Осторожно! Во дворе злая и дурная собака. Частная охрана в России: состояние и перспективы

Сегодня охранные структуры занимают колоссальный сегмент российского рынка занятости. Фигуры в полувоенной форме стали привычным элементом городского пейзажа — с ними встречаешься ежедневно и повсеместно: в офисах и присутственных местах, магазинах и на рынках, в больницах и школах. Их количество даже больше, чем кажется на первый взгляд, — работают они посменно.

Конечно, этому явлению есть вполне объективные причины: кризис, сложная и неопределённая ситуация в стране, правоохранительные органы работают недостаточно эффективно, а высокий уровень преступности и связанные с ним риски сохраняются независимо от их отражения в сводках официальной статистики. Но всё-таки численность сторожей чужой собственности представляется просто ненормальной. По сути, при наличии МВД и ВОХР в стране создана и функционирует ещё одна, параллельная армия.

Армия для внутреннего употребления

По оценкам самих представителей охранного бизнеса, с учётом нелицензированного персонала количество занятых в этой сфере превышает 1 млн человек. Вдумаемся в эти цифры. Вместо того чтобы работать в реальном секторе экономики (системе образования, производстве и сельском хозяйстве), масса физически здоровых, по большей части молодых и крепких мужчин отсиживает смены на проходных. В то самое время, как правительственные чиновники заявляют, что стране нужны трудовые ресурсы и нет иного выхода, кроме повышения пенсионного возраста, сокращения социальных выплат и массового ввоза иноземных гастарбайтеров.

Особенно интересная картина получается при изучении динамики показателей: оказывается, в «стабильные двухтысячные» в стране в три раза больше охраны, чем в «лихие девяностые»! По количеству охранников и их вооружённости Россия уже вышла на одно из первых мест в мире. Впрочем, стоит ли этим гордиться?

Конечно, нам рассказывают, что ЧОПы выполняют «важные социальные функции»: создают новые рабочие места и обеспечивают безопасность. Но на самом деле не всё так однозначно. Несмотря на значительные финансовые затраты (с 2005 года объём рынка охранных услуг увеличился с 4 до 7 млрд долларов), качество и эффективность деятельности частных охранников оставляют желать лучшего.

Так, в 2010 году 663 тыс. «секьюрити» сумели пресечь лишь 11% преступлений и посягательств на охраняемые объекты (282 из 2538 случаев). Для сравнения: в том же 2010 году 157 тыс. сотрудников вневедомственной охраны милиции предотвратили более 86 тыс. преступлений. Несколько лучше «чопики» справляются с мелкими административными правонарушениями (предотвращают 15—16 тыс. случаев в год), но и здесь не обходится без эксцессов: с одной стороны, охранники способны жестоко избить нарушившую режим пациентку больницы, школьную учительницу, довести до сердечного приступа пенсионерку, задержанную за два вынесенных из магазина плавленых сырка. С другой — такие «профессионалы» могут проспать даже собственные пистолеты (за последние несколько лет сотрудниками охранно-сыскных структур потеряно и утрачено 375 единиц служебного оружия).

В этих условиях можно было бы только приветствовать наведение порядка в правоохранительной сфере, но содержание «медвежьих» предложений и преобразований вызывает недоумение.

В январе 2010 года вступили в силу поправки в законодательство о частной охранной и детективной деятельности. Перед этим массмедиа были заполнены сообщениями о том, что это конец для охранного бизнеса, пестрели страшилками и паническими заголовками наподобие «ЧОПы разоружили и раздели». Давайте посмотрим, что получилось в итоге.

…А получилось — как всегда

На первый взгляд всё осталось на своих местах: в течение 2010 года численность лицензированных охранников уменьшилась на 8% (с 718,7 до 662,5 тыс. человек), а их вооружённость — на 0,7% (с 100,5 до 99,8 тыс. стволов). Очень гуманно в сравнении с реформой милиции, которую власти решили сократить сразу на 20%. Однако наиболее интересны внутренние, структурные изменения в сфере обеспечения безопасности: после переименования ЧОПов в ЧОО охранные фирмы по сути встроили в вертикаль власти.

Из системы охраны убрали случайных людей. Ранее небольшие охранные фирмы нередко открывали пенсионеры МВД и отставные военные — в виде семейного бизнеса или совместно с сослуживцами. Стартовым капиталом служили личные сбережения, заложенная машина или дача. Сейчас для этого нужны миллионы: только в «неприкосновенный» уставной капитал нужно внести 250 тыс. рублей наличными, не считая расходов на оформление лицензии, аренду офиса, обустройство КХО, обязательное страхование и обучение сотрудников, их экипировку и снаряжение. Таким образом, лицензирование перекрыло вход на рынок для новых участников.

Впрочем, достаточно войти в интернет, чтобы убедиться: если для мелких и средних предпринимателей расходы совершенно неподъёмные, то для воротил из крупного бизнеса оставлена лазейка в виде вторичного рынка торговли охранными фирмами, получившими лицензии до 1 января 2010 года. А «естественным монополиям» («Газпром», «Транснефть» и т.п.) и вовсе предоставлен особый порядок организации охранных структур.

Оружие, которое отныне выдаётся только в аренду, означает зависимость охранной фирмы (причём не только от руководства местного ОВД). Возможность его изъятия без решения суда позволяет в любой момент парализовать деятельность, то есть разорить ЧОО. Ведь если фирма и выживет, её сотрудники могут работать разве что в роли вахтёров, а репутация у клиентов безнадёжно пострадает. Никто не станет иметь дело с «изгоем».

При этом по-прежнему остаётся нерешённой проблема кооперации ЧОПов и организованной преступности. Незадолго до реформы эксперты МВД РФ писали, что 84% опрошенных следственных и оперативных работников отмечали использование преступниками в качестве документов «прикрытия» удостоверений сотрудников охранных фирм, «треть указанных документов… были подлинными, что наводит на определённые размышления». Тем не менее лжеохранные фирмы, созданные на Ставрополье бандой Цапка («Центурион-плюс») и в Башкирии — бандой братьев Аглиуллиных, успешно прошли переаттестацию.

Наконец, серьёзное беспокойство вызывает сращивание охранных предприятий с местной властью. В первую очередь для руководства ЧОО характерно стремление под предлогом «непрофессионализма» вытеснить из сферы охраны правопорядка общественные организации, «сесть на госзаказ», а впоследствии компенсировать свои расходы из бюджетных средств. Одним из первых по этому пути пошёл пермский ЧОП «Око», в 2005 году образовавший «добровольную народную дружину». В середине 2009 года в Астрахани «народными дружинниками» стали 100 сотрудников ЧОП «Волга-щит», а в Рязани — охранники ЧОП «Лига безопасности». В Петербурге в 2010-м был создан некий Центр охраны общественного порядка, объединивший 147 аттестованных дружинников и 154 частных охранника. Однако практика применения этих структур ставит вопрос о целесообразности их существования.

И дело не в объёмах «компенсационных» затрат. Ночью 30 июня 2010-го в Калининграде 50 охранников ЧОП «Кобра» «в порядке самообороны» разгромили палаточный лагерь защитников Ялтинского парка, протестовавших против начала строительства в зоне отдыха, избили их палками, а у женщины вырвали с мясом серёжку из уха. В сентябре 2010-го в Серпухове охранники ЧОП «Звезда» пытались устроить провокации на митинге в парке «Питомник».

Вот так, незаметно и постепенно, наёмные охранники становятся инструментом для силового разрешения хозяйственно-правовых споров, подавления политической активности и удовлетворения личных амбиций провинциальных наполеончиков. Как повлияет на «чопики» получение новых прав по досмотру граждан в общественных местах — остаётся лишь предполагать, но ни к чему хорошему это, скорее всего, не приведёт.

Дополнения:

1) по структуре утраченного служебного оружия в 2000—2010-м можно дополнить следующее:

— количественно преобладает короткоствольное, в том числе 7 шт. пистолетов ПМ; не менее 190 пистолетов ИЖ-71; 4 шт. пистолетов ИЖ-71-100; 2 шт. пистолетов-карабинов ПКСК; 1 шт. 9-мм револьвер;

— не менее 30 шт. ружей, в том числе не менее 20 шт. полуавтоматов «Сайга» различных модификаций (в том числе 14 шт. «Сайга-410К»; 3 шт. «Сайга-20» и «Сайга-20СВ»); остальное — помповые: 2 шт. ИЖ-81; 2 шт. МР-133С; 1 шт. «Бекас»; 1 шт. «Ремингтон»; 1 шт. «Моссберг»;

— не менее 2 шт. автоматического: АКС-74 и АКС-74У (у инкассаторов коммерческих банков, но здесь стоит учесть, что при нападении на них преступников в первую очередь интересует не оружие, а перевозимые ими денежные средства и ценности);

— травматическое и газовое оружие теряют в значительно меньшем количестве: 1 шт. MP-471; 1 шт. MP-461; 2 шт. ПБ-4 ОСА; 3 шт. ИЖ-79-9Т + 5 шт. ИЖ-79-8 и 3 газовых пистолета. Во-первых, потому что в деятельности ЧОПов оно встречается значительно реже. А во-вторых, в связи с тем, что большая часть используемого ЧОПами гражданского оружия самообороны находится в личной собственности охранников и используется ими на общегражданских основаниях.

По поводу перспектив охранно-сыскных структур в РФ:

— в связи с сокращением МВД на ЧОПы хотят переложить часть функций по обеспечению общественной и «антитеррористической» безопасности;

— на местном уровне ЧОПы укрупняются, идёт их преобразование в «холдинги безопасности», в том числе с наличием законодательного лобби в местных и региональных легислатурах;

— ЧОПы не имеют права разгонять митинги, демонстрации и т.п., но им разрешено обеспечивать безопасность места проведения и участников санкционированных митингов и т.п. от участников несанкционированных акций;

— ЧОПы отстаивают идею создания ЧВК (частных военных компаний), получили право на приобретение бронетехники (со снятым вооружением, для использования в качестве инкассаторских машин и т.п.);

— с 1996 года с переменным успехом идёт продвижение идеи о возможности вооружения ЧОПов автоматическим оружием (ранее, до 01.07.1996, некоторые лица могли получить автоматы Калашникова в аренду у МВД, а для VIP-персон этой проблемы не существовало вообще: по крайней мере есть упоминания о CZ vz.61 у охраны Гусинского, автоматах иностранного производства у охраны Березовского и т.д.).

В качестве примера можно упомянуть то, как на рубеже 1995—1996 годов на базе АКС-74У был разработан пистолет-пулемёт ПП-19 «Бизон-2-07» под служебный патрон 9х17 мм с магазином на 64 патрона, но в его сертификации МВД отказало.

В 2005 году предельно укороченный образец вновь безуспешно попытались сертифицировать под наименованием «короткоствольное служебное оружие КСО-1». В 2010 году его вариант с удлинённым стволом, прикладом и магазином на 10 патронов вновь попытались сертифицировать как «спортивно-тренировочный карабин».

Автор:  Владимир Щербань  , Частный корреспондент

Читайте также: