Расстрел за «кэш» — актуальная история для Нацбанка

Несмотря на уверения Нацбанка, что у украинцев растет интерес к гривне, статистика показывает, что только в январе 2013 г. украинцы купили инвалюты на $200 млн. больше, чем продали. На этом фоне инициативы НБУ вроде 15% сбора на продажу валюты или ограничения наличных расчетов настораживают – а не начнет ли государство «закручивать гайки» в стиле красноармейских атак на капитал.

В период «военного коммунизма» 1918-1921 гг. действовал запрет на хранение и любые операции с золотом, серебром, платиной, иностранной валютой. Изъятие государством драгоценных металлов и валюты привели к тому, что многие украинцы припрятали свои запасы до лучших времен и по необходимости обращались к нелегальным «валютчикам» для размена.

Кстати, в то время подобные операции приравнивались к контрреволюции и карались принудительными работами, конфискацией имущества и высылкой в концлагеря на срок от 10 лет. К профессиональным «валютчикам» применялся расстрел как «высшая мера социальной защиты», однако «черный рынок» продолжал существовать.

Не умер он и с появлением легальных бирж во время проведения новой экономической политики (НЭПа) в 1920-х гг. Напомним, что неконтролируемая печать денег в течение гражданской войны привела к гиперинфляции в послевоенное время: так, только в 1922 г. потребительские цены выросли в 81 раз. В связи с этим правительство договорилось о выпуске новых денег – червонцев, а обесценивающиеся совзнаки (с 1919 г. — самая ходовая ден. единица) использовались для их размена.

Но из-за разницы в «весе» старых и новых денег, в стране возникла нехватка разменных денег. Предприятия стали выдавать зарплату на группы работников по 10-15 чел. «Черные» биржи оказались в полулегальном положении — незарегистрированные сделки были запрещены, однако там существовал наиболее реальный курс на валюту, золото и ценные бумаги; туда обращались как государственные учреждения, так и частные лица.

Однако «черная» биржа оставалась «черной», поэтому за размен денег валютчики требовали комиссию, которая колебалась от 10 до 40% от суммы сделки, то есть, с 15 червонцев торговцы забирали себе от 1,5 до 6 в зависимости от уровня недостачи разменных денег.

Многие торговцы «черной биржи» прибегали к обману и фальсификациям, к примеру, искусственно занижали цену на покупаемую валюту. Если купюра была слегка запачканной или «замусоленной», продавцы делали вид, что не могут ее купить, ссылаясь на то, что в таком состоянии ее «не примет банк», однако позже разрешали себя уговорить и покупали ее «на риск», «из сочувствия» — но по существенно сниженной цене.

«Есть и такие ловкие люди, которые, продав нуждающемуся пятичервонную купюру, с потрясающей ловкостью вручают ему в руки одночервонную. Или, продав 10 червонцев по одному, ухитряются положить настоящие деньги только сверху, а под низ кладут обыкновенную писчую бумагу» — писал один из журналистов середины 20-х гг.

Кроме того, из-за полулегального положения «черных» бирж торговцы получали широкие возможности для шантажа. Валютчики могли предложить посетителям продавать принесенные для размена деньги по заниженной цене и, если те отказывались, сообщали о попытке «незаконной» операции надзирателям из финансовых органов, которые были приставлены к биржам. Таким образом, торговцы могли получать лишнюю прибыль, а «финансовые патрули» выполняли план по штрафам.

А в текущем году отечественный Нацбанк готовится ограничить расчеты «кэшем». В самом финучреждении убеждают, что это ограничение входит в программу стимулирования безналичных расчетов, которая упростит жизнь населению, снизит уровень коррупции и теневых операций в стране, а заодно, как прогнозирует экс-глава Нацбанка и нынешний первый-вице-премьер-министр Сергей Арбузов, прибавит 1,5% роста экономике.

Действительно, безналичные средства обходятся дешевле и экономят ресурсы, однако только при достаточной подготовке. Кроме того, если ограничения покажутся украинцам чрезмерными, то немалая часть населения может вспомнить, как они обходили валютные ограничения в 90-х гг., а некоторые – и вернуться к методам своих «рисковых» прадедов, живших при «военном коммунизме» и НЭПе.

Автор: Валерия Вольвач,  UGMK 

Читайте также: