Семейное дело. Глава семьи и сыновья сели в тюрьму за расправу над убийцей дочери и сестры

…Спрятавшись в подворотне, мужчина кого-то упорно поджидал, всматриваясь в ночную темень. Рука судорожно сжимала спрятанный под подолом ветровки… топор. Единственный уличный фонарь осветил спешащего молодого человека. Едва парень ступил в подъезд, как мужчина покинул свое укрытие и направился следом. Утром следующего дня жильцы с трудом узнали в изуродованном с изрубленным черепом трупе своего соседа.

…Никогда не думал Сергей Сташко, что, пройдя Афган, вернувшись живым и здоровым домой, невольно станет на тихой и мирной родине преступником. И не простым преступником, а убийцей. По крайней мере, именно так его определили на следствии.

Тот далекий майский день не предвещал беды. Получив путевой лист, Сергей вырулил на дорогу. Четко и отлаженно работал двигатель, светило весеннее солнце. Удар и рывок телеги — как гром среди ясного неба. Остановив трактор, Сергей выскочил из кабины и ужаснулся — под колесами в луже растекающейся крови лежала девочка лет десяти. Рядом валялся искореженный велосипед. Лена Малиновская (так звали потерпевшую) захотела обогнать на своем двухколесном коне еле ползущий тихоход. Завершить обгон помешал появившийся из-за поворота встречный автомобиль. Заехав в промежуток между трактором и прицепом, девочка угодила под колеса телеги.

До больницы было не больше сотни метров. Именно туда на руках занес Сергей пострадавшую и долго еще не отходил от дверей операционной. Увы, через два часа девочка скончалась, не приходя в сознание.

Приговор суда для Сергея был суров. Бывший воин-интернационалист отправлялся на четыре года «химии» в одну из комендатур города Мозыря. Родители Лены решили, что этот вердикт слишком мягок, полетели жалобы в высшие судебные инстанции вплоть до министерства юстиции. А еще раньше у мужской половины семейства Малиновских начал созревать план мести за загубленную родственную душу.

— Ты — покойник, — бросил в конце судебного заседания старший из братьев Лены. Как оказалось, это были не пустые слова.

* * *

…Под всеобщее улюлюканье и гогот разношерстная полупьяная толпа молодых людей вывалила из подъезда. Поводом для пьянки послужила отправка Андрея Малиновского, младшего из четверых братьев, в "рекруты". Последний вечер гулял пацан на "гражданке". Уже следующим утром он должен был быть на призывном пункте. Поэтому и заливал горло, не жалея спиртного ни для себя, ни для друзей, которых, помимо четверых Малиновских, набралось не меньше десятка. Разомлев от выпитого в душной квартире, банкет решили продолжить на лоне природы, набив снедью с праздничного стола две объемные дорожные сумки.

— Здесь, — Андрей показал в сторону све-тящегося окна на втором этаже старенькой трёхэтажки и запнулся, вспоминая, что именно он хотел этим сказать.
— Что там? — поинтересовался один из дружков.
— А, пошли. Скотина там одна живет. Сидит он сейчас. Гадом буду, из армии приду, порешу.

Поутихшая компания направилась дальше. Все знали, кто именно там живет и почему у Малиновского-младшего к нему такое отношение. Тишину прервал Павел, второй по старшинству из семейства:
— А я, кажись, вчера видел его в баре. Хвастал пьяным лохам, каким крутым зэком заделался.

Глаза Андрея стали наливаться кровью. Даже Павел пожалел, что ляпнул лишнего.
— Крутым, говоришь, стал. — Парень схватил валявшийся кирпич. — Да я его крутизну быстро вышибу!

Описав в воздухе дугу, кирпич угодил в оконную раму этажом выше. Послышался звон стекла. Дружкам ничего не оставалось, как уносить ноги, пока не нагрянула милиция. Для Андрея вечер был испорчен. Друзья пили, веселились, а он, уставившись в одну точку, упорно молчал, изредка опрокидывая подносимый стакан. События четырехлетней давности заново воскресли а памяти юнца.

— Да брось ты, мы же остаемся. Разберемся сами, клянусь, — это уже стучал кулаком в грудь Антон Малиновский, тот самый, который определил на суде обидчика семьи в покойники.
— Нет, если не убить, то хоть наказать его надо сегодня же, — не успокаивался юный мститель.
— Сегодня так сегодня. А что, братва, не набить ли нам морду этому слизняку? По-моему, повод есть, — Антон окинул взглядом компанию. Возражений не поступило. Все дружно поднялись и направились к дому своего врага. На переговоры отправили соседа.

— Серега, дело есть. Малиновские пришли мировую с тобой выпить, выйди на минутку, — лепетал паренек, пытаясь выманить Сташко на улицу.
— Давно пора, сейчас спущусь, — бросил Сергей.

Вновь на опушке леса начала набирать обороты затухшая пьянка.
— Ребята, сами ж понимаете, не специально я, случайно все получилось, — Сташко взял предложенный Антоном стакан и поднес к губам.
— А нам все равно, Аленки нет, и ты за это ответишь, — не выдержал затянувшегося перемирия Андрей и с яростью нанес удар по подбородку Сергея.
— Ее черви точат, а ты жизни радуешься!

Несмотря на то что Сташко был застигнут врасплох, он все же успел вскочить на ноги и приготовиться к защите; нападавший получил по физиономии. Но это только усугубило положение. За братом поднялось все семейство Малиновских, присоединились некоторые из дружков. На Сергея с разных сторон посыпался шквал ударов, и вскоре он был повержен на землю. Добивали ногами. Сташко уже лежал без сознания, а Андрей все продолжал молотить неподвижное тело.

— Что теперь будем делать? — разбушевавшийся молокосос повернулся к подельникам.
— Надо в чувство привести, если не загнулся, — Антон наклонился над жертвой. — Все нормально, дышит.
— Тогда подай головню из костра, подпалим задницу, подскочит, как миленький, — Андрей загоготал от своей звериной шутки.

Не дождавшись такой услуги от дружков, он сам подошел к огню, выбрал наполовину обгоревшее полено и приставил к ягодице Сташко. В воздухе запахло паленым мясом.
— Не действует, тащи его к костру.
Подхватив полуживое тело, изуверы бросили его возле кострища, Антон взял руку Сергея и засунул в огонь.
— Ага, зашевелился, — оскалился Малиновский-старший, глядя, как стал извиваться и корчиться от боли Сташко. Ладонь моментально стала обугливаться, загорелся рукав куртки.
— Ладно, пускай охладится. Андрей, помоги, — братья вновь подняли жертву и понесли к ближайшему каналу. Всплеск воды потревожил монотонный лягушачий хор…

* * *
Вопреки всему, Сергей выжил. Канал был мелким, и парень не захлебнулся. Врачи долго боролись за его жизнь. Пришлось ампутировать три пальца. То, что осталось от руки после «термической обработки», мало чем напоминало человеческую конечность.

Поначалу, придя в сознание, Сергей не выдал своих мучителей. Но они сами напросились на статью уголовного кодекса. Узнав, что жертва жива и поправляется, братья Малиновские заявились в больницу и грозно предупредили: в случае огласки деталей той кошмарной ночи они доведут начатое до конца. В тот же день у следователя прокуратуры раздался телефонный звонок. Уголовное дело было возбуждено в отношении Антона, Павла и Андрея Малиновских. Последнего пришлось отзывать из рядов Вооруженных Сил.

Теперь подследственные потеряли уверенность в своей удали. Как драные крысы явились они к уже выписавшемуся из больницы Сташко, на коленях умоляли забрать заявление, предлагая за искалеченное здоровье огромные деньги, соглашаясь на любые условия. Но парень не потерял чувства собственного достоинства, дав понять, что мерзавцы ответят по всей строгости закона.

И вновь угрозы. В конце концов подонков пришлось до суда заключить под стражу. Вот тут-то за день до начала судебного заседания ситуацию решил изменить отец подследственных, Михаил Малиновский. Выпив для храбрости почти бутылку водки, взяв заранее наточенный топор, он направился на расправу…

* * *
Сергей даже не успел сообразить, что к чему. Остро отточенная сталь почти раскроила череп надвое. Но убийца, желая убедиться, что жертва уже не встанет, долго еще махал топором. Замыв в ближайшей луже топор, душегуб не спеша побрел домой.

— Он погубил мою дочь. Теперь хотел погубить и сыновей. Я отец и должен был его остановить. Это мой долг, — твердил на следствии Михаил Малиновский. Самое страшное, что он убежден, что поступил правильно.

* * *
P.S. Четырнадцать лет проведет за решеткой убийца. Никто приговор не обжаловал. Братья так же приговорены к разным тюремным срокам — от четырех до восьми лет. Не остались без внимания и некоторые из друзей, что были с мерзавцами в тот вечер. Правда, они отделались условными наказаниями. И вот сидит у окна одинокая женщина, и некому ей стереть слезу. Мужа она увидит ох как нескоро. Да и сыновья в ближайшее время не вернутся…

Алекс Лоев, Белоруссия, Криминал

Читайте также: