Государство? Шайка разбойников!

Если говорить коротко, то надо сказать примерно так: «Крышу у кого-то сорвало. И сорвало её капитально!» Это надо же было додуматься до такого большого количества силовых мер в течение такого короткого срока. Да ещё и по такому поводу, как вопрос о собственности на товар, определённый только и исключительно родовыми признаками. не хватает только огневого контакта между сотрудниками силовых (правоохранительных — язык не поворачивается сказать) структур.

«Бандитам — тюрми»

 Головний лозунг Майдану-2004

Причём интересно то, что наибольшее внимание в обществе привлекают отчего-то события громкие, трескучие: вот люди в масках врываются в зданиеНАК «Нафтогаз України», вот входят депутаты, вот депутаты “отпускают люлей” одному из бойцов, который уже без маски, причём, видимо отпускают весьма чувствительно, поскольку довольно молодой парень, которого не раз лупили на тренировках, отчего-то хватается за грудь (правда, я не сильно понимаю — как можно было “пробить” надетый бронежилет кулаком)1, вот входит милиция, правда, входит спокойно, вот демонстрируют постановление суда… Смотреть на всё это — и интересно и, надо отметить, страшновато.

Иностранцам — интересно, а вот гражданам Украины — в самый раз ужаснуться.

 

Кое-кто из сидевших рядом телезрителей начинает обсуждать — “а какого, собственно, хрена эти в чёрном делают там с автоматами, всё равно из них стрелять в таком помещении нельзя — будут рикошеты”, кто-то радуется, что суд постановлением остановил это всё, кто-то внимает комментариям г-на В.И. Хорошковского в Верховной Раде Украины…

 

Стоп. Вот с комментариями начинается интересное.

 

Лично мне как раз было интереснее всего выслушать именно их. Всё происшедшее и показанное, включая и то ли задержание, то ли арест таможенника в Службе безопасности Украины — следствия. Уж такие следствия, на какие хватило ума, однако — следствия. А причина?

А причина, как объяснил элегантный человек на трибуне, заключается в том, что одним из управлений вверенной ему службы было возбуждено уголовное дело, — теперь внимательно, — по факту хищения газа в особо крупных размерах путём злоупотребления служебными полномочиями.

 

Какого газа в особо крупных размерах? — Говорит этот господин, что транзитного. Нет, не того, который был присвоен Украиной для обеспечения функционирования газотранспортной системой, что вызвало январскую “газовую войну”, а совсем, совсем другого — того, который, как полагает СБУ, числится за “РосУкрЭнерго”, что в кантоне Цуг. И что, не приходит в голову этому элегантному и разговорчивому господину даже задуматься на тему — а как вообще проверить — было или не было, собственно, самособытие преступления — хищение газа из газовых хранилищ. Ну, то, что эти хранилища не компании из кантона Цуг — вполне очевидно, то, что газ в хранилищах этих находится вполне правомерно — тоже никаких сомнений-то не вызывает. Но прежде чем возбуждать вообще уголовные дела, следовало бы хотя бы узнать: а существует ли вообще газ в хранилищах и существовал ли он, и чей это газ.

 

Если только этот газ не находился в хранилищах, то он совершенно точно не мог быть оттуда похищен. Если он не принадлежал швейцарской компании, то он не может быть похищен у неё. Но предположим, что газ в хранилищах был и принадлежал именно этой компании, хотя решать вопрос о принадлежности газа, точнее, — как мы скоро увидим, это существенно! — объёма газа — не компетенция СБУ. Хоть бы там и сидели юристы не семи, а целых пятидесяти пядей во лбу. Этот спор, спор о собственности — гражданско-правовой, и без его разрешения никакого уголовного дела нет.

Но пусть эти объёмы газа даже принадлежат швейцарцам. В этом случае необходимо было бы сообразить, что хранение природного газа в хранилищах осуществляется именно обезличенным образом. Иными словами — никто не может и не имеет права говорить о принадлежности кому бы то ни было какой-либо молекулы газа, но только об объёме. Если в газовых хранилищах сохраняется объём газа не меньший, чем спорный, то речь может идти только о принадлежности объёмов газа, которые находятся в хранилище и исполнении долгового обязательства выдать этот газ. А это — опять-таки вопрос гражданско-правовой, но никак не уголовно-правовой.

В любом случае необходимо было при любых обстоятельствах ещё на стадии проверки до возбуждения уголовного дела по некоторому факту хищения выяснить — а имело ли место именно хищение, то есть незаконное присвоение чужого имущества, и, если имело место, то чьё же это, в сущности, имущество, где оно находится и где оно находилось. Но ведь имущества-то этого не было, потому что имущество не может быть определено только родовыми признаками. никаких же видовых, индивидуализированных признаков газа, находящегося в хранилищах в смеси с другими объёмами газа нет и никогда не было.

Тем более в официальном уведомлении для средств массовой информации сообщается вот что:

2 березня ц.р. Служба безпеки України порушила кримінальну справу за фактом заволодіння посадовими особами НАК “Нафтогаз України” за попередньою змовою групою осіб 6.3 млрд. куб. м. транзитного природного газу на суму понад 7.4 млрд. гривень. СБУ заявляє, що розслідування кримінальної справи відбувається під наглядом Генеральної прокуратури України і в суворій відповідності до Закону з використанням всіх повноважень, наданих СБУ. Перешкоджання слідчим діям з боку сторонніх осіб є порушенням чинного законодавства, тому СБУ попереджає, що буде жорстко реагувати на будь-які спроби незаконного втручання.

Обратите внимание, что речь идёт даже не о хищении, не о присвоении(привласнення), а именно о завладении (заволодіння), то есть следователь якобы считает, что газ в хранилища НАК «Нафтогаз України» попал незаконно!

 

Я не допускаю при этом при всём даже мысли, что во всём следственном управлении СБУне нашлось ни одного юриста, который не знал азбучных истин. Не до-пус-ка-ю. А потому я, например, вынужден сделать весьма и весьма прискорбный вывод: уголовное преследование по указанному факту было возбуждено следователем заведомо незаконно при полном отсутствии не состава преступления в действиях какого бы то ни было лица, а при полном отсутствии вообще события преступления. Никакого завладения чужим имуществом — законного ли или незаконного — нет и не было в природе. А всё дело возбуждено именно заведомо незаконно. То есть этот денди на трибуне пытался обосновать заведомое и для него преступное деяние. Он занималсяукрывательством преступления. Единственное извинение для этого господина может быть только одно: полная профнепригодность в результате слабоумия.

 

Но уголовное дело — возбуждено, и возбуждено, скорее всего, именно заведомо для следователя незаконно. Во всяком случае незаконность возбуждения ясна уже сейчас — не было события преступления, а заведомость можно выяснить лишь в ходе следственных мероприятий. Мало того — в результате незаконного возбуждения уголовного дела уже были ограничены права и свободы даже не просто юридического лица, а вполне конкретного человека или людей: было произведено именно ограничение свободы. За это, именно за это действительно надо будет ответить.

 

Если только допустить, что после позора с “делом славян”, когда уголовное дело было доведено до приговора и реального срока за хищение денег без ущерба, довести до того, что и это безобразие с возбуждением уголовного дела останется для массы людей, причастных к нему без последствий — можно точно и ясно сказать, что о государственности Украины можно говорить только как об исторической нелепости и литературном обороте, содержащим в себе сарказм. Нет тогда никакого государства Украина, а есть только кусок Великой степи, зажатый между границами сопредельных государств, дикое поле, населённое разными людьми, находящимися в извечной войне всех со всеми.

 

Потому что прав бл. Августин в том, что государство, лишённое законности, есть ни что иное как шайка разбойников.

Не вызывает сомнения, что теперь будет предпринята очередная атака на СБУ и президента Украины. Думаю — поделом. Думаю, что Президент Украины, — а он признался, что это дело как раз находится под его личным контролем, — допускающий такое бесчинство действительно заслуживает импичмента. Если только ещё и не тюрьмы, коли только он, упаси Господи, такое инспирировал и заведомо для себя допустил. Если это так, то для него и его клевретов есть только одни определения — мерзавцы и предатели. Предатели, между прочим, Майдана.

 

Но сохраняется одно жутковатое опасение. И это опасение состоит в том, что на Украине нынче достаточно желающих устроить очередную свалку, никаким правом и никакой юриспруденцией даже не пахнущую. Есть опасение, что будет много крика, и шума, и безобразий, но не будет чёткого и спокойного, страшного в своём спокойствии и в своей холодности юридического разбирательства. А тогда… а тогда всё очень и очень плохо. Потому что вместо того, чтобы вырывать с корнем сорняки правового нигилизма, просто задушившие уже всё поле Украины, будут сеяться другие, куда как худшие посевы. Посевы драконьих зубов.

 

1Самое время, как по мне, так задуматься этим паренькам из спецкоманд: а на своём ли пиру они получают похмелье.

Читайте также: