Кодекс шантажиста

Умело использовать особенности трудового законодательства могут конкуренты той или иной компании. Простой, но весьма эффективный метод — «засланный казачок». Нанятый и специально обученный сотрудник устраивается на работу в компанию-мишень. Для первичной разведки достаточно одного-трех месяцев. За это время хорошо подготовленный промышленный шпион в состоянии узнать о деятельности компании практически все, что необходимо для ее разорения. Под green mail в современном деловом обороте понимается корпоративный шантаж. Иными словами, это несколько сравнительно честных способов вынудить компанию заплатить деньги. Чаще всего гринмейлеры используют возможности, предоставляемые им корпоративным правом, в частности законами об АО и ООО. Но неплохие перспективы есть у них и благодаря Трудовому кодексу. В последнем случае в роли гринмейлеров обычно оказываются профсоюзы.

Цели green mail

Главная задача гринмейлера — обогащение за счет корпоративного шантажа. Этот вид вымогательства интересен тем, что чаще всего гринмейлеры добиваются своего абсолютно законно — используя права, закрепленные в законодательстве, и правовые механизмы защиты их интересов.

Классический green mail — действия американского предпринимателя Кеннета Дарта, если не изобретателя, то наиболее яркой звезды этого бизнеса. Купив незначительный пакет акций крупной компании, Дарт активно начинает «качать права», и, как правило, суды принимают его сторону. Многочисленные судебные разбирательства наносят ущерб деловой репутации эмитента, к зачинщику присоединяются другие миноритарные акционеры. В результате менеджмент компании или ее главные акционеры вынуждены выкупать у гринмейлера находящийся в его собственности пакет, лишь бы прекратить скандал.

Однако описанная технология — не единственный способ получения дохода от green mail. Гринмейлер может быть нанят другими бизнесменами. В одних случаях это делается для того, чтобы, ударив по деловой репутации компании, снизить ее капитализацию и сделать более уязвимой для недружественного поглощения (этим занимаются так называемые рейдеры). В других случаях гринмейлеры действуют в интересах основного конкурента компании-жертвы, например, перед крупным тендером по распределению правительственных заказов или просто для того, чтобы затраты на противодействие green mail снизили конкурентные возможности компании.

Понятно, что для корпоративного шантажа все средства хороши. И Трудовой кодекс для гринмейлера ничем не хуже закона «Об акционерных обществах».

Узаконенная монополия

С точки зрения классического экономического либерализма профсоюзы — вещь совершенно противоестественная и по большому счету незаконная. Экономический либерализм, как известно, строится на принципе свободы договора, определения цены на товары, работы и услуги исключительно рыночными методами, жесткого подавления любых действий участников рынка по ограничению конкуренции и созданию монополий.

Между тем профсоюз с точки зрения закона — это «добровольное общественное объединение граждан, связанных общими производственными, профессиональными интересами по роду их деятельности, создаваемое в целях представительства и защиты их социально-трудовых прав и интересов» (ст. 2 федерального закона «О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности»). Одной из основных задач профсоюза является защита прав его членов, в том числе прав на минимальное вознаграждение. То есть речь идет о картеле — объединении участников рынка труда с целью установить контроль за ценами на определенный вид товара, работы или услуги, в данном случае — контроль за ценами на рынке трудовых ресурсов.

Между тем в большинстве стран мира деятельность профсоюзов никак не противоречит концепции экономического либерализма. Дело в том, что в условиях избытка рабочей силы, создающей заведомо неравные условия заключения трудового договора, и при отсутствии у большинства работников необходимых для отстаивания своих интересов правовых знаний (и с учетом некоторых других обстоятельств) работник де-факто защищен меньше, чем работодатель, вооруженный штатом специалистов кадровой службы и юристов.

Поэтому для восстановления социального баланса работодатель наделил работника и организации, защищающие его интересы, большим объемом прав. Однако социальный баланс — вещь, требующая достаточно тонкой настройки, а законодатель, который призван эту настройку осуществлять, в России, да и во многих других странах довольно неповоротливый. Понятно, что, если на рынке труда наблюдается не избыток кадров, а их дефицит, профсоюз из полезного социального инструмента превращается в инструмент гринмейлера.

Первыми о блестящих перспективах данного направления профсоюзного движения догадались американские мафиози. Интерес мафии к профсоюзам впервые проявился во времена Великой депрессии в конце 20-х годов прошлого столетия. К середине века сотрудничество крестных отцов мафии и профсоюзных боссов привело к серии громких процессов, в результате которых за решетку сели и те, и другие.

Однако влияние мафии на профсоюзы, особенно в сферах транспорта и строительства, до сих пор достаточно велико. Вполне свежая история — обвинения, выдвинутые против Дино Томасетти, президента компании Laquila Contracting, который с 1991 по 2001 год выплачивал дань профсоюзным боссам при посредничестве нью-йоркского мафиозного клана Гамбино. С помощью отступных компания получала санкции профсоюзов на наем гастарбайтеров и таким образом экономила на фонде оплаты труда.

Последствия злоупотреблений правами, предоставленными работникам и их объединениям, можно условно разделить на системные, влияющие на рынок труда в том или ином регионе или стране в целом, и локальные, ослабляющие конкурентные возможности той или иной компании. Примером «победы» профсоюзного движения в отдельно взятых странах, породившей кризис в отдельных отраслях экономики и общую экономическую стагнацию, является ситуация на рынке труда Европы. Права трудящихся жестко закреплены в национальных законодательствах и безукоризненно поддерживаются четкой работой всей системы правоприменения. Профсоюзы добиваются улучшения условий труда и повышения уровня зарплат, в том числе регулярно проводя общенациональные забастовки.

Казалось бы, рядовые члены профсоюза, да и все наемные работники, «простые трудящиеся» в марксистской терминологии, должны только радоваться. Однако высокие зарплаты и «пакеты компенсаций» имеют следствием общее увеличение себестоимости товаров, работ и услуг, производимых в Европе, а это вынуждает компании переносить производство в другие страны, туда, где нет такого засилья профсоюзов, а рабочая сила того же уровня квалификации и производительности труда стоит дешевле. Норма прибыли европейских компаний, продолжающих использовать труд соотечественников, падает, многие из них даже становятся убыточными. Наиболее яркий пример последних лет — остановленный автосборочный завод компании Rover. Серьезные трудности испытывает и автоконцерн Volkswagen, производственный партнер которого, компания Porsche, вынужден был приобрести 20-процентный пакет акций Volkswagen, чтобы спасти его от недружественного поглощения.

Шпионские страсти

Умело использовать особенности трудового законодательства могут и конкуренты той или иной компании. Простой, но весьма эффективный метод — «засланный казачок». Нанятый и специально обученный сотрудник устраивается на работу в компанию-мишень. Как правило, для первичной разведки достаточно отведенного действующим законодательством испытательного срока — один-три месяца. За это время хорошо подготовленный промышленный шпион в состоянии узнать о деятельности компании практически все, что необходимо для ее разорения или для того, чтобы серьезно осложнить ее деятельность.

Например, достаточно пару раз получить зарплату, чтобы понять, насколько прозрачна бухгалтерия компании, используются ли «черные» или «серые» зарплатные схемы и т. п. Такая информация окажет неоценимую помощь последующей налоговой проверке, которую опытный рейдер или гринмейлер всегда может «заказать» чиновникам.

Другая задача «засланных казачков» — нанесение ущерба деловой репутации компании. Этот прием эффективно использует, например, Революционная рабочая партия (РРП). На самом деле политической партии с таким названием в России нет. РРП нигде не зарегистрирована, однако это не мешает ей активно включаться в не всегда честную конкурентную борьбу.

РРП вербует в свои ряды молодежь из низших социальных слоев, используя для этого неомарксистскую фразеологию, призывы к защите интересов рабочего класса и т. п. В программных документах РРП указывается, что ее главной целью является «насильственное свержение существующего строя и построение коммунистического общества повсюду в мире».

Разумеется, для некоторых радикально настроенных молодых людей, страдающих от социального неравенства, такая программа привлекательна. Однако вряд ли они догадываются, что за спиной их партийных лидеров стоят чиновники одной из самых мощных российских силовых структур и сотрудничающие с ними рейдерские группы. Неудивительно, что методы работы РРП сильно напоминают промышленный шпионаж. Партийные боссы засылают своих активистов в крупные компании для работы на самых низовых позициях (уровень профессиональной подготовки не позволяет им претендовать на более высокие должности). Проработав месяц-два, активисты идут в компетентные органы и доносят на своего работодателя, заявляют о нарушении им законодательства. По идейным соображениям эти партийные функционеры с готовностью дают ложные показания как в правоохранительных органах, так и в суде, рассказывают о «жестоких эксплуататорах» средствам массовой информации. В результате атаки деятельность компании-мишени осложняется из-за многочисленных проверок, а благодаря вбросам информации в СМИ наносится существенный ущерб ее деловой репутации.

Недавно жертвой такого рода green mail стала известная московская строительная компания. Активист РРП рассказал о ней корреспонденту бульварной газеты, и та опубликовала компромат. В частности, рассказчик сообщил, что компания строит плохо и ее объекты постоянно рушатся еще на стадии возведения. Для пущего эффекта источник упомянул о многочисленных несчастных случаях на стройплощадках, которые компания скрывает, замуровывая трупы жертв в бетон. Когда компания подала на газету в суд, член РРП выступил на нем в качестве свидетеля и повторил все сказанное ранее. И суд с готовностью поверил его показаниям, несмотря на то что компания представила документы, опровергающие каждое слово свидетеля. Понятно, что вся эта история сильно испортила жизнь застройщику — продавать недвижимость, когда твоя репутация подмочена, непросто. Похоже, что кто-то хотел сделать его легкой добычей для рейдеров.

Эффективным средством воздействия на компанию является созданный с помощью гринмейлеров профсоюз. Согласно ст. 29 Трудового кодекса (ТК), профсоюз является представителем работников, а ст. 30 позволяет ему представлять интересы даже тех работников, которые в нем не состоят. Согласно ст. 399 ТК, профсоюз уполномочен выдвигать требования при коллективном трудовом споре, то есть фактически инициировать трудовой конфликт.

Профсоюз принимает прямое участие в переговорах с работодателем, участвует в формировании забастовочного комитета (на практике в него входят одни профсоюзные активисты), дирижирует забастовками и другими акциями. Понятно, что забастовка парализует деятельность компании. Но не менее опасны для нее и уступки профсоюзам. Повышение уровня оплаты труда может сделать ее продукцию неконкурентоспособной и в конечном счете разорить компанию. Но чаще всего рядовые члены профсоюза этого не понимают. Зато это хорошо понимают их боссы, которые за вознаграждение готовы «поступиться принципами» и не доводить трудовой конфликт до забастовки.

Коммерсантъ-Деньги

Читайте также: