Жизненное кредо подвида «хирургов-пахарей» — «баблос»

Абсолютно тупиковой ветвью эволюции хирургического сословия является подвид «хирурги-пахари». Его возникновение связано со скачкообразной мутацией, которая произошла синхронно с обретением Украиной «незалежности». Фенотипическими признаками изменений генома были красные пиджаки, поломанные уши, колодезные цепи из «желтого металла» на бычьих шеях, культ «Анны Ахметовой» и поклонение «корыту с зелеными щами». Именно благодаря этому эволюционному казусу законы заменились понятиями, гумманизм – целесообразностью, уважение к учителю – своевременным «кидком». Знания и умение стали атавизмом. Жизнь потекла по законам стаи. Отделения были захвачены «пахарями». Все, кто не подходил под новые критерии, были загнаны в резервации. Поначалу их иногда вытаскивали оттуда, чтобы «прикрыться» в сложных, конфликтных случаях, но, постепенно, когда «пахари» захватили больницы, рай-, гор-, облздравотделы, и даже министерство – старые кадры стали никому не нужным архаизмом. Диктатура «хирургов-пахарей» стала абсолютной.

Но эволюция не стоит на месте. Произошло то, что и должно было произойти. Самые наглые, а это не значит, что самые умные «хирурги-пахари» стали стремиться приватизировать не только отделение, но и поработить всю стаю. В этом нет ничего необычного. Эволюция всегда предполагала борьбу за цепи питания, и как только окончилась межвидовая борьба (ученые были загнаны в резервации) – неминуемо обострилась борьба внутривидовая. А так как моральные границы неведомы «пахарям» по определению, то в ход пошли любые способы, даже запрещенные Гаагской конвенцией. Главным кредо стало – «Мы пленных не берем». О каких больных может идти речь. Именно больной был обозначен тем объектом, который стал мешать «пахарям» делать наркотик, без которого они существовать уже не могли. Это был «баблос», а попросту – деньги.

Давно известно, что как только «хирург-пахарь» вместо больного видит только деньги — «баблос» — у него жестко ломается психика. Поначалу страсть к «баблосу» он воспринимает, как что-то молниеносное и проходящее. Но это не так. «Баблос» — как первая сигарета, или, как первый «гоп-стоп», или даже убийство. Эта страсть, как наркотики. Первый раз и все. Человек, а точнее гуманоид – «хирург-пахарь», на 50% затянут в болото, из которого выбраться уже не удается.

Этот процесс, становления страсти к «баблосу», стоит разделить на 2 этапа. Этап первый – лет так до 25-30. Уже позволено самостоятельно оперировать скорую (аппендицит, гнойники, прободная язва и т.п.), а взрослые хирурги уже доверяют сделать этапы больших операций. Начинается с того, что уже сформировался стереотип «снятия стресса» сначала 150 под лимончик, а потом 0,5 литра под сигаретку. Нездоровые амбиции уже превышают еще по сути «детский» рассудок. В кармане, кроме зарплаты, завелись первые «франклины». Появляется тяга к кабакам, казино, бабам, формируется чувство, что у тебя «золотые ручки» и чуть ли не все обязаны тебе. «Хирург-пахарь» стремится попробовать все в жизни, причем сразу, и самое разрушительное для его маленького, но хитрого мозга, понимание того, что любых благ можно достичь всего-навсего «кинув» шефа-учителя и коллег. Так «кидок» становится основным, определяющим поведение, принципом.

Если проанализировать жизнь такого «хирурга-пахаря» то видно, что его мозг атрофируется после 5-10 первых кидков. Он перестает стремиться к знаниям – «…на мой век и аппендицитов хватит», к тому, чтоб развивать себя как личность в целом – «…мы диссертаций не писали, а живем не хуже других». Круг его интересов сужается до простых вещей типа пожрать, посрать, потрахаться, «кинуть лоха» и положить «баблос» в карман. Из вершин его мыслительного процесса можно отметить стремление к изучению инструкции к сетке для аллопластики и стремлению ее куда-нибудь вшить, чтобы получить «откат» с фирмы-производителя или к назначению ненужных, но дорогих лекарств, опять же за «откат». В свободное время «хирург-пахарь» думает о «высоком», то есть про то, как вам запудрить мозги начальству и стать заведующим отделением. Появляется обозленность на всех тех, кто умнее, талантливее, короче на жизнь в целом. В этот момент отрабатывается и внедряется система «подстав» коллег, смыл которой в устранении конкурентов. Важно то, что уже после 100 платных операций остатки мозга «хирургов-пахарей» просто не воспринимают пациента в правильном смысле этого слова. Их мозг, уже в подсознании отличает пациентов по толщине кошелька и все!!!

Я бы сравнил «хирурга-пахаря» с диким животным, которое вы приютили. Даже если кормить его обильно мясом оно все-равно когда-нибудь на вас бросится. Это неизбежно. Разница только в том, насколько быстро проявится его сущность. Чем быстрее — тем менее больно будет для вас. Хуже если суть проявится через несколько лет, когда вы успеете к нему привыкнуть, поможете защитить диссертацию, и, может даже, доверите ему что-то личное. Тем страшнее будет разочарование.

Второй этап — это уже прожженные негодяи, у которых пробег за 2000 операций и более. Они уже успели «занять положение», стали заведующими отделением, а то и повыше (начмед, главврач), и сколотили себе какое-то состояние. Но постепенно к ним приходит понимание того, что они уже «предпенсионного возраста», и, заработку скоро придет конец. Тем более, что в спину уже дышат «честолюбивые дублеры», не только впитавшие в себя всю идеологию «пахаря», но и усовершенствовавшие ее. Голова такого подстарковатого «хирурга-пахаря» начинает поиск обеспеченного финала жизни. И тут они вспоминают об обитателях резерваций. Как ни странно, но власть имущие проморгали важный момент. Пенсия научно-педагогического работника несравнимо выше пенсии «пахаря». Где же выход? Обычно – это поиск наивного профессора, заведующего кафедрой, с которым можно закрутить альянс – «Я тебя пускаю в свое отделение, а ты берешь меня на кафедру». Вроде бы всем хорошо – профессор имеет клиническую базу, а «пахарь-хирург» неголодную старость.

Но это только на первый взгляд. Действительно, «хирург-пахарь», как проститутка с опытом, сможет удивить и уговорить кого угодно. Обычно «пахари» уговаривают профессоров. На кафедре появляется новый доцент, но, как и в случае женитьбы на проститутке — жертвой таких экс-шалав «хирургов-пахарей» становятся профессора, а по терминологии «пахарей» – «ботаники». Брать на кафедру «пахаря» — это как содержать суку, которая охмуряет и получает «лоха при бабле». Эта сука будет по праздникам делать «ботанику» минет, а все остальное время только бессовестно доить. Короче, отношения будут построены не иначе, как по принципу «закошмарить лоха».

Помните, что «хирурги-пахари» по жизни суки и верить им нельзя.

Вот, пожалуй и все.

О. Евгеньев, специально для УК

Читайте также: