Ющенко – Президент «метадоновый». Янукович станет «морфиновым»?

С начала этого года украинские правозащитники в области здравоохранения приступили к поисковой работе: следует обнаружить и зафиксировать факты отказа в назначении пациентам обезболивающих наркотических средств (опиоидных анальгетиков). 

На сбор такой информации Международный фонд «Відродження», финансируемый Джорджем Соросом, выделил 30 тыс. долларов.

Цель исследования: использовать полученные документы для воздействия на правительственные структуры, социальные институты и общественность; добиться изменения существующих нормативов контроля наркотических средств; морфин должен стать доступным и популярным препаратом, который без значительных ограничений можно будет приобретать в аптечной сети.

Вот некоторые условия данного проекта, который носит название «Поддержка деятельности неправительственных организаций по документированию нарушений прав человека в сфере паллиативной помощи» (гранты получены в конце прошлого года):

«Паллиативные пациенты на Украине часто не имеют доступа к качественному лечению, особенно дома, из-за недоступности нужного количества наркотических обезболивающих средств.

Вместе с тем на сегодняшний день нет соответствующих собранных и задокументированных фактов нарушений, касающихся недоступности обезболивания, и которые можно было бы использовать, чтобы изменить действующее законодательство Украины и практику применения обезболивающих средств.

Общий бюджет конкурса — 30 000 долларов США, максимальный размер гранта — 15 000 долларов США».

К участию допускались общественные организации, но не физические лица. Требовался «опыт правозащитной работы относительно мониторинга нарушений прав человека», «четкое видение распространения результатов проекта в СМИ» и т. п.

Вот ведь как! Ну что ж, давайте разбираться. Тем более что даже на официальном сайте Министерства здравоохранения сообщается, что «в Украине 85% больных умирают, страдая от боли и депрессии в отсутствие должного присмотра»! Получается, в Минздраве факты есть?!

К этой цифре и другим условиям конкурса вернемся после некоторых пояснений.

Ресторанное милосердие

Под понятием «паллиативная помощь» подразумевается поддержка смертельно больных людей: чтобы каждый одинокий умирающий человек был окружен заботой и вниманием, избавлен от физической боли и не был лишен человеческого участия.

Идея, безусловно, благая, но, конечно же, отнюдь не новая. Наше общество всегда старалось следовать этой норме. А вот слово «паллиативная» — новое.

Самые известные на Украине общественные организации, поднявшие знамя «паллиативности», — Всеукраинский союз защиты прав и безопасности пациентов и Всеукраинская ассоциация паллиативной помощи. Первую, организованную в 2002 году, возглавляет Виктор Сердюк, вторую (родилась в 2006-м) — Светлана Мартынюк-Гресь (вице-президент — Виктор Сердюк). А в 2008 г. министр здравоохранения В. Князевич подписал приказ о создании Координационного совета по паллиативной и хосписной помощи при Минздраве Украины.

Г-жа Мартынюк-Гресь также является директором информационно-аналитического центра исследований здоровья молодежи высшего учебного заведения МАУП и президентом Центра медико-социальных услуг «Милосердие».

На сайте «Милосердия» (myloserdya.com.ua) сообщается, что главная цель данной благотворительной организации — «осуществлять организацию и развитие паллиативной помощи тяжелобольным пациентам, облегчить состояние неизлечимой болезни, окружить человека заботой, сделать все, чтобы уход в Вечность был достойным».

В правом верхнем углу — фирменная марка фонда «Відродження», и в одном из разделов сайта мы можем прочесть, что в 2007 г. «Милосердие» было намерено построить:

— хоспис на 500 коек с больничным храмом;

— ресторанный комплекс питания для родных пациентов;

— оздоровительно-реабилитационный центр со специализацией зеленого и сельского туризма для инвалидов и пожилых людей на 50 коек;

— отельно-оздоровительный комплекс с сауной и помещениями для лечебной физкультуры (согласитесь, что несколько экстравагантно сочетание «последнего пристанища» с рестораном и лечебной физкультурой. — Авт.).

А возводить все это предлагалось на благотворительные пожертвования. На эти же деньги следовало нанимать высококвалифицированных профессиональных медсестер, которые ухаживали бы за послеоперационными больными и прикованными к постели пациентами.

Но заглох проект — сайт уже год как не обновляется.

На всякий случай я позвонил по указанным на нем телефонам узнать о стоимости услуг сиделок, и все четыре номера оказались недействительными: автоответчик сообщал, что «такого номера не существует».

Я также ознакомился с материалами сайта Всеукраинской ассоциации паллиативной помощи (palliative. com.ua): прочел о «буднях украинской паллиативной помощи», «мероприятиях», «наших достижениях» и был немало удивлен, что будни и мероприятия по большей части заключаются вовсе не в медицинской и правовой помощи конкретным пациентам (нет даже упоминания хотя бы об одной трагической судьбе!) — а в международных конференциях, заседаниях, визитах и т. п.

Где и рождаются следующие мысли.

«Поскольку с точки зрения ограниченных ресурсов здравоохранения» строить хосписы и создавать хосписные отделения при больницах «на данном этапе развития» на Украине нереально, — считают специалисты ассоциации, — предпочтительнее выглядит вариант обучения медицинского персонала и персонала социальных служб «паллиативным принципам» с последующей «либерализацией процедур назначения и применения опиоидных анальгетиков вне условий стационара».

Итак, паллиативная помощь «на данном этапе развития» как раз и заключается в продвижении опиоидных анальгетиков в широкие массы, и, по сути, защитники прав больных становятся адептами «морфиновой терапии», которой планируют охватить как можно большее число людей.

Морфин должен быть очень дешевым

Вернемся к условиям конкурса, проведенного фондом «Відродження».

«Успешные заявители должны будут собрать как минимум 5 пациентских историй, которые будут использованы для финального отчета по проекту.

Срок выполнения проекта не должен превышать 1 год.

Будут работать при технической поддержке Human Rights Watch, Нью-Йорк.

Должны будут объединять усилия с другими победителями конкурса для подготовки совместного письма о ситуации с доступностью к обезболиванию в Украине, которое будет направлено в Международную комиссию по контролю за оборотом наркотических средств.

К участию допускаются общественники, которые должны будут добыть и зафиксировать дела с историями болезней пациентов, которым было отказано в медицинском уходе и необходимом обезболивании (в первую очередь, наркотическими обезболивающими средствами)».

Фраза в скобках — очень показательна.

Как видим, вопросы отсутствия просто обезболивания волнуют заказчиков «проекта» в самую последнюю очередь (им подавай обезболивание наркотическое).

Но согласившемуся получить тысячу-другую долларов за сбор данных о пациентах, очевидно, придется вступить с тяжелобольным человеком в прямой контакт. Как же должен поступить «агент» «Відродження» в случае, если человеку, к примеру, помогает избавиться от боли доступный анальгетик, но он не может его получить, допустим, по причине финансовой несостоятельности?

Получается, что добытчику данной информации придется договориться с больным, что от боли его может спасти морфий или производные последнего. И попросить поставить подписи — «здесь и вот здесь».

И еще. Ни на конференциях, ни в опубликованных материалах — нигде поборники прав тяжелобольных людей не упоминают об обычных ненаркотических обезболивающих препаратах, которые не менее эффективны, чем опиоиды. Почему-то эта тема для защитников прав пациентов не интересна.

Организация Human Rights Watch (в переводе — «Следящая за правами человека») тесно взаимодействует с Международной комиссией по контролю за оборотом наркотических средств и Всемирной организацией здравоохранения.

Старший научный сотрудник Human Rights Watch Дидерик Лохман подготовил методический материал, указания которого дают более полное представление о мировых тенденциях в области «паллиативной медицины». Этим постановлениям, конечно же, должны будут следовать и украинские специалисты:

«В большинстве стран отсутствуют как эффективная система поставок и распределения морфина, так и нормативные установки для врачей, которые регламентировали бы вопросы лечения боли и паллиативной помощи; действуют избыточно жесткие нормы в области контроля за наркотиками, неоправданно затрудняющие доступ к морфину».

«Пероральный морфин в порошке или таблетках не защищен никакими патентами, и себестоимость его производства может составлять всего 1 цент за миллиграмм. В силу его дешевизны он должен обеспечивать доступность лечения боли в развивающихся странах».

«Государство должно создавать эффективную систему снабжения и распространения морфина и нормативно-правовую базу, которая позволяла бы врачам как в государственном, так и в частном секторе получать, назначать и выдавать такие препараты. Любые нормы, произвольно ограничивающие получение и выдачу таких препаратов, следует признать нарушающими право на здоровье».

«Препараты должны находиться в физической досягаемости для всех групп населения, особенно для уязвимых или социально отчужденных групп».

«Многие страны (это уже о тех, кто поддался «морфиновому давлению», — из наиболее покладистых в докладе г-на Лохмана выделены Вьетнам и Румыния. — Авт.) подают заявки, которые значительно расходятся с реальными медицинскими потребностями. Нередко такие заявки основываются на объемах потребления морфина в предыдущий год. Некоторые страны попросту из года в год представляют одни и те же сведения вне зависимости от изменения демографической ситуации или оценки реальной потребности».

«Необходимо обеспечить, чтобы во всех странах любые службы здравоохранения и аптеки автоматически имели право приобретать, хранить и выдавать этот препарат».

«Распространенной проблемой является необходимость утверждения рецепта… Так, на Украине решение о назначении морфина принимается как минимум тремя врачами, один из которых должен быть онкологом. Подобные требования следует считать нарушающими право на здоровье».

«В ряде стран действуют ограничения на назначаемую дневную дозу морфина или необоснованно ограничивается число дней, на которые морфин может быть выписан и выдан единовременно. Такие ограничения препятствуют достаточной доступности лечения боли… и входят в противоречие с правом на здоровье».

«Государство должно стремиться к обеспечению ценовой доступности морфина для всех нуждающихся. Обычный пероральный морфин теоретически должен быть очень дешевым».

«В сентябре 2008 г. Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) отмечала, что примерно 80% населения планеты либо не имеет вообще, либо имеет ограниченный доступ к лечению, позволяющему снять умеренную или сильную боль».

Украинцам только морфия не хватает

Продвижение программ паллиативной помощи на Украине началось в то же время, когда в стране одобрили программы заместительной терапии, — в 2006 году, и в страну начали поступать все более крупные партии опиоидного средства метадона.

Вспомним, к примеру, как звучал заголовок статьи в газете социалистов «Товарищ» от 13 октября 2007 г.:

«Украинцам не хватает морфия. Тысячи неизлечимо больных людей умирают, так и не почувствовав облегчения».

«Количество тех, кто требует паллиативной помощи, — писала газета, — составляет в стране примерно 100 тыс. человек в год».

А сайт Минздрава берет выше, сообщая, что в Украине нуждаются в паллиативной помощи 480 тыс. человек, и о таком приросте новых потребителей наркотика за год наркобаронам остается только мечтать.

«Потребность в опиоидных анальгетиках в медицинских заведениях удовлетворяется сегодня всего на 10%», — заявляет в интервью «Товарищу» президент Всеукраинского союза защиты прав и безопасности пациентов Виктор Сердюк. Из этих слов следует, что 90% украинских медиков не вправе таковыми называться. Иначе почему они не вопиют об этой проблеме? Неужели все такие бесчеловечные?

И только ли для украинских врачей морфиновая паллиативная помощь не становится обычным делом?

Даже в процитированном выше докладе Human Rights Watch говорится, что правительство США не приветствует масштабное распространение опиоидов: «Заметными ограничивающими факторами для США являются недоступность обезболивающих средств в аптеках и опасения как самих пациентов, так и медперсонала, что использование таких препаратов может привести к возникновению зависимости. Ситуация в Западной Европе также не выглядит благополучной».

Добавим, «не выглядит благополучной» — с точки зрения «морфиновых адептов».

Канадские эксперты в области здравоохранения также крайне встревожены новой тенденцией, что врачи все чаще (и без веских оснований) прописывают пациентам наркотические обезболивающие препараты опиоидной группы.

Утверждают, что эти болеутоляющие средства убивают людей чаще, чем героин: за последние 13 лет уровень смертности от приема опиоидов вырос в Канаде почти в 2 раза.

«Прием опиоидов нередко грозит летальным исходом, — заявляет профессор Бенедикт Фишер из Университета им. Саймона Фрейзера. — А в период с 1991-го по 2007 г. количество выписанных рецептов на них выросло на 850%, их назначают даже при обычных приступах ревматизма и артрита».

Ученые Викторианского университета в Канаде выяснили, что героин является уличным наркотиком только в Ванкувере и Монреале, во всех остальных городах и районах страны с наркотической целью используются преимущественно болеутоляющие средства, такие как морфин и оксиконтин. Специалисты отметили, что «путь поступления данных веществ» тянется из медицинской сферы. В Канаде значительно возросло число случаев взломов с ограблением кабинетов врачей, аптек.

Вспомним и мы, к чему привело распространение наркотического анальгетика трамадола, который продавался в аптечной сети: к всплеску токсикомании среди подростков.

На сайте Минздрава Украины размещена концепция Государственной программы развития паллиативной и хосписной помощи в Украине на 2010—2014 годы.

Концепция одобрена в 2008 г. нынешним министром здравоохранения, который, как помнят постоянные читатели «2000», достиг больших успехов в сфере распространения метадоновых программ по всей Украине. Проект данной концепции разработан специалистами уже упоминавшейся Всеукраинской ассоциации паллиативной помощи при поддержке Международного фонда «Відродження», который также выступал главным лоббистом легализации метадоновых программ в нашей стране.

В концепции государственной программы прописано много чего занимательного: например, «обеспечить на данном этапе потребность в паллиативной помощи на 50%», «обеспечить не менее 80% паллиативных больных эффективными обезболивающими средствами как в условиях стационара, так и дома», «финансирование программы будет осуществляться в пределах расходов, предусмотренных в государственном бюджете Минздрава Украины», «расходы на финансирование мероприятий по выполнению программы будут составлять около 40 млн. грн. в 2010 г. и с ежегодным увеличением бюджета на 15%».

Все это размещено на официальном сайте Минздрава в разделе «Документы».

В данном документе также говорится:

«В Украине 85% больных умирают дома, в одиночестве, страдая от боли, депрессии…

Отсутствие государственной политики и национальной программы по паллиативной помощи значительно тормозит ее развитие в Украине: отсутствуют институциональные и человеческие ресурсы для создания сети учреждений и служб паллиативной помощи, методическая база, стандарты и медицинские протоколы, отсутствует система подготовки…»

Это ж как самокритично!

85% украинцев умирают в муках, потому что Минздрав никак не выработает политику оказания помощи тяжелобольным!

И об этом сообщает сам Минздрав.

Но если данная цифра в самом деле соответствует действительности, то имеющий хотя бы остатки совести министр здравоохранения в таком случае просто обязан подать в отставку.

Но, конечно же, и эта цифра взята с потолка, однако весь драматизм момента в том, что, оглашая ее, министерские чиновники совершенно не понимают, что таким образом они даже не в собственном бессилии расписываются, и даже не в глупости, а походя оскорбляют всех тех украинских, врачей, медсестер, фельдшеров, социальных работников, которые ежедневно избавляют людей от боли.

Да, по большому счету оскорбляют и всех нас — сыновей и дочерей пожилых пациентов, прочих их близких и родных.

Или вы готовы согласиться с тем, что Украина дошла до того, что только 15% наших граждан уходят в мир иной при поддержке родных, близких и просто сострадательных людей, облегчающих их мучения?

Роман Барашев, 2000

Читайте также: