Гражданская защита. Дело Жуковского перестает быть делом одного Жуковского

«Дело Жуковского», о котором в подробностях рассказала «Украина криминальная», уже становится делом всех настоящих граждан и патриотов Украины. Нужна помощь каждого, кто, как и офицер Жуковский, в этом продажном государстве готов защищать свою Семью, Честь и Достоинство любыми доступными методами. Офицер Жуковский уложил двоих нападавших бандюков — на своей земле, обороняясь, защищая свою и супруги жизнь. Теперь криминалитет с ним сводит счеты — руками «оборотней» в погонах. О том, кто сегодня нуждается в нашей с вами защите.

 Ниже мы печатаем письмо сослуживца Олега Жуковского.

«Здравствуйте, уважаемая редакция проекта «Украина криминальная».

Совершенно случайно просматривая по утру сайт «УК», похолодел от ужаса. В этот момент статья — очередное описание нашего украинского беcпредела — превратилась в чудовищную реальность. Когда речь идет не о каких-то незнакомых людях, а о вполне конкретном человеке, которого знал, с которым вместе учился, жил по соседству, водил детей в одну группу в детский садик… земля уходит из-под ног, окружающий мир выворачивается наизнанку от осознание того, что ЭТО происходит с нами сегодня и здесь…

Первая наша встреча и знакомство с Олегом Жуковским произошла еще в начале 80-х в военном училище. Спокойный, уравновешенный парень,который ничем особенным не выделявшийся из нас, 115 молодых пацанов, поступивших на 1-й курс. Хотя нет, вру… удивило отменное знание немецкого языка. Это уже позже я узнал, что он из семьи офицера, и провел с родителями некоторое время в ГСВГ.

После окончания училища, положив нам на плечи почетный груз лейтенантских погон, судьба разбросала нас по просторам тогда еще необъятной Родины. Я уехал в казахские степи на испытательный полигон в районе озера Балхаш, а Олег — в Сибирь.

Наступили смутные 90-е. И вот, приехав на вступительные экзамены в академию в г.Харьков, я опять встречаюсь с Олегом. Мы уже были не теми молодыми беззаботными лейтенантами; у каждого уже жены, дети, жизненный, офицерский опыт, полученный далеко не в тепличных условиях кабинетов. Но тем не менее, радость от встречи с людьми (а нас поступало четыре человека с нашего выпуска) , с которыми провел, наверно, самые лучшие годы курсантской юности, была неописуемой! Мы поступили, все четверо, и дальше началась, как нам казалась, новая страница нашего офицерского бытия. Наше будущее виделось нам в самых радужных тонах. Диплом харьковской академии переводил нас на «новый уровень» офицерской карьеры, новые интересные должности, новые места службы, «вес» в военном «табеле о рангах». Короче, все то, о чем мечтает офицер и его семья…

Но прав был Конфуций, сказав: «Не дай нам Бог жить в эпоху перемен…» Пока окрыленные зачислением на 1-й курс академии мы возвращались в свои воинские части, собирать свои семьи организовывать их переезд в Харьков — грянул ГКЧП. Страна начала рушиться. Да что страна — весь мир, в котором мы существовали, жили, воспитывали детей, строили планы на будущее, мечтали… все начало рушиться. Нет, не в одночасье — может, это было-бы легче пережить, — на протяжении всех трех лет учебы. Умирало все. Престижность офицерского труда, значение образования, прежняя шкала ценностей, наша академия… умирало медленно, безвозвратно, мучительно. Умирала часть нашей судьбы.

Тогда, зимой 91-го, нас, кто был родом из Украины, уговорили принять украинскую присягу. Это тогда была общая тенденция по всей территории Украины. Политикам это было нужно как еще один козырь в споре с Москвой. Им было абсолютно наплевать, что потом делать с этими людьми. Где использовать их специфичные знания и умения.

Для них мы были пешки в большой политической игре. Мы сделали свой выбор и…. перестали их интересовать. На протяжении трех лет шла деградация военного образования, развал оставшихся «от Союза» воинских частей, откровенное воровство и разбазаривание военной техники и вооружения при полном попустительстве, безразличии, а то и прямом покровительстве верхних эшелонов «независимой» Украины. Наблюдать все это было невыносимо тяжело… Тяжело осознавать, что ты никому не нужен.

Не нужен как офицер, как специалист войск ракетно-космической обороны, как-бы хорош ни был! Государство, которому ты присягнул — наплевало на тебя… ему не до этого. Не случайно накануне выпуска некоторые из наших однокурсников-украинцев, договорившись с кадровиками, уничтожили в своих личных делах упоминание о принятии присяги на верность народу Украины и поехали дальше служить в Россию (наверное, приняв впоследствии присягу там). Я их не осуждаю…

Россия с радостью их приняла и позаботилась о них — они там были нужны и востребованы. Олег Жуковский и я были в числе тех, кто не стал кромсать свое «личное дело». Каждый в такой ситуации сам принимает решение, как ему дальше жить, где жить и как обеспечить кусок хлеба своей жене и детям. После увольнения из рядов ВС Украины (благо, в тот момент на некоторое время приоткрылась лазейка в виде стати 53 пункт «з») — по собственному желанию) наши пути разошлись. Я знал, что он уехал в Николаев. Ходили слухи, что у него там свой бизнес. Больше я ничего о нем не знал. И вот…

Я прошу прощения, что вынужден проводить столь глубокий экскурс в историю, но, на мой взгляд, без всего этого трудно понять произошедшее. Жизнь научила нас, офицеров, что на нас большинству людей наплевать. От государства Украина — кроме обид и плевков — мы ничего не получали, и теперь надеяться на помощь от него — наивно и глупо. Все свои проблемы мы привыкли решать сами, даже если это непросто.

Скажу сразу — я не оправдываю убийство, как метод разрешения споров. НО… он защищал свою семью, свое имущество. Свой бизнес, в конце концов, который давал средства к существованию его семьи. Я представляю, какое давление шло на него и его семью, какое чувство безысходности поселилось в ,душе Олега, если он совершил ТАКОЕ.

Такие, как он по пустякам или надуманным страхам за оружие не берутся, я в этом убежден! Откуда ему было ждать помощи? От судов? Да не смешите меня… В стране, где адвокат выбирается не из соображения профессионализма, а из соображения «а не побоится ли судья у него взять деньги и не «спалиться»? Только люди, ни разу не сталкивающиеся с украинской судебной системой, могут надеяться на «бесплатное» верховенство справедливости и закона!

И еще… Кто хоть раз участвовал в драке (не дворовой, пацанской потасовке, а серьезной драке), знает, что иногда наступает момент, когда вся окружающая действительность для тебя перестает существовать. Все предрассудки и правила пропадают. Есть только ты и твой враг… Или он тебя , или ты его… третьего не дано… И не важно, что у тебя в руках или у него — ИЛИ О,Н ИЛИ ТЫ. Это длится недолго, и потом все вспоминается в каком-то тумане. Как будто это было не с нами. Наверное, это и есть пресловутое состояние аффекта. Это сильнее нас, это где-то в нашем подсознании, доставшееся нам от наших далеких предков… Если что-то угрожает твоей жизни — эта угроза должна быть уничтожена; это закон дикой природы, закон выживания вида.

Всем моралистам я хочу еще раз сказать: я не оправдываю убийство, как таковое! Я хочу понять, как можно было довести до такого состояния того Олега Жуковского, которого я знал. Веселого, уравновешенного, уверенного в себе человека. Как?!

Я не знал погибших. Для их семей — это настоящее горе. Потерять мужа, отца, дедушку — это по-настоящему страшно. Но ответьте мне люди добрые: как поступали ваши предки-горцы, которыми вы так гордитесь, с непрошеными гостями, которые посягали на их жилище, их семью и жизнь!? Они защищали все это до последней капли крови. Они-же к Жуковскому в таком «составе» не чай пить приезжали! Они понимали, что делали! Просто думали, что все произойдет, как всегда, свято уверовав в свою безнаказанность! И горько ошиблись… Здесь НАША ЗЕМЛЯ и НАШ ДОМ!!! Задумайтесь над этим…

С уважением,

Дмитрий Маслов, сослуживец Олега Жуковского; читатель «УК»

P.S. Ссылка на обсуждение «дела Жуковского» 

Читайте также: