Страх и апатия: Беларусь утонула в терроре

Растущие цены, холод, грипп и немножко политики – эти темы сейчас наиболее популярны при разговорах на минских улицах. Но ледяной ветер на непривычно широких после Киева проспектах не располагает к долгим прогулкам. В квартирах же и кафе тематика бесед резко меняется. Аресты после выборов президента в Беларуси продолжаются по сей день. В Минске царит атмосфера страха, паранойи и апатии…

Политики и откровенного страха становится гораздо больше. Уже почти полтора месяца, как в республике прошли президентские выборы и последующий за ним жестокий разгон оппозиции в центре Минска. Все эти полтора месяца Минск живет в паранойе и страхе.За время пребывания в Беларуси я встретился с людьми разного достатка и профессий. Все они говорили о страхе. Аресты продолжаются по сегодняшний день.

Настолько жесткого и бессмысленного избиения огромной массы народа в Минске еще не было

Настолько жесткого и бессмысленного избиения огромной массы народа в Минске еще не было

Сотрудница одного из национальных веб-сайтов Анна (имена в тексте изменены по просьбе собеседников – и это также одна из минских особенностей) рассказывая о площади 19-го декабря, с которой ей чудом удалось убежать, не сдерживается и начинает плакать. В тот вечер, по ее словам, люди вышли на площадь целыми семьями: с собой брали стариков и детей. И на то были свои причины и даже определенная доля «надежды на чудо».

Накануне волеизъявления страна погрузилась в непривычную до этого предвыборную вольницу. Отчасти этому способствовала и некоторая оттепель в отношениях белорусской власти с руководителями стран ЕС. Разрешали немыслимое для Минска: выйти на пикет в центр города под своими флагами. А 19-го вечером произошел брутальный разгон.

Настолько жесткого и бессмысленного избиения огромной массы народа в Минске еще не было

Настолько жесткого и бессмысленного избиения огромной массы народа в Минске еще не было. Это подтверждают даже участники массовых столкновений с милицией в середине и конце 90-х. Сергей, сотрудник оппозиционного канала, вещающего из Польши и Литвы, рассказывает, что ОМОН впервые избивал людей, которым удалось убежать с площади.

Их догоняли через три-четыре квартала, на остановках общественного транспорта, в метро – валили на землю, лупили дубинками и забирали в «автозаки». Под берцы и дубинки охранников правопорядка попали десятки случайных прохожих – они даже голосовали за Лукашенко – но случайно оказались на ближайшей станции метро или на остановке за четыре квартала от площади.

Били всех без разбору: мужчин и женщин, даже девчонок-подростков. Для этого, со слов Сергея, в столицу привезли ОМОН из райцентров страны. Столичные омоновцы были всего лишь «на подхвате» – вероятно, руководство опасалось, что ввиду большого количества вышедших на площадь людей, среди них непременно окажутся знакомые бойцов столичного ОМОНа, что помешает четкому выполнению приказа.

«Страх и апатия», – такими словами описывали атмосферу в Минске все мои собеседники. Страх – потому что стало понятно, что страна расколота. Вышла не сотня пьяных подростков, как это любят освещать на официальном телевидении. Вышли десятки тысяч взрослых людей.

Страх – потому что стало понятно, что у Лукашенко отказывают все тормоза, когда он понимает, что власть уходит из рук. К Минску 19-го числа подтянули колонны БТР-ов из близлежащих военных частей.

Страх – потому что совестливые сотрудники госструктур «сливают» в общество информацию о размахе подготовки к «зачистке» несогласных. Оксана, сотрудница аэропорта, рассказывает, что в декабре, до выборов, в Минск прилетели несколько бортов из Москвы. По накладным груз предназначался Комитету госбезопасности и был лаконично определен, как «спецсредства».

Наконец, страх – потому что аресты продолжаются по сей день. КГБ изъяло у всех национальных мобильных операторов данные о звонках вечером 19-го. Всех абонентов, которые находились рядом с местом событий и звонили кому-либо, приглашают на «беседы» в милицию. Для начала, как свидетелей в рамках уголовного дела по факту массовых беспорядков.

На беседах присутствуют сотрудник милиции и некий в штатском. После вопросов о том, что видел и что слышал, людям предлагают сфотографироваться в верхней одежде и без нее, а также снять отпечатки пальцев. Некоторые, согласившиеся на «беседу», на которой неосторожно что-то сказали, меняют статус свидетеля на подозреваемого.

«Аресты продолжаются до сих пор. Каждую неделю, каждый день кто-то из знакомых говорит, что кого-то «закрыли». Людей отпускают после «суток по «административке» и сразу же «закрывают» по новому – по подозрению в каком-то новом эпизоде. Родственникам сразу ничего не говорят. Человек просто пропадает.

Зачастую они узнают, что кто-то находится в СИЗО через пять шесть звонков по всем имеющемся связям. Если человек пропал – значит его «закрыли», – рассказал Андрей, активист молодежного движения левого толка. Самому Андрею удалось убежать с площади, но сегодня он ждет обыска в квартире или вызова на «беседу». И готовиться уехать из страны.

Проходят обыски на квартирах у активистов различных движений, журналистов оппозиционных к власти СМИ, в офисах этих изданий и телеканалов. «По опыту прошлых лет все привыкли, что власть после каждых выборов давила исключительно на известных оппозиционеров и журналистов. И это все утихало максимум через неделю-две. Сейчас этот кошмар продолжается уже второй месяц. Все ходят «на паранойи». Ищут возможности уехать.

И теперь это касается любого, кто «засветился» на площади или даже не вышел на улицу 19-го, но проявлял какую-то активность в предвыборный период. У них цель одна – задавить впредь даже намек у людей к тому, что можно выйти на протест. Той Беларуси, которая была – уже нет. Было почти шуточное – «страна с последним диктатором Европы». Сильно прижимали только единиц – самых активных. Теперь диктатура началась по-настоящему», – отмечает Андрей.

Фото Юлии Дарашкевич,Наша Нiва

Автор: Андрей Сантарович Минск, 29-31 января 2011 года, КОММЕНТАРИИ

Читайте также: