Как нас «достает» Чернобыль — дозиметры-убийцы

На стихийных рынках можно приобрести «фонящие» приборы из зоны ЧАЭС! Думаете, что Чернобыль далеко от вас? А он может оказаться очень близко — просто вы об этом не знаете.

Радиация нынче тема не модная. Говорят о ней не чаще раза в год, вспоминая трагедию на Чернобыльской АЭС. Как-то поутихли страхи по «фону», сейчас все больше народ беспокоится о качестве продуктов, с пристрастием вчитываясь в упаковку. Но есть удивительные люди, которые до сих пор не расстаются с дозиметром, словно рыбаки с удочкой. И нередко «ловят» на него неутешительные показания.

Анатолий Демский Анатолий Демский с 1986-го по 1993 год принимал участие в ликвидации последствий катастрофы на ЧАЭС в составе оперативной группы Института ядерных исследований АН Украины. Его миссия заключалась во внедрении новой системы контроля за состоянием разрушенного четвертого блока. Автор экологической повести «Чад».

150 ГРИВЕН ЗА ОБЛУЧЕНИЕ

Киевлянин Анатолий Демский один из таких ловцов. В прошлом конструктор, работавший на Киевском атомном реакторе, с недавних пор переквалифицировался в экологического активиста. Для него цезий и плутоний не просто химические элементы из менделеевской таблицы. Он, как многие ликвидаторы, знает, как дорого приходиться платить за время общения с трансурановыми частицами. Семь лет работы — многодневных командировок в Зоне не обошлись без потерь для здоровья. За нахождение при 72,16 бер (норма 0,5 бер) пришлось расплатиться щитовидкой. Но подобную дозу облучения, как считает Анатолий Сергеевич, можно получить, не выезжая из Киева.

— Думаете, что Чернобыль далеко от вас. А он может оказаться очень близко, просто вы об этом не знаете, — убеждает меня по телефону конструктор.

— Доказать?

Будничный день. Мы встречаемся у входа на Куреневский рынок. После короткого инструктажа Анатолий Сергеевич ведет в глубь рынка. Мы проходим лотки с многочисленными трубами и кранами, интересными железяками и необычными шлангами, гвоздями и топорами. По мере удаления от центра торговли на столах начинают появляться вещи, неоднократно побывавшие в употреблении. Быстро пробегая их взглядом, провожатый находит прибор в камуфляжном чехле.

— Это ДП-5 В, дозиметр полевой военный. Когда-то тысячи таких приборов использовались ликвидаторами в Зоне, — поясняя, он начинает манипуляции с прибором. — Вот в этой части находится контрольный радиоактивный источник. Стоит открыть крышку, и оттуда можно изъять радиоактивные крупицы, — комментирует свои действия. — Одного грамма такого вещества будет достаточно, чтобы сжить со света любого человека — подложить его под стул или домешать в чай.

— Ну что будете брать? — настороженно спрашивает продавец, потрепанный дядька. — Меньше чем за 150 гривен не отдам.

— Скажите, а у вас еще есть, — вмешиваюсь в начавшийся торг.

— Да сколько угодно.

Пока отвлекаю торговца. Спутник быстрым движением достает из своей сумки собственный дозиметр, и меряет его «коллегу». Результат — 200 микрорентген/час. Показатель превышает допустимую норму в десять раз.

Со словами «Мы подумаем» удаляемся к выходу. По пути наталкиваемся еще на несколько точек с подобным товаром.

По дороге провожатый объясняет, что это не единственные приборы, в которых используются радиоактивные элементы. В советские времена во многих научно-исследовательских институтах работали с разными дозиметрами. А сейчас эти когда-то нужные приборы всплывают на стихийных рынках. По словам Анатолия, чаще всего продавцы такого товара очень поверхностно представляют, чем же они торгуют.

— То, что могу извлечь из этого оборота радиоактивных элементов, увожу в Зону, — рассказывает физик. — А что делают простые люди, которым это могло попасть в руки, не знаю. Так как завода по переработке радиоактивных элементов у нас нет, то, скорее всего, они хранятся в квартирах, на свалках, и, возможно, в самых непредсказуемых местах.

ЧАД СВОИМИ ГЛАЗАМИ

У Анатолия Сергеевича собственное видение причин и последствий чернобыльской аварии. Оно отличается и от официального спокойствия и от обывательского безразличия к этой теме. В прошлом году он опубликовал повесть «Чад», написанную как занимательный учебник по радиации. Автор постарался не пугать читателя, а подробно объяснить, чем тот рискует, если не попытается понять, как Чернобыль может повлиять на его жизнь. В книге масса интересных деталей, оставшихся за кадром официальной информации. Прочитав ее, понимаешь — причиной трагических событий могла стать элементарная человеческая халатность. А из-за примитивной жадности — любви к бесхозным коврам, магнитофонам, шубам и т. д. — радиация, словно гидра, расползлась по всей стране. Вот она — наиболее вероятная причина всплеска онкозаболеваний.

— Кажется, что у людей притупилось чувство опасности, — сокрушается ликвидатор. — Тащили все, что плохо лежало. Сейчас очередь дошла до стен, кирпича, разбираются хаты, а в них находиться плутоний, который никаким дозиметром не зафиксируешь. Такой материал очень легко попадает на столичный рынок.

— Как же это может случиться, если Зона находится под охраной?

— Я вам как свидетель могу сказать, что на сегодняшний день уже разобрали в поселке Полеское кирпичную школу на улице Шевченко. Хотя там выпало такое же количество радиации, как и в Чернобыле. Я это фиксировал приборами еще в 1986 году. Теперь вопрос: куда вывозиться этот радиоактивный кирпич? В нем содержатся трансурановые элементы, а это все без какого-либо контроля продается простым людям.

Никакими ручными дозиметрами выявить облучение от этих элементов невозможно. Официальное отношение к этому такое: «коль не выявляется — значит его нет». Но опасность как раз в том, что об этом просто не хотят думать. Люди готовы экономить и покупать стройматериалы по бросовым ценам, рискуя собственным здоровьем. Чиновники делают вид, что антропогенного фактора в этом вопросе как будто не существует. Складывается такое впечатление, что они заинтересованы в сложившейся ситуации. А колючая проволока нужна только для того, чтобы охранять зону от пришлых мародеров.

— Опасно ли сейчас находиться в Зоне. Ведь туда и теперь массово едут туристы?

— В прошлом году мой дозиметр фиксировал возле блока ЧАЭС радиацию по бетаплотности более 600, при норме до 10. Опасность для человека больше нормы в шестьдесят раз. Хотя люди не боятся. У нас же официально никто от радиации не умирает. Но опасность в том, что любопытствующий может вдохнуть трансурановую частичку, которая потом попадет в кости, в сердечную ткань, в легкие. И через многие годы человек может заболеть раком, и никак не связать свою проблему с посещением Зоны.

ФОН, ВЫЙДИ ВОН

Анатолий Демский советует, как обезопасить себя от радиации, которая может находиться в продуктах.

— Один из самых главных путей попадания радиоактивных веществ в организм человека — вода. Поэтому надо пользоваться фильтром для ее очистки. Находящийся в нем уголь абсорбирует такие частички, — рассказывает конструктор. — Вымачивая в чистой воде мясо в течение нескольких часов, можно уменьшить содержание радионуклидов почти вдвое. А если вымачивать в соленой воде, то еще больше. Кстати при варке основная масса радионуклидов переходит в воду в течение первых пяти минут. Поэтому важно сливать этот ранний бульон. Тем, кто любит грибы, нужно знать, что промытые под проточной водой, они теряют треть радиации. Если их вымачивать пару часов, а потом дважды по десять минут проваривать, то они становятся абсолютно безопасными.

Анастасия Рингис, Киевские ведомости

Читайте также: