«Красные фонари» Кривбасса

В дореволюционном Кривом Роге вполне официально существовали заведения, где можно было воспользоваться «живым товаром» – бордель Быкова и публичный дом Розенфельда. Оба располагались в центральной части города. Да и сегодня девочек «по вызову» хватит всем желающим. Достаточно обратиться в фирму, оказывающие услуги сопровождения либо позвонить в массажный кабинет. А можно просто прогуляться, к примеру, по проспекту Карла Маркса… В Российской империи секс-бизнес был поставлен с размахом. О масштабах этого явления можно судить по отчету Министерства внутренних дел за 1889 год. На то время насчитывалось 1216 официально разрешенных домов терпимости, в которых «трудились» 7840 проституток.

Немногие знают, что в дореволюционном Кривом Роге вполне официально существовали заведения, где можно было воспользоваться «живым товаром» – бордель Быкова и публичный дом Розенфельда. Оба располагались в центральной части города. Первый находился на улице Вокзальной, возле так называемого Николаевского излома (неподалеку от старого автомобильного моста через Ингулец на Гданцевку), второй – на Почтовой (нынешний проспект Карла Маркса). Оба здания до наших дней не сохранились.

На первом этаже «бордели» Быкова была аптека, а публичного дома Розенфельда – склады. Последнее место хорошо знакомо жителям Центрально-Гродского района. Это пустырь, прилегающий к бывшему кинотеатру Ленина. До середины 70-х годов здесь находились складские помещения различных торгующих организаций. Затем старые постройки снесли, а неприглядную панораму дворов прикрыли от взора прохожих бетонным забором.

Станьте спиной к зданию «Проминвестбанка» и представьте на миг, как когда-то давно – в конце позапрошлого века спешили «в гнездо разврата» со всего города учтивые господа и простой местный и заезжий люд. После предания любовным утехам шли замаливать грехи – благо рядом были Николаевская церковь и синагога.

Соответственно циркуляру, составленному чиновниками из Министерства внутренних дел, «борделю» разрешалось содержать только женщин «от тридцати до пятидесяти пяти лет» (на самом деле все обстояло иначе). Расположить заведение следовало в помещении светлом и проветриваемом. Кровати отделить ширмами, по возможности перегородками. Женщин обязать мыться после каждого клиента. Все «работницы» должны были зарегистрироваться в полиции и проходить еженедельный врачебный осмотр.

Обычно «барышни» могли прослужить в притоне, не заболев «дурной болезнью», два-три года, не больше. Пополнение поступало в основном из близлежащих сел, из числа девочек и девушек, которые искали в городе работу. Не найдя ее, многие юные крестьянки, попав в безвыходное положение и сети «людоловов», легко принимали сомнительные предложения дельцов-сутенеров, сулящих им «хорошие места». В «бордели» их несколько дней держали взаперти, затем склоняли к сожительству. Многие «ломались» и соглашались на занятие позорным ремеслом.

Каждый из нас хоть раз в жизни читал наделавшую в свое время много шуму повесть Александра Куприна «Яма», посвященную злачным местам Киева. Помните, публичные дома Ямской улицы разделялись на три категории: дорогие – «трехрублевые», средней руки – «двухрублевые» и самого дешевого пошиба – «рублевые». Различия между ними были большие. Если в дорогих домах стояла позолоченная мебель, зеркала в изысканных рамах, имелись кабинеты с коврами и диванами, то в «рублевых» номерах клиенты довольствовались сбитыми сенниками на деревянных кроватях, прикрытых рваными простынями и дырявыми одеялами, со следами раздавленных насекомых. Впрочем, клопы и вши считались не самыми главными спутниками любовных утех за деньги. Настоящим бичом был сифилис.

Цены в криворожских «борделях» были наверняка значительно ниже киевских, но история об этом умалчивает. Ибо все, что удалось узнать автору этих строк о той эпохе, основывается лишь на устных отрывочных воспоминаниях, передаваемых старожилами из уст в уста. Кое-что рассказал знаток криворожской старины Александр Мельник. Услышанное свидетельствует о том, что «веселых девочек» в Кривом Роге хватало во все времена. Платный разврат стал одним из символов «железной горячки», которую переживало Криворожье в конце ХIХ века. Качеством украинского «живого товара» были довольны и зарубежные специалисты, работающие на концессионных предприятиях города. В те времена в городе иностранцев было хоть пруд пруди. На улицах была слышна французская, английская, немецкая, нидерландская, польская, болгарская речь. Развлечься с инородцами были не прочь даже знатные дамочки, дабы затем в кругу подруг невзначай похвастать: «А Пьер оказался настоящим мужчиной, не то, что твой Жорж…».

Со временем криворожские власти утратили контроль над проституцией, и она расползлась по всему городу. Популярен был «отдых» на воздухе. Есть свидетельства, что в дни зарплаты к Шмаковскому руднику съезжалось немало девиц «легкого поведения». Артельщики, прихватив на местном базаре водки, краковской колбасы по цене 60 копеек за фунт, другой снеди, отправлялись в Дубовую Балку (находилась она в районе Дворца культуры шахты «Большевик») или к берегам Саксагани, где в зарослях снимали напряжение после трудового дня. Плотским утехам предавались и горняки других рудников. Ведь большинство из них приехали в город на заработки, оставив семьи в селах. Чтобы создать видимость порядка, полиция устраивала облавы на проституток, промышлявших в промышленной зоне. Но те откупались, в том числе и натурой. Сказывают, что на базарах были девки-торговки, которые вместе с товаром – молоком или квасом, предлагали себя. Все происходило «не отходя от кассы» – в палатке за шторкой. Проститутки свободно чувствовали себя в питейных заведениях и общественных банях.

Но в царской России, где все контролировалось и предопределялось свыше, стихийный процесс трансформации обычной бытовой проституции в проституцию официально признанную был исключен. В начале ХХ века на смену публичным домам пришли меблированные комнаты, которые на самом деле были теми же борделями. Разве что у входа не было «красных фонарей». Кстати, традиция их вывешивать родилась в Бельгии. Но и этой вольнице все же наступил конец. Грянула Октябрьская Революция. Первым воевать с проститутками начал Ленин. В адрес председателя Нижегородского губисполкома Федорова поступила телеграмма за его подписью. В ней говорилось: «В Нижнем явно готовится белогвардейское восстание. Надо напрячь все силы, навести тотчас массовый террор, расстрелять и вывезти сотни проституток, спаивающих солдат, бывших офицеров и т. п. Ни минуты промедления…».

Воевать с блудницами начали и в Кривом Роге. Пугали, увещевали, проводили разъяснительные беседы. Кое-кто поддался на уговоры агитаторов. Известная в городе проститутка Марья Ивановна С., переспавшая поочередно и с белыми, и с красными, и бандитами, в конце концов, решила сменить «древнейшую профессию» – вступила в члены ВКПБ и стала, чуть ли не комиссаршей. Боролась с белогвардейцами. От пули врагов Советской власти погибла в херсонских степях. Сказывают, что ее фамилия увековечена на одном из мемориалов, возведенных в Каховке в честь героев Гражданской войны. Эх, тачанка-растачанка, все четыре колеса… Не повезло бабе, лучше бы в постели лежала.

Но никакие запреты не могли искоренить проституцию. Об этом свидетельствовал и рост венерических заболеваний в городе. В марте 1920 года, выступая на первом медико-санитарном съезде врачей Криворожья, заведующий лечебным подотделом Иосиф Молдаван обеспокоено говорил о том, что «насущным вопросом является борьба с сифилисом и другими венерическими болезнями, эпидемическому распространению которых послужили события последних лет…». Эх, ты – власть советская, сделавшая достоянием всех не только заводы и фабрики, а и женщину. Так вот, тот самый съезд постановил: «Ввиду сильного распространения венерических заболеваний и сифилиса среди населения, необходимо приступить к устройству венерических и сифилийных бараков…». Как видим, криворожане уже давно живут в условиях морально-бытового разложения. Особо отличившихся любвеобильных наших бабушек направляли в женские трудовые профилактории, где лечение совмещали с общественно-полезным трудом. Тех, кто подлечился и получил профессию Совет борьбы с венеризмом и проституцией определял на постоянную работу. Вот такие были в Кривом Роге ПТУ.

Не скучает без дела и нынешнее поколение врачей Криворожского венерологического диспансера. В конце прошлого года коллектив этого специфического медицинского учреждения отметил 80-летний юбилей. Врачи-венерологи с горечью отмечают что сифилис, гонорея, другие инфекции, передающиеся половым путем, помолодели.

Жива и проституция. Городской голова Юрий Любоненко полагает, что искоренить ее должно отделение по борьбе с преступлениями, связанными с торговлей людьми, созданное недавно при городской милиции. Да еще Юрий Викторович советует председателям райисполкомов чаще бывать на объездной дороге, которую давно облюбовали жрицы любви. Не иначе для того, чтобы быть ближе к телу. А ведь история уже давно доказала, что блудницы в огне не горят и в воде не тонут. Проституток вешали, сжигали, топили во все времена – Древнем Египте, в Риме, в средневековой Европе, в России при Екатерине II, в СССР… Долго еще гореть и криворожскому «красному фонарю». Запрещать проституцию бессмысленно – это прекрасно понимают все. Но и пропагандировать ее – не меньшее зло. Падение нравов в независимой Украине уже и так ударило по морали ниже пояса. Мы получили всплеск криминальных преступлений, венерических заболеваний, увеличение числа заболевших СПИДом. А еще легализацией «древнейшей профессии» государство распишется в собственной неспособности контролировать ситуацию. Да и легализация проституции не сделает жизнь женщины лучше. От продажи своего тела ей, в лучшем случае, достается половина денег. Легализованная проститутка все равно останется объектом продажи для сутенера, она безвольна и несамостоятельна в любом случае. Где же выход?

Женщины, как и мужчины, обычно идут в секс-бизнес из-за невозможности или нежелания зарабатывать деньги другим способом. Из десяти опрошенных мной проституток, шесть никогда нигде не работали. Бедность, одна из главных причин, которая толкает людей на этот путь. А еще жизнь штука такая, что хорошим сексом криворожанам заняться все же хочется. В любую погоду, днем и ночью. И не всегда с женой (или мужем), и необязательно на родном диване. Партнерш (партнеров) хватает. Все зависит от толщины кошелька. Если «зелененьких» много, то к вашим услугам гостиница, квартира «под ключ» или сауна, если деньжат не густо – объездная дорога. Спрос на услуги проституток растет. Но не волнуйтесь, девочек «по вызову» хватит всем. Достаточно обратиться в фирму, оказывающие услуги сопровождения либо позвонить в массажный кабинет. А можно просто прогуляться, к примеру, по проспекту Карла Маркса или же проехать вдоль центральных автотрасс города. К сведению, самыми низкооплачиваемыми проститутками считаются дорожные, или уличные. Но не мечтайте заняться любовью «на шару». Неподалеку от девушки обязательно стоит автомобиль с охранником-сутенером.

Жрицы любви приносят огромные прибыли тем, кто их «крышует». Как-то киевский журнал «Корреспондент» опубликовал таблицу годового дохода от секс-бизнеса в городах Украины. Пальма первенства, по данным Украинского института социальных исследований, принадлежала Киеву (речь идет о цифрах трехлетней давности, но интерес все равно представляют). Три с половиной тысячи столичных путан заработали сутенерам 25,2 млн. грн. Следом за матерью городов русских идет столица Донбасса – Донецк, затем Одесса, Днепропетровск, Запорожье и Харьков. На седьмой позиции расположился Кривой Рог. 715 проституток-криворожанок обеспечили кому-то доход более чем в 5 млн. грн. Недооценили вас, девчата специалисты УИСИ. Это что же получается, каждой всего лишь по семь с хвостиком тысяч гривен досталось за год? Да и то, если с вами делились поровну, все равно маловато. Уж больно профессия ваша престижной считается. Обижают вас, «ночные бабочки», обижают. Либо у вас сокращенная рабочая неделя и отпуска большие.

Впрочем, возможно в журнале допущена опечатка. Или расценки на интимные услуги 2003 году были мизерными. Правда, в последнее верится с трудом…

Святослав Азаркин, Krivoyrog.info

Читайте также: