Метки: красный террор

«Зона»: как французский портной поверил Сталину и попал в ГУЛАГ

Он поверил сталинской пропаганде и в 1947 году с женой и тремя детьми переехал из Бургундии в Беларусь. Но вместо «советского рая» оказался в ГУЛАГе, а его семье выживала семья в голодные послевоенные годы.

Три истории из жизни заключенного в колымском ГУЛАГе

В своем повествовании  заключенный ГУЛАГа вспоминает  о том, как его падение в шурф приняли за побег из лагеря. О том, как его бросили в бараке для умирающих и как провел в ШИЗО за «побег» 13 суток.

Почему в СССР спецслужбы сводили с ума людей, за которыми следили, и как советская власть бомбила Воронеж

Архив УССР, хранящийся в СБУ, открывает не только местные тайны. Надо понимать, что архив любой республики внутри Советского Союза имел документы центрального производства — приказы, распоряжения, циркуляры, которые были обязательными для выполнения по всей стране.

«Такого Киев не видел со времен монголо-татарского нашествия ХIII века»

В январе 1918 года большевики впервые захватили Киев и все три недели, пока город был в их власти, грабили и убивали местных жителей. «Такого Киев не видел со времен монголо-татарского нашествия ХIII века». Это сравнение неоднократно встречается в воспоминаниях киевлян, которым довелось своими глазами видеть первый приход московских “освободителей” рабочего класса в их город в начале 1918 года.

Все слышали эту рождественскую мелодию, но мало кто знает убитого чекистами композитора

В рождественские дни каждый хоть раз слышал эту мелодию — она звучит в магазинах, на улицах, в церквях и даже в кинотеатрах. Это одна из самых популярных и узнаваемых мелодий во всем мире. Написал ее Николай Дмитриевич Леонтович, украинский композитор, хоровой дирижер, общественный деятель, педагог.

Как сложилась судьба тех чекистов, которые пытались остановить репрессии

В первые десятилетия советской власти, в годы «красного террора», среди сотрудников госбезопасности были и те, кто выступал против массовых репрессий, находя подобные методы неприемлемыми. При этом такие люди могли искренне верить в «перегибы на местах» и оставаться преданными режиму. Рассказываем, как сложилась судьба чекистов, пытавшихся остановить репрессии.