Обвиняемый СБУ таможенник Сергей Поляков: «Хочу быть услышанным!»

Главному редактору сайта «Украина криминальная»

 Главному редактору сайта «Украина криминальная»

Настоящим обращаюсь к Вам с целью освещения фактов неправомерных действий сотрудников СБУ и следователя прокуратуры.

По состоянию на 09 октября 2011 года я занимал должность начальника сектора таможенного оформления таможенного поста «Рыбпорт» (далее т/п «Рыбпорт») Севастопольской таможни. В таможенной службе работал с 1998 года. Женат. Имею двух дочерей возрастом 8 и 3 лет. Жена после выхода из декретного отпуска временно не работает. Ухаживаю за своей мамой, пенсионерка, 61 год, инвалид 3 группы. Отец умер в 2002 году. Брат проживает в Российской Федерации.

09 октября 2011 года я осуществлял дежурство на т/п «Рыбпорт» Севастопольской таможни, согласно графику несения дежурств с 09.00 до 18.00 часов. Одновременно со мной в период с 09.00 до 21.00 часов несли дежурство старший инспектор Козырев И.Э. и инспектор Тарасенко А.А. Во время несения мною дежурства, каких-либо замечаний по работе выявлено не было.

Закончив дежурство в 18.00 я начал движение в сторону дома, но около 18.15 мне на мобильный телефон позвонил старший инспектор Козырев И.Э. и сообщил, что на пост прибыл начальник сектора отдела «К» Управления Службы Безопасности Украины в г.Севастополе Норенко В., который уведомил о проведении сотрудниками СБУ задержания дизельного топлива, незаконно перемещавшегося через таможенную границу Украины. Так же Норенко В. потребовал вызова на работу меня (Полякова С.А.) как старшего в тот день и начальника т/п «Рыбпорт» Матвеева Д.А., который находился на выходном дне. Сразу после этого мне на мобильный телефон позвонил начальник т/п «Рыбпорт» Матвеев Д.А. и дал указание вернуться на пост и оказать помощь сотрудникам СБУ в фиксации правонарушения.

По прибытию на пост около 19.00 старший инспектор т/п «Рыбпорт» Козырев И.Э. сообщил мне, что сотрудниками СБУ с 14.00 до 17.00 в Севастопольском морском рыбном порту была проведена операция по задержанию дизельного топлива, слитого с т/х «Аквамарин» (флаг Сент Киттс и Невис) на СЛВ «Мидия» (флаг Украина).

Далее, выполняя распоряжение начальника т/п «Рыбпорт» Матвеева Д.А. я направился на борт т/х «Аквамарин» для оказания помощи сотрудникам СБУ. Поднявшись на борт т/х «Аквамарин», я увидел сотрудников отдела БКОП УСБУ в г.Севастополе: начальник сектора Норенко В.С. старший оперуполномоченный Плужников С.А, старший оперуполномоченный по ОВД Акулинин А.В. В тот момент Норенко В.С. беседовал с механиком судна Драпей Р., и когда ему Плужников С.А. доложил о том, что прибыл я (Поляков С.А.), Норенко В.С. повысив голос, дал указание Плужникову выгнать меня с борта судна. Так как Норенко В.С. не стеснялся кричать, его желание было мною услышано, и я поставил в известность сотрудников СБУ, что они находятся на судне, плавающем под иностранным флагом, на котором объявлен режим «временная зона таможенного контроля», и контроль за соблюдением данного режима возложен именно на таможенные органы.

Любые действия сотрудников СБУ в зоне таможенного контроля производятся по согласованию с руководством таможни и в присутствии сотрудников таможни. В ответ на моё высказывание Норенко В. на ещё более повышенных тонах заявил, что он будет здесь решать, кому и что делать, куда ходить и какие законы выполнять. Мне стало ясно, что самостоятельно добиться от сотрудников СБУ исполнения требований законов Украины у меня не получится.

И осознавая то, что сотрудники СБУ находятся на борту длительное время без какого-либо контроля со стороны таможни, и не понятно ,что они могли за это время совершить, я спустился с борта судна и сообщил по мобильному телефону начальнику т/п «Рыбпорт» Матвееву Д.А. о поведении Норенко В.С. На что получил распоряжение дождаться сотрудников службы по борьбе с контрабандою и нарушениями таможенных правил Севастопольской таможни (далее СБК НТП), которых уже вызвали из дома и направили ко мне.

Несмотря на то, что на сегодняшний день во всех документах фигурирует фраза «проведена совместная операция СБУ и СБК НТП», в тот день только с 19 часов 30 минут начали подходить сотрудники СБК НТП. А именно, заместитель начальника Севастопольской таможни — начальник СБК НТП Дорошенко П.А., заместитель начальника СБК и НТП Поляков Б.А.(мой однофамилец), главные инспектора СБК и НТП Егоркин Б.А., Рябущиц Э.И., Бабчук С. и др. Прибыл и мой начальник т/п «Рыбпорт» Матвеев Д.А.

Поднявшись на борт, все сотрудники таможни расположились в кают-компании верхней палубы судна, не производя никаких действий более одного часа, как впоследствии оказалось, по следующей причине.

Сотрудник СБУ Норенко В.С., проведя устный опрос членов экипажа судна т/х «Аквамарин», не был удовлетворен фактами произошедшего события и приступил к склонению членов экипажа к даче заведомо ложных показаний. В частности, старшему механику Носову В.П. и второму механику Драпей Р. Норенко В. предложил заявить, что они выполняли мои требования (Полякова С.А.), и вся операция по сливу топлива проводилась под моим контролем.

Перед тем, как записывать мои показания, Норенко В.С. предложил мне сознаться в организации слива топлива, по причине того, что у него достаточно доказательств моего участия. Я ему ответил, что к данной операции отношения не имею, и признаваться мне не в чем. На что Норенко В.С. заявил, что он добьётся, чтобы меня уволили с работы (как минимум) и посадит меня в тюрьму (как максимум).

После отказа механиков давать неправдивые показания, Норенко В.С. приступил к методам запугивания. Во время отбора показаний от меня в одной из кают я услышал, что в соседней каюте старший механик Носов В.П. спорит с Норенко В.С. по несогласию давать неправдивые показания. В ответ на это Норенко В.С. вышел из каюты старшего механика и позвал кого-то из сотрудников СБУ, отдавая указание «одевайте Носову наручники и забирайте в камеру».

Носову В.П. 72 (семьдесят два) года, он вышел из каюты весь бледный и заявил, что у него поднялось давление, ему плохо и ему тяжело давать третий час показания. Норенко В.С. ему ответил: «Подпишешь то, что тебе диктуют, и можешь отдыхать». Услышав данный разговор, я прекратил давать показания, пошел в кают-компанию (где все сотрудники таможни ждали, чем закончится борьба Норенко В.С. и механиков) и обратился к заместителю начальника Севастопольской таможни — начальнику СБК НТП Дорошенко П.А. с просьбой отреагировать на незаконные действия сотрудников СБУ и указал на необходимость исправления сложившейся ситуации. Дорошенко П.А. никаких действий производить не стал и посоветовал начальнику т/п «Рыбпорт» Матвееву Д.А. успокоить меня.

По окончании дачи показаний, около 22 часов я сошел с борта судна и убыл домой. На борту остались все сотрудники СБУ и таможни. Если механики выдержат натиск Норенко В., то слив топлива — это административное нарушение, если нет — должностное. К сожалению, механики не выдержали. Забегая вперёд, сообщаю, что Носов В.П. и Драпей Р.Н. в ходе проведения допросов отказались от ранее данных показаний сотрудникам СБУ и заявили об оказании на них психологического давления!

На следующий день Севастопольской таможней начато служебное расследование по факту слива топлива и возможной причастности к сливу сотрудников таможни.

Мною были написаны 2 (две) служебные записки от 13.10.11на имя начальника Севастопольской таможни: 1) о неправомерных действиях сотрудников СБУ на борту т/х «Аквамарин»; 2) о поспешности классификации слитого топлива, как дизельного, до заключения специалиста. Но мои служебные записки не были приняты во внимание и более того, материалы СБУ были взяты за основу служебного расследования. Проведя отбор объяснений в рамках служебного расследования, не обнаружено ни одного факта причастия сотрудников таможни к факту слива топлива.

В дальнейшем сотрудники СБУ вызывали на отбор дополнительных объяснений механиков судна «Аквамарин» с целью «отшлифовки» показаний. Так же не выдержал давления СБУ и один сотрудник таможни — старший инспектор т/п «Рыбпорт» Тимченко Ю.Ю. Он тоже подал служебную записку от 14.10.11 на имя начальника таможни о давлении на него сотрудниками СБУ во время дачи показаний.

В процессе служебного расследования стало ясно, что сотрудники СБУ «удачно» поработали и на СЛВ «Мидия», перед тем как перейти на т/х «Аквамарин». Первой жертвой в тот день стал капитан СЛВ «Мидия» Колегин Н.И. Около 17 часов 09 октября 2011 года, его заставили заполнить судовой журнал так, как это было необходимо сотрудникам СБУ (нарушая инструкцию о порядке ведения судового журнала). Затем Колегин, под угрозою со стороны СБУ привлечения его к уголовной ответственности, дал показания с заведомо ложными фактами. Вышесказанное мне рассказал сам Колегин, но он настолько напуган, что отказывается письменно подтвердить данные факты. Сотрудники СБУ «выдавливали» те показания(относительно меня), подтверждения которым, не было и нет до сих пор.

Ознакомившись с актом служебного расследования Севастопольской таможни 14.10.11, я на последнем листе написал 13 (тринадцать) возражений по нему. Ни на одно возражение не последовало должного реагирования, чем было нарушено требование п.3.1 приказа Государственной таможенной службы Украины от 13.08.10 № 918. Самое главное это то, что мною не было нарушено ни одного нормативно-правового акта. В выводах комиссия считает необходимым привлечь меня к дисциплинарной ответственности в виде увольнения за нарушение присяги государственного служащего.

В результате перенесённого стресса, как следствия нарушения моих (как гражданина и представителя государства) прав и безысходности их защиты, в период с 17.10.11 по 06.11.11 и с 08.11.11 по 17.11.11 я находился на больничном. Прибыв на работу 18.11.11согласно графику, я был уведомлен о моём прекращении нахождения на государственной службе с 08.11.11, т.е. в период моего нахождения на больничном.

Мною был подан иск в Административный суд г.Севастополя с просьбой отменить приказы Государственной таможенной службы Украины от 07.11.11 № 2449-к и Севастопольской таможни от 08.11.11 № 231-к как противоправные.

Судейская коллегия окружного Административного суда г.Севастополя в составе трёх судей: председательствующей судьи Майсак Е.И., судей Гавуры О.В. и Кравченко М.М. в течении трех заседаний рассмотрели мой иск. По моему мнению, на председательствующую судью было оказано давление со стороны правоохранительных органов по следующим причинам:
— на судебном заседании 12.01.12 судья Майсак Е.И. огласила о том, что на следующем заседании 16.02.12, суд уйдет в совещательную комнату и огласит решение.

Однако судебное заседание 16.02.12 приостановилось и перенеслось по формальной причине — представитель ответчика не смог ответить на поясняющий вопрос судьи, на который я мог дать исчерпывающий ответ;

— на судебном заседании 01.03.12 моим адвокатом были перечислены все грубейшие нарушения ответчика, связанные с моим увольнением. Используя предоставленную судом возможность, я обратился к суду с просьбой обратить особое внимание на отсутствие в предоставленных суду документах, нарушений актов, действующего законодательства в моих действиях;
— в середине судебного заседания 01.03.12 секретарём было заявлено суду о выходе из строя компьютера и невозможности дальнейшего аудио-протоколирования заседания. Несмотря на это, в нарушении Кодекса административного судопроизводства, заседание было продолжено и непонятно, как оно протоколировалось. По данному факту мною направлена жалоба в Высший совет юстиции для привлечения судьи к дисциплинарной ответственности.

Стремительное развитие информационных технологий позволяет программистам, айтишникам и телекомщикам без особых проблем находить первую работу. … При этом общее количество компаний использующих такую бизнес модель как IT аутсорсинг,, зарегистрированных в нашей стране, приближается к 1000.

IT-шников в Украине не удерживают даже высокие зарплаты

Заседание 01.03.12 закончилось отказом в удовлетворении моих исковых требований, причины отказа при оглашении постановления судом не были сформулированы. Постановление будет вручено, со слов судьи Майсак Е.И., 06.03.12 и будет Вам направлено дополнительно.

Несмотря на всё описанное выше, я не обращался бы к вам, если бы 17 февраля 2012 года мне не предъявили постановление о возбуждении уголовного дела в отношении меня. Возможно, я в своей работе допустил какие-то ошибки, и готов за них нести ответственность. Но отвечать за клевету, придуманную сотрудниками СБУ, я не согласен. В результате сфальсифицированных сотрудниками СБУ фактов мне грозит уголовная ответственность.

Впервые о возможной уголовной ответственности я узнал 18 января 2012 года. В этот день на мой мобильный телефон мне поступил звонок. Человек представился мне следователем прокуратуры г.Севастополя Форсюк Андрей Андреевич и сообщил, что мне необходимо прибыть к нему 19.01.12 в 10.00. Я поинтересовался, с какой целью мне надо прибыть, и сообщил, что у меня есть договор с адвокатом на случай проведения процессуальных действий. Форсюк А.А. сказал, что адвокат пока не нужен. На следующий день около 10.00 я прибыл в здание прокуратуры по адресу ул.Л.Павлюченко 1, и увидел, что туда же Форсюком А.А. был приглашен другой сотрудник таможни — Юнашев И.А. Уведомив по телефону Форсюка А.А. о своём прибытии, мы дождались его в холле прокуратуры. Прибыв к нам, он представился и попросил выйти на улицу для разговора. Через дорогу, напротив главного входа в прокуратуру, Форсюк А.А. сообщил нам, что собирается возбудить в отношении нас уголовное дело и поступить с нами по всей строгости закона. Предложил нам хорошенько подумать о том, сидеть ли нам в камере до суда или быть под подпиской о невыезде. Так же сказал, что есть возможность оставить обвинение только по одной статье уголовного кодекса (ст.364 ч.3) и убрать «группу лиц» и «получение взятки» в виде топлива. Связь сказал держать через адвоката Тимченко Е. (который на тот момент защищал интересы старшего механика Носова В.П.), «который все нюансы нам сообщит». Дав нам время до 23.01.12, Форсюк А.А. начал движение от нас, но сразу вернулся и добавил, что мы должны передать для него по 5 000 (пять тысяч) долларов США каждый.

Осознавая, что дача взятки является нарушением закона, и принимая требование следователя Форсюка А.А. как шантаж и провокацию, я не стал предпринимать каких-либо действий. Не стал я обращаться и в защитные органы по причине того, что никакой информации относительно возбуждения уголовного дела у меня не было.

Форсюк А.А. позвонил мне 21.01.12 на мобильный телефон и поинтересовался, какое решение я принял. Я ему ответил, что мне необходимо посоветоваться с адвокатом, который вернется в Севастополь из поездки только 24.01.12. На что Форсюк А.А. попросил прибыть к нему 23.01.12 к 10.00 без объяснения причин. Прибыв 23.01.12 к зданию прокуратуры и сообщив Форсюку А.А. о том, что я прибыл, услышал в ответ, что я уже ему не нужен.

17 февраля 2012 года в кабинете следователя Форсюка А.А. в присутствии моего адвоката Митько В.В. я ознакомился с постановлением о возбуждении уголовного дела в отношении меня по ст.364 ч.3 УК Украины. Так же ко мне была применена мера пресечения в виде подписки о невыезде.

Мною была подана жалоба на постановление о возбуждении уголовного дела в Ленинский районный суд г.Севастополя. Жалоба была отклонена по причине недостаточной обоснованности.

От дачи показаний на допросе у следователя я отказался, по причине возможного использования показаний против меня в суде.

В ходе проведенных допросов, в рамках досудебного следствия, старший механик Носов В.П. отказался от показаний, данных под давлением сотрудников СБУ, и раскрыл истинную картину произошедшего, в которой указал на отсутствие какого-либо участия сотрудников таможни. Второй механик Драпей Р. отказался от показаний, данных под давлением сотрудников СБУ, и рассказал об истинных фактах, в которых отсутствуют сотрудники таможни. В материалах дела нет ни одного документа, подтверждающего причастность меня (Полякова С.А.) к факту слива дизельного топлива.

Игнорируя требования ч.2 ст.94 УПК Украины (уголовное дело может быть возбуждено только в тех случаях, когда имеются достаточные данные, указывающие на наличие признаков преступления), статей 2 и 11 УК Украины (основанием уголовной ответственности является совершение лицом общественно опасного деяния, которое содержит состав преступления, предусмотренного УК) следователь Форсюк А.А. 23.02.12 ознакомил меня с постановлением о привлечении в качестве обвиняемого.

27.02.12 я, почувствовав недомогание (температура, боль в горле, насморк) вызвал домой врача и поставил в известность своего адвоката о моём заболевании, который в свою очередь уведомил следователя Форсюка А.А. Но следователь Форсюк А.А. в телефонном режиме настаивал на моём прибытии к нему в любом состоянии, для подписания документов о завершении досудебного следствия. Предлагая выпить побольше таблеток или сделав себе укол, мне необходимо прибыть к нему, по причине успеть Форсюку А.А. отчитаться уходящим календарным месяцем. Пренебрегая моим физическим и душевным состоянием, следователь прокуратуры желает улучшить не качественные, а количественные показатели в работе. В погоне за показателями Форсюк А.А. 28.02.12 направляет ко мне на дом сотрудника СБУ Акулинина с повесткой о необходимости явки к нему 29.02.12.

По причине гонки за показателями: сотрудники СБУ превышают полномочия; администрация таможни спешно избавляется от неугодных сотрудников; прокуратура, бездельничая четыре месяца, проводит за неделю досудебное следствие; и всё это пренебрегая моими правами, данными мне Конституцией Украины, правами человека, который является наивысшей социальной ценностью нашего общества.

Очень важным фактом «деятельности» сотрудников СБУ и следователя Форсюка А.А. является то, что во время отбора объяснений 09.10.11 фигурировало 30 (тридцать) тонн слитого дизельного топлива, при составлении протокола осмотра места происшествия стало 25 (двадцать пять) тонн, а при ознакомлении с возбуждением уголовного дела в феврале 2012 года осталось 15 (пятнадцать) тонн.

В материалах дела имеются документы, подтверждающие таможенную стоимость дизельного топлива на 09.10.11 составляющую 975 долларов США за тонну, что совпадает с реальностью. Однако во время досудебного следствия, без всякого на то оснований, принимается цена 1540 долларов США за тонну, что намного выше даже розничной цены на дизельное топливо.

Вывод. Не признаю себя виновным в совершении преступления по ст.364 УК Украины. Свои обязанности выполнял строго с соблюдением требований норм Конституции Украины, Таможенного кодекса Украины, Постановления КМУ от 24.12.2003г. № 1989, приказа Государственной таможенной службы Украины от 17.09.2004г. № 678 и своей должностной инструкции.

Выполняя гражданский долг и основываясь на статьи 21,22,31,32,40,62 Конституции Украины, прошу Вас защитить меня и членов моей семьи от беззакония, происходящего в отношении меня и от безнаказанности представителей власти, посягающих на мои права.

Данное письмо направляю в Ваш адрес с надеждой быть услышанным и возможного освещения данных фактов на вашем сайте, т.к. надежды на справедливость не остаётся.

07 марта 2012 г С.А. Поляков

Готов предоставить материалы и доказательства к любому указанному выше факту.

Читайте также: