Преступное сообщество красногвардейцев. Осудили банду, державшую в страхе целый город

Беспрецедентное дело рассматривается в Ставропольском краевом суде. Бизнесмен Игорь Грунтовский и криминальный авторитет Владимир Бороздинов обвиняются в создании преступного сообщества, которое держало в страхе целый район. Им инкриминируются вымогательства, рейдерские захваты, избиения. «Кущевка-2» — так окрестили происходящее на Ставрополье.

Дело группировки, базировавшейся в райцентре Красногвардейское Ставропольского края, беспрецедентным можно назвать без тени сомнения. Хотя бы по количеству потерпевших — их 170. Или потому, что подсудимым вменяется 210-я статья («Организация преступного сообщества») — это, пожалуй, одно из самых труднодоказуемых преступлений, приговоры можно пересчитать по пальцам по всей России.

Но, как ни парадоксально, историю эту можно назвать и типичной. Когда страна услышала о трагедии в Кущевской (она всего в 200 км от Красногвардейского), когда выяснилось, что станица стала государством в государстве и бал в ней правит кучка потерявших совесть и страх отморозков, редакцию «Известий» накрыло сигналами: «У нас происходит то же самое».

Оказалось, чуть ли не в каждом селе — своя «кущевка». Просто все эти «кущевки» — на разных этапах становления.

В Красногвардейском, к счастью, никого не успели убить. Но если бы организаторы группировки не оказались на скамье подсудимых, рано или поздно они бы к этому наверняка пришли. По крайней мере, по оперативным данным, когда их взяли, они как раз собирались начать убивать.

Пиво, чипсы, сигареты

— Я этого парня в Минводы за жвачкой возил, — говорит один из потерпевших — Николай Родионов, бывший водитель автобуса на автотранспортном предприятии (АТП) «Красногвардейское». — Это было в начале 90-х, Грунтовский набивал жвачкой несколько сумок, а потом продавал ее на ступеньках универмага. Эх, знал бы я тогда…

Игорю Грунтовскому сейчас 42 года. Он отслужил в армии, получил высшее образование. Свою бизнес-империю (по местным меркам) он действительно начинал с бабл-гам. В торговле все его предки. Мама — товаровед в местном райпо, бабушка — там же экономист. От торговли на ступеньках универмага Грунтовский «поднялся» довольно быстро. Начал открывать небольшие павильоны, арендовать под магазины маленькие каморки. Торговал всем, что можно найти в обычных ларьках, — пивом, чипсами, сигаретами.

— Я его часто встречала на административных комиссиях, — вспоминает Ольга Петренко из села Дмитровское, еще одна потерпевшая, — парень как парень. Помню, смеялись, шутили, обсуждали претензии комиссии. Она ведь для нас, предпринимателей, была как суд.

— Через наказания и штрафы мы учились работать, торговать, — продолжает Ольга Петренко. — Грунтовский был, как все, пока вдруг не попер в гору. Помню, я в налоговой увидела статистику: у него сначала было 5 точек, затем — 13, а потом — сразу 50.

Ольга Петренко — единственная, кто решил судиться с Грунтовским. Она же была первой, у кого он отобрал магазин. Небольшой — всего 180 квадратных метров. Но для Ольги это был не только магазин, но и место жительства.

— Я вообще-то в школе преподавала, — издалека начинает она, — но надо было двух дочерей поднимать, и в начале 90-х я начала торговать на рынке. В какой-то момент мы с мужем решили расширяться, купили дом под магазин. И под жилье заодно. Взяли дом за 50 тысяч. Рублей, конечно. Что вы удивляетесь? Мы здесь за тысячи пашем так, как у вас, в городе, за миллионы не работают.

В купленном доме Ольга оборудовала магазин «Тысяча мелочей». Скоро его стали называть «Остров сокровищ» — здесь можно было найти все что угодно — от булавок до мебели и стройматериалов. А в складских помещениях оборудовали жилые комнаты. Даже камин поставили.

Но в 2001-м с «Острова сокровищ» пришлось съехать.

— Я уверена: это была заранее спланированная комбинация, — говорит Ольга Петренко. — Мне даже следователь сказал: по всей стране рейдерство только в 2005 году появилось, а у вас еще тогда. В общем, у меня прошла проверка, и налоговая выписала штраф — 50 тысяч. За какое-то пустяковое нарушение. Для меня это были огромные деньги. Я подала в суд, мне вернули документы, я снова подала. А потом узнала, что уже через две недели здание арестовали и выставили на торги. В аукционе принимали участие Грунтовский и его товарищ. В итоге — сами понимаете.

За прошедшие 9 лет Ольга прошла десятки судов. Она добилась признания ареста и продажи здания незаконными. Но получить назад его не может: с тех пор магазин несколько раз переходил из рук в руки, и теперь в нем продают стройматериалы. А тогда, в 2001-м, только получив на руки результаты аукциона, Игорь Грунтовский приехал на «Бычке» с грузчиками. Он зашел и просто спросил: «Куда тебя отвезти?».

100 тысяч за «Золушку»

— Группировка состояла из двух подразделений, — рассказывает «Известиям» Дмитрий Хамлов, начальник отдела по расследованию бандитизма и преступных сообществ Главного следственного управления при ГУВД Ставропольского края. — Первое было мозговым центром, разрабатывало схемы увеличения прибыли и отъема собственности. Оно базировалось в ООО «Садко», которое возглавлял Грунтовский. Второе возглавлял криминальный авторитет Владимир Бороздинов, оно осуществляло силовое прикрытие, давление и запугивание.

Случай с Ольгой Петренко был, наверное, последним, когда Игорь Грунтовский сам выезжал на место и разбирался с оппонентом. В обвинительном заключении создание преступной группировки датируется 2002 годом, и с тех пор уже Бороздинов и его люди участвуют практически во всех «сложных переговорах».

Бороздинова в селе знают хорошо. Бара (под этой кличкой он известен в криминальном мире) здесь родился, учился. Затем в Ставрополе закончил физкультурный факультет университета. Тренером, правда, не стал, а влился в группировку местного авторитета по кличке Игнат. Найти общий язык с Грунтовским для него труда не составляло. Будущего бизнесмена он знал с детства, тот всего на три года старше.

С приходом Бороздинова методы наращивания бизнеса потеряли всякий оттенок щепетильности. Собственность у конкурентов два товарища начали просто забирать без всяких рейдерских хитростей. Так было с Валентиной Родионовой, хозяйкой мебельного магазина в Красногвардейском.

— За магазином у меня был склад, который я решила продать, — рассказывает она. — Было несколько покупателей, но пришли Грунтовский с Бороздиновым и сказали, что склад они заберут. Так и сказали: «Заберем». И попросили прекратить его показывать. Я как-то не обратила внимания на их формулировку, сказала, что цена 500 тысяч. Мне показалось, что они согласились. Потом я уехала по делам на несколько дней. Когда вернулась, увидела на складе уже новые замки. Мне сказали, что люди Грунтовского взломали двери и вывезли все, что было внутри.

Пришла к Грунтовскому, там был и Бороздинов. Не успела я слово сказать, как на меня вылилось такое, что я и передать не могу. Пообещали превратить жизнь в ад, вырезать всю семью вместе со мной. Я знала, кто такой Бороздинов, и понимала, что он не шутит. Потом меня отвезли в регистрационную палату, где я словно во сне подписала договор купли-продажи. И знаете, там документы все уже готовые лежали, только нас и ждали. Я так перепугалась, что даже мужу поначалу боялась сказать. Он спрашивает, что со складом, а я говорю, что продала. Только потом призналась.

Валентина, кстати, могла лишиться гораздо большего, чем склад. Жизни. Дело в том, что, отобрав склад, парочка нацелилась и на магазин. Однако на этот раз Родионова все-таки обратилась в милицию. На ее обидчиков это не произвело впечатления. «Никто тебе не поможет», — заявили они как-то при встрече. После этого у нее сгорела машина, а позже она с ужасом узнала, что ее могли попросту застрелить.

— Действительно, у нас была оперативная информация, что Родионову «заказали», — рассказывает следователь Дмитрий Хамлов. — Источники говорили, что «заказ» мог быть от Бороздинова. Назывался даже киллер — он живет в соседнем районе. Мы быстро провели у него обыск и нашли «калашников». Но он заявил, что служил в Чечне, ну, и прихватил автомат. Якобы так — на память. В общем, доказать подготовку покушения не удалось, а несостоявшегося киллера осудили за незаконное хранение оружия.

Фермер Юрий Польников, глава хозяйства с романтическим названием «Золушка», тоже попал под пресс. В июне 2005-го к нему приехали Бороздинов с Грунтовским и сказали, что это их земля и за работу на ней надо платить. Потребовали 100 тысяч. Наличных не оказалось, фермер отдал почти новую «девятку». Через месяц приехали снова, на этот раз пришлось отгрузить 25 тонн зерна — на 53 тысячи. Так бы продолжалось из месяца в месяц, но Польников обратился в милицию. Развития уголовное дело не получило, но приезжать к нему чудесным образом перестали. Впрочем, через некоторое время Польников все же решил продать «Золушку» — что-то в нем надломилось.

Получите — распишитесь

Большая часть потерпевших — сотрудники и одновременно акционеры АТП «Красногвардейское». Их 126. До 2004 года на балансе этого предприятия были 40 «КамАЗов» и 31 автобус. Сейчас три и три соответственно.

— Весной 2004-го на предприятии была серьезная задолженность по зарплате, — рассказывает Николай Родионов. — И бывший директор Лосев назначил Грунтовского коммерческим директором. Зачем — не знаю. Тогда обещали все задолженности выплатить, а теперь в суде сказали, что это был сговор. В общем, потом Лосев уволился, и главным стал Грунтовский. Он предложил: давайте автомойку продадим и все долги погасим. Мойка была старая, и мы, акционеры, согласились. Так он под это согласие продал не только мойку, но еще 6 объектов: плотницкий цех, профилакторий для обслуживания автомашин, газовую котельную, мастерскую… И все за 307 тысяч, хотя потом эксперты оценили это в 4,5 миллиона. И продал своему ООО «Садко». То есть себе самому. Потом начал и технику распродавать, а нас — увольнять. Приходит человек из отпуска, а ему говорят: вы здесь больше не работаете. А расчет? «Здесь расчета не дают» — такой ответ.

Вот уже несколько лет сотрудники АТП судятся за свою собственность. Удалось добиться решения суда о возврате предприятию объектов недвижимости. Но внутрь их по-прежнему… нет, пускают. Вход и въезд — 150 рублей. Если, например, надо помыть машину.

С акционерами АТП Грунтовский и Бороздинов проделали еще один финт. В 2008 году, спустя 4 года, уволенным сотрудникам начали звонить. «Здравствуйте, мы выдаем задолженность по зарплате. Приезжайте». Ошалевшие от счастья люди неслись в АТП, получали кто 2, кто 3 тысячи. И расписывались, не читая. Как выяснилось позже, подписи ставились под договорами о продаже акций — Грунтовский собирал контрольный пакет. Теперь акционеры надеются, что после приговора акции к ним вернутся.

«Будешь год работать бесплатно»

— Ему всё и всегда сходило с рук, — говорит Ольга Петренко, у которой Грунтовский отобрал магазин. — Ко мне от них бандиты приходили, угрожали. Я несколько раз заявления писала, но никто ничего не делал. Однажды они стали ломиться в дверь, я тут же набрала 02. Так мне, знаете, что сказали: «Они же вам пока ничего не сделали. Когда сделают, тогда и звоните».

Грунтовского с Бороздиновым боялся весь райцентр. По мнению Дмитрия Хамлова, именно страх и стал главной причиной столь долгой — в течение восьми лет — безнаказанности преступного тандема.

— Информация о том, что в Красногвардейском действует группировка, появилась давно, — говорит Хамлов. — Но вот представьте, приезжает туда из Ставрополя сотрудник УБОПа. Пытается разобраться, а люди молчат. Потому что он чужой, а им там еще жить. И только два года назад отдельные заявления сложились в единую картину.

Странно, но в местной милиции заявления людей — а они все-таки были — в большинстве случаев игнорировали. Через какое-то время их просто перестали писать — вся округа уверовалась в полной безнаказанности Бороздинова и Грунтовского. Свою роль сыграла и информация о том, что председатель райсуда — крестная последнего.

В 2008 году дело передали на краевой уровень. Тогда же Бороздинова и Грунтовского задержали. Для многих это стало сигналом: неуязвимость парочки — миф. И тут люди понесли заявления в милицию. Всплыли любопытные факты. Например, бывшие продавцы магазинов из «империи Грунтовского» рассказали, как его люди фальсифицировали недостачу, а потом требовали ее покрыть. Татьяну Переверзеву, например, подставили на 50 тысяч и заставили взять в банке кредит, чтобы отдать деньги Грунтовскому. «Или год будешь работать бесплатно», — предложили выбор.

Сейчас на скамье подсудимых вместе с Грунтовским и Бороздиновым 6 человек. Из них две женщины — Татьяна Поречнова и Светлана Боровская. Они работали у Грунтовского, помогали ему в разработке и реализации схем и теперь обвиняются в мошенничестве. Еще двое — Николай Акулов и Василий Лавришин — люди Бороздинова, они обвиняются в вымогательствах. Три члена группировки были убиты при разных обстоятельствах, еще один — в бегах.

У всех шести подсудимых есть общая статья — «Организация преступного сообщества». Это самое тяжелое обвинение, тянет до 20 лет колонии. Но следователи понимают, что доказать это обвинение будет труднее всего.

— У нас в крае до сих пор было только два дела по 210-й статье, — говорит Дмитрий Хамлов, — и оба в суде не прошли. По нашему мнению, судьи перестраховываются. Ведь при обжаловании приговора эта статья в Верховном суде может не устоять. А отмена приговора для судей — это очень неприятно. Но на этот раз, надеюсь, все пройдет. Чтобы доказать организацию преступного сообщества, мы установили, где собирались его члены, какие планы разрабатывали, о чем говорили.

Впрочем, даже если статья 210 не устоит, останутся еще обвинения в вымогательстве, мошенничестве, избиениях. За это подсудимые могут получить несколько лет. И тем не менее в Красногвардейском не верят, что Грунтовского «закроют» окончательно.

— Ох, вы его не знаете, — с опаской говорит Ольга Петренко. — Он обязательно что-нибудь придумает. Он постоянно передает, чтобы его ждали на воле. И делом своим из тюрьмы руководит. Недавно даже новый магазин открыл, ювелиркой торгует. Так что я, честно говоря, очень боюсь. Вот недавно дочь мою кто-то на дороге подрезал — так, что она чуть в канаву не улетела. Думаете, это не по его поручению? Ну, не знаю, не знаю…

Автор: Владимир Демченко, Россия, ИЗВЕСТИЯ

Читайте также: