Защита свидетелей в Германии: там «Макс Бешеный» бы жил…

В Украине мало кто знает, что убийство подсудимого Курочкина на выходе из Святошинского районного суда Киева вызвало большое недоумение не только украинской, но и немецкой прессы. Больше всего вопросов у немецкой общественности повлек тот факт, что фигурант далеко не рядового уголовного дела неоднократно предупреждал власти о грозящей ему опасности.

Однако, ничего эффективного для предотвращения покушения предпринято не было. Немцы, у которых уровень преступности, тем более организованной, заметно ниже нашей, о людях, которым угрожает реальная опасность, заботятся куда эффективнее.

Недавно один из руководителей Службы безопасности Украины с горечью отметил: «Насколько может быть эффективной борьба с организованной преступностью, если у нас даже нет утвержденных программ защиты свидетелей? А ведь защищать их — это вовсе не значит поставить возле свидетеля охранника. Ведь нельзя же его охранять всю жизнь. Необходимо изменить место проживания (по его выбору), подготовить новые документы — начиная от свидетельства о рождении и заканчивая документами об образовании и трудовой деятельности».

Автор этих строк испытал действие закона на себе. Началось все с того, что ровно через год после вооруженного нападения меня в России некий тип, представившийся «бывшим афганцем-спецназовцем», позвонил в дверь нашего с женой убежища в северогерманском Любеке и, не подозревая о скрытой камере, на ломаном русском языке пообещал расправиться с нами «в самое ближайшее время».

Местные силы безопасности отнеслись к сигналу более чем серьезно. Нас затолкали в бронированный автомобиль и под охраной автоматчиков перебросили в другую часть ФРГ, где около нового жилья за немецкий счет по ночам стал кружить полицейский автопатруль. А довольно многочисленная группа наружного наблюдения скрытно сопровождала новоявленных политбеженцев по всему городу довольно продолжительное время.

— Во сколько же обошелся казне весь этот переполох? — бестактно полюбопытствовал объект защиты в полицайпрезидиуме во время обсуждения вопроса о нашей новой фамилии под дверным звонком и прочих документах прикрытия.

Высокий чин тогда недовольно нахмурился и сухо пояснил, что в его стране, в отличие от других, жизнь человека стоит на первом месте. И хотя Министерство внутренних дел ФРГ ежегодно тратит на фигурантов «программы защиты» свыше 50 миллионов евро, если понадобится, выделят и вдвое больше. Лишь бы не повторилась «берлинская трагедия». Имелся в виду пятилетней давности казус по ходу процесса над очередной «русско-украинской мафией». Тогда не пойманные сообщники торговцев живым товаром вначале попытались взорвать важнейшую свидетельницу в ее же собственном автомобиле. А потом воспользовались небрежностью охраны и застрелили эту украинскую гражданку в центре Берлина чуть ли не у всех на виду.

Сделав из случившегося должные выводы, бундестаг быстренько подкрепил закон «О регулированиии вопросов…» рядом необходимых дополнений в Кодекс социального права, в законы: «О регистрации по месту жительства», «О паспортной системе», «О дорожном движении», «Об удостоверениях личности», «Об изменении фамилий и имен», «О гражданстве» и даже «О подоходном налоге».

Благодаря такому комплексному оперативному подходу немецкая юстиция получила реальный инструмент для очень продуктивной работы с любым свидетелем. Меры безопасности принимаются теперь по 400—500 делам в год.

Если судить по источникам в открытой печати, фигурантами общефедеральной защиты за казенный счет ежегодно становятся в Германи от 600 до 700 человек, включая и членов семей укрываемых участников уголовного судопроизводства. Для каждого из них, как и для автора этих строк в свое время, без проволочек выписываются документы на совершенно другие либо немного измененные фамилии.

Сергей Золовкин, Мюнхен, СН

Читайте также: