Тюрьма – женского рода. Неслабый пол (фото)

Женская преступность по своему характеру заметно отличается от мужской. Женщины гораздо реже совершают преступления ради наживы. А вот грубо насильственные действия бытового характера: убийства на почве ревности, мести, тяжкие телесные повреждения — типично «женская доля» в уголовной статистике. 

На свидание с ребенком отпущен только час

В настоящее время в тюрьмах и колониях России содержатся около 60 000 женщин, что составляет более 5% тюремного населения. Всего в России проживают 78,6 миллионов женщин, что составляет 53,1% всего населения. Таким образом, на 100 000 населения приходится примерно 40 женщин, отбывающих наказания за совершенные преступления. Но за этими «скромными» цифрами кроется гораздо более страшная статистика.

Большинство из них происходят из неполных или неблагополучных семей или выросли вообще без семьи в детских домах; многие пережили в детстве и юности сексуальное и другие виды насилия; у многих нет семьи или, во всяком случае, мужей; они часто лишены самого необходимого: жилья, работы, нормального социального окружения.

Зачастую их собственные дети рождаются в тюрьме. В 10 из 35 женских колоний есть дома ребенка: во Владимирской и Кемеровской областях, в Краснодарском крае, Московской области, Нижнем Новгороде, Самаре, Свердловской области, Хабаровском крае, Челябинске и Мордовии…

«Женская доля»

Женская преступность по своему характеру заметно отличается от мужской. Женщины гораздо реже совершают преступления ради наживы. Грабежи, разбои, убийства с целью завладением чужим имуществом — не женские преступления. А вот грубо насильственные действия бытового характера: убийства на почве ревности, мести, тяжкие телесные повреждения — типично «женская доля» в уголовной статистике.

По мнению психологов и криминалистов, это явление, казалось бы, противоречащее женской природе, имеет объяснение. Женщины отнюдь не предрасположены к садизму и крайней жестокости. Просто они очень эмоциональны, и зачастую их разум оказывается неспособным управлять сильными и яркими отрицательными чувствами: гневом, ревностью, смертельной обидой. В результате жертвами женского насилия становятся, как правило, их близкие люди: неверные мужья и любовники, любовницы мужей, садисты-отцы, домашние тираны-сожители…

Но, совершив преступление «в порыве страсти», женщины в дальнейшем проявляют удивительные последовательность и жесткость. В отличие от преступников-мужчин представительницы слабого пола не бросаются лить слезы, каяться и рвать на себе волосы. Даже зная о перспективе сурового наказания, женщиныубийцы в большинстве случаев считают, что поступили правильно.

Неслабый пол

Бывший сотрудник Харьковского следственного изолятора Виктория Курьянова рассказывает: «Отношение к задержанным женщинам в милиции грубое и циничное. Их легко могут оскорбить, унизить, потаскать за волосы, «нашлепать» по щекам. Но все же это отношение ни в какое сравнение не идет с избиениями и пытками, которым могут быть подвергнуты мужчины. Женщин практически никогда не пытают, то есть не применяют к ним методичные, холодно-расчетливые экзекуции.

Бывает, женщину заставляют разуться и лечь на пол, после чего наносят удары резиновой палкой по пяткам — это больно и не оставляет следов. Иногда применяют «остроумно»-изощренное воздействие — раздев до пояса, ее хлестко бьют стальной линейкой по соскам — это унизительно, больно и страшно. При этом расчет делается скорее не на физическую боль, а на сопровождающее ее моральное насилие: грубые окрики, циничные оскорбления, идиотские угрозы вроде: «Мы тебе сейчас в… ножку от табуретки засунем».

Причиняя женщине физическую боль, оскорбляя и запугивая ее, правоохранители (или правонарушители, как правильнее?) рассчитывают на резко эмоциональную реакцию, слезы, истерику и в результате — потерю способности уверенно сопротивляться и умно изворачиваться. В основном этот расчет оправдывается: лгать умело, спокойно и предусмотрительно у женщин получается плохо.

Иногда подобная «атака» не имеет успеха, и тогда милиционеры сразу же прекращают насилие. По опыту знают, что, если у «бабы есть внутренний стерженек», дальнейшие издевательства абсолютно бессмысленны. Не согнется».

Тюремные мадонны

Лишение свободы переносится женщинами мучительнее, чем мужчинами. Санитарно- гигиенические условия не учитывают особенностей женской физиологии. Повсеместно отмечается отсутствие или недостаток элементарных средств гигиены, минимальных жизненных удобств, достаточного количества одежды и белья, невозможность нормальной стирки.

Психологически трудны для женщин многие требования режима: единая форма одежды, необходимость ходить строем, отсутствие личных вещей (кроме зафиксированных в перечне, который у женщин почти совпадает с мужским) и т.п. Женщина подчинена тем же режимным требованиям, что и мужчина, — то же число положенных свиданий, посылок, тот же труд на всех (за редкими исключениями) видах работ, те же наказания вплоть до ШИЗО.

Беременные содержатся в общих камерах — душных, прокуренных, кормят их той же самой пищей. После родов содержащаяся в трудколонии женщина должна через два месяца приступить к работе, и с этого момента она видит ребенка только во время грудного вскармливания, по окончании которого ей разрешают одно — протяженностью в один час — ежедневное свидание с ребенком.

По достижении ребенком двухлетнего возраста его разлучают с матерью. Никаких обычных на свободе социальных льгот и социального обеспечения беременные и женщины с детьми в заключении не имеют. В целом можно сказать, что положение женщин в СИЗО и трудколониях во многих отношениях оказывается хуже, чем мужчин.

Телогрейка от Версаче

Взаимоотношения между зэчками в каждой камере складываются по-разному, в зависимости от специфики подобравшейся «публики», но в целом нейтрально и бесконфликтно. В отличие от мужских камер, где постоянно происходит борьба за лидерство (эта борьба всегда подлая, а иногда и беспощадная), у женщин обстановка гораздо спокойнее. Обычно в коллективе имеется одна смотрящая, которая «держит камеру».

Впрочем, выражение «держать камеру» не совсем точно, по сути, оно гораздо менее грозно, чем по звучанию. Просто смотрящая следит за порядком, контролирует очередность и качество уборки, аккуратность в быту и соблюдение мирных взаимоотношений.

Люди, неопытные в отношении тюремной действительности (к счастью, опытных в этом вопросе не так много), иногда в разговорах затрагивают тему лесбийской любви в среде заключенных. Обычно такие обсуждения сопровождаются перечислением красочных подробностей, официальной же информации по этой теме нет.

На самом деле все обстоит гораздо более скучно и неинтересно. В следственном изоляторе лесбийские отношения возникают и поддерживаются теми, кто уже ранее отбывал наказание в местах заключения, так называемых второходок, да и то далеко не у многих. Но это отдельная тема.

Между женщинами, впервые попавшими в тюрьму, такие отношения не возникают практически никогда, как бы это ни разочаровывало любителей клубнички. Есть нормальные женские отношения, основанные на необходимости общения, взаимной симпатии, доверии и доброте.

Известно, что страсть к приобретению новой одежды у женщин неистребима. Тюрьма дает убедительное подтверждение этой истине. Здесь нет бутиков, шопов и базаров. Казалось бы, новым вещам взяться неоткуда. Не тут-то было. Женщины постоянно обмениваются между собой вещами.

Бывает, дорогую кофточку легко отдают взамен на дешевую, только бы обновить свой гардероб. Импортную косметику меняют на отечественную, лишь бы придать унылой жизни ощущение новизны. Через сотрудников и баланду обмен происходит и между камерами. Женская природа оказывается сильнее страха, наказаний и суровых тюремных законов.

Вадим Самодуров, Россия, Аргументы недели

P.S. Тюрьма, но воля

Минюст предложил ввести в России домашний арест

Легким движением руки электронный браслет можно превратить в надежного и удобного конвоира. Фото: Колыбалов Аркадий

Министерство юстиции разработало ряд законопроектов, значительно смягчающих систему наказаний. Самое громкое новшество — подсудимым заменят казенный дом на родной, если, конечно, человека сочтут неопасным.

— Уже подготовлен и направлен минюстом в правительство проект федерального закона «О домашнем аресте подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», — сообщил корреспонденту «РГ» руководитель правового управления ФСИН Олег Филимонов. — Он предусматривает законодательное введение меры пресечения в виде домашнего ареста как альтернативы заключению под стражу.

По предварительным данным, дома могут оставаться на время суда и следствия около двадцати тысяч человек, в том числе женщин, инвалидов и подростков. Сегодня многие из них попадают в камеры следственных изоляторов только потому, что у следствия возникают какие-то сомнения: не сбежит ли человек, не уничтожит ли доказательства, не надавит ли на свидетелей? Но чаще это просто юридические отговорки. Как правило, самому следователю гораздо легче надавить на человека, когда он под стражей.

В итоге каждый месяц в изоляторы попадают тысячи людей по небольшим статьям и проводят в камере по два-три месяца с матерыми уголовниками.

А потом получают год-два колонии-поселения, а то и вовсе выходят на волю.

— Ежегодно из СИЗО на свободу выходят семьдесят тысяч человек, то есть каждый пятый из тех, кто был заключен под стражу, — сообщил корреспонденту «РГ» начальник управления следственных изоляторов и тюрем ФСИН Валерий Телюх. — Это лица, в отношении которых были прекращены уголовные дела, либо они получили оправдательные приговоры, а также осужденные к наказанию, не связанному с лишением свободы, либо получившие отсрочку в исполнении приговора.

Получается, в камерах изначально оказались лишние люди. Теперь минюст предлагает отпустить их по домам, но оставить под строгим контролем. Домашний арестант чаще всего не будет заперт в четырех стенах. Надо на работу? Пожалуйста. Важная лекция в институте? Ради бога. Но вечером в назначенный час чтобы обязательно был дома.

При этом тюремщики будут присматривать за человеком, в том числе и с помощью электронных конвоиров. Например: специальные браслеты-маячки, посылающие сигналы диспетчеру из тюремного ведомства. Не исключено, что гражданину дома поставят специальную видеокамеру.

Такая практика есть, например, в США. Скажем, российский дипломат Владимир Кузнецов, которого за океаном обвиняли в отмывании денег, до суда находился под домашним арестом. ФБР повесила в его квартире камеры видеонаблюдения. Не путать с «жучками»: здесь все было открыто. А когда суд приговорил нашего дипломата к реальному сроку, тот выкурил перед объективом сигарету, сам демонтировал аппарат и с ним вместе пошел сдаваться.

— Теоретически и технически такое возможно и у нас, — пояснили корреспонденту  в мин юсте. — Скажем, ФСИН уже сегодня устанавливает видеонаблюдение практически во всех колониях и следственных изоляторах. А с учетом развития телекоммуникационных систем в России нет проблем установить камеру в любом доме и вывести картинку на монитор оператору. Но стоимость подобной аппаратуры, так же как и спутниковых браслетов, еще надо просчитать. Кроме того, в законах надо более четко прописать вопрос установки видеокамер в случае домашнего ареста, чтобы не возникало лишних вопросов.

Как пояснили корреспонденту «РГ», есть и другие формы слежки за домашними арестантами. Например, контрольные проверки и звонки. К человеку в любое время могут прийти люди в форме. А он сам должен в определенные часы звонить диспетчеру службы надзора и докладывать, где находится. Обмануть не удастся: аппаратура идентифицирует голос и вычислит место, откуда звонили.

Есть ли риск, что гражданину поверят, а он ударится в бега? Есть. Но маньяков и бандитов отпускать домой не собираются. Речь идет о попавших на скамью подсудимых за мелкие преступления или автомобильную аварию. Если человек, допустим, накинул полотенце на камеру, сорвал электронный браслет и пошел «разбираться» с главным свидетелем, то у него возникнут проблемы. Домашний арест автоматически заменят на реальный.

— Законопроект предусматривает, что домашний арест может применяться в тех же случаях, что и обычное заключение под стражу в следственный изолятор — в отношении подозреваемых и обвиняемых в преступлениях средней тяжести и даже более тяжких, если суд придет к выводу, что человек, находясь дома, не сможет повлиять на установление истины по делу, скрыться, — пояснил Олег Филимонов.

При этом есть важный нюанс. Если человека осудят, срок домашнего ареста ему зачтут как настоящий. Сидеть придется меньше.

Справка

Всего за четыре года тюремное население страны выросло на 230 тысяч человек. Сегодня в местах лишения свободы находится более 890 тысяч арестантов. В России действует 222 следственных изолятора, рассчитанных на 149 тысяч мест. На сегодня в них содержатся около 134 тысяч человек.

А как у них

Франция, пожалуй, относится к числу стран с самой развитой системой общественных работ. Этот вид наказания применяют к нарушителям Правил дорожного движения, людям, которые совершили тяжкие преступления непреднамеренно и впервые, а также к лицам, многократно совершившим мелкие правонарушения. Общественные работы не превышают 240 часов в течение 18 месяцев.

Чехия оказалась первой страной бывшего соцлагеря, которая провела реформу заключения, альтернативного тюремному. Если тюремный срок, к которому могут приговорить подсудимого, не превышает 5 лет, то он имеет право на внесудебное урегулирование. Преступник пишет письмо, где полностью признает себя виновным и обязуется компенсировать ущерб пострадавшему. В более тяжких случаях, так же как и в Швеции, осужденному назначают надзор.

Правоохранительные органы США широко применяют электронное наблюдение за преступниками. Приговоренные к небольшим срокам имеют право попросить у судьи заменить им тюремное заключение на домашний арест с ношением специальных GPS-браслетов. В качестве альтернативных видов наказания в США также используют общественные работы, пробацию (условное наказание с прикреплением к осужденному специального куратора), пребывание в центре дневного наблюдения и даже в лагере военизированного типа.

В Швеции есть три альтернативы тюремному заключению: штраф, надзор и общественные работы. Как правило, эти наказания распространяются на тех, кто приговорен к сроку до трех месяцев. Альтернатива тюрьме — надзор, или пробация. Кураторам запрещено встречаться со своими подопечными в личных кабинетах или в одиночку посещать их по месту жительства. Возможен и интенсивный надзор: помимо того что заключенный должен встречаться с куратором, он также обязан носить электронный браслет на лодыжке.

В Великобритании наряду с общественными работами и штрафами действует система домашних арестов и электронного наблюдения. Специальные GPS-устройства обязаны носить педофилы, воры, грабители и угонщики автомобилей, освобожденные из тюрьмы досрочно, осужденные условно или приговоренные к исправительным работам. Известен случай, когда к ношению электронного браслета за угон автомобиля приговорили 11-летнего мальчика: ему запретили покидать дом с семи вечера до семи утра.

Свобода на особых условиях

Какие законопроекты смягчают систему наказаний

1. В колонию-поселение осужденный, который не был арестован до приговора, будет добираться своим ходом без конвоя. Билеты и паек оплатит тюремное ведомство.

2. Предлагается приравнять один день в СИЗО к полутора дням в колонии общего режима и двум — в колонии-поселении. Законопроект уже внесен в Госдуму.

3. Предложено увеличить до тысячи рублей размер средств, которые осужденные могут тратить на покупку продуктов и предметов первой необходимости.

4. Будет введен новый вид наказания: ограничение свободы. Суд сможет устанавливать обязанности, которые осужденный должен выполнять под надзором уголовно-исполнительных инспекций.

5. Суды будут рассматривать надзорные жалобы арестантов в режиме видеоконференцсвязи с участием самих осужденных.

 

Владислав Куликов, Сергей Меринов, РГ

Фото: Carl de Keyzer

Читайте также: