Дурдом для мэра и премьера. Политика скорбных рассудком

В последнее время все чаще и чаще украинские политики стали обвинять друг друга в психической неадекватности. Получается, что мэр — шизик, президент — некрофил, премьер — аутист… Слушаешь такое, и мурашки по спине: а не душевнобольные граждане в нашей власти еще остались?

Косу пациентке заплетала санитарка. Потому как сделать это самой было крайне затруднительно. В смирительной-то рубашке…

Поначалу все было нормально — положили в общую палату, назначили лечение со щадящим режимом: легкие таблетки, прогулки на воздухе, телевизор по вечерам, всякие там политические ток-шоу — лежи себе и восстанавливай утраченное на правительственной работе здоровье. Так нет же! Прознала как-то наша пациентка, что дрова, коими больничный сторож Михалыч, конечно, когда не пьян в стельку, отапливает свою сторожку, доставляются не напрямую, из леса, а через Михалычева кума Гришку. Кум их рубит, сушит, колет и обменивает у Михалыча на медицинский спирт, который тот у медсестер тырит.

Словом, как ни крути, а посредник — налицо. Что тут началось, скажу я вам! Больная ка-а-к стукнет кулачком по тумбочке с лекарствами: «Зрада національних інтересів!.. Уряд не дозволить!.. Геть посередників!..» Сбежался весь персонал, даже главврача вызвали… Короче, пришлось на разбушевавшуюся пациентку надеть смирительную рубаху. И теперь вот, пожалуйста, жди, пока санитарка полы вымоет, утки из-под кроватей опорожнит, неходячих с ложечки покормит и лишь тогда за косу русую возьмется. И то не особо рассиживаясь — в соседней палате еще одного нужно напомадить, сделать педикюр, маникюр и попрыскать бриолином.

«Макдональдс» и Голодомор

В эту палату боялись заходить даже бывалые санитары. А уж они-то всякого повидали — и «Гитлера» доводилось капитулировать, и «Люцифера» из преисподней вытаскивать, и для «Наполеона» Ватерлоо устраивать. Но тут особый случай. Тут диагноз посерьезней.

Представьте себе больничную кровать, а над ней гвоздиком приколочен бумажный рисунок с надписью: «Переможець конкурсу дитячих малюнків на тему Голодомору 30-х років». Начмед во время утреннего обхода пригляделась к детскому холсту и… теперь сама пациент отделения. Еще бы: на плите стоит огромная кастрюля, а из нее торчит рука. Сверху надпись: «Mcdonalds».

А на днях к обитателю странной (даже для психлечебницы) палаты пришел лечащий врач. Все как обычно: «На что жалуетесь, батенька?.. Как сон?» — постучал молоточком по колену, в зрачки заглянул, потом они с больным долго беседовали. О чем, неизвестно, медсестра через стенку слышала лишь обрывки фраз: «…моя нація… звитяга українського духу і зброї… провісники української політичної свідомості…» Доктор ушел. И больше его на рабочем месте никто не видел. Говорит, пока ООН не признает УПА воюющей стороной, на работу ни ногой. Психиатр.

Предприимчивый псих

— Ну что, дорогой вы наш, пора укольчик делать? — как к родному обратилась пожилая медсестра и дала в потолок тонкий залп из шприца. Этот пациент в психоневрологическом отделении ужа давно был своим. Он практически жил здесь. Иногда его выпускали, но вскоре для его же блага — он то в морду схлопочет, то пневмонию на ровном месте подхватит — возвращали обратно в дом родной.

—…сегодня в ягодичку, — присела на краешек кровати сестра, — опускаем пижамку.

— Погодите, я посоветуюсь с Богом, — и больной взял с тумбочки мобильный телефон. — …А вы меня любите? А мою жену? А Олеся?

Медработница улыбнулась, кивнула, и пациент повернулся к ней нужным местом. Выходя же из палаты, женщина прихватила стоявший у кровати увесистый пакет. Угадайте-ка, что в нем было?… Ну и что, что просроченная? Зато на шару.

У нас Советом нацбезопасности руководит гинеколог, мэр, будто шизофреник, разговаривает со слонами, президент, словно некрофил, разъезжает по миру и хвастается миллионами умерших, а премьер, точно аутист, живет в своем собственном мире и разлагающуюся страну называет цветущей.

Уколовшись на здоровье, проглотив горсть «колес», а в отделении говорят, что он любитель этого дела, пациент отправился осматривать свое хозяйство. Какое? Больной наш хоть и был малость того, однако не без предприимчивой жилки. Открыл он свое ЧП. При больничном морге. Смысл такой: выдавать покойников родственникам только за определенную плату. Причем для богатых — один тариф, для бедных — другой. «Любимым бабушкам» дедушек выдают бесплатно.

Сельский дурачок или столичный мэр?

Но случилось несчастье. Кто-то из психов затушил о матрас окурок, и дурдом сгорел. Полностью. А пациенты разбежались. Кто куда. Все до одного. И нынче они среди нас. Мало того, что среди нас — они, как оказалось, нами управляют. Причем некоторые — на самом высоком уровне. Вы только вдумайтесь: люди, чье место в палате, где на окнах крепкие решетки, а двери без ручек, где без дозы успокоительного не засыпают и по нужде ходят под себя, возглавляют наше государство! У вас волосы от такой мысли не шевелятся? Или уже свыклись? А может, не верите в подобное? Как это: психи и у власти? Тогда слово самим власть имущим.

«Временная комиссии Верховной Рады по вопросам расследования деятельности столичной власти, — сообщает народный депутат Владимир Яворивский, — единогласно приняла решение о проведении психиатрической экспертизы главы Киевской администрации Леонида Черновецкого».

По мнению парламентариев, не может психически здоровый человек уволить директора зоопарка за то, что тот не обеспечил слона едой и не нашел ему подружку. Затем градоначальник за каждым чиновником закрепил отдельное животное и распорядился поздравлять зверей с праздниками. Вспомнилось детство: у нас на сельской улице жил Митька-блаженный, он круглый год ходил в одних кедах, пел песни свиньям и матом ругал крыс, когда те цыплят воровали. Ну и что с того? Любили мы сельского дурачка — ходит себе потеха по дворам, копейку бросишь, станцует. Правда, Митька европейской столицей не руководил…

Срочно отстраивать дурдом!

Ну и пускай себе зажравшиеся киевляне избирают мэром умалишенного, махнет рукой житель Бердичева, мне-то что с того? Увы, но, как убеждают все те же народные избранники, не только городской, но и государственной машиной может рулить Митька. «Анализ результатов деятельности президента Украины, — рассказывает депутат Святослав Олейник, — свидетельствует об утрате им ориентации, способности адекватно воспринимать реальность. Следствием чего стали его представление о себе как о мессии, попытки пересмотра истории и откровенное лоббирование интересов швейцарской компании…

Невозможность исполнения президентом своих полномочий по состоянию здоровья должна быть установлена на заседании Верховной Рады Украины». Оно, конечно, дай Боже нашему президенту здоровья всех врагов своих пережить, однако последнее время не только его политические оппоненты, но и простой люд все чаще крутит пальцем у виска, когда видит или слышит Виктора Андреевича. А тем более, когда ощущает на себе результаты его руководства. Чего-то он к живым людям утрачивает интерес — его все больше к мертвым тянет: могилы, мемориалы, роковыны, трагедии…

И окружение себе наш гарант подобрал не иначе, как из тех разбежавшихся погорельцев в пижамах. «Кабинет министров Украины обращается к министру здравоохранения Василию Князевичу с просьбой провести психиатрическую экспертизу работников Секретариата президента… Нас тревожит, что в такой властной структуре, как Секретариат главы государства, работают и принимают важные решения люди, у которых далеко не все в порядке с психикой».

Люди добрые, кто нами руководит?! Нужно срочно отстраивать сожженный дурдом и загонять всех обратно. Домой.

Чинуши, шагом марш к психиатру!

Есть у меня друг, милиционер, сержант ППС (патрульно-постовой службы. — Авт.). Его работа — подбирать на улицах бомжей да пьяных и отвозить, кого — в вытрезвитель, кого — в «обезьянник». Подъедут к лежачему на тротуаре, пульс пощупают, саданут пару раз дубинкой для профилактики и загружают в «уазик». И вся служба.

Каждый год мой друг проходит плановую аттестацию. Стрельбу, физподготовку, устав, строевую он как семечки щелкает. Зато перед кабинетом с табличкой «Психиатр» сержант робеет, будто перед приехавшим с проверкой генералом. «Понимаешь, — рассказывает, бывало, за пивом друг, — вопросики всякие заковыристые начинают задавать. Типа: «Увидел ты на улице, что насилуют женщину, бьют министра внутренних дел и снимают шубу с беременной. Кого первого бросишься спасать?» Я прям не знал, что ответить. «То-то, — выплюнул обсосанную кость милиционер, — наши другой раз заваливаются на тесте. Увольняют из органов».

Рядовой-пэпээсник. Отвечает всего лишь за уснувшего на тротуаре забулдыгу и бомжа на помойке. Однако каждый год проходит серьезную проверку «на голову» — все ли у него там в порядке.

Высокопоставленный чиновник. Отвечает за миллионы людей. Никакой проверки на профпригодность не проходил. В том числе психиатрической. Никогда. Даже при приеме на работу. Поэтому у нас Советом нацбезопасности руководит гинеколог, мэр, будто шизофреник, разговаривает со слонами, президент, словно некрофил, разъезжает по миру и хвастается миллионами умерших, а премьер, точно аутист, живет в своем собственном мире и разлагающуюся страну называет цветущей.

Вот бы их всех гамузом — тех, что на Печерске, областных, районных и даже сельских начальников, — прогнать через психиатрический кабинет. Такое началось бы! Думаю, в дурдомах кровати в два яруса довелось бы ставить, а то и новые корпуса достраивать. Глядишь, и мы с вами зажили бы как люди.

Виталий Цвид, Новая

Читайте также: