Современная британская мафия: Албанская кокаиновая революция и ограбления футболистов

гид по британской мафии XXI века

8 января 2019 года примерно в 6:30 вечера 14-летний Джейден Муди мчал на мопеде по пустой Бикли-Роуд на северо-западе Лондона, когда его ослепили фары появившегося из ниоткуда «Мерседеса». Все произошло за считанные доли секунды, так что он даже не успел подумать о тормозе, пишет издание DISGUSTING MEN. В следующее мгновение мопед полетел в одну сторону, его водитель — в другую.

Пока Джейден корчился от боли на земле, хлопнула дверца притормозившей машины – темный силуэт быстро пересек пустую улицу, склонился над раненым подростком, сделал над телом несколько резких движений и вернулся обратно. Машина сдала назад, развернулась и уехала, пока вокруг неподвижного Муди растекалось темное пятно крови. 

Embed from Getty Images

Полицейские быстро установили, что Джейден – не случайная жертва. В марте 2018 года тинейджер получил условное предупреждение за владение пневматическим пистолетом, огромным ножом «а-ля Рэмбо» и марихуаной. Четыре месяца спустя его мать Джейда позвонила в полицию и сообщила, что ей угрожали. В дверь к Муди постучал пацан лет 16, который сказал, что Джейден задолжал ему и получит ножом под ребра, если не вернет деньги. Прошло еще 10 месяцев, и женщина пожаловалась в социальную службу, что дала неизвестным подросткам 300 фунтов, чтобы откупиться от угроз. А еще нашла у сына очередной большой нож и поняла, что тот влип в неприятности. 

Семья переехала в другой район Лондона, но не помогло даже это – через какое-то время Джэйден вылетел из новой школы и продолжил общаться со старшими парнями. Однажды во время рейда в курортном городке Борнмуте полицейские обнаружили Джэйдена в квартире, где хранились крэк и кокаин, но связь между подростком и наркотрафиком установить не удалось, и его отпустили. Только после смерти сына Джэйда узнала, что ее мальчика воспитывали члены Бомонтской бригады – одной из самых известных и жестоких банд боро Уолтем-Форест на северо-востоке Лондона. 

За убийство арестовали 19-летнего воспитанника другой группировки — Айюба Маждоулина. В вечер убийства Муди пять членов ОПГ «Малийские парни» специально выехали на охоту в краденой тачке, чтобы пришить кого-то из конкурентов. Джэйден попался им на глаза, когда развозил травку. Преступники сымпровизировали и сбили курьера, а Маждоулин девять раз ударил его ножом. Убийцу приговорили к пожизненному, хотя даже судья проявил к нему сочувствие – Айюба с детства воспитывали жестокие убийцы, и у парня не было других вариантов, кроме как зарабатывать авторитет насилием. 

Британские бандиты перешли на мессенджеры и биткоин-банкоматы, но все еще по старинке вламываются в чужие квартиры 

Смерть Джэйдена Муди — один из сотен случаев, с которыми каждый год имеет дело Национальное криминальное агентство Великобритании (NCA). По оценкам следователей, на территории страны действует примерно пять тысяч банд, которые не ограничиваются одной сферой и ведут постоянные войны за влияние. Времена, когда копы знали в лицо каждого криминального авторитета, а семейные фирмы разбирались между собой по понятиям, ушли в прошлое. Современная Великобритания – преступный центр Европы, где торговля наркотиками, похищение людей и наемные убийства ничем не отличаются от любого другого бизнеса. Фан фэкт: только в Лондоне за день употребляют 23 килограмма кокаина (или 567445 доз) – минимум в два раза больше, чем в любом другом европейском городе. 

«Точно так же, как семейные магазины исчезают с главных улиц, старые семейные группировки пропадают из Лондона, Глазго, Ньюкасла и Манчестера. Британским фанатам пришлось выучить имена множества иностранных футболистов, и точно так же детективам пришлось разбираться с растущим числом преступников, – объяснил трансформацию британского преступного ландшафта колумнист The Guardian Данкан Кэмпбелл. – Когда-то Британия боролась с импортом наркотиков из шести стран, а теперь их больше 30. Молодой человек, который раньше нанимался младшим сотрудником в торговле или промышленности, теперь может быстрее подняться по карьерной лестнице, если займется преступностью».

Schoolboy smoking : News Photo
Фото: Rupert Rand / Contributor

 Детям из неблагополучных районов легко выбрать наркотрафик вместо учебы. Одна неделя работы на банды приносит 14-летнему курьеру около 500 фунтов — 26 тысяч в год, если он соберет постоянную клиентскую базу из 150 наркоманов. «Каждый хочет быть гангстером, – признался бывший член банды из северо-западного Лондона под псевдонимом BX. – Многие из нас живут с родителями и видят, как те с трудом оплачивают счета. В девяти случаях из 10 они вылетают из школы без образования. Если ты на мели и не можешь найти работу, то ухватишься за эту возможность». 

Развитие технологий и глобализация затронули наркоторговлю, как любой легальный бизнес, и в столице королевства это заметно больше, чем в других городах. «В прошлом Лондон служил домом для множества соседствующих фирм, – проанализировала революцию преподавательница криминологии в Эссекском университете Анна Серджи. – С 1930-х по 1990-е деятельность этих преступных группировок становилась все более «глокальной» – то есть локальной по сути, но глобальной по охвату. Сегодня на виду остается только мелкая преступность – вырывающие сумки налетчики на мопедах и уличные грабители». 

Более серьезный уровень ведения дел предполагает скрытность и отсутствие улик. Например, в 2017-м лондонская полиция выяснила, что ОПГ начали использовать биткоин-банкоматы, чтобы отмывать деньги, но не оставлять след из наличных. Бывший директор Европола сэр Роб Уэйнрайт сравнил прогресс банд с развитием автопрома в 1920-х, когда гангстеры получили больше возможностей, чтобы скрываться от копов. По оценкам Уэйнрайта, в даркнете постоянно продается примерно 350 тысяч нелегальных товаров, из которых 60 процентов – наркотики. Перед полицейскими встает почти нереальная задача: отследить распространение веществ, оружия и порнографии в интернете людьми, не светившимися до этого ни в одной базе. 

Несмотря на сложности, в начале июля Европол нанес мощнейший удар по организованной преступности. Хакеры взломали сервис EncroChat – криминальный аналог Telegram, поставлявший британским гангстерам работающие на двух операционных системах телефоны с отключенными навигатором, камерой и микрофоном. На устройствах также был установлен быстрый набор, позволявший одним нажатием клавиши зашифровать или стереть данные. По данным британской полиции, которая сыграла главную роль в ликвидации нелегального мессенджера, из 60 тысяч пользователей EncroChat по всему миру, 10 тысяч проживали на территории королевства. Взлом системы позволил NCA задержать 746 подозреваемых по делам, связанным с нелегальным оборотом 54 миллионов фунтов, 77 единиц огнестрельного оружия и двух тонн наркотиков.  

«Мы арестовали так называемых неприкасаемых, которые годами скрывались от правосудия, – подтвердила директор отдела расследований NCA Никки Холланд. – Получить контроль над коммуникационной системой британского преступного рынка – это то же самое, что иметь крота в каждой ОПГ страны». Простые исполнители вроде убийц Джэйдена Муди все еще работают по старинке, но серьезные вопросы решаются через EncroChat и его аналоги, поэтому британские власти борются с бандитами в интернете не меньше, чем на улицах. 

Несмотря на развитие технологий, британские дилеры активно пользуются многими старыми приемами даже в эпоху глобализации. Один из них – так называемое кукушатничество (cuckooing). Идея состоит в том, что барыги сближаются с уязвимыми членами населения – людьми с задержками в развитии, инвалидами, стариками, безработными или наркоманами – а затем фактически захватывают их квартиры и превращают в склады для товара и денег. Легальное жилье законопослушного и запуганного гражданина – идеальное убежище для преступников, чтобы заморозить труп, прежде чем избавиться от него, или переждать очередную облаву. E

Иногда мнимые приятели обещают хозяевам оплатить счета или купить телевизор в обмен на право задержаться в гостях, а затем шантажируют людей тем, что они уже являются сообщниками, поэтому должны держать язык за зубами. «Мой дом захватывали, и я много чего видел, – рассказал 28-летний мужчина, которого спасла от кукушатников благотворительная организация. – Сейчас это происходит повсюду и превращается в какую-то манию. Они охотятся за людьми с зависимостью и используют их привычки как повод, чтобы попасть внутрь. Я был одинок и нуждался в деньгах, а эти люди притворялись друзьями». Иногда обычное запугивание работает эффективнее гаджетов: даже после переезда жертвы в другое муниципальное жилье, ничто не помешает гангстерам заглянуть по новому адресу и повторить все сначала. У полицейских связаны руки – они не могут проверять дома наугад, особенно если квартира выделена государством. 

«У Малийских парней эффективная структура и бизнес-план, только вместо бургеров они продают наркотики класса А и каннабис» 

«Малийские парни» пользуются для переговоров старенькими Nokia, потому что их труднее отследить, чем современные смартфоны. Бандиты нового типа не одеваются в особые цвета и не закупаются роскошными тачками – такая активность привлечет слишком много внимания. Они сочетают деловой подход с жестокостью: не зависают в социальных сетях и по минимуму светятся в интернете, но не брезгуют преступлениями вроде убийства Джэйдена Муди. Основатели группировки бежали из раздираемого гражданской войной Сомали, но если бы остались, наверняка стали бы успешными пиратами. 

Африканцы держат под контролем боро Уолтемстоу и особенно Валентайн-роуд, которую называют самой опасной улицей Великобритании. У окрестных полицейских участков дежурят пацаны не старше 10 лет – они запоминают номера выезжающих на вызовы офицеров, чтобы затем угрожать им. Facebook используется для того же – подробности о жизни копов позволяют держать их под контролем, если те подберутся ближе положенного или захотят слишком жирный кусок. Журналисты Evening Standart провели расследование и выяснили, что «Малийские парни» зарабатывают на продаже наркотиков примерно 50 тысяч в неделю – неудивительно, что организация с такой прибылью функционирует как настоящая корпорация. 

«Точно неизвестно, куда уходит прибыль, – рассказал анонимный источник. – Малийские парни – очень многонациональная группировка и они набирают к себе представителей разных культур. В последнее время появилось много мальчиков, которые примкнули к этой банде, хотя не имеют никакого отношения к Сомали. Они функционируют как франшиза вроде McDonalds или Benetton, у них эффективная структура и бизнес-план, только вместо бургеров и джемперов они продают наркотики класса A и каннабис». «Наркотики класса A» – это кокаин, героин, крэк, ЛСД и метамфетамины, ради которых дилеры готовы на любое насилие. 

В марте 2018-го малийцы по ошибке убили 20-летнего Джозефа Уильямса-Торреса, который сидел в машине с другом на территории гангстеров в Уолтемстоу. Три члена банды приняли парня за курьера конкурентов и прикончили его выстрелами в грудь и в ноги. Нападавшие, старшему из которых был 21 год, а младшему – 16, получили пожизненное, но такие аресты слабо влияют на глобальную ситуацию с преступностью в городе. Уже через месяц некую Танишу Гордон-Блейк застрелили на севере Лондона из того же оружия, что и Уильямса-Торреса. 

«Это абсолютно новая сущность, – сказал The Sun один из членов другой ОПГ про «Малийских парней». – Ими руководят люди из страны, где прямо на улицах людей забивают до смерти и насилуют. Некоторые из них – бывшие солдаты, и они видели, как людям отрывает головы. Они считают, что могут приехать сюда и делать то же самое». Насилие помогает лидерам держать под контролем и своих пешек – за курьерами следят с помощью GPS-трекеров, а об успешных сделках они отчитываются с помощью видео. Если кто-то из них попадется на обмане, то наверняка повторит судьбу Джейдена Муди. 

Албанские кокаиновые короли: наладили прямые поставки из Колумбии, повысили качество, снизили цену

В конце 1960-х с английской преступной сцены исчезли близнецы Крэй, но трон пустовал недолго – за пару лет на нем прочно укрепилось кипро-турецкое семейство Ариф. Семь братьев брались за любую работу от рэкета и заказных убийств до наркоторговли – уже скоро они поглотили конкурентов и на протяжении 30 лет удерживали монополию на любой нелегальный бизнес на территории королевства. Несмотря на иностранные корни гангстеров, дела велись по-старому: подельники Арифов прятались в роскошных виллах на севере Кипра, но сама организация со временем стала слишком масштабной, чтобы контролировать все сферы жизни преступного Лондона. 

К тому же Арифы слишком часто оказывались в центре внимания полиции: в 1999-м Бекира Арифа по прозвищу Герцог засадили на 23 года за попытку сбыта 100 килограммов героина на сумму 12,5 миллионов фунтов. Вскоре он вышел по УДО, но в 2015-м опять попался: копы накрыли в графстве Сомерсет нанятых Арифом курьеров, которые перевозили 48 килограммов амфетамина (эксперты пришли к выводу, что на улицах турки выручили бы за него примерно 1,5 миллиона). На этот раз Герцога закрыли на 11,5 лет. Говорят, он по-прежнему руководит семейными операциями из тюрьмы, но постоянная война клана с властями открыла возможности для других бандитов с новыми методами.

Возможно, «Малийские парни» (Mali Boys) – самая скрытная английская группировка, но в размахе и жестокости им вряд ли уступят Адбанцы (Hellbanianz) – дерзкие иммигранты из Восточной Европы, которые радикально изменили систему поставки кокаина. Они заполонили лондонский район Баркинг после Косовской войны в конце 1990-х, когда в европейские страны хлынул поток беженцев. В 1999-м среди 91200 прошений о предоставлении политического убежища рекордные 17 процентов подали люди из Югославии, но среди сотен косоваров через британскую границу проникли и албанцы – кто-то искал лучшей жизни, другие – возможностей для расширения бизнеса. 

Те, кто не занялся кокаином, сколотили репутацию на еще более страшном деле. В 2003-м 26-летнего Луана Плакици арестовали по обвинению в торговле иммигрантками из Румынии и Молдавии. Албанцы заработали как минимум миллион фунтов на мошеннической схеме: говорили женщинам, что в Англии их возьмут официантками или уборщицами, а в итоге заставляли удовлетворять по 20 мужчин в день, чтобы оплатить «расходы на поездку». Сексуальное рабство процветало до 2014-го, когда лидер группировки Вишал Чаудари отправился в тюрьму на 12 лет за сексуальную эксплуатацию более сотни иностранок. Преступник находил жертв в социальных сетях и предлагал респектабельную работу по найму, но как только они пересекали границу, отправлял в бордели. 

Единственная работа, которую предлагали похищенным в качестве альтернативы, – рабский труд на фермах марихуаны, где они должны были поливать урожай, следить за освещением и условиями. «Существует иллюзия, что они могут уйти, потому что двери не всегда заперты, – рассказывает юрист Филиппа Саутвелл, занимающаяся делами о похищении людей. – На самом деле им некуда идти. Их контролируют угрозами, долговыми обязательствами, внушают страх и применяют разные способы психологического воздействия». 

Фирменной фишкой восточноевропейских преступников стала их жестокость – она шокировала даже опытного инспектора Скотленд-Ярда Пола Холмса, который много лет боролся с человеческим трафиком. «Албанцы удивляли тем, как они обращались с женщинами даже в безобидных ситуациях, – признался бывший коп. – Они делали это для демонстрации статуса. Мы получали информацию о женщинах, получивших безумные увечья без какой-либо причины. Большинство ОПГ, занимающихся проституцией, бьют работниц так, чтобы травмы не могли заметить клиенты – удары в туловище можно скрыть одеждой, а синяки на ногах маскируют чулками. Но албанцы наносили удары по всему телу, они были очень жестоки. Секс-торговля в Англии – большой рынок, но мы боялись, что они применят те же методы и в других сферах. Самым очевидным вариантом, естественно, были наркотики». 

Албанцы разработали простую, но смелую и эффективную стратегию распространения кокаина, которая почти полностью отличалась от привычных схем: они избавились от посредников и заключили соглашение напрямую с колумбийскими картелями, контролирующими производство коки. Дилеры получали товар из Южной Америки по смехотворной для британского рынка цене – от 4 до 5,5 тысяч фунтов за килограмм, в то время как их конкуренты покупали товар у голландских оптовиков, требовавших за тот же объем примерно 22,5 тысячи фунтов. Обвал цен на кокаин при повышении его качества изменил расстановку сил в криминальном мире – теперь другие банды были вынуждены сотрудничать с албанцами и подстраиваться под них. 

Кокаиновая революция спровоцировала новую волную увлечения наркотиком: опубликованный The Guardian отчет 2018 года показал, что белый порошок за последние 10 лет еще не продавался на лондонских улицах в настолько чистом виде. По числу молодых наркоманов Британия превзошла другие европейские страны, а колумбийцы вышли на рекордный уровень производства коки – в 2018 году урожая собрали на 31 процент больше по сравнению с 2016-м. Если оценивать проект албанцев исключительно с точки зрения бизнеса, они проделали выдающуюся работу. Бывший глава отдела NCA по борьбе с наркотиками Тони Сэггерс объяснил: «Они показали, что необязательно быть жадными, чтобы доминировать на рынке, и предложили другой подход – с разумными ценами и высоким качеством». 

В плане имиджа албанцы полностью отличаются от «Малийских парней» – они не скрывают лица и одно время даже снимали рэп-клипы в стиле 2000-х: дорогие тачки и часы, летающие купюры, золотые браслеты и наркотики (теперь ясно, кто вдохновил парней с камерой, вломившихся на плантацию к Макконахи в «Джентльменах»). Видео про роскошную жизнь – эффективный способ вербовки. Естественно, детей из бедных кварталов восхищают брутальные мужики с автоматами наперевес, прикуривающие от банкноты в 50 фунтов. Броские слоганы из клипов только усиливали романтичный образ бандитов: «Албанцы готовы к насилию», «Мы – бог этих улиц», «Мы пришьем тебя, потому что албанцам не нужна причина, албанцев невозможно поймать». 

Последнее заявление вызывает сомнения – по статистике, почти каждый десятый заключенный в британских тюрьмах за последние годы является албанцем. Например, в 2016-м трех членов банды арестовали за хранение наркотиков на шесть миллионов фунтов и пистолета-пулемета Skorpion с глушителем. Война с наркоторговцами продолжается, хотя албанцы уже слишком укоренились в британской криминальной культуре, чтобы от них можно было избавиться раз и навсегда. Они занимаются всем от рэкета до наемных убийств, за некоторые из которых получают 100 тысяч фунтов. Только за последний год в регионе Мидлендс арестовали 140 албанских гангстеров, но даже попав в тюрьму, они наслаждаются газировкой, бургерами, чипсами и выкладывают посты в инстаграм, хотя формально заключенным запрещено иметь средства связи. Если албанцы и уйдут с рынка, то только потому, что их вытеснит кто-то другой – точно так же, как до этого они вытеснили турок и англичан.

 «Борзый сторож»: бандит из Ливерпуля, который попал в список богатейших британцев и соблазнил тюремщицу  

Самый яркий пример того, как олдскульные британские авторитеты постепенно теряют влияние – уроженец Ливерпуля Кертис Уоррен по прозвищу Борзый сторож (Cocky watchman – сленговое название пожилых мужичков, которых задешево нанимают охранять склады), проводивший сделки на сотни миллионов фунтов. Его карьера вне закона началась в 1974-м – тогда 12-летнего пацана посадили за угон тачки, а уже через четыре года он получил новый срок за нападение на полицейского. После этого Кертис всерьез занялся наркобизнесом и к началу 1990-х перебрался в Нидерланды – подальше от следивших за ним британских властей. В Амстердаме он заработал репутацию одного из самых надежных и прибыльных дилеров континента и превратился для Интерпола в цель номер один. 

Англичанин еще до албанцев действовал по той же схеме: лично договорился с латиноамериканским картелями о поставках через океан. «Уоррен был первопроходцем, – объяснил выступивший на суде экспертом Тони Сэггерс. – Люди из муниципального жилья с жестким прошлым вроде него иногда очень отважны, и он проявил храбрость, когда сам отправился в страны вроде Колумбии и Венесуэлы. Он проложил путь для других элитных дилеров, но в наше время преступники высокого уровня, большие личности играют все меньшую роль, они отстраняются и используют тех, кто располагается ниже в криминальной иерархии». 

Британские и голландские полицейские провели совместную операцию «Речной рак» и подключили прослушку к телефонам гангстера. В Нидерландах на законных основаниях тайно конспектировали все переговоры Уоррена, а англичане помогали расшифровывать невыносимый акцент преступника. В 1996-м полученная информация помогла агентам провести облаву на ферму Кертиса в сонной провинции Сассенхейм на юге Нидерландов, где они обнаружили полторы тонны марихуаны, 400 килограммов кокаина, 60 килограммов героина, огнестрельное оружие, фальшивые паспорта, три ручных гранаты и 940 канистр боевого отравляющего газа «Сирень». 

Уоррена посадили на 12 лет в голландскую тюрьму строго режима «Ниу Восевел» за заговор с целью перевозки через британскую границу наркотиков на 125 миллионов фунтов. The Observer предположил, что лысый скаузер – самый успешный преступник из всех, что когда-либо были пойманы, Sunday Times включил его в список тысячи богатейших людей королевства, а в родном городе он вообще стал знаменитостью – кружки с изображением Уоррена продаются в мерсисайдских ларьках и спустя 20 лет после ареста. Кертис контролировал империю, которая экспортировала кокаин из Южной Америки, героин из Турции и Ирана, марихуану из Марокко и сбывала все это в Ливерпуле, Москве, африканском Свазиленде, австралийских и бразильских провинциях. 

В 2007-м Кертис вернулся на родину, но пробыл на свободе всего пять недель – его снова арестовали на Нормандском острове Джерси за ввоз марихуаны на один миллион фунтов. Криминального босса посадили еще на 13 лет – теперь уже в Англии – но не лишили влияния: даже занимавшиеся его делом полицейские знали, что Уоррен вложил огромные суммы, заработанные нелегальными способами, в самые обычные предприятия от заправок и виноделен до футбольных клубов и отелей. Детективы прослушивали разговоры гангстера с посетителями в тюрьме, и однажды тот сам признался, что его бизнес по-прежнему приносит несколько миллионов в неделю, но позже отказался от этих слов и заявил, что просто хвастался. 

Уоррен молчал насчет денег, так что ему накинули новый срок и вдобавок оштрафовали на 198 миллионов, которые Борзый сторож заработал на продаже наркотиков. В 2018-м анонимный источник рассказал, что Кертис потратил все состояние, чтобы расплатиться с государством, и теперь выживает на 20 фунтов в неделю. Единственный скандал, в который угодил преступник за время отсидки, оказался связан не с наркотиками. В 2014-м бывшая тюремная советница Тереза Родригес призналась, что закрутила роман с Кертисом и закрывала глаза на то, что тот пользовался телефоном. 

Шесть лет спустя почти такую же историю рассказала тюремщица Стефани Смитуайт, которую теперь судят за неподобающее поведение на государственной службе. По словам женщины, она отправляла преступнику фото в костюме кошечки, ублажала орально и устраивала тайные свидания в тюремной прачечной. От упоминания о том, что для встреч с Уорреном Стефани прорезала отверстие внизу формы, неловко стало даже прокурору. Теперь за острые ощущения от романа с одним из самых опасных людей страны даме придется отсидеть два года. 

Несмотря на подобные инфоповоды, Кертис остается образцом спокойствия, общается с прессой и держится как респектабельный бизнесмен. «Я в жизни не выкурил ни одной сигареты и не пробовал алкоголь – признался Уоррен в интервью The Guardian. – Мне это неинтересно. Единственное, из-за чего я беспокоюсь, так это из-за того, что доставил много хлопот маме». 

В 1990-х Кертис вывел наркоторговлю на новый уровень, но сейчас потерял прежнее влияние: мелкие, подвижные и агрессивные группировки вроде «Адбанцев» и «Малийских парней» разрывают криминальную Англию на части. Каждому хочется утолить жажду денег, власти и насилия, репутация уже не имеет такого значения, как в XX веке. Торговля в интернете ничем не уступает бизнесу в реальной жизни, но на улицах все равно каждый день заключаются тысячи сделок, а дела вроде убийства Джэйдена Муди давно превратились в обыденность. 

Бандиты занимаются не только наркотиками: например, вооружаются до зубов ножами и грабят футболистов

Влияние ОПГ на жизнь в Великобритании давно вышло за пределы локальных разборок из-за наркотиков. 25 июля 2019 года два гангстера на мопеде несколько минут преследовали машину с игроками лондонского «Арсенала» Месутом Озилом и Сеадом Колашинацом и в итоге подрезали внедорожник. Один из нападавших был вооружен ножом, но Колашинац — огромный босниец по прозвищу Танк — выскочил из машины и голыми руками отогнал преступников. Полиция пришла к выводу, что бандиты всего лишь хотели забрать у футболистов часы, карточки и наличку, но за этой атакой последовало продолжение.  

Одна из лондонских восточноевропейских группировок вписалась за Озила и Колашинаца – спортсменам гарантировали неприкосновенность, а у их дома установили круглосуточную охрану. Конкурирующая ОПГ восприняла это как вызов – по информации Daily Mail бандиты пообещали «забрать у футболистов все». 8 августа копы арестовали у дома Озила двоих турок за нарушение общественного порядка – мужчины громко спорили. Прошла еще пара месяцев и парочку английских рецидивистов – Эшли Смита и Джордана Нортовера – арестовали за то самое нападение на мотоцикле. Оба признали вину, но, конечно, не рассказали, к какой банде относятся. 

Embed from Getty Images

«Футболисты оказались втянуты в противостояние группировок, – объяснил Уэнсли Кларксон, специализирующийся на ОПГ автор тру-крайм литературы. – Одна из них – олдскульная турецкая банда, которая уже много лет действует на севере Лондона, а другие приехали из Восточной Европы и обосновались в городе за последние 10 лет. Это классический пример того, что происходит по всей Великобритании в последние годы. Разница в том, что новые гангстеры намного более жестоки, чем старые. Им наплевать на сопутствующий ущерб, и именно так они восприняли футболистов». 

К счастью, с тех пор Озил и Колашинац не попадали в неприятности, но опасные столкновения лондонских спортсменов с организованной преступностью не прекратились. В марте этого года в дом защитника «Тоттенхэма» Яна Вертонгена вломились четверо грабителей в балаклавах. Футболист в то время уехал на еврокубковую игру против «Лейпцига», а вот его семья оказалась в ловушке. Угрожая мачете жене и двум детям голландца, преступники обыскали весь дом и вынесли ценные вещи. Прошел месяц, и то же самое случилось с одноклубником Вертонгена Деле Алли, только на этот раз сам футболист находился у себя, когда посреди ночи к нему вломились люди с ножами. Они врезали парню по лицу и забрали все ценности. 

Полицейские сопоставили эти случаи с еще одним ограблением лондонского футболиста – в конце декабря банда обчистила на 500 тысяч фунтов особняк защитника «Кристал Пэлас» Мамаду Сако в пригороде Лондона Уимблдоне – на этот раз хозяина с родными не оказалось дома. Удивительно, но за шесть лет до этого то же жилье чуть не ограбили, когда его снимал другой футболист — Николя Анелька. Спортсмены часто оказываются легкими жертвами для взломщиков. Они много зарабатывают, не так беспокоятся об охране, как бизнесмены или банкиры, и при этом часто не бывают дома — про их местоположение легко узнать если не из новостей, то и из соцсетей.

Атаки на футболистов – лишь одно из проявлений накрывшей страну волны насилия. Кроме албанцев и сомалийцев, в одном Лондоне за территорию сражаются чилийские, бенгальские и нигерийские банды. В 2017 году количество преступлений с применением огнестрельного и холодного оружия в столице выросло на 42 и 24 процента соответственно по сравнению с 2016-м. Помощник комиссара Мартин Хьюитт рассказал, что все больше подростков покупают ножи через даркнет и у нелегальных торговцев на улице ради статуса и авторитета. Когда он проводил беседу о безопасности в классе с 10-летними учениками и спросил, знают ли они кого-то, кто регулярно носит с собой нож, три четверти детей ответили утвердительно. Осенью 2019-го число насильственных преступлений на территории Англии и Уэльса выросло на 19 процентов, ограблений на 17 процентов, а убийств (намеренных или по неосторожности) – на 14. 

Embed from Getty Images

«Общество уже не так безопасно, как раньше – признал глава полиции Джон Аптер. – Правоохранительные органы делают все, что в их силах, но мы гребем против потока, а люди оказываются в непростой ситуации». У туристов Великобритания характеризуется с чопорностью и верностью обычаям, но для дилеров консервативное королевство – поле боя, где каждый день можно погибнуть или разбогатеть. Иногда в разборки оказываются втянуты обычные жители, для которых жизнь на родине Черчилля, Шерлока Холмса и футбола – вовсе не идиллия. Глобализация и развитие технологий изменили не все: как и 50 лет назад, в некоторых районах Лондона главное – не поболтать за пятичасовым чаем, а вернуться домой до темноты. 

Автор: Василий Легейдо | DISGUSTING MEN 

Читайте также: