Парашюты секонд-хенд. Снабженцы российской армии воровали всегда

Министерство обороны России закупило непригодных для использования парашютов на 280 млн рублей. Расследование дела по этому факту завершила Главная военная прокуратура. Армейские чиновники за мзду закрывали глаза на то, что якобы новые парашюты на самом деле сшиты из деталей уже списанных. В ходе расследования выяснилось, что с верностью традициям у снабженцев российской армии — все в порядке. 

На товарах для армии в России экономили всегда. Периодически такая «оптимизация расходов» заканчивалась громким скандалом, оставлявшим след в истории.

Связано это было либо с очередной войной, либо с попытками «ручного управления» со стороны государства.

Так, в 1723 году Петр I издал указ о контроле качества оружия, выпускаемого Тульским заводом. Дьяков, виновных в поставке бракованного вооружения, подвергали публичному битью палкой.

Однако эти меры не дали результата: спустя триста лет российские заводы по-прежнему выпускают ружья, которые не стреляют. Только теперь палкой никого не бьют, вместо этого в Ижевске бракованные двустволки переделывают в травматические пистолеты и продают гражданам для самообороны.

Доставалось от Петра I и поставщикам сукна. «Преображенский приказ уплатил вперед сто тысяч рублей за поставку кафтанного сукна, — описывает события Алексей Толстой в романе “Петр Первый”. — Меньшиков хвалился Петру, что сукнецо-де поставит он не хуже гамбургского. Поставили дерюгу пополам с бумагой. Алексашка Меньшиков в воровстве рожден, вором был и вором остался. “Ну, погоди!” — думал Петр, нетерпеливо дергая вожжами». Вскоре фабрикант Шафиров под стоны своего компаньона Меньшикова, избитого Петром, уже божился, что продаст дрянное сукно в Польшу королю Августу.

Так росли и крепли внешнеторговые связи России.

Еще один пример внезапного государственного вмешательства описан у Владимира Гиляровского: полицмейстер Москвы Лужин решил наказать некоего купца Чернова, ставившего на сапоги картонные подошвы. Поскольку местный пристав был в доле и ничего с купцом сделать не мог, Лужин привлек подмосковных охотников, которым до смерти надоели картонные сапоги.

В результате купца и его поверенного доставили в участок и выпороли. Во время экзекуции каждый из них держал руку на Евангелии и повторял: «Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа даю зарок, что ни я сам, ни мои дети, ни мои внуки, ни правнуки, ни праправнуки под страхом вечного отцовского проклятия не будут на сапоги ставить картонные подошвы…» Если это и помогло, то только роду Черновых. Потому что с японцами в 1904−м наша армия снова воевала в картонных сапогах.

Во время Крымской войны русская армия использовала еще одно изобретение, по своей полезности, пожалуй, даже превосходящее картонные подошвы. В поступивших на передовую кремневых ружьях вместо собственно кремней почему-то оказались крашеные деревянные чурки. Куда делись кремни, история умалчивает.

Впрочем, наша армия страдала от воровства и халтуры не только на российских заводах. Знаменитый крейсер «Варяг» строили вообще-то в Филадельфии, но и там решили сэкономить на металле.

В результате штурвал получился в два раза меньше, чем на всех кораблях такого класса. Палубные орудия, по мысли рационализаторов от ВПК, могли обойтись без бронированных башен и вообще безо всякой защиты (из-за чего за первый час морского боя крейсер потерял четверть экипажа). Паровые котлы тоже были не той системы и через несколько недель начали ломаться. Даже радиотелеграф поставили бракованный. Едва добравшись до места службы в Порт-Артуре, новый крейсер уже нуждался в капитальном ремонте. На все претензии фирма «Чарльз Уильям Крамп и сыновья» ответила, что за техникой ухаживать надо — тогда и ломаться ничего не будет.

В начале Первой мировой войны научная мысль изобрела бронемашины. Те, что поставлялись в нашу армию, можно было легко пробить из винтовки с 200 метров, а их колеса не выдерживали вес корпуса.

Вот и наши современники не отстают от своих славных предшественников. Зимой 1993 года на острове Русский от голода умерли четверо солдат-срочников, более 200 оказались в госпитале с диагнозом «дистрофия». Однако, несмотря на масштабы хищений, реальное наказание понес лишь мичман, воровавший со склада продукты. В этом году уже по другим фактам возбуждено уголовное дело против начальника продовольственной службы Тихоокеанского флота Сергея Плетнева.

А в Московском окружном суде рассматривается дело генерала Валерия Знахурко. Он потратил 200 млн рублей на закупку для армии 14 тыс. бронежилетов, которые не могут защитить даже от пули из пистолета.

Михаил Солодовников, РР

Читайте также: