«Пирамида» Медоффа: мошенничество как произведение искусства

Мэдофф на протяжении полутора десятилетий создавал исключительно сложную и правдоподобную виртуальную реальность для тысяч искушенных инвесторов и регуляторов, и никто не раскусил обмана, пока обманщик не решился назваться сам. Это не просто было более трудное предприятие, чем обеспечивать инвесторам 10% годовых в кризис. Это было гениальное произведение искусства, цель создания которого не так просто понять, как кажется. 

Когда мне было лет восемь, я безуспешно попытался «писать музыку», расставляя знакомые мне знаки в случайном порядке на пяти линейках нотного листа. Я был разочарован, узнав, что у меня получилась лишь графическая имитация музыки, за которой не было содержания, а лишь набор бессмысленных звуков. Теперь представьте себе маститого композитора, получившего заказ на некое произведение. Когда работа готова, всякий музыкант видит на листе сложную, вдохновенную музыку, но при попытке ее сыграть начинают происходить готические ужасы: воздух наполняется какофонией, а ноты осыпаются с листа.

Подобная фантастика произошла в реальности с жертвами финансиста Бернарда Мэдоффа. В течение многих лет они получали прекрасные детализированные отчеты о постепенном, но впечатляющем росте своего богатства, вложенного в Bernard L. Madoff Investment Securities LLC. А потом оказалось, что ничего не было – ни акций, ни казначейских бумаг, ни прибыли, ни даже изначально вложенных денег – всего из $65 миллиардов, находившихся на виртуальном балансе Мэдоффа, пока удалось найти максимум $1,2 миллиарда.

Мэдоффа, которому предстоит провести остаток жизни в тюрьме, часто считают волком среди агнцев. Как можно было заподозрить в мошенничестве бывшего президента NASDAQ, одного из основоположников компьютерных методов, пробивших «стену» старого истэблишмента на биржах США и открывших путь полезнейшим инновациям? Как могли не обмануться невинные пенсионеры, которые несли сбережения на старость этому обаятельному человеку с безупречной репутацией?

Но не все так просто: жертвы Мэдоффа чаще всего были не овечками, а опытными инвесторами. Были среди них и банки с мировым именем, и знаменитости финансового мира. Возможно, их вводили в заблуждение отчеты – это были романы в цифрах, верх правдоподобия, заподозрить подвох было очень сложно. И, тем не менее, есть все основания предположить, что инвесторы и сами обманываться были рады и даже, возможно, считали, что обманывают других.

В сомневавшихся не было недостатка – от бывшего конкурента Гарри Маркопулоса до многочисленных публикаций в специализированной прессе и в интернете. И поразительная ровность результатов тоже должна была наводить на размышления. Но, по-видимому, Мэдофф намекал инвесторам на не вполне честный характер своей деятельности, гарантируя при этом, что они не останутся внакладе. Инвесторы могли думать, что зарабатывают за счет других: например, Мэдофф, по их мнению, мог поддерживать тесные отношения с корпорациями и имел инсайдерскую информацию.

Вообще есть в фигуре Мэдоффа что-то мефистофельское. Мэдофф не просто обобрал своих личных друзей и обманул искушенных воротил финансового мира. Он связал их негласной круговой порукой, заставил лгать самим себе о неправдоподобно высоких прибылях. Он обеспечил себе прикрытие многолетним сотрудничеством с регуляторами, под носом у которых творилось мошенничество.

Даже из-за решетки Мэдофф словно посмеивается над властями, которые начали бессмысленный крестовый поход по взысканию с него ущерба на $170 миллиардов. Смеется он и над обманутыми инвесторами, которые требуют возместить не первоначально вложенные деньги, а рисованные, никогда не существовавшие суммы из его последних отчетов. Но ведь если принять возмещение на основе виртуальных денег, получится, что правосудие выполнит волю мошенника, который по своей прихоти определял, кто из его жертв больше выиграет на бумаге.

Между тем вопросы о схеме Мэдоффа по-прежнему остаются без ответов. Сколько все-таки потеряли инвесторы? Куда делись предположительно растраченные Мэдоффом $64 миллиарда? Неужели всю эту схему провернул один-единственный подозреваемый?

Но главный вопрос все же заключается в том, зачем человек, всей своей предыдущей жизнью показавший, что умеет зарабатывать для себя и других в пределах разумного, решил посвятить себя мошенничеству, которое иначе как замечательным произведением искусства назвать трудно. Всякий, кто пытался в своей жизни стилизовать что-либо, знает, что это почти невозможно. Никакое кабинетное знание древнегреческого языка не поможет вам написать хоть несколько строк так, чтобы вас не отличили от Гомера, и нельзя подделать старинный гобелен.

Мэдофф на протяжении полутора десятилетий создавал исключительно сложную и правдоподобную виртуальную реальность для тысяч искушенных инвесторов и регуляторов, и никто не раскусил обмана, пока обманщик не решился назваться сам. Это не просто было более трудное предприятие, чем обеспечивать инвесторам 10% годовых в кризис. Это было гениальное произведение искусства, цель создания которого не так просто понять, как кажется.

Алексей Богдановский, SLON.RU

Читайте также: