Тюремный срок за торрент-файлы: что нужно, чтобы сесть

Можно ли сесть в тюрьму из-за торрентов, и что для этого нужно? Обвинители по делу семьи Лопуховых из России пытаются доказать, что можно: достаточно лишь выложить торрент-файлы на трекер. На сайте при этом должна быть система оплаты, впрочем, не обязательно за скачивание. Например, за повышение рейтинга пользователя. И дело готово. Остается только найти свидетелей.

Вот с ними и с их показаниями в деле Лопуховых все время проблемы. В суд является лишь малая часть, да и те предпочитают ничего не помнить. Кроме того, уже второй из свидетелей заявляет о недопустимом и грубом поведении оперативных сотрудников.

Муж и жена – Андрей и Надежда Лопуховы стали первыми, кого правоохранительные органы пытаются посадить за распространение торрент-файлов по ч.3 ст. 146 (нарушение авторских и смежных прав — до шести лет лишения свободы). Как считает следствие, с апреля 2007 года по сентябрь 2008 Лопуховы разместили на сайтах «interfilm.ru» и «puzkarapuz.ru» около 30 фильмов и мультфильмов и брали деньги за их скачивание — через электронные платежи и sms. Впрочем, согласно показаниям уже опрошенных свидетелей, фильмы можно было скачивать бесплатно. Потерпевшими стали больше 10 правообладателей, а ущерб следствие определило в 750 млн руб. — по схеме «стоимость прав устанавливается по собственному усмотрению правообладателя».

В процессе сменился обвинитель – теперь это Константин Судаков. Он же бодро продолжил состоявшийся в пятницу в Тимирязевском районном суде допрос оставшихся свидетелей.

Фото с сайта sergeykalenik.livejournal.com

Виталий Карымов пользовался сайтом «Interfilm» — скачивал оттуда фильмы через торрент-программу.

— Сколько скачали фильмов? Какое было качество, звук, дублированный или одноголосый перевод? – деловито и строго спросил прокурор.

— Два. Бесплатно. Просмотрел и удалил. Качество не помню уже, четыре года прошло, — не растерялся свидетель.

Адвокат Лопуховых Саркис Дарбинян попросил уточнить, были ли на сайте сами фильмы – объекты авторских прав или что-то иное.

— Там были предложения скачать торрент-файл, — объяснил свидетель.

— И объект авторского права образовывался в итоге на компьютере в итоге соединения скачиваемых сегментов, находящихся у разных пользователей? – спросил Дарбинян.

— Да. Сам тоже какое-то время, получается, раздавал. Что касается денег — на ресурсе были vip-пользователи, что-то делали с рейтингом за оплату, но так ресурс сам был бесплатный, — сказал Карымов и пояснил, что «того компьютера с теми фильмами не осталось».

— Услышал, что такое началось, и удалил. А если бы не услышал про дело, то продолжал бы пользоваться торрентами, это же не запрещено. Но сайт закрылся, — сказал он.

— А вы скачивали фильмы, которые уже были в прокате или нет? — поинтересовался прокурор.

— Не помню. Но точно такие же фильмы были и на других трекерах, — ответил Карымов.

Другой свидетель — Владислав Щербаков — работал в 2008 году на рекламном сервисе для обмена трафиком «gnezdo.ru». Для начала прокурор поинтересовался, «регистрировал ли Щербаков электронные кошельки», а затем спросил, сотрудничали ли они с сайтом «puz-karapuz». Электронный кошелек у свидетеля был, а про сайт он не помнил.

— Мы сотрудничали с десятками сайтов, наш сервис был для обмена среди площадок женской тематики. Сейчас он работает уже по другой схеме, — рассказал Щербаков.

Он также объяснил, что денежный оборот происходит за продажу трафика.

— Трафик – это переходы по сайтам пользователей в интернете. Каждый сайт может продать или купить эти переходы. Денежные средства – за переходы на другие сайты. Сервис зарегистрирован был для того, чтобы предоставлять сайтам возможность обмена трафиком, – пояснил свидетель по просьбе судьи Марии Акановой. — Другие сайты размещали наш рекламный блок – для того, чтобы получить возможность обмениваться трафиком. Платежи за блок не идут, только за клики и переходы.

Щербаков также сказал, что проверяет сайты перед тем, как с ними сотрудничать.

Свидетель Владимир Андреев рассказал, что покупает в небольших количествах электронные деньги.

— Я жил недалеко от Андрея [Лопухова], кто-то дал ему мои контакты. Он несколько раз заезжал – раз пять, продавал электронные деньги. Суммы были небольшие – по 5000-10 000 руб. Я с удовольствием их покупал. Он мне их отправлял, приезжал, я отдавал наличные, а он мне сообщал код протекции. Вводя код в «кипер», я получал деньги на кошелек. Когда у меня появились в квартире оперативники, для меня это было полной неожиданностью.

Их было двое – мужчина и женщина. Меня спросили, знаю ли я Лопуховых. Я обычно паспортные данные записываю, так что данные Андрея у меня были. Других Лопуховых в моем окружении не было. Посыпались вопросы – кто, чего, какие суммы. Я им дал все информацию. И подписал протокол. Команда оперативных сотрудников оставила не очень лестное впечатление – грубоватые, — отметил свидетель.

— Электронные кошельки у вас были? Сколько? – спросил прокурор.

— Вы, наверное, не совсем понимаете. У меня аттестатов в WebMoney три, работающий один. Но при этом «киперов», что вы, видимо, называете кошельком, может быть в каждом аттестате рублевых штуки четыре, долларовых и по каждой валюте – подсчитать их я не могу, — развел руками Андреев.

— Предлагал ли вам подсудимый посетить сайт «Interfilm»? – грозно продолжил обвинитель.

— Когда оперативники приехали, я спросил, что случилось. Они мне сказали это название, а потом вспомнил, что читал в новостях в интернете про этот сайт и фигурировала фамилия Лопухов. Я подумал, что однофамилец. Был удивлен, что это оказался тот самый Андрей Лопухов. Не помню – предлагал или нет, — сказал Андреев.

По просьбе адвоката свидетель уточнил, что всего у него было сотни две клиентов.

— Слово «клиенты» не совсем подходит – разовые партнеры. Как таковой системной услуги нет. Купить с рук электронные деньги раньше было дешевле — обменные пункты брали за услуги довольно ощутимые проценты. У меня всегда было требование, чтобы человек писал номер паспорта и фамилию. Когда приезжал, он должен был показать паспорт с этим номером, — рассказывал свидетель.

— А каким образом вы проверяли подлинность паспорта? Можете отличить поддельный? – иронично спросила судья.

— Я могу себя назвать профессионалом в области проверки паспортов – шесть лет с этим работал. Могу отличить подделку. Но ни один специалист не может без инструментов на 100% определить подлинность, — ответил Андреев.

— Так сколько у вас было электронных кошельков? Вопрос был задан все же правильно, — продолжала судья Аканова.

— Ну, штук 20-30 – если именно кошельков. Обычно, просто, когда спрашивают про кошелек, имеют в виду кипер. Даже оперативники управления «К» не понимали, что такое кошелек, а что такое кипер – я им объяснял. Писал протокол я, а не они. Отчасти под диктовочку… Вообще, они грубо ко мне вломились, спасибо хоть портки позволили надеть, что называется, — говорил свидетель.

— А оговорку–то сделали про протокол? Каждый специалист все же в своей области. На действия оперативных сотрудников вы могли написать жалобу, – сказала судья.

Когда огласили показания, оказалось, что раньше Андреев говорил, что Лопухов предлагал ему посетить «Interfilm». При этом два листа свидетель не опознал – оказались написаны не его почерком, но им подписаны.

— Замечания делали на протокол? Вам угрожали? Шантажировали? Почему вы подписали, а не пожаловались? – удивлялась судья.

— Ну, можно сказать, что на меня давили. Было настойчивое требование скорее подписать протокол, — пояснил свидетель. Оказалось, что во время второго допроса у него не было технической возможности предоставить историю платежей Лопухова и следователи показали ему свою таблицу, которую и попросили подписать.

— Была возможность отказаться? – спросила судья.

— Я не рассматривал такую возможность. Меня подняли спящим. Следователи меня не вызывали, приезжали сами в первый и во второй раз – как снег на голову. Хотя были до этого странные телефонные звонки – позвонят и молчат в трубку. Наверное, проверяли, — предположил Андреев.

В деле оказался и протокол третьего допроса, также написанный не рукой свидетеля. Андреев заявил, что его допрашивали два раза. Адвокат Лопуховых заявил было ходатайство о признании третьего протокола недопустимым, но затем решил это сделать позже и в письменном виде.

— С учетом неявки свидетелей прошу остальных огласить, — заявил прокурор.

Защитник и подсудимые возражали. Суд постановил частично ходатайство удовлетворить и зачитать протоколы допросов свидетелей, которые сообщили о невозможности явки.

Показания двоих свидетелей обвинения из Молдовы – Виктора Гули и Анатолия Урсуляка – были краткими. Кто мог получать оперировать от его имени деньгами в интернете Гуля не знал, да и компьютера у него не было. Урсуляка он тоже не знал. А вот Урсуляк Гулю знал, при этом ни разу не пользовался интернетом, не скачивал фильмы. Каким образом на его данные был зарегистрирован электронный кошелек, он понятия не имел.

Дмитрий Кондратьев, которому в момент предполагаемого совершения преступления было 13 лет, помогал администрировать сайт «puz-karapuz». «В 2008 году начал оказывать техподдержку, об этом попросила администратор Надежда, с которой я случайно познакомился. Это было как хобби», — оглашал показания прокурор.

Надежда — тезка подсудимой — согласно показаниям Кондратьева, «вроде оплачивала хостинг в Голландии и является создателем сайта». Также с ним общались по поводу поддержки люди с никнеймами Ripper и «Shturman» — по версии следствия, под ними скрывались Лопуховы. «Shturman» представлялся Денисом. В какой-то момент Кондратьев по просьбе правообладателя удалил несколько ссылок на файлообменники с программами – об этом договорились по ICQ.

Потом в том же ICQ вдруг последовали угрозы от «Штурмана». Он писал, что если Кондратьев не поставит обратно программы, то «достанет его из-под земли», «нам крысы не нужны», «все на тебя повесим ментам и «Interfilm» тоже», «у меня знакомые в розыске работают» (Андрей Лопухов раньше работал в милиции — «Право.Ru»), «твой IP указывает на твою квартиру» — таковы были зачитанные цитаты.

О странностях в общении по ICQ говорила и cвидетель Полина Вершкова, которая помогала Надежде с организацией сайта «puz-karapuz». «Мы с ней общались по скайпу. Иногда Надя мне переводила деньги – на личные нужды. Я рассчитывала их отдать, но она отказывалась. В какой-то момент и в ICQ появилась пользователь Надя, но спустя какое-то время я стала подозревать, что это не та, и не стала разговаривать».

Поскольку больше свидетелей не оказалось, прокуратура начала представлять документы — доказательства. Среди них — рапорт об обнаружении признаков преступления, постановление о проведении оперативно-разыскных мероприятий, акт обследования ресурса, справки по исследованию фильмов, рапорт уполномоченного К. Сидорова, справки о принадлежности IP-адресов, документы о правообладателях от РАПО, протоколы осмотра обысков. За пятницу удалось обработать 15 из 50 томов.

Автор: Екатерина Селезнева, ПРАВО.ру

Читайте также: