С крестом пошли на власть. Попов-политиканов пора окстить

Несмотря на то что церковь в Украине официально отделена от государства, влияние религиозных организаций на принятие политических решений настолько ощутимо, что возникает закономерный вопрос: не пора ли признать их полноправным субъектом политики? Со всеми вытекающими ограничениями.

Утро четверга в украинском парламенте не похоже на все остальные. В этот день в половине девятого в Верховной Раде можно наблюдать интереснейшую картину: народные депутаты всех политических мастей один за другим поднимаются на третий этаж, чтобы здесь, под куполом, в тесном кругу единомышленников… помолиться.

Полтора часа, которые остаются до открытия утреннего пленарного заседания, нардепы читают Библию, неспешно пьют чай, кофе и хором оттачивают слова «Отче наш». Во главе стола — идейный вдохновитель собраний — нардеп Павел Унгурян. Участники молитвенной группы — представители всевозможных христианских течений.

Время от времени к ним присоединяются профессиональные церковные служители. Правда, взять данную группу под свою постоянную церковную опеку никому из них пока не удалось. Если не считать г-на Унгуряна, который, кроме всего прочего, возглавляет Молодежный комитет Союза евангельских христиан-баптистов Украины.

Вероятно, поняв, что в любом деле главное — заинтересовать «клиента», народный депутат не устает придумывать что-то новенькое для своих коллег. Вслед за молитвенной он создал межфракционную группу «За духовность, моральность и здоровье Украины», называя ее «реальным инструментом политического влияния». Затем политик загорелся новой затеей — организацией молитвенных завтраков.

Причем последние, по замыслу депутата, должны проходить на самом высоком уровне — с участием президента, политической, деловой, культурной и непременно духовной элиты. Если идею удастся «поставить на поток», молитвенные завтраки станут уникальной церковно-политической площадкой, где духовенство, по аналогии с проведением таких завтраков в других странах, сможет еще эффективнее влиять на власть.

Лидеры политических симпатий

Борьба за власть для церкви начинается с борьбы за симпатии политиков. Победа Виктора Януковича на президентских выборах подстегнула религиозные организации к поиску новых путей влияния на государственных мужей. Публичную набожность четвертого президента, как и предыдущего, церковные иерархи восприняли как руководство к действию.

«Президент — глубоко верующий человек, поэтому мы должны быть еще более активными, чтобы влиять на людей, которые идут в политику, — убежден Григорий Комендант, глава Всеукраинского совета церквей и религиозных организаций (ВСЦРО). — Когда весной этого года мы встречались с президентом, я сказал Виктору Федоровичу, показывая на нас: «Смотрите, вот это сидят люди, которые напрямую общаются с Богом. Каждый по-своему, но каждый имеет прямую связь с Богом. Поэтому именно на этих людей надо ориентироваться».

По данным последнего масштабного исследования Киевского международного института социологии, Центра «Социальные индикаторы» и Киево-Могилянской академии, более 90% украинцев — верующие люди. Этот факт не может не радовать священнослужителей, для которых подобные цифры являются своеобразной индульгенцией на право заниматься политикой. Причем представители самых больших украинских церквей, с которыми пообщалась «ВД», в своих суждениях на этот счет парадоксальны. Твердя в один голос, что церкви — вне политики, они тут же добавляют, что оставаться вне политического процесса… не могут.

Умело подстраиваясь под политическую конъюнктуру, церковные лидеры умудряются превращать в объект политической дискуссии даже те темы, которые, казалось бы, к церкви не имеют никакого отношения. До недавнего времени УПЦ Киевского патриархата находилась едва ли не в оппозиции к президенту за его откровенный фаворитизм по отношению к УПЦ Московского патриархата. Когда же Киев и Москва вступили в бескомпромиссную войну политических заявлений касательно легитимности ценовой формулы на газ образца 2009 года, глава УПЦ КП патриарх Филарет подставил главе государства свое плечо.

Первой ласточкой сближения православной церкви с действующей властью стало обращение Филарета к Януковичу: «Считаю необходимым от себя лично и от УПЦ КП морально поддержать ваши усилия, направленные на защиту интересов украинского народа и установления действительно партнерских отношений с Россией на основе равенства и взаимного уважения между нашими государствами».

Похоже, президент может всецело рассчитывать на личную поддержку главы УПЦ КП. При этом в самой церкви не скрывают, что они не только знают, но и постоянно используют всевозможные приемы влияния на власть. «Наш самый главный рычаг влияния — то, что церковь имеет высокий авторитет в обществе, — говорит епископ Евстратий Зоря, глава информационно-издательского департамента УПЦ КП.

— Поэтому политик, который хочет продолжать свою политическую жизнь, не может пренебрежительно и безответственно относиться к каким-то принципиальным вещам, о которых говорит церковь или религиозные организации в целом». Вот только называть имена политиков, которые находятся под чуткой опекой церквей, их представители наотрез отказываются, давая понять, что «работают» со всеми.

Совет да нелюбовь

Играя на усиление собственных политических позиций, конфессии не пренебрегают и совместными действиями. Самой влиятельной церковной структурой, включающей в себя представителей девятнадцати наиболее мощных религиозных организаций страны, является Всеукраинский совет церквей и религиозных организаций.

Созданный по инициативе Леонида Кучмы с целью управления церквями, за 12 лет своего существования Совет и сам превратился в инструмент политического воздействия. «Мы влияем на принятие решений в парламенте. Например, в отношении запрета рекламы на алкоголь — это была наша инициатива, — говорит Григорий Комендант. — Идут активные заявления с нашей стороны в отношении однополых браков, движения геев. К нам на заседания приходят народные депутаты. Мы даем им свои инициативы, они слушают, а потом несут их в парламент. Так что влияние идет через них».

В активе наиболее значимых лоббистских заслуг Совета — законодательные инициативы о запрете деятельности экстрасенсов, гадалок, защите общественной морали, запрете игорного бизнеса. Но, пожалуй, важнейшее политическое решение, принятое под давлением ВСЦРО, касается земли. «В новом Земельном кодексе абсолютно все юридические и физические лица попадали либо в графу «аренда», либо в графу «собственность», — возмущается нардеп Павел Унгурян.

— Это касалось и земли под культовыми сооружениями! Но ведь у некоторых церквей еще со времен царя остались огромные земельные участки. Даже в советское время у них было право бессрочного постоянного пользования этой землей. Ведь возможности платить за землю церкви не имеют. Мы настояли на поправках, и наш голос был услышан. Религиозным организациям возвратили право постоянного пользования земельными участками, находящимися под культовыми сооружениями».

Но все же в межцерковной борьбе за влияние на политикум каждая религиозная организация предпочитает вести собственную игру. Поэтому в делах, где затрагиваются личные интересы конкретных церквей, их единение в рамках ВСЦРО трещит по швам. «Большинство политиков принадлежит к той или иной конфессии, — объясняет премудрости церковно-политической жизни епископ Евстратий Зоря. — Таких, которые причисляют себя к атеистам, у нас практически нет. И здесь влияние есть на уровне личностного общения. Например, попросить принять какое-то решение или поддержать какой-то проект».

Среди откровенно «политических» решений, которые были реализованы как раз в ходе таких личных встреч, епископ называет выделение УПЦ МП трех гектаров земли для строительства кафедрального собора. Причем решал данный вопрос едва ли не лично Виктор Ющенко, по удивительному стечению обстоятельств получив перед этим самую высокую награду УПЦ — Орден преподобных Антония и Феодосия Печерских I степени, который ни до, ни после ни одному из видных государственных или политических деятелей не вручался.

Представители религиозных общин давно поняли, что без своих людей во власти добиться нужных решений практически невозможно. Поэтому «окучивание» державных мужей происходит на всех уровнях. Для этого создаются молитвенные группы в органах государственной власти, строятся на их территории часовни.

Те, у кого связей больше, могут рассчитывать на некоторые привилегии. К примеру, не так давно УПЦ МП открыла в Верховной Раде свое постоянное представительство, благодаря которому теперь влиять на процессы в парламенте она может куда эффективнее. «Церковь только учится науке работы с парламентом, она учится лоббировать интересы, — говорит отец Георгий Коваленко, пресс-секретарь УПЦ МП. — Но это сложный процесс, который мы не всегда понимаем».

Зато парламентариев активизация церквей на данном поприще радует, суля им хорошую электоральную поддержку. В особенности тех, кто вызвался быть своеобразными глашатаями церквей. Так, регионал Вадим Колесниченко, увлеченный идеями доктрины «Русского мира» патриарха Московского Кирилла, уже положил ее главные постулаты в основу проекта Декларации «О достоинстве, свободе и правах человека».

Даже при беглом изучении данного документа становится понятно, что он по сути ставит под сомнение ценность существующих человеческих прав, отводя роль первой скрипки ценностям духовного мира. Проект Декларации уже зарегистрирован в парламенте и даже включен в повестку дня сессии. Очевидно, что в случае его принятия, вслед за пересмотром базовых прав человека парламенту придется менять и саму Конституцию.

Заграница им поможет

Одними из наиболее эффективных способов манипуляции не только отдельно взятыми политиками, но и государственной машиной в целом являются зарубежные центры и связи церквей, о чем открыто заявляют сами религиозные деятели. На практике такое влияние оказывается благодаря регулярным встречам церковных иерархов с послами иностранных государств, в ходе которых они выказывают свое недовольство по тому или иному вопросу, а после требуют реакции иностранцев.

Дабы отвести от себя подозрения в политической подоплеке подобных встреч, в их основу лидеры церквей закладывают заботу о демократических ценностях. «Эти встречи имеют огромное значение, поскольку состояние религии и отношение к ней власти во многих странах играют очень большую роль, — рассказывает «ВД» Григорий Комендант. — Это же самый настоящий индикатор! Какое отношение к религии — таков и уровень демократии в стране. Послы — хоть и не религиозные деятели, но, как правило, хорошо осведомлены о положении дел церквей в Украине. Мы их для того и приглашаем, чтобы высказывать наше мнение по тем или иным вопросам и пытаться такими рычагами влиять на власть».

Каждая украинская церковь делает ставку именно на те государства, в которых она, наравне с церковным, имеет серьезное политическое лобби. Карта таких симпатий настолько широка, что охватывает большинство влиятельных стран мира. «Когда наш патриарх приезжает в США, украинская общественность там помогает в организации встреч патриарха с представителями правительства Штатов, — рассказывает епископ Евстратий Зоря. — Такие встречи влияют на события в мировом масштабе». Правда, о каких именно событиях идет речь, г-н епископ дипломатично молчит.

Зато в УПЦ МП не скрывают, что даже пытаются мирить государства. Летом этого года в резиденции киевского митрополита им удалось организовать встречу Московского и Грузинского патриархов. «Это стало примером того, как развивается процесс примирения между государствами, которые находятся в состоянии конфликта и разрыва дипломатических отношений, — поведал «ВД» отец Георгий Коваленко. — Встреча патриархов происходила за закрытыми дверями, но я думаю, что они также обсуждали и вопросы отношений между государствами». Учитывая, что православная церковь как в России, так и в Грузии является если не государственной, то уж больно похожей на то структурой, значение данной встречи при посредничестве киевской митрополии переоценить сложно.

«Церковь не может не стремиться во власть, и эффективно противостоять этому, оставаясь в демократическом дискурсе, нельзя до тех пор, пока религия признается некой надполитической силой, имеющей особый статус, — приходит к выводу гражданский активист Александр Володарский. — Защититься от нее в рамках парламентаризма можно лишь одним способом — признать церковь полноправным игроком на политической арене. Она получит возможность легитимно защищать свои позиции во властных коридорах и в то же время будет вынуждена подчиняться всем тем ограничениям, которые налагаются на политические партии и объединения — в частности, ограничениям на рекламу. Став политиками, церковники не смогут претендовать на роль носителей единственной истины».

Откреститься от участия в политике людей в рясах невозможно. Священнослужители постоянно расширяют арсенал методов влияния на принятие политических решений вплоть до того, что сами идут в депутаты. Молитвенные группы, завтраки с президентом и прочие «уловки» духовенства — лишь ширма для их собственной, по сути политической деятельности в одной из самых верующих стран мира. Процесс стирания границ между политиками и церковниками не остановить. А вот взять его под контроль — самое время.


увеличить

Автор: Станислав Мирошниченко, ВЛАСТЬ ДЕНЕГ

 

Читайте также: