Саморазлагающиеся пакеты: свет в конце тоннеля или ящик Пандоры?

Полиэтиленовые пакеты, которые за последние полвека завоевали бешеную популярность, сегодня подвергаются серьезным экологическим гонениям во многих странах мира. Cуществует законопроект, ограничивающий их производство, и в Украине. Поговорим о последствиях возможного нововведения.

Пожалуйста, добавки!

Напомним, впервые проект закона «Об ограничении производства, использования, ввоза и распространения в Украине полимерных пакетов», разработанный Министерством регионального развития, строительства и ЖКХ, был обнародован в январе нынешнего года. В нем предлагалось запретить все полиэтиленовые пакеты объемом до 20 л и толщиной пленки менее 0,025 мм. После появления этого документа мы познакомили читателей с мнением экологов о последствиях его принятия для окружающей среды и потребителей («Планета «в пакете», «Время» от 10 февраля с. г.)

В сентябре Минрегионстрой выдал на-гора обновленную версию упомянутого законопроекта, в которой предлагается наложить запрет на полимерные пакеты длительного разложения объемом до 20 л независимо от их толщины. А вот для биоразлагаемых пакетов ограничений нет.

Спасет ли этот вариант нашу природу от засорения полиэтиленом и позволит ли сохранить свой бизнес производителям такой упаковки? Об этом — наш разговор с председателем Ассоциации «Совет представителей полимерной отрасли Украины» Андреем Олинковским.

— Андрей Валентинович, была ли учтена в новом варианте законопроекта точка зрения представителей полимерной отрасли?

— После появления первого проекта указанного закона нашей ассоциацией были проведены «круглые столы» с участием производителей полимерной упаковки, а также обсуждение на VIII полимерном бизнес-форуме в Киеве, где выступал и разработчик этого законопроекта. По результатам этих встреч производители полимеров направили в Кабмин и Минрегионстрой обращение с просьбой учесть их мнение при доработке этого закона, а также — чтобы его внедрение происходило постепенно, и предприятия имели возможность и время для дополнения своего технического оснащения оборудованием по производству бумажных пакетов. В ответ министерство дважды вносило изменения в законопроект, и в результате появилась его нынешняя версия, разрешающая производство биоразлагающихся пакетов.

— Устраивают ли производителей полимерной упаковки такие условия?

— Наша позиция такова: любые изменения, которые идут на благо людям и природе, — это хорошо. Если же говорить конкретно о данном законопроекте, то вариант, в котором разрешены биоразлагающие добавки, конечно, более приемлем для представителей полимерной отрасли, чем первоначальный. Хотя эффективность и безвредность этих добавок для природы и человека — вопрос, еще не изученный до конца.

— Готовы ли производители перейти на применение добавок, ускоряющих разложение полимеров, или, к примеру, на выпуск целлофановых и бумажных пакетов?

— Сложившаяся в Украине полимерная отрасль включает в себя более тысячи предприятий. Не все из них занимаются производством пакетной продукции. На полимерном рынке есть изделия из АБС-пластиков, ПВХ, ПЭТ-сырья и других материалов. Но все равно довольно много предприятий делают пленки, пакеты и т. п. Я знаю несколько предприятий, которые имеют технологическое оснащение по изготовлению настолько тонких пленок, что конкурируют по качеству с ведущими производителями в мире. Безусловно, новый закон на них как-то отразится.

Очевидно, не все они поставят себе оборудование для производства бумажных пакетов (кстати, процесс переработки древесины отнюдь не безвреден для окружающей среды), а, скорее всего, пойдут по пути наименьшего сопротивления, т. е. начнут применять биоразлагающие добавки, а именно — оксодобавки, потому что они дешевле гидродобавок. Впрочем, стоимость этих добавок все равно довольно высока, поэтому это сразу отразится на себестоимости пакетов, увеличив ее на 12—20%. А оплачивать эти расходы в итоге придется конечному звену — покупателям в супермаркетах.

Надо учесть еще и то, что в Украине нет отечественных производителей биоразлагающих добавок. Мы будем вынуждены увеличивать ввоз импорта, усиливая валютный дисбаланс в экономике страны.

Кот в мешке

— Реально ли проконтролировать наличие биоразлагающих добавок в готовом полиэтиленовом пакете?

— Это тоже вопрос. Чтобы массово и регулярно проводить такие проверки, у контролирующих организаций должны быть соответственно оснащенные лаборатории. Будет ли государство закупать оборудование для них в необходимом количестве? Если нет, то любому предприятию достаточно будет сделать разовую закупку добавки, получить сертификат от производителя, изготовить пробную партию биоразлагающихся пакетов и в дальнейшем просто не закупать эту добавку, а разместить у себя на сайте информацию о том, что мы, дескать, используем такую-то марку добавок из Канады, Британии или Израиля.

Максимум, что в такой ситуации сможет сделать наша ассоциация, — это проверять заявки конкурентов, которые всегда знают, кто куда ездил и где что закупил. Для этого надо использовать юридические основания и привлекать наши лаборатории, не все из которых, опять же, имеют необходимое оборудование для проверки состава пакетов. Словом, это пока довольно смутный процесс.

Супермаркеты состав пакетов не станут контролировать. Они закупают упаковку у того, кто выиграет тендер по уровню цены. Конечно, они могут требовать: мол, напишите на вашем пакете, что здесь у вас используются разлагающие добавки. И все напишут, нарисуют какую-нибудь трогательную картинку с деревом или земным шаром в руках и т. п. Хотя где гарантия, что биоразлагающиеся пакеты не будут у нас продолжать летать по улицам, как сейчас обычные? И кто решил, что выброшенные в природу пакеты объемом более 20 литров не так опасны для экологии, как маленькие?

Ограничения, предлагаемые новым законопроектом, все равно не снимают ответственности с жилищно-коммунальной сферы за отсутствие отлаженной системы сбора и переработки бытового мусора, в частности, полиэтилена. Я бывал за рубежом, в тех странах Европы и Юго-Восточной Азии, где пакеты не запрещены, но они не замусоривают города, ими не травятся рыбы и животные, потому что людей с детства приучают раздельно выбрасывать для дальнейшей утилизации ПЭТ-тару, полиэтиленовые пакеты и все остальное. Такое отношение к отходам там существует на ментальном уровне. Мы же до сих пор к этому не подошли.

— А какие могут быть «плюсы», кроме экологического, от принятия данного законопроекта?

— Не секрет, что есть «черный рынок» — много предприятий, которые производят пленку в гаражах или на зонах, где можно использовать дешевый труд. Этот неконкурентный сектор частично «отсеется». Уже оживились поставщики оборудования для изготовления бумажных пакетов и, опять же, трейдеры биоразлагающих добавок.

Словом, кому-то это пользу принесет. Но я — за то, чтобы мы сами, по возможности, создавали на территории Украины свое конкурентоспособное производство и сами обеспечивали свой внутренний рынок или экспортировали товары. Тогда это экономический «плюс» для страны. К сожалению, у нас ни в каких законопроектах никто четко не прописывает экономическое обоснование, ограничиваясь, как правило, кратким — мол, предложенные меры должны принести какой-то эффект. А какими способами будет достигаться ожидаемое улучшение или экономия, никто не просчитывает. Это вообще бич нашего менталитета.

Скоропортящийся продукт

— Еще следует заметить, что повышение себестоимости пакетов даже на 10% для многих производителей будет смерти подобно. Пытаясь удержать заказы сетей супермаркетов, они и сейчас работают с минимальной прибылью, — продолжает Андрей Олинковский. — И если уж им придется все-таки использовать биоразлагающие добавки, они, естественно, будут стремиться удержать рост себестоимости своей продукции другим путем, например, используя вторичное полиэтиленовое сырье, или будут добавлять в материал больше мела.

— ?

— Да-да, некоторые компании умудряются добавлять в состав своей продукции до 40% мела, чтобы ее удешевить. И при этом они так наладили производство, что их пакеты не рвутся. Конечно, они не афишируют свои ноу-хау, потому что конкуренты сразу же обвинят их в производстве некачественной, менее прочной продукции. Но если смотреть с точки зрения экологии, то такие пакеты менее вредны для окружающей среды.

— Возможно, это тоже «плюс»: у переработчиков появится заинтересованность во вторичном сырье — значит, постепенно наладится система его сбора у населения?

— Возможно. Но на качество пакетов это повлияет не в лучшую сторону. Ведь у «вторички» прочность меньше. И если у потребителя разорвется в руках пакет с мясом или яйцами — сами понимаете…

Здесь еще важен контроль по остаткам продукции. Этот вопрос вообще не затрагивается министерством, а он, опять-таки, заключается в ответственности производителя. Представьте себе, что производитель изготовил партию пакетов в расчете на 3 или 5 сетей супермаркетов. А тендер не выиграл или еще что-то произошло, и на складе осталась невостребованной партия фасовочных пакетов. Лежат они там полгода, год… Для обычных пакетов это не страшно, а вот если в них есть биоразлагающая оксодобавка, то пакет начинает разлагаться уже через полгода. Значит, нужно его побыстрее продать и использовать, пока он не потерял свою прочность.

— Получается, пакет — это тоже скоропортящийся продукт…

— Да. И вдобавок ко всем прочим видам контроля его еще надо контролировать относительно срока годности. А ведь на фасовочных прозрачных пакетах-«маечках» никто никаких выходных данных по сроку хранения никогда не ставит. Значит, сетям супермаркетов придется либо полагаться на порядочность производителей, либо организовывать входящий контроль качества этих пакетов, что, опять-таки, увеличит их цену для потребителей.

Автор: Татьяна Буряковская, ВРЕМЯ

Читайте также: