Почему легализовать проституцию в Украине не получится?

Существует и зашифрованная от непосвященных система набора девушек на работу в интимный бизнес по объявлениям в газетах. Например, «На высокооплачиваемую работу требуются девушки без комплексов. Оплата – ежедневно, маленький дружный коллектив. Гибкий график. Возможно проживание». Ключевыми словами в данном случае является требование не иметь комплексов. Современные публичные дома устраиваются, как правило, в 2-3-комнатных квартирах, несколько комнат в которых оборудованы для предоставления услуг. 

Страна в кризисе… Кто-то говорит, что кризис — это плохо. И этих людей можно понять, ведь они потеряли работу и уверенность в завтрашнем дне. Но есть и фанаты кризиса, которые говорят, что плохо только сейчас, а потом, когда кризис закончится, станет хорошо, потому что власти будут вынуждены провести прогрессивные реформы. Пророчество частично начинает сбываться. Из-за недостатка денег правительство начало увеличивать акцизы, закрывать малокомплектные школы и пугать людей адресными льготами и платными медицинскими услугами. А политики вообще готовы реформировать все подряд — от Конституции до устройства местного самоуправления. Предлагается также легализовать рынок интимных услуг, чтобы увеличить поступления в госбюджет от налогообложения этого бизнеса.

В Российской империи интимные услуги были легализованы и предоставлялись в публичных домах. Историческими сведениями о тех временах, почерпнутыми из Харьковского губернского архива, поделились в венерологической службе области. Как сообщили венерологи, в конце XIX века в Харькове ежегодно регистрировалось около 25 домов терпимости, содержавших до 300 проституток. Кроме этого, ежемесячно задерживались «по подозрению в тайном разврате» от 300 до 700 женщин, большинство из которых страдало венерическими заболеваниями.

Владельцы публичных домов были людьми дальновидными и понимали, что если так пойдет и дальше, то оказывать услуги будет просто некем и некому. Поэтому в 1883 г. в Харькове с согласия генерал-губернатора Виктора Калачева держатели публичных домов (при долевом денежном участии проституток) открыли частную венерологическую больницу на 20 коек. Это была первая венерологическая клиника в губернии. Образовавшееся вокруг больницы сообщество венерологов тут же начало борьбу с венерическими заболеваниями. Самым действенным способом оказалась социальная профилактика, одним из методов которой была борьба с проституцией, в том числе правовая.

Поддержку врачам оказали и юристы. Например, в 1901 г. адвокат А.Кони, читая лекции «К вопросу о проституции», потребовал ввести наказание за сводничество. Главными рынками распространения проституции в империи он назвал Харьков, Одессу, Николаев и Белосток (современная Польша). Отрицательно отнеслась к проституткам и власть советов, пришедшая на смену монархии. Коммунисты не могли допустить, чтобы буржуазные девушки заражали сифилисом рабочих и крестьян. В 1924 г. были организованы специальные подразделения Народного комиссариата внутренних дел по борьбе с проституцией и распространением венерических болезней, после чего проституция надолго ушла в подполье со всеми его атрибутами – конспиративными квартирами, шифровками, паролями и явками.

Не прошло и 70 лет, как в стране перестали строить социализм и начали — капитализм. Мелкие и крупные буржуа создали спрос на предметы роскоши и коммерческие интимные услуги, который сразу же был удовлетворен нелегальными структурами (легальные были разрушены еще при советской власти). Услуги официально не разрешены, поэтому проститутки зазывают клиентов, размещая в газетах зашифрованные объявления.

Например, в рубрике «Знакомства» размещается что-то вроде «Милая аккуратная юная леди желает познакомиться с обеспеченным мужчиной». Подчеркивая обеспеченность мужчины, владелец тайного публичного дома дает заинтересованным лицам намек, какого рода знакомства предоставляет. Если позвонить по телефону, указанному в объявлении, то с первых же слов станет ясно, что знакомиться с вами никто не собирается. Как правило, на другом конце провода на ваше «Здравствуйте» девушка произнесет: «Это услуги» или «У нас знакомства на коммерческой основе. Три девушки на выбор». Получив такой ответ, окончательно становится ясно, что разговор ведет проститутка или сутенерша.

Существует и зашифрованная от непосвященных система набора девушек на работу в интимный бизнес по объявлениям в газетах. Например, «На высокооплачиваемую работу требуются девушки без комплексов. Оплата – ежедневно, маленький дружный коллектив. Гибкий график. Возможно проживание». Ключевыми словами в данном случае является требование не иметь комплексов. Современные публичные дома устраиваются, как правило, в 2-3-комнатных квартирах, несколько комнат в которых оборудованы для предоставления услуг.

Данные обо всех услугах и о любой сфере жизни человека в Харьковской области можно узнать в местном управлении статистики, но официальных сведений о рынке интима нет нигде. Известно, сколько сжиженного газа расходуется на душу населения, известны цены на бензин, крупу и макароны, но статистика об интимной коммерции отсутствует.

Чтобы понять, насколько весомой будет прибавка в бюджеты всех уровней от легализации проституции, придется пользоваться неофициальной информацией. Попытаемся примерно оценить, каков же объем оказываемых в городе интимных услуг. По данным общественных организаций, в городе около 4 тыс. проституток. Часть из них работает на дорогах города, где доходы не очень высоки, а часть — в «уютных кабинетах», где доходы в два-три раза выше.

Предположим, что цена одного часа работы феи в «уютных кабинетах» — от 200 грн. до 400 грн. Конечно, могут быть всякие случаи. Наверняка находятся клиенты, которые и больше заплатят, а может быть, им не хватит часа, и они останутся на всю ночь. Но давайте пока остановимся на том, что в среднем за часовой сеанс интима клиент платит 250 грн. По данным тех же общественных организаций, за сутки проститутка принимает трех клиентов.

Поскольку общественные организации экзит-пул клиентов не проводили, а делали опрос первых попавшихся им проституток, то на всякий случай добавим еще одного клиента в день (люди склонны немного приуменьшать свои заработки, чтобы им не завидовали). Получается, что за год проститутка обслуживает 1046 клиентов, и доход от ее работы составит 365 тыс.грн. Итого, за год клиенты оставляют в тайных публичных домах города около 1,46 млрд. грн.

Пока что от этого интимного миллиарда в казну государства и местных бюджетов ничего не попадает, а было бы неплохо, если бы попадало. В казну можно было бы спокойно отобрать треть дохода в виде акциза или налога, что составит около 480 млн.грн. Это огромная сумма! Например, Южная железная дорога за пять месяцев 2009 г. сдала около 200 млн.грн. налогов.

А почему нельзя прямо сейчас направлять в госбюджет часть доходов проституток и сутенеров? Эксперт по налогообложению, который пожелал остаться неизвестным, сообщил, что взимать с проституток налог с дохода нет никакой возможности, потому что по законам Украины такого вида предпринимательской деятельности не существует, а значит, привлечь к ответственности за нарушение налогового законодательства владельцев публичных домов нельзя.

Но дело даже не в том, что нельзя привлечь к ответственности. Даже если проститутки захотят добровольно сдать налоги, то их не смогут принять соответствующие органы. Знающие люди говорят, что существует лишь одна легальная возможность пополнять местные бюджеты за счет проституток. Дело в том, что их деятельность запрещена Кодексом Украины об административных правонарушениях. За выход на работу проститутке полагается штраф примерно гривен в 170. Штрафовать можно хоть каждый день. Вышла на работу — админпротокол и штраф.

Таким образом, местные бюджеты могли бы ежедневно иметь средства на мелкие расходы. Но и тут есть одна проблема. Работают феи в Харькове, но в основном они поприезжали из окрестных деревень и других городов (например, Донецк и Луганск). Составленные протоколы милиционеры направляют в специальные админкомиссии при исполкомах по месту прописки проституток. Штрафы выплачиваются по месту жительства, если комиссия решит, что это нужно. Получается, что харьковская городская милиция должна работать на пополнение местных бюджетов других городов и отдаленных от города сел, жители которых если и скажут «спасибо», то милиционеры этого не ощутят. Поэтому у милиции и нет эффективного стимула для массового составления админпротоколов.

Принципиальным образом решить проблему взимания в бюджеты средств от работы интимщиков могла бы легализация этого бизнеса. Тогда процедура создания и регистрации салона интим-услуг станет законной, и налоговики смогут контролировать сбор налогов в государственный и местный бюджеты. Кстати, на плохо оказанную услугу можно будет пожаловаться в инспекцию по качеству, а на завышенные цены — в инспекцию по ценам. Антимонопольный комитет будет следить за тем, чтобы не нарушались законы рыночной конкуренции, а по своим каналам подключатся санэпидемстанция, пожарники и Пенсионный фонд.

Жизнь проституток станет определеннее и разнообразнее. Идея легализации проституции вполне может получить сторонников даже среди моралистов, которые считают, что проституции не должно быть. Моралисты не любят проституток и будут рады, что столько проверяющих инстанций обрушится на работниц «уютного кабинета», а прагматики — те и так за легализацию.

Но как добиться этой легализации? Вот несколько соображений. Число идей, вокруг которых можно объединить часть общественности для борьбы за что-то, сокращается. Уже активно используются, например, проблемы национальных языков, защиты окружающей среды и сохранения духовного наследия.

Сообщества, увлеченные основными идеями, уже сформировались, а идея легализации проституции выглядит довольно свежей и могла бы помочь политикам вовлечь в свои ряды новых сторонников. Особенно привлекательна эта идея для новых и малых политсил, если привязать ее к необходимости наполнения местных бюджетов в связи с экономическим кризисом. Новые малые политсилы, испытывающие дефицит сторонников, будут рады привлечь в свои ряды хотя бы четыре тысячи харьковских проституток и несколько десятков сочувствующих им общественников.

Начать можно было бы с создания комитета по легализации рынка интимных услуг Харькова, затем подключить субъект законодательной инициативы и работать над созданием в городе специального режима работы рынка интимных услуг в качестве пилотного проекта. Взимать налоги с бизнеса можно в виде акциза на открытие публичного дома (по аналогии с игорным бизнесом). Объем акциза для Харькова мог бы составить около 700 млн.грн. в год.

На базе пилотного проекта можно было бы отрабатывать законодательное поле для новшества, пока оно не распространится на всю страну. Финансирование разработки дополнений в законы вполне могли бы предоставить иностранные фонды в виде грантов. Ведь в ряде стран рынок интима уже давно легализован и работает на благо общества под его контролем. Кстати, неплохо было бы приурочить проект к Евро-2012. Вот приедут иностранные гости, привыкшие ко всему легализованному, и удивятся, почему нет борделей, к которым они привыкли на родине.

Аргументов за легализацию проституции предостаточно, но интимный рынок еще очень и очень долго не станет открытым. Во-первых, коммерческий интим еще не легализован в России, а Украина традиционно отстает с рядом реформ от северного соседа. Во-вторых, серьезным препятствием для озвучивания проблемы в СМИ ведущими спикерами являются свойства самого предмета разговора. Устоявшимся парламентским лидерам политического пространства поднимать эту проблему ни к чему, так как они рискуют потерять лучшую половину электората, представительницы которой часто не приемлют разговоров о проститутках.

Одна женщина, опрошенная на предмет ее отношения к легализации проституции, заявила: «Лучше умереть, чем быть проституткой!» На вопрос, а почему, собственно, лучше умереть, женщина ответила: «Есть вещи дороже денег, а раньше они были дороже жизни. Это честь и достоинство!» И как после этого заводить разговор о легализации? Тем более что подавляющему большинству клиентов совершенно безразлично, к каким они ходят проституткам — легализованным или нет, — и поддержки с их стороны ждать бессмысленно.

Есть еще одна очень важная причина, по которой надежды легализовать проституцию представляются совсем уж тщетными. По данным милиционеров, в Харькове ежегодно регистрируется около 400 проституток (половина из них работает на дорогах). Причем это количество подтверждено официально, с понятыми, и в отношении каждой девушки имеется админпротокол, составленный согласно статье 81-1 «Занятие проституцией».

Эти девушки регулярно доставляются в кожно-венерологические диспансеры, в общем – милиция их знает «в лицо». Милиционеры недоумевают, откуда у общественных организаций берутся данные об огромных количествах «ночных фей». Ведь сначала нужно доказать, что девушка оказывает интимные услуги на коммерческой основе, а затем уже называть ее проституткой. А, мол, если где-то кто-то с кем-то когда-то приятно провел время в общежитии, то это еще не основание для обвинений в разврате.

В свете информации, полученной от милиционеров, энтузиазма у бюджетных приверженцев легализации проституции должно поубавиться. Ведь при таком подходе годовой доход от работы девушек резко уменьшился ровно в 10 раз, до 1,46 млн.грн., и работа по легализации сразу становится экономически не привлекательной. Напомним, что речь идет только о Харькове. В Киеве, где интенсивность работы проституток может быть значительно выше, будут и другие показатели дохода.

Еще один эксперт в сфере коммерческого интима заявил: «Не думаю, что кто-то из наших девушек сможет пройти санитарный контроль, чтобы, условно говоря, легализоваться. Сейчас на слуху несколько заболеваний, которыми чревато общение с ночными феями, — СПИД, сифилис и гонорея. Но на самом деле заболеваний просто масса, и презервативы от них не спасут.

Например, существуют грибковые заболевания, которые очень опасны, разрушают сосуды и сложнее лечатся, чем венерические». Кроме кадровых вопросов при организации домов терпимости обязательно возникнут проблемы при поиске помещений для них. Ведь размещение борделя обязательно вызовет протесты жителей окрестных домов.

Политические, экономические, кадровые и земельные проблемы легализации проституции в стране являются неразрешимыми. А если легализация произойдет, то будет только формальной и не вызовет ощутимого притока средств ни в государственный, ни в местные бюджеты.

Алексей Грищенко, Харьков, «STATUS QUO»  

Читайте также: