, статьи, сулящие “революции” и невероятные открытия, порой добираются до публикации если и не совсем в обход процесса реферирования, то пользуясь максимально благосклонным отношением рецензентов и редакторов.

В середине 1990-х прогремел громкий скандал, который принято называть “делом Сокала” или “мистификацией Сокала” по имени американского физика Алана Сокала. Ученый, не скрывавший скептического отношения к содержанию современных ему гуманитарных исследований, представил в журнал Social Text (публикует работы по широкому спектру направлений от марксизма и феминизма до постмодернизма и неолиберализма) работу под названием “Преступая границы: к вопросу о трансформативной герменевтике квантовой гравитации”. Смысл текста в общем сводился к тому, что превосходство прогрессивистской политической повестки (предположительно, близкой редакторам журнала) заложено уже в самих основаниях квантовой механики.

Это была едва прикрытая ирония, в статье не было никакого физического и вообще научного смысла, зато она была щедро нашпигована словосочетаниями вроде “социальный конструкт”, “либеральный феминизм”, “агенда социального равенства”, “наука постмодерна” и так далее – они перемежались с почти случайными физическими и математическими терминами. Шутка сработала: статья была опубликована в специальном номере журнала, посвященном “научным войнам”. Когда Алан Сокал объявил о том, что работа была спланированной мистификацией, выяснилось, что никто из редакторов Social Text не усомнился в научной значимости статьи “Переступая границы”. Эта история, очевидно, как минимум отчасти и вдохновила Плакроуз, Линдси и Богоссяна на их эксперимент, который уже успели назвать “делом Сокала в квадрате”. Одна из их 20 фальшивых статей называлась “Гегемония академического буллинга: этика мистификаций в духе Сокала в гендерных исследованиях” (к чести редакторов, эту работу отклонили без объяснения причин).

“Мистификация Сокала” добавила аргументов “физикам” в вечной научной войне против “лириков”, но и в лагере первых не все в порядке. Достаточно привести в пример историю итальянского хирурга Паоло Маккиарини, который якобы разработал искусственно-биологический протез человеческой трахеи. Его подход использовал стволовые клетки, которые многим казались едва ли не панацеей и основой большой медицинской революции. Статьи Маккиарини, описывающие трансплантации искусственной трахеи пациентам, опубликовали несколько престижных научных журналов, в том числе The Lancet и Nature Communication. На самом деле, некоторые данные о состоянии пациентов были подтасованы, но научное признание позволило Маккиарини продолжать операции, в том числе в России. Насколько можно судить, все пациенты Маккиарини или быстро умерли, или нуждаются в постоянных дополнительных операциях.

Феноменальный Маккиарини

Можно вспомнить неоднозначные истории и у физиков: так, некоторые ученые считают, что теория струн как попытка объединения квантовой механики и теории относительности или космологическая теория мультивселенной на протяжении многих лет получали незаслуженно много внимания, лучших молодых кадров и финансирования, хотя в конечном итоге оказались непроверяемыми.

Михаил Гельфанд
Михаил Гельфанд

В России “всеядность” некоторых научных журналов продемонстрировала история “Корчевателя”: биоинформатик Михаил Гельфанд с группой коллег взяли случайным образом сгенерированный специальной программой псевдонаучный текст, перевели его с помощью машинного перевода и представили текст в “Журнал научных публикаций аспирантов и докторантов”. После уплаты пошлины в 4500 рублей статья под интригующим названием “Корчеватель: Алгоритм типичной унификации точек доступа и избыточности” получила положительный отзыв одного рецензента и была опубликована.

* * * *

Политическая предвзятость научных журналов – тоже проблема вполне реальная. Яркая иллюстрация – скандал, разгоревшийся в начале сентября этого года вокруг публикации американского математика Теда Хилла. Статья касалась так называемой “теории повышенной изменчивости у мужчин”, согласно которой способности мужчин в разных областях распределены более широко, чем у женщин, грубо говоря, среди мужчин больше и гениев, и идиотов. Существуют десятки, если не сотни научных работ, написанных как в защиту этой теории, так и опровергающих ее, состоятельность повышенной изменчивости у мужчин (и самцов вообще) – один из камней преткновения между биологами и социальными антропологами. Впрочем, в своей статье Хилл в сущности не пытался занять чью-либо сторону в этом жарком споре, он лишь описал математическую модель, в условиях которой повышенная изменчивость у мужчин может быть эволюционным преимуществом. При этом Хилл и его соавторы не настаивали, что эта модель соответствует реальности.

Работу приняли к публикации в журнале Mathematical Intelligencer, в котором выходят статьи по широкому кругу вопросов приложений математики. Она прошла несколько рецензентов, вычитана корректорами и начисто набрана. Однако в очередном номере журнала статья так и не появилась. Дело в том, что соавтор Хилла, профессор математики из университета Пенсильвании, выложил ее препринт у себя на сайте. Текст привлек определенное внимание, и математик Эми Вилкинсон обратилась к главному редактору Mathematical Intelligencer с резкой критикой “неоднозначной” и “слишком упрощающей проблему” статьи. Далее версии сторон расходятся: Хилл уверяет, что журнал снял текст с публикацией под давлением Вилкинсон, она в свою очередь настаивает, что лишь попросила сопроводить публикацию комментарием “другой стороны”.

Через некоторое время Хиллу (соавторы уже отказались участвовать в публикации) предложили отдать статью в другой реферируемый журнал, New York Journal of Mathematics, тематически более близкой к чистой математике. Работа вновь прошла рецензента, была принята журналом и опубликована в электронном виде. Но через три дня она исчезла с сайта журнала: по тому же адресу открывалась совершенно другая статья, не имевшая отношения к работе Теда Хилла. Оказалось, главный редактор удалил материал с сайта под давлением редакционного совета, половина из которого пригрозила в противном случае выходом из него. Один из членов совета – муж Эми Вилкинсон.

Реакция на эту историю в академическом сообществе оказалась противоречивой. С одной стороны, многие посчитали ее опасным прецедентом: уже принятые к публикации и прошедшие рецензентов статьи, вообще говоря, не снимаются из научных журналов. А значит, дело было действительно в политическом давлении или, во всяком случае, в страхе редакторов перед политической реакцией на математическую статью.

С другой стороны, многие отметили, что модель, предложенная Хиллом, тривиальна и очень далека от реальности, а математическая часть работы достаточно примитивна, так что только на этих, чисто научных основаниях редакторы не должны были принимать работу с самого начала. Сам Тед Хилл, описавший свою версию событий в открытом письме, заявил, что обескуражен ситуацией, но не боится последствий для своей карьеры. “К счастью для меня, я на пенсии и запугать меня намного сложнее [чем других ученых] – одно из преимуществ у ветерана войны во Вьетнаме и бывшего рейнджера американской армии”, – написал Тед Хилл.

* * *

Вопросы, поднятые публикацией Плакроуз, Богоссяна и Линдси, имеют под собой реальные основания: научная публицистика находится в кризисе и требует реформы, об этом регулярно рассуждают ведущие мировые ученые, например, лауреат Филдсовской медали, математик Тимоти Гауэрз. Низкое качество реферирования, отсутствие приоритета научной ценности над остальными соображениями, предвзятость и оппортунизм в науке – проблемы, которые академическому миру необходимо решить в ближайшее время и сообща. Но атака авторов эксперимента, заслуженных ученых, которые, впрочем, не скрывают свою принадлежность к скептически-рациональному лагерю, на целые научные области, которым посвятили себя многие тысячи их коллег-исследователей, вряд ли поможет необходимой реформе. “Научная война”, в которой нет места взаимопониманию, только разгорелась с новой силой.

Автор: Сергей Добрынин; Радио Свобода

Читайте также: