Три истории о застреленных во время протестов в Казахстане археологе, пенсионерах и таксисте: «Внутри я нашел мамин телефон и кусок черепа»

Три истории о застреленных во время протестов в Казахстане археологе, пенсионерах и таксисте: «Внутри я нашел мамин телефон и кусок черепа»

Количество жертв среди мирного населения по итогам январских событий в Казахстане долгое время оставалось неизвестным. Чтобы узнать хотя бы примерную картину произошедшего, гражданские активисты самостоятельно собирали имена погибших. Лишь вечером 15 января Генпрокуратура обнародовала первые официальные данные о жертвах среди гражданского населения — 225 человек.

Однако правозащитники считают эти цифры заниженными, при этом в соцсетях и СМИ появляются все новые сведения о погибших. Издание «Медиазона» рассказывает истории нескольких казахстанцев, потерявших родных во время январских событий.

Пенсионеры

С четвертого января 73-летний Куат Биткенбаев и его 64-летняя супруга Гульзифа Кулсултанова не покидали жилище родных в Алматы, однако спустя три дня решили вернуться в свой частный дом, расположенный вблизи автовокзала Саяхат. Пенсионеры двигались на автомобиле по проспекту Аль-Фараби в сторону улицы Назарбаева и рассчитывали успеть до комендантского часа, но неподалеку от площади Республики их машина попала под обстрел и загорелась. Супруги не успели отстегнуть ремни безопасности и сгорели заживо.

Их младший сын Даурен Биткенбаев рассказал, что в тот вечер родители подвезли его до дома в районе улиц Аль-Фараби и Шашкина и поехали дальше. Дочь Биткенбаевых несколько часов безуспешно пыталась дозвониться до родителей и очень волновалась. Тогда родственники еще не догадывались о произошедшем и на утро отправились проведать пожилых родителей. Не обнаружив дома ни их, ни автомобиля, Даурен с сестрой обратились в ближайшее отделение полиции, чтобы сообщить о пропаже.

Куат Биткенбаев и Гульзифа Кулсултанова с внуками. Фото из семейного архива

«Мы поехали с сестрой в РУВД. Она написала заявление, а меня даже внутрь не пустили. Но уже тогда по слухам стало известно, что родителей застрелили в машине. После этого я понял, что живыми их не найду, и начал искать хотя бы их тела», — рассказал Биткенбаев.

По словам алматинца, восьмого января он безрезультатно объездил все больницы и морги, но нигде ничего не сообщали. Городской морг, расположенный на пересечении улиц Казыбек би и Байтурсынова, родственники посетили несколько раз. Даурен дежурил у входа в здание несколько часов и в итоге сильно простудился. Оказалось, что останки родителей находятся в этом морге, однако выдали их только после установления экспертизой ДНК личностей погибших.

По словам Биткенбаева, ему и без экспертиз стало понятно, что это его родители — 9 января следователи сообщили, что нашли сгоревшую машину пенсионеров и вызвали родственников на осмотр. Оказалось, что все это время сгоревший автомобиль так и стоял рядом с площадью Республики. Когда дети Биткенбаевых приехали в центр города, где автомобиль простоял несколько дней, его неожиданно увезли на штрафстоянку. Машина была опознана сразу по сохранившемуся госномеру.

Сгоревшая машина пенсионеров на штрафстоянке. Фото предоставлено родственниками

«Корпус автомобиля был полностью расстрелян, около 50 дырок от пуль. Узнал и госномера, которые просто закинули в салон. Внутри я нашел мамин телефон, ключи от дома, которые прилипли к сиденью, и часть останков — кусок черепа, папину тазобедренную кость и мамины кости. Оказывается, забрали на экспертизу не все, пришлось самостоятельно собирать их в пакеты. После этого полицейские заставили все вытащить и отфотографировать для них. Это было какое-то издевательство», — объясняет казахстанец.

Следы от пуль на автомобиле пенсионеров. Фото предоставлено родственниками

По словам Биткенбаева, из морга останки удалось забрать только 11 января благодаря помощи знакомых из прокуратуры. До этого силовики полностью игнорировали обращения семьи — Даурена не пускали даже в полицейское отделение, а на телефонные звонки никто не отвечал. Когда членам семьи наконец выдали в пакетах обугленные кости родителей, в справке о смерти было указано, что «причина гибели не установлена из-за обгоревших останков», следователи не провели баллистическую экспертизу, хотя машина была как решето.

Подробности происшедшего Даурен узнал от очевидцев, проживающих в районе площади Республики, которые показали ему видео горевшей машины родителей. По их словам, автомобиль расстреляли военные, позднее это подтвердили и полицейские. Последние утверждали, что в результате обстрела пострадали и сами силовики.

Горящий автомобиль Биткенбаевых возле площади Республики. Фото предоставлено родственниками

Похоронить родителей Биткенбаеву удалось только 12 января. Сейчас семья ждет результатов расследования. Родные считают, что виновные в смерти мирных людей должны понести наказание. «Я хочу, чтобы те, кто это сделал хотя бы извинились, уже все понимают, что стреляли военные, некоторые говорят, что это были снайперы, но они слепые что ли?! Неужели не видели, что в машине были седые пенсионеры?!» — с горечью говорит сын.

Куат Биткенбаев был отставным военным, а Гульзифа Кулсултанова всю жизнь проработала учителем. Оба они были желтоксановцами — в декабре 2021 года их наградили медалями как участников событий 1986 года в Алматы.

Археолог

50-летний археолог Ерлан Жагипаров жил недалеко от площади Республики, где произошли массовые столкновения с силовиками. Шестого января около 19:00 он вышел из дома проверить обстановку в городе. По словам брата Ерлана, вскоре Жагипаров сообщил о задержании сотрудниками Национальной гвардии и более на связь не выходил.

Поначалу родные не волновались за жизнь алматинца — он был миролюбивым человеком и всегда носил с собой документы. Впрочем, поиски пропавшего они начали в тот же вечер. Спустя три дня близкие Ерлана через соцсети обратились с просьбой помочь в поисках, поскольку никаких вестей о нем не было. Параллельно его друзья объезжали городские отделения полиции и воинские части.

Ерлан Жагипаров (справа) с братом Нурланом. Фото из семейного архива

«Мы понимали, что его могут избить, но даже мысли не было, что ему грозит серьезная опасность. Больше всего переживали, что его могут пытать для дачи показаний, поэтому ездили по воинским частям и полицейским участкам. Полицейские объяснили, что было много задержанных, поэтому, возможно, брата тогда еще не зарегистрировали, однако никакого содействия от них в поисках больше не было. Потом в соцсетях нам посоветовали поискать его в морге. Если честно, не думал, что до этого дойдет», — говорит брат убитого Нурлан.

В морг семья Жагипарова приезжала дважды, потому что с первого раза опознать его не удалось. Личность погибшего была установлена 12 января, на теле не было одежды, руки скованы наручниками, виднелись следы огнестрельных ранений в области живота и груди. Нурлан Жагипаров рассказал, что его тело брата вместе с другими «неопознанными» выбросили в коридоре морга.

«В морге брата записали как «неустановленное лицо азиатской национальности». Согласно выданному свидетельству, смерть наступила 6 января от огнестрельного ранения, а на следующий день тело доставили в морг. Нашли мы его только 12 января, похоронили спустя два дня», — говорит алматинец.

Родственники Жагипарова убеждены, что археолог был убит сотрудниками силовых структур. Семья установила последовательность задержания Ерлана с точностью до часов, о чем брат погибшего написал у себя в фейсбуке. Кроме того, есть данные биллинга с мобильного телефона Жагипарова.

С целью установить виновников гибели Ерлана родственники написали заявление в департамент полиции. МВД проводит серию экспертиз. «Когда забирали тело, нам объяснили, что будет проходить судмедэкспертиза, баллистическая экспертиза и прочие мероприятия. Сейчас они до сих пор идут, так как много погибших, и органам приходится работать в усиленном режиме. По закону это занимает 30 дней, на это и рассчитываем», — говорит Нурлан Жагипаров.

В отличие от истории с погибшими пенсионерами, к Нурлану полицейские отнеслись более снисходительно — выражали соболезнования, были корректны в общении и способствовали началу расследования трагических событий. Брат погибшего предполагает, что дело в резонансе: Ерлан Жагипаров был известным археологом-любителем и под описание террориста никак не подходил.

«Он был известный этно-волонтер, археолог, занимался спасением культурных ценностей. За свою карьеру ему удалось спасти часть культурного наследия казахского народа, в том числе наскальные рисунки, которые собирались просто снести и превратить в щебень. Сейчас все это достояние находится в одном из этно-музеев восточного Казахстана», — добавил он.

Ерлан Жагипаров. Фото из семейного архива

Таксист

22-летний уроженец Шымкента Ансар Джандарбеков работал таксистом в Алматы. Новогодние праздники он встретил в кругу семьи в родном городе, а четвертого января вернулся обратно в мегаполис на работу. Тогда еще ни он, ни его семья не знали о начавшихся вооруженных столкновениях — в стране уже были отключены интернет и связь.

О кровавых событиях узнали только на следующий день. Жазира, мать Джандарбекова, неоднократно пыталась предостеречь сына от выездов в город, но не смогла дозвониться. Днем четвертого января сын вышел на связь и сообщил, что направляется в город поменять масло и немного поработать.

«После этого я звонила ему несколько часов, но сеть уже не работала, причем не только в Алматы, но и у нас в Шымкенте ни у кого не было связи. После 18:00 ничего не работало, но я думала, что он на работе. Мы уже видели, что идет митинг, и я хотела ему сказать, чтобы он дома сидел», — рассказала Джандарбекова.

Известие о смерти сына Жазира получила из алматинской больницы уже после 23:00 пятого января. У Джандарбекова при себе был телефон, по которому и удалось связаться с матерью погибшего. Медсестра сообщила, что Ансар скончался из-за пулевых ранений в шею и в ногу, это же было написано в свидетельстве о смерти.

«Всем понятно, что, скорее всего, [его] убили военные, но кто именно стрелял не говорили ни в больнице, ни в полиции», — добавила она.

Тело погибшего доставили в Шымкент с помощью коллег-таксистов из Алматы.

Доехать до города удалось достаточно быстро; тогда на трассах еще не выставили блокпосты. Похороны 22-летнего Джандарбекова состоялись 7 января, вскоре после этого у его семьи возникли трения с правоохранительными органами.

По словам Джандарбековой, после похорон полицейские сообщили, что планируют эксгумировать тело ее сына, так как было начато новое расследование по факту его смерти. Это делается для того, чтобы «переписать» причину смерти, считает Жазира. Поэтому она выступает против эксгумации тела, но силовики игнорируют все ее жалобы и обращения.

«Уже написано «пулевое ранение», но они не соглашаются с этим результатом и хотят все опровергнуть. Я против эксгумации, ребенок уже умер, зачем такое делать?!» — возмущается мать убитого.

По ее словам, следователи начали беспокоить семью с 17 января. В тот день ее вызвали в отделение полиции, чтобы составить новое заявление, но женщина отказалась, так как понятия не имела, «против кого ей писать». Вместо этого Джандарбекова оформила обращение в прокуратуру с просьбой прекратить повторное расследование. Никакого ответа не последовало.

Через два дня полицейские приехали на могилу, осмотрели и сфотографировали место захоронения. После этого Джандарбековой начали регулярно звонить из ДВД и настаивать на повторном расследовании, на которое имеют право и без ее согласия, ровно как и на эксгумацию. По словам Жазиры, полицейские получили соответствующий приказ от Генпрокуратуры.

Теперь матери убитого вместе с родственниками и соседями приходится посменно дежурить у могилы днем и ночью, чтобы помешать правоохранителям провести эксгумацию. На попечении Джандарбековой находится второй сын с инвалидностью, проживает семья в съемной квартире.

«Я боюсь находиться дома, сейчас бываю то у соседей, то у родственников. Боюсь, вдруг с нами тоже что-то произойдет. Каждый день дежурим у могилы, то дедушка, то бабушка, то я со вторым сыном. Он до сих пор не верит в смерть брата, на этом фоне сейчас сильно заболел. Я уже ничего не хочу, просто чтобы оставили тело умершего сына в покое. Надеюсь, собрать денег, чтобы нанять адвоката и помешать осквернить могилу моего ребенка», — заключила она.

Автор: Андрей Бариенко; МЕДИАЗОНА

Читайте также: