Звери, которых «мочат» люди
(впечатлительным стоит воздержаться от просмотра)

Россия настоящий Клондайк для браконьеров. На наших просторах периодически влипают в истории даже особы королевских кровей. 

Россия настоящий Клондайк для браконьеров. На наших просторах периодически влипают в истории даже особы королевских кровей. Так 2007 году в охоте примерно в тех местах, где разбился губернатор Есиповский, принимал участие правящий князь Монако Альберт II . По данным «Гринпис Россия», охотился на изюбря в Байкальско-Ленском заповеднике. Проблема в том, что в это время охота на изюбря была незаконна. Не говоря уже о незаконности любой охоты на территории заповедника, о чем мог не знать князь, но о чем наверняка знали приглашавшие его лица

Страсть к охоте сгубила политическую карьеру министра юстиции Испании Мариано Фернандеса Бермехо. 23 февраля, он был вынужден заявить о том, что уходит в отставку под давлением общественного мнения. Главу испанского минюста обвиняют не только в браконьерстве, но и в коррупции. В первой декаде минувшего февраля Мариано Фернандеса Бермехо угораздило принять участие в дружеском ужине с известным испанским судьей Бальтасаром Гарсоном. После застолья они отправились поохотиться на оленей. Последнее, как выяснилось, было забавой несанкционированной – у обоих ответственных представителей юстиции не имелось соответствующего разрешения на отстрел благородных животных

В 1986 г. Международная Китобойная Комиссия объявила всемирный мораторий на добычу китов. Япония, как и прочие китодобывающие страны, запрет подписала. Однако по прежнему уничтожает до 600 китов в год, и периодически увеличивает добычу до 1070 особей. Для этого они нашли лазейку в моратории – охота на китов не запрещена в научных целях

Китовое мясо – деликатес, и его не хватает на всех желающих. Поэтому в Японии практикуется забой дельфинов. Широкую известность этот факт получил после того, как активисты движения за защиту животных Sea Shepherd Conservation Society в октябре 2003 г. обнародовали шокирующую пленку, рассказывающую о зверствах японских рыбаков по отношению к дельфинам. Вот как описывают этот процесс очевидцы:

«Рыбаки на небольших катерах выходят к традиционным местам миграции дельфинов и китов. Выстраиваясь в линию, они поджидают подхода отдельных стай животных. Как только дельфины оказываются в зоне катеров, их окружают, опускают в воду металлические трубы и начинают стучать по металлу. Сверхчувствительные к звуку дельфины и киты, теряют ориентацию, впадают в панику и стараются уйти от шума. Таким образом, их направляют в мелководный залив. Там рыбаки ранят нескольких дельфинов копьем или ножом, зная, что дельфины никогда не бросят раненных собратьев. После такой подстраховки вся группа запирается в заливе сетями. Наутро их безжалостно закалывают копьями и ножами. Вода в заливе окрашивается в ярко красный цвет от пролитой крови животных».

Убитых и умирающих забрасывают в катера и впоследствии разделывают на части для продажи в японских супермаркетах и ресторанах, зачастую под видом более ценного там китового мяса. Кроме Японии китов добывают, как минимум, в Норвегии и в Исландии

Торстейн Веблен, экономист и социолог, наблюдавший становление американского капитализма в конце XIX в., видит в приверженности охоте представителей элиты — «праздного класса» в его терминах — проявление «хищнического инстинкта», противопоставляемого им «инстинкту мастерства»: «Занятия, достойные представителей праздного класса, имеют благородный характер: государственное управление, борьба, охота, чистка оружия и снаряжения и тому подобное — иными словами, все, что может быть отнесено к хищническим». Чучело головы аргали, шкура тигра, профессиональная фотография с трофеями, висящие на стене домашнего кабинета или офиса, — что лучше символизирует благородный «хищнический инстинкт» его хозяина, столь ценный в политике и на развивающихся рынках?

Губернатор Аляски Сара Пэйлин, выдвигавшаяся на минувших выборах в США кандидатом в президенты Джоном Маккейном на пост вице-президента, любит убивать животных на охоте и рыбалке. Пользуясь своим чином, она организовала бойню медведей и волков с вертолета на Аляске, что вызвало бурю протеста не только в США, но и во всем мире. Пейлин добилась исключения белых медведей из списка животных, на которых запрещена охота. Мотивировала это «защитой прав эскимосов»

Массовое убийство китов — своеобразный вид развлечения на Фарерских островах, расположенных между Шотландией и Исландией:

«Умирающие животные били по воде широкими хвостами, и светлая вода гавани стала принимать красный оттенок от крови, а киты выпускали из дыхал кровавые фонтаны. Эта работа так возбудила островитян, что они потеряли всякое соображение и метались, как безумные. На ничтожном пространстве теснилось 30 лодок, около 300 человек и 80 отчасти еще живых китов».

Это цитата из «Жизни животных» Альфреда Брэма, изданной в 1930 г. Но за прошедшие 80 лет здесь ничего не изменилось

 

Население Фарер исповедует различные направления христианства. Около 80% — лютеране, 15% — баптисты. При этом до сих пор на островах бытуют кровавые языческие традиции.

«30 лодок стояло полукругом на расстоянии 100 шагов друг от друга, а между ними находилось стадо, которое медленно гнали по направлению к гавани. Многие киты были видны на поверхности воды. Когда киты пробовали пробраться между лодками, то в них кидали камни и куски свинца, прикрепленные к длинным веревкам. Если же киты начинали быстро плыть вперед, за ними гнались изо всех сил, стараясь не упустить из вида… Лодки сдвигались все теснее около животных, киты плыли все медленнее. Когда они доплыли до самого узкого места гавани, имевшего не больше 250 шагов в ширину, то, как стадо овец, внезапно бросились обратно. Это был критический момент. На лицах горожан выразились и беспокойство, и страх, и надежда, и забота, и злоба. Поднялся страшный крик. Все лодки помчались прямо на стадо, и тех китов, которые не могли опрокинуть лодку хвостом, люди стали колоть острогами. Раненые животные метались с ужасной быстротой, и все стадо пришло в величайшее возбуждение. Из 80 китов не спасся ни один: все лежали на берегу мертвыми. Ловля окончилась благополучно, хотя на нее смотрели с берега пастор и несколько беременных женщин. Здесь существует поверье, что киты обратятся в бегство, как только заметят пастора, поэтому его всегда в подобных случаях просят спрятаться за лодки. То же относится и к беременным женщинам, которых киты, якобы, совершенно не переносят»

 

Жители Фарерских островов охотно объясняют, что никакими специальными устройствами для охоты на китов здесь никто не пользуется. Всё происходит так же, как пятьсот лет назад: китов замечают по характерным «фонтанам», выбрасываемым во время дыхания. Преследуют и убивают, если кит не успеет уйти в глубокий нырок. Опытные охотники уже по размеру «фонтана» могут определить, какого кита они преследуют.

На кого они охотятся:

Гринда или черный дельфин (Globicephala melas), представитель рода круглоголовых китов (Globicephala). Дельфины постоянно живут стадами от 10 до 1000 штук и даже более, причем вожаком стада является старый самец, за которым с полным равнодушием, как бараны, плывут остальные, не разбирая, куда он их ведет. В северных странах пользуются стадностью этого животного и стараются привлечь вожака к берегу. Рыбаки на лодках окружают это стадо, медленно пригоняют его к берегу и потом поднимают такой сильный шум, что перепуганные животные заплывают в совсем мелкие места или выбрасываются на берег, становясь легкой добычей охотников.

Свободная пресса

Читайте также материал о отечественных VIP-охотниках  «Звери, которых «мочат» люди. Правила VIP-охоты »

Читайте также: