Крымские ОПГ действовали «по понятиям»: любимые средства — убийства и «опущение»

Большую роль в развале организованных преступных группировок Крыма сыграли конфликты внутри кланов. Как правило, они возникали там, где появлялись большие деньги. В таких случаях на задний план отходили и «понятия», и честь, и дружба — свои убивали своих. Автор: ЮЛИЯ ИСРАФИЛОВА, Первая Крымская

На первый раз простили…

В период правления таких больших боссов крымской мафии, как Ткачев и Башмаков, крымские ОПГ действовали «по понятиям». Бывалые преступные авторитеты учили молодняк жить по законам стаи — другими словами, по своеобразным, несколько извращенным библейским заветам: не убий своего, не укради у своего, не давай ложного свидетельства против своего, не прелюбодействуй с женой своего и так далее. А когда авторитетов не стало, потрепались и понятия. Свои стучали на своих, «крысятничали» и убивали друг друга из-за денежных купюр. Именно деньги с середины 90-х годов были единственным авторитетом для членов ОПГ полуострова, и ради них бандиты пускались во все тяжкие.

Как уже писала «1К», одним из первых и, пожалуй, самым ярким «семейным» раздором в ОПГ «Башмаки» было бегство авторитетного башмаковского «бригадира» Эдуарда Векшина, пойманного на «крысятничестве». Этот человек вкладывал деньги, поступающие от «семейного» завода, не в казну ОПГ, а в личный дискоклуб. Когда об этом узнали «старшие», Эдуард, уподобившись чеховским сестрам, перепуганно кричал своему верному товарищу Филу, заскакивая в его машину: «В Москву! В Москву!»

А вот Вова Н. от бандитского «правосудия» сбежать не успел. Этот человек был в криминальных кругах фигурой незначительной. Начинал простым коммерсантом, которого под своим бережным крылом пригрели «башмаки», потом стал работать на них. Что интересно, фамилия Владимира (называть ее мы не будем, так как этот человек ныне здравствует и проживает в Симферополе) совсем не соответствовала его бандитскому статусу, потому что на уголовном жаргоне значит «стукач». Однако справедливости ради нужно сказать, что на стукачестве Владимир пойман не был, зато был засечен на совсем иных делишках «не по понятиям».

В 1995 году занимался Вова… помидорами. В Крыму скупал их оптом в колхозах и совхозах, а потом вагонами переправлял в Украину и Россию, где перепродавал с большой накруткой. Это был один из прибыльных бизнесов ОПГ «Башмаки», который на протяжении нескольких лет стабильно пополнял бандитский «общак». За свой выдающийся вклад в «помидорное дело» получил Владимир соответствующее прозвище — Помидор. Кстати, и внешне он чем-то походил на этот овощ семейства пасленовых — был Вова щекаст и до красноты румян.

Этот бизнес процветал недолго, потому что в итоге Помидор дал промашку, вернее, «облажался» его компаньон. В последний «помидорный» рейс с партией товара вместо Владимира отправился именно он. Один из башмаковских «бригадиров» по поручению «старших» передал проверенному компаньону крупную сумму денег для передачи из рук в руки какому-то киевскому авторитету. После того как товарняк с помидорами тронулся с места, компаньона больше не видели. До сих пор неизвестно, был ли причастен к этому «кидалову» сам Владимир Н., только у бандитов тогда на этот счет было свое мнение.

Помидор клялся и божился, что, дескать, не виноват, что компаньон его попросту подставил. В доказательство своей невиновности утверждал, что в противном случае давно бы подался в бега, но ведь остался — значит, чист. «Башмаки» пораскинули мозгами: расклад Помидор давал красивый и правильный, поэтому и решили на первый раз поверить, но при этом на заметку взяли.

Грехопадение Помидора

Прошло около года после прокола Вовы Н. Неприятности с «семьей» вроде бы утряслись, и краснощекий бандит-коммерсант начал опять входить в доверие к старшим. В то время излюбленным местом чисто мужского отдыха — карты, водка и лицо в салате — был так называемый хрустальный зал (пункт приема стеклотары одного из симферопольских рынков). Здесь собирались инкогнито только члены ОПГ «Башмаки» и кутили по-взрослому. Обычно братва напивалась до такого состояния, что самостоятельно разъехаться по домам уже не могла. Поэтому за пьяными мужьями часто приезжали их жены, сидели с ними часик-другой, пока те дойдут до нужной кондиции и доиграют в карты, и отвозили их домой.

В один из вечеров заседал в «хрустальном зале» и Вова Помидор. Как и все, играл он тогда в карты и поглощал огненную воду. Однако в итоге оказался почему-то пьянее других. К тому времени, когда за «пацанами» начали приезжать их жены, Помидор еле держался на ногах. Вова и сам теперь не знает, что на него тогда нашло, но вдруг, увидев одну из половинок известного криминального авторитета, он начал демонстрировать ей свое… мужское достоинство.

Братва хоть и была во хмелю, но накинулась на Помидора с кулаками. Как рассказывали свидетели этого казуса, Вову в тот злополучный вечер увезли в неизвестном направлении. А потом по городу поползли слухи, что Помидора, выражаясь бандитским жаргоном, «опустили». Думается, расшифровывать значение этого слова излишне.

После такого неприятного инцидента, когда Владимир «облажался» перед «семьей» второй раз, он редко появлялся на людях. Говорят, сейчас Вова Н. уже совсем не тот: худой, бледный, в общем, на помидор совсем не похож.

Перемелется — мука будет?

Если внутриклановый конфликт с эксгибиционистом Помидором закончился без кровопролития, то вот другому члену ОПГ «Башмаки» Сергею Д., по прозвищу Красноярский, это чуть не стоило жизни. В 90-х годах он «держал общак», собирая мзду

с нескольких симферопольских рынков.

Несмотря на криминальный статус, был Сергей мужиком сельским. Имел частный дом в одном из сел Симферопольского района и большое животноводческое хозяйство. Как утверждала его трудолюбивая жена: за ним будущее, и именно в него нужно вкладывать деньги. Когда Красноярский решил купить несколько мельниц и наладить мукомольное дело, жена эту затею одобрила. Вскоре жернова закрутились, принося Сергею немалую прибыль.

Когда деньги с мельницы полились рекой, к Красноярскому пожаловал одних из «бригадиров» и передал привет от боссов. Те обвиняли хозяйственника в «крысятничестве»: из «общака» стали пропадать деньги, и все, памятуя случай с Векшиным, решили, что и Красноярский начал вкладывать деньги «семьи» в свой бизнес.

Правда, идею о воровстве Сергея Д. у своих подкинули два башмаковских бандита — Игорь М. и Сергей Е. (кстати, именно перед его женой Помидор обнажался), также имевшие доступ к бандитской казне. Через несколько дней эти двое забрали у него несколько автомобилей на 20 тысяч долларов США. Однако когда Сергей Д. попытался оправдаться и обоснованно доказать свою невиновность «старшим», те поверили ему и обратили свой гневный взор на «святую двоицу», которая оказалась не такой уж и святой.

Расправа с неверными была жестокой. Сначала принялись за Сергея Е. На него напали прямо на территории одного из столичных рынков. Сергей получил несколько ножевых ранений, но чудом остался жив. В тот же день его привезли в тайную квартиру в старом городе, оказали медицинскую помощь и отправили в Россию. О местонахождении этого человека до сих пор ничего не известно.

Игорю М. повезло меньше. На следующий день после покушения на Сергея Е. «башмаки» пригласили на разговор ничего не подозревающего Игоря в дискоклуб Эдика Векшина в поселке ГРЭС, который после его побега перешел в собственность «семьи». В тот же вечер Игоря М. с ножевыми ранениями обнаружили за рестораном на Москольце. Через несколько часов он скончался в больнице.

На этом «семейные» разборки в ОПГ не закончились. Был еще один труп. После убийства Игоря М. нашли повешенным в собственной квартире совсем молодого парня, который также состоял в ОПГ «Башмаки» и работал телохранителем. Такова была расправа своих со своим за то, что много знал, потому что присутствовал на всех сделках и «сходняках». Никто не посмотрел ни на юный возраст телохранителя, ни на его кроткий нрав, ни на почти собачью преданность общему делу.

Читайте также: