Танцы Калисто Танци. «Дело «Пармалата»

Драма итальянского пищевого гиганта «Пармалат» созрела на рождество 2003 года: отца–основателя Калисто Танци арестовали, акции на бирже обесценились, выплаты по долговым обязательствам приостановили, а управление передали государственному назначенцу Энрико Бонди.

За один день «Пармалат» из гордости Италии (четвертая по объемам продаж компания!), любимца инвесторов, обладателя топовых рейтингов ведущих агентств превратился в презренного изгоя. От 65-летнего Калисто Танци отвернулись старший брат Джованни, сын Стефано, младшая дочь Лаура. Одна лишь Франческа — старшая дочь и по совместительству президент туристического филиала семейной империи «Парматур» — навещала отца в миланской тюрьме Сан–Витторе.


Калисто Танци, фото: storia.loffa.it

После того как сенсационная новость отшумела на первых страницах мировой печати, за дальнейшими событиями вокруг «Пармалата» я следил уже краем глаза. Читал, что вроде всех членов семьи Танци, принимавших участие в руководстве компанией, сначала вывели из правления, а затем осудили — вместе с тремя сменившимися друг за другом финансовыми директорами и сотрудниками ряда итальянских банков и аудиторских контор, помогавшими им заниматься неблаговидными махинациями. Сам же «Пармалат» государство санировало и вернуло к цветущему бизнесу.

Сегодня у «Пармалат» 13 тысяч сотрудников, 140 молочных заводов по всему миру (в том числе и в России), 4 миллиарда евро оборота и 520 миллионов чистой прибыли — завидные показатели. Словно не было технического банкротства и внезапно вскрывшихся долгов на невообразимую сумму в 20 миллиардов долларов (крупнейший корпоративный коллапс в истории Европы).

Поводом к возрождению, казалось бы, давно забытой темы послужило совсем свежее сообщение новостных агентств о долгожданном завершении судебного разбирательства по делу о хищениях и злоупотреблениях в «Пармалате»: в конце декабря 2010 года Калисто Танци был приговорен миланским судом к 18 годам тюремного заключения!

Однако позвольте… Как же так?! В декабре 2010 года? А что было раньше? Где долгие семь лет, прошедшие с банкротства «Пармалата» и изначальной волны арестов, находился человек, который, по словам дознавателей, изъял из публичной компании на личные нужды более полутора миллиардов долларов?! Принялся копать и… обмер! Калисто Танци все эти годы спокойно коротал безбедную старость на уютной вилле в родной деревушке Коллеккьо.

Арест в декабре 2003 года затянулся ненадолго: за решеткой отец–основатель «Пармалата» провел всего три месяца, после чего был выпущен под домашний арест. Еще через полгода арест заменили подпиской о невыезде. Обошлось даже без выкупа.

СЛЕДОВАТЕЛИ ПРОВЕЛИ ОБЫСКИ ВО ВСЕХ ИТАЛЬЯНСКИХ СТРУКТУРАХ «ПАРМАЛАТА» И ОБНАРУЖИЛИ НЕСЧЕТНОЕ ЧИСЛО КОМПРОМЕТИРУЮЩИХ ДОКУМЕНТОВ

Калисто Танци

Судебные процессы против Танци велись сразу по трем направлениям. В Парме следователи разрабатывали тему злонамеренного доведения «Пармалата» до банкротства и криминальных связей. В Милане обвинения в обмане инвесторов, манипуляциях на фондовом рынке, подделке отчетности и отмывании денег были выдвинуты против 29 частных лиц (во главе с Калисто Танци) и трех организаций (слегка так — Bank of America, Deloitte & Touche и итальянского подразделения Grant Thornton). Самостоятельное расследование проводила американская Комиссия по ценным бумагам и биржам (SEC), обвинившая руководство «Пармалата» в преступном укрытии информации о реальном положении дел в компании с целью привлечь средства американских инвесторов под необеспеченные долговые обязательства.

Согласитесь, положение Танци в начале 2004 года выглядело аховым. И таким оставалось целых… четыре года, пока наконец не завершилось судебное разбирательство по искам миланских следователей. Страшный приговор — 10 лет тюрьмы! — для 70-летнего Калисто был равнозначен пожизненному заключению. Предприниматель с честью принял удар судьбы и… подал апелляцию. Которую сразу же удовлетворили. Новый процесс по этому делу предположительно затянется еще на 5–7 лет. В скобках отметим, что все остальные обвиняемые были либо полностью оправданы, либо добились внесудебного урегулирования. Разумеется, все обвинения были сняты и с американских небожителей — Bank of America, Deloitte & Touche и Grant Thornton.

Интересно, знал ли хоть один читатель, по воле случая или из любопытства следивший за перипетиями «Пармалата», о том, что по этому делу не сидел в тюрьме (за исключением воспитательно–показательных трех месяцев Калисто Танци) ни один человек? Знал ли, что спустя 7 лет после невиданных финансовых преступлений все без исключения иски были либо отклонены, либо успешно апеллированы?

Как вообще подобное возможно? Италия, конечно, страна своеобразная1, но не до такой же степени, чтобы преступники, к тому же еще и собственноручно подписавшие признание без малейшего принуждения2 семь лет спустя после самого скандального гешефта в Старом Свете, преспокойно оставались безнаказанными?

Но и это еще не всё: из 20 миллиардов долларов, числившихся в активах «Пармалата» и при этом давно из них выведенных в неизвестном направлении, было найдено… 130 миллионов! Именно такова общая стоимость конфискованных картин (19 полотен Пикассо, Моне и Ван Гога и других шедевров) из личной коллекции Калисто Танци, которую он непредусмотрительно передал на секретное хранение друзьям. Остальные деньги, похоже, уже списали на счет мифических убытков «Пармалата» — цветущей компании с первого до последнего дня своего существования.

Фактор денег в афере «Парма­лат», без сомнения, самый важный. Но вот что удивительно: на протяжении семи лет мировая пресса энергично педалирует тему исчезновения финансов и всячески умалчивает гораздо более существенную тему — их обнаружения. Лишь единожды по горячим следам (в публикациях от 18 января 2003 года) проскользнули ссылки на заявление адвоката Карло Цаули, который якобы выявил и даже предал публичной огласке номер секретного счета в нью–йоркском отделении Bank of America, где Калисто Танци аккумулировал ни много ни мало 8 миллиардов 700 миллионов долларов.

20 МИЛЛИАРДОВ ДОЛЛАРОВ, ИЗЪЯТЫХ ИЗ БИРЖЕВОЙ КАПИТАЛИЗАЦИИ (ЧИТАЙ — У АРМИИ РЯДОВЫХ ИНВЕСТОРОВ), БЛАГОПОЛУЧНО РАСТВОРИЛИСЬ В НЕБЫТИИ


фото The Economist Global Agenda

Заявление, однако, сразу же замяли, утопив громкую сенсацию в скептических репликах «экспертов, аналитиков и профессионалов»: «Теоретически счет подобного размера может существовать, но мне с трудом верится, что такая сумма денег может храниться на одном счете в американском банке без того, чтоб быть обнаруженной, — заявил менеджер одного из миланских хедж–фондов Карло Джентили. — Было бы очень трудно спрятать такую сумму даже в таком большом банке, как Bank of America. Если бы у вас были деньги в Индонезии, тогда без вопросов, но укрыть их в США нереально».

Что тут можно возразить? Укрыть, конечно, нереально, но кто вообще говорит об укрывательстве? В том–то и дело, что Калисто Танци ничего никогда и не думал укрывать.

Когда следователи провели обыски практически во всех итальянских структурах империи «Пармалат», обнаружилось несчетное число компрометирующих документов: письма с инструкциями по отмыванию средств, отправленные менеджерам подконтрольных офшоров, платежные поручения, ведомости, банковские переводы, дарственные и т. п. Какой предприниматель в своем уме, занимающийся незаконной деятельностью на протяжении почти 15 лет (как зафиксировано в судебных протоколах), будет оставлять на виду такие убийственные компроматы?!

Единственное объяснение: Калисто Танци ничего не боялся и ни от кого не скрывался. И не планировал в обозримом будущем. Ну а потенциальная возможность для открытия многомиллиардных счетов и проведения денежных потоков через нью-йоркские банки после разоблачений, связанных с российским дефолтом ГКО, известна каждому ребенку.

11 ноября 2003 года Deloitte & Touche, аудитор головного холдинга империи Танци Parmalat Finanziaria, заявил об отсутствии доказательств получения 135 миллионов прибыли от некоего загадочного валютного дериватива, проходившего по балансу компании;

8 декабря 2003 года сам «Парма­лат» публично заявил об исчезновении со счетов подконтрольного хедж–фонда на Каймановых островах Bonlat 589,9 миллиона долларов;

19 декабря 2003 года новый внешний управляющий «Парма­лата» порадовал инвесторов отменным подарком: оказывается, счет Bonalat, открытый, согласно бухгалтерской отчетности, в Bank of America и содержащий 3 миллиарда 950 миллионов евро, не существует в природе. Вдумайтесь только: не то что полагающейся суммы денег, которая гордо украшает активы баланса, а даже самого счета — нет!

Список можно продолжать еще долго, пока не наберутся пресловутые 20 миллиардов долларов, которые «потерялись». И до сего дня не нашлись.

Итак, где же деньги? Конечно, мы никогда этого не узнаем. Можно лишь предложить версию, которая объяснит не только уверенность Калисто Танци в безнаказанности на протяжении 15 лет махинаций, но и то удивительное обстоятельство, что 7 лет спустя после преступления ни один из протагонистов не оказался за решеткой. Не сомневаюсь, что не окажется и в будущем.

Традиционная патриархальная семья, высокие христианские ценности — о каких махинациях может идти речь?! В отличие от братьев Бариллья, владеющих в родной Парме всемирно известной макаронной империей, Танци никогда не светились в светской хронике, вели скромный, благопристойный образ жизни. В отличие от хозяев народного «Фиата», клана Аньелли, пармские молочники не педалировали политические связи в столичных властных кулуарах.

Буколика Танци удачно дополнялась популярнейшей народной сказкой о rags–to–riches. В 1961 году выгнанный из колледжа за неуспеваемость Калисто возглавил семейный бизнес по производству ветчины. Прослышав о только–только появившейся шведской чудо–технологии пастеризации молока с помощью высоких температур (UHT, ultra high temerature), подающий надежды предприниматель договорился с TetraPak о поставках тары, выкупил бэушную линию и переквалифицировался с мясной продукции на молочную. Калисто ничего сам не придумал, ничего не изобрел, но к середине 80–х семейный бизнес, переименованный в Parmalat (от города Parma и итальянского слова latte — молоко), производил чуть ли не половину всего «долгоиграющего» (хранение 6 месяцев) молока не только Италии, но и Франции и Германии.

В начале 90–х Танци узнал о волшебном слове «биржа» и вывел «Пармалат» на Borsa Italiana. У компании появились совсем иные деньги, совсем иные обороты и совсем иные запросы. «Пармалат» принялся неистово скупать молочные заводы по всем континентам — от Юго–Восточной Азии до Южной Америки. Именно в этот момент, по народной версии, Калисто Танци потерял контроль над ситуацией и запутался в долгах.

Версия эта, конечно же, обманчива. «Наивность» и «простодушие» народного коллектива предпринимателей из деревни Коллеккьо я продемонстрирую на одном маленьком примере: организации бизнеса «Пармалат» в Бразилии.

На одном из допросов Калисто Танци определил свой бразильский филиал главным виновником всех неприятностей молочной империи. Заинтригованная общественность бросилась изучать документы и… поплыла! О какой компании вообще идет речь? На бирже Сан–Пауло котируются акции Parmalat Brasil, которая вроде как производит молочную продукцию. 99,9% Parmalat Brasil принадлежат холдингу Parmalat Emprendimentos e Administraзao. 82% Parmalat Emprendimentos e Administraзao — другому холдингу, Parmalat Participaзхes do Brasil, а остальные 18 % — корпоративным инвесторам. Parmalat Participaзхes do Brasil эмитировал три транша долговых обязательств, которые гарантированы Parmalat S.p.A. — итальянской родительской компанией. В свою очередь, Parmalat S.p.A. принадлежит Parmalat Finanziaria — еще одному итальянскому холдингу, который как раз и обанкротился 24 декабря 2003 года.

А как вам создание сложнейших кредитно–дефолтных свопов, выписанных на собственные же долговые обязательства и проведенных по балансу как активы для офсета убытков? И теперь нас хотят убедить, что всё это — креатура примитивных крестьян из деревни Коллеккьо?! Или того лучше: Калисто Танци слепо доверился «нечестным чужакам–советчикам», позволив прокачивать собственные миллиарды долларов через криптопаутину подставных структур? Кто–то верит в такое?

Рискну предположить: гешефты, творимые 15 лет (а скорее — гораздо дольше) в «Пармалате», — традиционная работа итальянской камарильи: теснейшей спайки государственных чиновников и структур с частными банками, финансовыми консультантами и средствами (дез)информации. Крестьяне из Коллеккьо в этом спектакле исполняли почетную роль статистов, которым на время позволили ощутить себя властителями мира.

Статисты честно отработали — 20 миллиардов долларов, изъятых из биржевой капитализации, благополучно растворились в небытии — пора и честь знать. Старика Калисто отправили на заслуженную пенсию в форме пожизненного ожидания судебного приговора, родственников слегка постращали-пожурили да и отпустили на все четыре стороны, оставив, надо полагать, для приличия десяток–другой миллионов евро для безбедного существования. Главное же: ничего в этой системе изменить невозможно — ни кнутом, ни пряником. «Национальный дух» неистребим даже при диктатуре (лучшее доказательство — экономика в эпоху Муссолини), а уж при нынешних «демократиях» да расслабленной политической воле о реформах никто давно не заикается.

Автор: Сергей Голубицкий, «Бизнес-журнал» №3

1 Читайте  эссе о специфике «итальянского духа предпри­ни­ма­тель­ства» — «Made In Italy», «Бизнес- журнал», 2010, №1–2

2 На одном из первых же допросов Калисто Танци заявил, что изъял из публичной компании «Пармалат» втайне от акционеров более полумиллиарда долларов на нужды семейного клана.

Читайте также: